Библиотека Берзина

Буддийская библиотека д-ра Александра Берзина

Перейти к текстовой версии страницы. Перейти к разделу навигации.

Главная > Основы тибетского буддизма > Уровень 1. Начало > Методы медитации > Методы медитации

Методы медитации

Александр Берзин
Москва, ноябрь 2005
русский перевод: Александр Нариньяни

расшифровка аудио
Слушать аудиоверсию этой страницы (1:59)

Что такое медитация?

Okay shall we begin?

Итак, давайте начнем.

This evening I was asked to speak about meditation, various types of meditation,

Сегодня вечером меня попросили рассказать вам о медитации – о различных типах медитации, которые известны.

and this is obviously an important topic if we want to put the Buddha’s teachings into practice.

И это действительно очень важная тема, очень важный момент, если мы хотим перенести буддийское учение на путь, то есть воплотить его в жизнь.

Meditation is not something which is particularly Buddhist,

Медитация не является чем-то исключительно буддийским, особенно буддийским,

but is something that we find in all Indian traditions and outside India as well.

и мы находим медитацию, мы встречаемся с этой практикой как во всех иных, небуддийских индийских традициях, так и во многих духовных традициях за пределами Индии и Азии.

If we look at the word for meditation in Sanskrit, the word is bhavana.

Если мы посмотрим этимологически на сам термин «медитация», то на санскрите он звучит как «бхавана».

Bhavana comes from the verb bhu, which means to become, to make something into something.

Итак, этимологически это слово состоит из корня «бху»: «бхавана» – «бху». «Бху» означает глагол «становится чем-то», «делать что-то чем-то», «превращать что-то во что-то».

It’s a method with which we take some sort of teaching or some sort of method, and we become that. We make that so.

Фактически, это означает, что мы берем некое учение, некий метод и посредством медитации, посредством этого мы становимся им.

Because it comes from the root bhu, from the word “to become,” it implies a transformation.

Итак, поскольку корень этого в становлении, или в превращении, медитация подразумевает под собой некую трансформацию, некое преобразование, или превращение.

So, if we are talking about love, we actually become someone with love.

Кстати, говоря о любви, о медитации на любви – медитируя на любви, мы становимся любовью, или мы становимся обладателем любви.

If we look at the way in which the term was translated into Tibetan, it was translated with the word that implies building up a habit.

Если вы взглянете на тибетский перевод, на тибетский аналог этого термина «бхавана», то он переведен глаголом, глаголом семантического поля «привыкания», «введения чего-то в привычку», «приближения к чему-то», «свыкания с чем-то».

This is the word “gom.” And gom is to habituate ourselves to something which is positive, not to something negative or neutral, but to build up a positive, constructive habit.

Итак, этот глагол «гомпа» или «гом», и смысл у него «привыкать к чему-то», «вводить что-то сознательно в привычку», «сживаться с чем-то». Это подразумевает не какую-то нейтральную или отрицательную привычку, но привычку положительную.

It is quite similar to what we have; the Tibetan is quite similar in meaning or implication to what the Sanskrit word implies. In order to transform ourselves to become like what it is that we are trying to achieve, we need to build it up as a beneficial habit.

Итак, смысл тибетского термина «гом» и санскристкого «бхавана» близки по своему прямому смыслу, по своему буквальному переводу, обозначая некое привыкание, трансформацию, сближение с чем-то. Мы берем какой-то образец, состояние, затем мы пытаемся его культивировать в себе, стать им или развить его в полной мере, достигая цели, которую мы изначально ставили.

Слушание учений

So even before Buddha, in the Upanishads – the Indian philosophical text that preceded Buddha – this text already spoke about meditation, and spoke about it within the context of the three-step process: listening, thinking and meditating. The Buddha didn’t make that up; that was already current in his time.

И в медитации, в частности в предшествующей ей фазе обучения и осознавания, или осмысления, – поскольку мы знаем, что медитация является третьим, завершающим шагом духовного пути: есть обучение, осмысление и медитация – они не являются исключительно буддийским путем, буддийской техникой и содержались уже в добуддийских трактатах, в духовных трактатах индийской традиции, индуистской традиции – Упанишадах, которые были написаны, известны и практиковались уже до времени появления в Индии учений Будды, самого Будды.

So if we want to make something a positive habit, transform ourselves, we have to obviously first hear about it; we have to learn it; we have to study it.

Итак, для того чтобы преобразиться, для того чтобы изменить себя желанным образом, нам прежде всего необходимо, до того как мы начинаем медитировать, получить необходимую информацию, то есть выслушать что-то.

And in those days, philosophical teachings, Buddhist teachings, were never written down; that came much later. And so the term is that you have to hear it; you have to listen to it.

И необходимо понимать культурный контекст этого: в те времена исторические, учения не записывались и не изучались с письма, но скорее передавались изустно, в качестве устных объяснений, поэтому термин «изучить» здесь передается посредством глагола «выслушать» или «внимать».

And perhaps today you could say that you could also include here reading about certain types of practices or states of mind that you would like to develop.

Поэтому сегодня мы вправе заменить этот глагол или дополнить его глаголом «прочесть».

One could debate the point, because when we hear a teaching, when we listen to it, there is the whole ambiance of the teacher who is actually there, and present, and brings in the whole issue of gaining inspiration from the teacher which we might not get from a book, even though obviously somebody had to write the book.

Итак, мы можем получить ту же информацию на сегодня о каких-то практиках, о каких-то путях, техниках посредством чтения. Это вопрос несколько спорный, потому что могут возразить, что присутствие живого учителя, несущее с собой определенное вдохновение, оказывающее определенное воздействие самим своим присутствием, своей персоной на ученика, вкупе с изустной передачей информации, невозможно приравнять к пустому, к одному лишь прочтению книги как носителя информации. Но книги также должны быть кем-то написаны, соответственно, должен быть учитель или автор, который стоит за ними.

We find that in our everyday life as well. It is much more energy-involved and much more inspirational when you go to a live concert than when you just listen to a CD at home, isn’t it? It’s a quite different experience.

И на повседневном уровне мы сами можем убедиться в том, что довольно различное впечатление производит на нас, например, присутствие на каком-то живом концерте какой-то рок группы или кого-то, кто нам нравится, и прослушивание этой же группы или этой же музыки в записи на CD, например. Действительно, по-разному это на нас влияет.

And when we listen to teachings, there are many instructions about how to do that, but one of the most helpful ones of those is to remove the “three faults that are like a clay vase,” it said.

То, как мы слушаем учение, когда мы ему внемлем, – это также должно выполняться должным образом. И обычно это описывается разными способами, через разные метафоры, но я нахожу наиболее полезной и наиболее информативной метафору отсутствия в нас, или необходимости отсутствия в нас, трех изъянов сосуда, или глиняного горшка.

  • So, we have to avoid the mistake of being like an upside down vase in which nothing will go inside. So if our minds are closed, obviously we won’t be able to learn anything from what we hear.
  • Первая ошибка, которой нам следует избегать, приступая к слушанию учения, – это ошибка перевернутого сосуда, сосуда, у которого отсутствует таким образом отверстие, и ничто не войдет в него, его невозможно наполнить. То есть нам необходимо обладать открытым умом. Закрытый ум блокирует поступление учения в наше сознание.
  • And then we also have to avoid the mistake of being like a vase with a hole in the bottom, in which anything that is poured in just goes right out. So our expression is, “having things go in on one ear and out the other.” We need to avoid that.
  • Следующая ошибка, или изъян, которого нам необходимо избежать, от которого быть свободными – это изъян дырявого сосуда, или прохудившегося сосуда. Сколько бы мы не лили воду или какую-то жидкость в такой сосуд, она будет тотчас вытекать через дырку и не будет удерживаться в нем. Итак, говоря в отношении людей, метафора обычно используется «влетело в одно ухо, в другое вылетело», то есть мы не должны обладать таким качеством. Информация, поступающая в нас, должна в нас задерживаться.
  • And then we also need to avoid the mistake of being like a dirty vase, which, when you pour water into it, makes the water dirty. And so this is referring to when we have a lot of preconceptions and so that contaminates, in a sense, our understanding. Rather than just hearing what the person says, we’re always mixing it with our own ideas.
  • Третья ошибка, которой нам необходимо избежать, – это ошибка загрязненного сосуда, или нечистого сосуда. Сосуд, стенки которого изнутри загрязнены, он загрязнит и отравит ту воду, даже чистую воду или жидкость, которая будет в него налита. Нам необходимо избавиться от различных предубеждений, предвзятых мнений, предрассудков, которые присутствуют в нас, дабы они не отравили ту информацию, не омрачили то учение, не отвергли его, не извратили его, которое к нам поступает, то есть мы должны быть чистым и непредвзятым слушателем.
What is always recommended is various types of ways of regarding ourselves and the situation. We regard ourselves as a sick person, the teacher as a doctor, and the teachings as medicine to help us to overcome various sicknesses or problems that we have with disturbing emotions, and so on.

Другая полезная метафора, которая объясняет процесс слушания, или получения, учения, – это метафора нас как больного, Дхармы, или информации, передаваемой нам, – как лекарства, в котором мы нуждаемся, а того, кто эту Дхарму, это лекарство передает, учителя, – как знающего лекаря, как сведущего врача, для того чтобы мы избавились от болезней тревожащих эмоций, омраченности, неведения и так далее – всех тех проблем, которые преследуют нас в нашей жизни.

Because as you might recall, this Sakya master, Sonam-tsemo, has said that to enter into the Dharma, we have to acknowledge that we have problems, we have suffering; and we have to wish to get out of it; and we have to take interest in the Dharma as a way to get out of it.

Как мы говорили на нашей первой лекции в первый вечер словами одного сакьяпинского мастера, мы должны, для того чтобы вступить во врата Дхармы, мы должны обладать тремя качествами, первое из которых – это признание наличия страданий, то есть осознание факта наличия страданий, затем желание освободиться от этих страданий, избавиться от них, и третье – интерес к Дхарме и стремление к Дхарме, то есть распознание в Дхарме того лекарства, которое поможет нам избежать болезни страданий.

Now of course if we don’t know anything about the Dharma, then we have to first gain information which is what would be the basis of taking interest in the Dharma. So when we are absolute newcomers, then we certainly need to have an open mind and try to retain what we learn, but at first we are evaluating. We learn something about the Dharma to see whether or not this might be something that I would need. So these various instructions that we have been speaking about are referring to once we’ve decided that: “Yes, I want to follow the practice of the Dharma.”

И, безусловно, если мы полные новички, и только приступаем, и только вот вот познакомимся с Дхармой, и не имеем никаких о ней представлений нам, конечно, стоит быть прежде всего открытыми, иметь открытый ум и быть внимательными, то есть сосудом, удерживающим жидкость информации. Если мы ничего не знаем о Дхарме, мы не можем вынести о ней суждения – нужно нам это, не нужно нам это, подходит нам это или нет. Для этого необходимо изначально хотя бы с этими двумя качествами получить достаточный объем информации и затем уже что-то делать с ними. То есть все те инструкции, все те наставления, которые даются нам сейчас, которые мы сейчас обсуждаем, они относятся скорее к тем, кто уже избрал Дхарму своим путем, решил, что она для него приемлема, и решил ее изучать сознательно.

There are many further types of instructions as we get more and more advanced in our practice in terms of attitudes that we have toward the teacher, in terms of the teacher as a Buddha, and so on, but these are not really intended for beginners.

Затем, существуют изложения, которые указывают на то, как нам необходимо получать учения, например, на то, как нам необходимо рассматривать учителя, видеть в нем будду и так далее, но данные учения, они уже более продвинутые и к данному уровню получения учений не относятся.

Then, once we have heard the teachings, then of course it’s very helpful to write it down or these sorts of things so that we can remember it if we don’t have perfect memories – as most of us don’t. Then we need to do the second step. The second step is to think about what we have heard.

Итак, получив учение, выслушав его должным образом, усвоив его должным образом, мы переходим ко второй фазе, которая именуется осмыслением или анализом учения. Получая учения, я как бы не говорю об этом, но, естественно, память наша не совершенна – мы делаем какие то записи, конспектируем что-то, отмечаем какие-то важные моменты, так или иначе пытаемся зафиксировать, запомнить все это и переходим к осмыслению, к анализу учения.

Размышление об услышанном

So thinking about the teachings is basically a step that we do in order to understand them. The end point of thinking about something, in this context, means that we understand what it means.

Итак, мы переходим к размышлению об учениях или переходим к анализу учений, к исследованию учений, с тем чтобы достичь понимания. Какой является конечная точка, какова цель любого размышления? Это понять что-то, усвоить что-то. И так мы продвигаемся через размышление к пониманию учений.

And not only do we understand the teachings at the end of this point, but we also need to become convinced at the end of this stage that the teachings are valid, they are correct,

Мы должны не только понять учения, но мы должны убедиться, полностью удостовериться в том, что они истинны, что это действительно так, что они соответствуют положению вещей

and that they are something that I need, that it is something that will help me.

и что они являются именно тем, что в состоянии нам помочь, то есть понять то, что мы нуждаемся в них.

And we need to be convinced that it’s possible for me to actually achieve whatever it is that the teachings are talking about.

И мы должны также обрести убежденность в том, что мы в состоянии действительно достичь того, что постулируется в учениях, то есть мы в состоянии достичь той конечной цели, которая в них излагается.

If we think that it’s impossible, that I am never going to be able to overcome my anger, then what’s the point of following a practice that is intended to overcome our anger?

Например, если мы уверены в том, что мы никогда не сможем достичь в полной мере, в том, что мы способны устранить собственный гнев, собственную злость, что толку предпринимать все те действия, которые направлены на ее искоренение.

And we have to be convinced that the practice is going to work to achieve the goal that it states it will be able to achieve.

То есть мы должны быть уверены в том, что те средства, которые предлагает нам учение для достижения конечной цели, они работают, они эффективны.

So when we think about a teaching, we think about it from many points of view.

Итак, размышляя об учении, мы размышляем о нем с различных точек зрения, под различными углами.

We have to know, for instance, the various steps that we need to take in order to develop, for instance love, if we are talking about meditation to develop love.

Например, если мы говорим о медитации на любви, о наших усилиях по культивации любви, то нам необходимо знать те стадии, или те шаги, через которые нам следует пройти в практике, для того чтобы преуспеть в этом и развить в себе любовь.

What does love, for instance, depend on? It depends on seeing everybody as equal, seeing that everybody has been kind to us, and so on. So you have to know what it depends on and what are the things that we need to develop in order for love to stand, in a sense, in our minds.

Мы должны знать, что такое любовь, на чем она зиждется, мы должны понимать, что любовь основана на видении всех как равных, на видении и на понимании доброты всех живых существ по отношению к нам и так далее. То есть мы должны иметь прочный логический фундамент для выстраивания этого умственного состояния любви, для того чтобы она была стабильной.

We have to know what are the opposite factors of love that love is going to oppose; and we need to be convinced that the opposing factors would be anger and hatred; and we need to be convinced that love can actually oppose that, can get rid of that; we have to understand how it would get rid of that.

Нам необходимо также знать то, что является полярным ментальным состоянием по отношению к любви, а именно ненависть, гнев. То есть, если мы культивируем в себе в полной мере любовь, – какой фактор она вытеснит из нашего ума, что является ее противоположностью? Это ненависть, желание причинения зла другим живым существам.

And we have to understand what is the purpose of developing love and what are we going to do with it,

И в первую очередь нам необходимо понять, какова цель развития любви, культивации любви, что это нам даст.

which usually involves knowing the benefits of developing love. When you look at many of the texts that give instructions on developing bodhichitta or whatever, they usually start with describing the benefits of it, so that we are convinced that this is something that I would like to do.

Другими словами, нам необходимо знать те благие последствия, или пользу, которую мы получаем от развития любви. Польза, которую мы получаем от развития тех или иных благих качеств, как, например, бодхичитта, зачастую излагается как раз в начале, в первых главах духовных трактатов по медитации, по культивации подобных эмоций, и излагается поэтапно: такие-то, такие-то и такие-то выгоды и такая-то, такая-то польза будет получена нами от обретения, от зарождения в себе такой-то благой эмоции, благого чувства.

And we also need to be convinced of the logic of the teachings – they need to be logical, they need to be reasonable and make sense in terms of the stages of it and the actual details of the teachings.

Мы также должны убедиться в логичности, в последовательности учений, в их поэтапности, в их осмысленности и разумности.

So there are many things that we need to think about. To just jump into a meditation practice without having understood what do I have to develop first and how is it going to get rid of this thing or that thing, and what are the opposing factors I have to watch out for, and so on... that the analogy for that is that: “Listening is putting the food in your mouth, and thinking about it is chewing it. And if we try to swallow without chewing, we are going to choke.” So if we try to meditate without thinking about the teachings, we are going to have difficulties.

Безусловно, нам необходимо, прежде чем приступать к медитации, пройти обе фазы получения информации, то есть выслушивания учений и их анализа, осмысления, обдумывания и получения какого-то понимания. Если мы бросимся сразу же в медитацию, не пройдя эти фазы, то мы не будем знать, какие стадии нам следует пройти для того, чтобы развить то или иное состояние, какова здесь закономерность, какова логика этого процесса, что слеудет за чем, каковы опасности, подстерегающие нас на пути, каковы те полярные состояния, которые являются врагами любви, например. Здесь также метафора уместна с употреблением пищи: если получение информации или выслушивание учений можно уподобить помещению пищи в рот, то прожевывание можно уподобить ее обработке в виде осмысливания, извлечения смысла, и проглатывание – медитации. Если, положив кусок в рот и не прожевав его, мы сразу же попытаемся его проглотить, заглотить, то велика вероятность того, что мы им подавимся. Такова же опасность и в медитации.

What do we do then in thinking? It can be either some free form of thinking about these various points that I have mentioned, or once we have done that, it would be a more formal process.

Итак, это может быть такого свободного вида осмысливание, мышление, размышление, мысли в вольном формате о тех пунктах, о тех моментах, о которых я сейчас упоминал, либо это может быть более структурированное, более формальное осмысление.

Формальное размышление

So the formal process that it could be would be to go through a line of reasoning. When we want to develop a certain state of mind, then we need to build it up.

Более формальное осмысливание, или обдумывание, материала будет заключаться в прохождении нас через определенные стадии, через определенные шаги в умозаключениях.

We need to build up to that state of mind by going through stages or steps, and often those steps are lines of reasoning.

Для порождения какого-то понимания, какого-то состоянии ума, нам необходимо пройти через этапы, и через этапы мы в этом формальном осмыслении, поэтапно, один за другим, мы их проходим.

So it could be a line of reasoning that builds up to an understanding of impermanence; it could be a line of reasoning that builds up to an understanding of voidness. All these things are ways of becoming convinced that impermanence is correct, that things are affected by causes and conditions change, and that voidness is correct; nothing exists in impossible ways.

Итак, это может быть цепь каких-то верных умозаключений, подводящая нас к верному пониманию пустотности, это может быть цепь верных умозаключений, подводящая нас к пониманию непостоянства. Для того чтобы достичь верного понимания непостоянства, нам нужно пройти через, например, осмысление зависимости всех феноменов от причин и условий, через понимание того, что все, что слагаемо, все, что зависит от причин и условий, по определению мимолетно, по определению преходяще и непостоянно, нестатично. И также мы следуем через какие-то определенные силлогизмы, определенные логические шаги: мы исследуем пустотность и подходим к верному ее пониманию.

So going through that line of reasoning, at the end we become convinced that impermanence is correct or voidness is correct. Remember that’s part of the thinking process.

Итак, мы продвигаемся через череду верных умозаключений и в конце концов убеждаемся в том, что непостоянство действительно таково, что оно действительно истинно, мы убеждаемся в том, что пустотность действительно такова и она истинна. Итак, мы убеждаемся в конце этого и осмысливаем таким образом.

Or we could build up to a certain state of mind, not necessarily through a line of reasoning, but through stages, like for instance, if we want to develop bodhichitta we would go through stages such as developing equanimity, and then seeing everybody as having been our mothers in some previous lifetime, remembering the kindness of motherly love, developing appreciation of that, and so on. So we work through the stages so that you become convinced that going through these stages we can reach that goal of developing bodhichitta. So, this is still part of the thinking process.

Это осмысление может иметь вид последовательного прохождения цепи умозаключений, цепи верных логических умозаключений, оно может принимать и другую форму: например, если мы стремимся развить бодхичитту, мы можем постепенно, поэтапно осмысливать в уме, не проходя через такие верные умозаключения, но просто осмысливать в уме какие-то положения, переходя от одного к другому. Например, мы культивируем бодхичитту, начиная свое осмысление, начиная свой процесс исследования с размышления о том, что все живые существа в прошлых жизнях являлись бесчисленное множество раз нашими любящими матерями. Приняв этот факт, мы переходим к следующему размышлению, думая о том, насколько они были добры к нам, выступая в этой роли. Затем мы думаем о том, насколько прилично было бы, насколько уместно было бы теперь отплатить им добротой за ту доброту, которую они оказывали по отношению нам, и так далее и так далее, и постепенно мы подходим через это, через ступени параллельной бодхичитты к собственно культивации этого ума, устремленного к просветлению.

Also we have to understand very well, in this thinking process, what actually is this state of mind that we are trying to cultivate.

И также необходимо ясно понимать, что является тем состоянием ума, которое мы стремимся культивировать, породить посредством этого процесса размышления.

Some meditations are intended to help us to focus on a certain object, like for instance voidness. So we have to understand, obviously, this is the type of meditation that I’m doing, and I’m doing it to develop my mind to understand the certain object. Whereas there are other meditations which are intended to develop a state of mind itself, like for instance love. Love isn’t an object that we are focusing on. Love is a type of mental attitude that we develop. So we need to understand which one we are working with here. What are we trying to accomplish?

Также необходимо ясно понимать, что именно за тип медитации мы практикуем. Медитации существуют различных типов. Например, основное отличие таково: в какой-то медитации мы пытаемся отточить, развить познающую способность нашего ума для того, чтобы постичь какой-то сложный объект, то есть мы фокусируемся на объекте, для нас важен объект и его постижение, например пустотность, мы стремимся понять пустотность верно и безошибочно. Для этого нам необходим отточенный интеллект, ум, и мы фокусируемся на пустотности, стремясь ее понять, постичь. Один вид медитации. Другой вид медитации, например, – это культивация какого-то благого эмоционального состояния. Например, любовь. Любовь не является целью и объектом такой медитации. Целью этой медитации является то, чтобы ум наш стал любовью, потому что любовь – это внутреннее состояние, любовь – это ментальный фактор, или ментальное состояние. То есть мы хотим стать любовью и превратить наш ум в любовь. То есть вот уже два разных вида медитации: объект, в котором мы заинтересованы, или то ментальное состояние, в которое мы хотим войти.

And in both cases, Tsongkhapa emphasized very strongly that we need to know two things. First is what is the object that the mind is focusing on? Whether we are talking about love or we are talking about an understanding of voidness, what object is it focusing on? What appears to the mind when we’ve achieved this state? That’s the first thing.

Лама Цонкапа указывал на то, что необходимо уделить особое внимание двум аспектам медитации. Первое – это тот объект, на котором мы фокусируемся, будь то пустотность или любовь, которую мы желаем в уме породить. Итак, пустотность, например, как объект, который мы исследуем, или любовь, которой мы пытаемся стать. Мы должны четко представлять себе, каков этот объект, как он предстает с точки зрения ума, развившего его или познавшего его.

And the second thing we have to know is how does the mind take or cognize that object? What is it doing with that object?

И второй аспект, в котором мы должны четко разобраться, – это тот способ, которым наш ум познает этот нужный нам верный объект; как он познается умом.

If we don’t have these two things, these two points very clear in our mind, how can we possibly generate the state of mind that we wish to have?

И если мы не разобрались в этих двух моментах, как можем мы вообще ожидать, что мы действительно сможем постичь этот объект или развить это состояние желаемым образом? Это невозможно.

So for example, compassion: what is it aimed at? What is the appearing object? It is sentient beings, various beings with suffering, and focusing on them and their suffering.

Итак, к примеру, ум сострадания, или сострадательный ум, – что служит его объектом, что возникает перед таким умом, что стоит перед ним? Перед ним стоят все живые существа, или живые существа страдающие, то есть живые существа и их страдания, – вот верный объект такого ума.

And how does the mind take that object? It takes it with the strong intentional wish for them to be removed from their suffering, from their suffering to be removed from them, and with the intention that we are going to try to do something about it.

Каков образ восприятия этого ума, как он смотрит на объект – живых существ, страдающих? Он смотрит на них со страстным желанием сделать что-то, на деле сделать все возможное, все что в его силах, для того чтобы устранить эти страдания, убрать их из жизни этих живых существ и убрать все причины этого страдания. Вот так он их воспринимает.

So in that way we specify very clearly what’s the state of mind that we want to generate.

И это очень четко описывает то состояние ума, состояние сознания, которое мы должны породить в ходе такой медитации.

Or if we think about bodhichitta,

И если мы размышляем о бодхичитте,

we have to be very clear. Most people confuse bodhichitta with compassion. It’s not compassion.

здесь необходимо также очень четко усвоить, что подразумевается под этим термином, поскольку многие люди склонны путать бодхичитту с состраданием.

Love, compassion, is taking responsibility to bring others to enlightenment, not just to help them to overcome some sickness, but to bring them to enlightenment. These are the things that bodhichitta rests on, depends on. We need to have that first.

Любовь, сострадание, желание помогать другим, желание как-то избавить их от каких-то страданий, принести им что-то, сделать им что-то хорошее – все эти качества, они благие и необходимые, но они не являются бодхичиттой, они не тождественны бодхичитте. На деле они служат совокупной основой, на которой взращивается, на которой возникает бодхичитта.

But what we are focusing on with bodhichitta when we actually are sitting there with bodhichitta, we are focusing on our own individual enlightenments,

Что является тем объектом, на котором мы фокусируемся, который предстает перед нашим умом, когда мы обладаем бодхичиттой. Мы сидим с бодхичиттой – что перед нами? Перед нами наше собственное будущее индивидуальное, личное просветление.

right, our own individual enlightenments which have not yet happened, but which can happen on the basis of Buddha-nature and on the basis of all the various other factors and hard work that we have to do in order to achieve it.

Наше собственное личное, индивидуальное будущее просветление, которое еще не состоялось, но которое, безусловно, состоится в будущем благодаря наличию в нас природы будды, которая делает его возможным, а также всего множества тех различных факторов, той тяжелой работы, духовного труда, который предстоит нам совершить для его достижения.

So we are not focusing on the enlightenment of Buddha Sakyamuni. We are not focusing on just a general abstract enlightenment in general, but on our own future enlightenments, the not-yet-happened, future – better to leave that word out, it confuses Western concepts of time with Buddhist concepts of time – the not-yet-happened enlightenment.

Мы фокусируемся, мы концентрируемся не на каком-то абстрактном просветлении, чьем-то просветлении, на просветлении Будды Шакьямуни или просто на абстрактной концепции просветления: мы фокусируемся на нашем собственном будущем просветлении. Слово, термин «будущее» лучше здесь не использовать ввиду некоего несовпадения и диспропорцией между буддийским пониманием времени и того, что является будущим, и нашим западным традиционным пониманием будущего и времени. Лучше говорить о нашем будущем, или о нашем еще не состоявшимся, или о нашем грядущем просветлении, которое еще не состоялось. Именно на нем мы фокусируемся.

So, how do we focus on our not-yet-happened enlightenment?

И как же нам сфокусироваться на том нашем просветлении, которого еще пока не было?

That’s not very easy. First of all we have to understand what in the world that means, what kind of phenomenon is that – the “ not-yet-happened” anything.

Прежде всего, нужно разобраться, что же это такое за объект – «то, чего еще не было», или «то, чего еще не произошло». Что это – то наше просветление, которому еще только предстоит случиться?

Does the “not-yet-happened” sprout already exist in the seed? Is it nothing? Is it totally nonexistent and so on? So obviously, the understanding of voidness is necessary here to really get a clear picture of what in the world are we focusing on when we are focusing on our not-yet-happened enlightenment.

И для того чтобы понять, что это – наше еще не случившееся просветление, подобно ли оно тому ростку, который уже таится в зерне, который еще не существует вовсе, и вообще, каково оно, каков способ его существования? И для этого, безусловно, необходимо разобраться до определенной степени с пустотностью, постичь пустотность, потому что именно это позволит нам понять способ его существования.

But our not-yet-happened enlightenment is not sitting out there somewhere like the finished line of a race and we are heading toward it. It’s not sitting somewhere. It is not a findable object like that, but rather it’s something which can be validly imputed on our mental continuums on the basis of Buddha-nature.

Наше будущее, еще не состоявшееся просветление не является каким-то феноменом, который, подобно призу, ждет нас где-то далеко за финишной чертой: мы стремимся, мы бежим, и вот в какой-то момент мы его там хватаем. Нет, оно скорее является объектом, который можно верно обозначить, или ярлыком, который можно обоснованно навесить на наш ментальный континум, на наш ментальный поток на основе присутствия в нем природы будды.

And, in order to focus on that not-yet-happened enlightenment, we have to focus on it through some sort of representation, a mental representation of it.

И для того чтобы сфокусироваться на этом нашем будущем, еще не состоявшемся просветлении, необходимо найти какое-то ментальное представление, какую-то ментальную подоснову для него, чтобы на ней фокусироваться.

So it could be just the word, the meaning category of “enlightenment,” I was thinking of enlightenment; or we could visualise it as a Buddha. Very often people visualize a Buddha as representing the future enlightenment that I’m aiming for. Or in tantra, one could visualize oneself in the form of a Buddha-figure. This is representing my not-yet-happened enlightenment that I am aiming to achieve – that I know that it is not yet happened. Not yet happened is not happening now.

Итак, то еще не случившееся просветление, на которое мы ориентируемся, которого пока еще нет в природе, мы можем использовать для его представления, в качестве его представителя некую ментальную картину, ментальное изображение. Им может быть просто термин, или ярлык, «просветление» или «будда», понятие. Им может служить некая форма, визуализируемая форма, например форма будды, статуэтка будды или изображение будды, которую мы визуализируем и которая символизирует просветление, к которому стремятся. Или, как в тантрическом контексте, им может являться наш собственный образ, принявший форму какого-то просветленного божества, какого-то будды, то есть мы сами в форме будды.

So this is what we are focusing on, this is how we understand what we are focusing on. And then, in terms of how do we focus on it, how does the mind take that object, aside from conviction that it’s possible to achieve it? It is taking it with two intentions.

Итак, вот тот образ, на котором мы фокусируемся, вот тот смысл, который сокрыт, заключен для нас в этом образе. И что же касается того способа, каким мы фокусируемся на этом объекте, каким способом мы его созерцаем, здесь необходимо отметить два ключевых момента.

The first intention is that “I’m going to achieve this.” Now to have that intention that “I am going to achieve this” depends on some of the things that we’ve thought about. In other words, knowing realistically what I have to do in order to achieve it. It can’t just be, “Oh, I’m going to achieve this.” But we have to know how we are going to achieve it, and be convinced that we can achieve it. Then you can have a valid intention to achieve it; otherwise, it is just a nice dream.

Первый фактор – это твердое намерение достичь этого: мы решили, что мы хотим этого достичь. Для того чтобы такое решение было в нас, присутствовало и оно было верным, верно обоснованным, мы должны прежде всего понимать, как этого достичь, почему это обосновано, почему это верно, почему это возможно. Только обладая таким знанием, мы действительно можем стремиться достичь этого, и это будет действительно не каким-то вымыслом, а действительно желанием: мы знаем, что это достижимо, мы знаем, как это осуществить, проходя через какие стадии, и мы действительно хотим, мы заинтересованы в достижении этого. Итак, это первый аспект нашего созерцания этого объекта.

And of course, we have to understand correctly “what is enlightenment,” which is also not terribly easy to understand.

И, конечно, необходимо прежде всего верно понять то, что такое просветление, что такое просветление. Если мы не понимаем, а это довольно сложно, как можем мы медитировать на этом?

And the second intention is that we are going to, with that enlightenment, benefit others as much as is possible. And that, of course, is based on having had the steps beforehand of what bodhichitta depends on, namely love and compassion. We are taking responsibility to bring them, to help others to enlightenment.

Вторым необходимым аспектом восприятия, или созерцания, этого образа является наше желание по достижении его принести максимальную пользу живым существам, то есть что мы будем делать с этим достижением, к которому мы стремимся, которое мы знаем, как достичь. Мы будем использовать его на благо других живых существ всеми возможными образами. И здесь опять же необходимо знать, каким образом, обретя просветление, мы сможем приносить пользу живущим, и здесь у нас также должна играть в этом ключевую роль та предварительная подготовка, или тот фундамент, состоящий из любви и сострадания – всех этих положительных эмоций, которые мы культивировали, взращивая бодхичитту.

So this thinking step is actually quite a long step and requires a great deal of work. But at the end of this thinking step, we know precisely what is the state of mind that I am trying to achieve, precisely how to do it, and everything is, you know, with full conviction. And although that process of thinking may look like meditation, and Western people not using the terminology very precisely might call it meditation, it’s not meditation according to the definition of meditation.

Итак, этот процесс, мыслительный процесс, процесс обдумывания, может занять долгое время. Это довольно сложный процесс, процесс, в результате которого мы в точности поймем, что именно нам необходимо созерцать, каков тот объект, к которому мы стремимся, убедимся в том, что он достижим, как именно он достижим, – все это осмыслим, решим то, что мы будем с ним делать. Все это является осмыслением и в каком-то роде медитацией в вольном, при вольном использовании термина «медитация», который свойственен для западных людей, это называется медитацией. Но все это является лишь на деле осмысливанием тем, или постижением, обдумыванием. Медитацией в полном, жестком смысле этого слова все это не является: медитация начинается позже.

So this is a very worthwhile thing that we can do, and to think about the teachings is something that we can do any time. In fact, it’s a very good activity to do in between things in our daily lives,

И тогда очень полезный процесс размышления об учении – он может начинаться и длиться в любое время – это весьма полезное занятие, и именно им мы можем заполнять те паузы между своими мирскими занятиями в течение дня, размышлять в таком ключе об учении.

because during our daily life we can think about how would this state of mind, let’s say love, apply in the situation? And how would it be relevant? What would be its benefits? And so on – these are things that we check out during our day.

В наших повседневных ситуациях, в бытовых ситуациях мы можем размышлять: а насколько релевантна любовь вот в этой ситуации, какая польза от проявления любви в такой ситуации, сострадания в этой ситуации и каково их жизненное применение – как они могут быть интегрированы в мой жизненный каждодневный опыт.

Медитация

Then we actually have meditation itself. Meditation is to digest the food, you know once we have chewed it. It’s to make this state of mind a habit, actually become that state of mind.

Затем мы переходим к тому, что приводит нас собственно к обретению этого или превращению в это ментальное состояние, к которому мы стремимся, и это именуется медитацией, то есть мы начинаем привыкать. Или в метафоре еды – мы прожевали ее, проглотили и начинаем усваивать, или переваривать, когда она становится нами. То есть мы становимся этим состоянием.

So this is primarily a two-fold process.

И, как правило, речь идет здесь о двухступенчатом, или двухчленном, процессе.

One step is what I translate as “discerning meditation.” It is usually translated as analytical, but calling it analytical tends to confuse it with the thinking step. So “discerning,” I think, is more accurate translation of the term.

И первый шаг здесь, или первая фаза, – это то, что я предпочитаю переводить как «различающая медитация», «распознающая медитация». Обыкновенно это переводится как «аналитическая медитация», но я нахожу этот термин несколько запутанным, поскольку сильна коннотация именно размышления, или осмысливания, а ее здесь быть не должно.

“Discern” here means to understand something in a certain way,

Различение – это значит здесь понимание чего-то в определенном ключе, в заданном ключе,

scrutinizing something really very carefully and understanding it in a certain way.

исследование чего-то детально, изучение чего-то и понимание в определенном ключе.

And then the second aspect is fixating meditation in which we actually fix on that state of mind, stay on it.

И вторая стадия – это фиксирующая медитация, стабилизирующая медитация, или медитация помещения ума, положения ума, в которой мы помещаем свой ум, фиксируем его, закрепляем его на объекте, уже на достигнутом этом понимании, извлеченном смысле.

So we can call it stabilizing meditation as well.

Это можно называть также стабилизирующей медитацией.

So, this discerning meditation, how we do this? What we do is, having gone through the line of reasoning, having gone through the stages, the steps for building up to a certain state of mind during the thinking process, now we do it once again. But we’re doing it again not for the purpose of gaining an understanding, because we already understood it. What we are going through this process for is in order to get a fresh understanding, a fresh state of mind. That would be the definition of the state of mind that we are trying to achieve. Work yourselves up to it: everybody has been my mother, everybody has been kind and so on, so you actually feel the state of mind.

Итак, что мы выполняем в ходе этой аналитической, или различающей, медитации – мы проходим вновь через те же стадии, которые мы проходили в нашем исследовании, в нашем осмыслении, но мы не осмысливаем или не исследуем их вновь в полном смысле этого слова, ибо мы через это уже прошли, смысл нами уже постигнут, мы уже это все поняли, мы в этом всем уже для себя убедились и смысл из этого извлекли, значение. Мы лишь заново переживаем это, прокручивая их в своем уме, для того чтобы вызвать свежее, энергичное, мощное переживание этого чувства, этого ума, этого состояния или эмоций, посколько именно к ним мы и стремимся. Итак, мы продумываем: все мои матери, все были ко мне добры, я им должен отплатить за это добротой, мы нагнетаем в себе эту эмоцию, это чувство, в котором мы уже логически убедились.

And then once we have worked ourselves up in this step-by-step process to the state of mind that we want to habituate ourselves to, then we actively discern or understand the object in that way. With compassion, now I focus on sentient beings and their suffering and I discern that they are suffering and I have this intention, this wish that they may be free from this suffering and so on. I am actually seeing them; I’m looking at them in my mind in this way, or it could be in real life when we actually see people.

Итак, пройдя через все эти стадии, повторив все эти стадии, освежив в себе все эти переживания, ассоциируемые с ними, мы приходим к тому результативному ментальному состоянию, которое мы стермимся породить, а именно к бодхичитте [состраданию], например, в этом случае. И здесь, дойдя до этого со всем эмоциональным градусом, подняв все переживание в уме, мы смотрим теперь на это, внимательно различая, то есть мы медитируем, распознавая, на этом состоянии результативном ума сострадания.

Compassion is focused on others and their suffering and the wish for them to be free.

Итак, мы созерцаем это результативное состояние ума, мы осознаем и активно распознаем: вот он, объект, на котором я фокусируюсь, – это живые существа, которые претерпевают различные страдания. Как я воспринимаю их? Я воспринимаю их через призму желания помочь им, желания освободить их от этих страданий, от тех причин, которые вызывают эти страдания, то есть мы активно распознаем в медитации, фокусируясь на этом результативном состоянии, состоянии сострадания.

So we stay with that discernment for a while, in an active process, and then stabilizing meditation is basically just letting it sink in, full concentration on this. Obviously you have concentration when you are doing the discerning meditation as well, but it is a – I don’t know if you really want to use the word “passive” – it’s sort of letting it sink in, really feeling it.

Итак, эта стадия, можно классифицировать ее, описать ее как некую активную фокусировку внимания с распознаванием: вот он объект, вот оно состояние, вот этот способ постижения, я хочу этого достичь. Мы исследуем это, фокусируясь на этом, и затем, выполнив это в достаточной мере, мы переходим к так называемой стадии стабилизирующей медитации, медитации второго типа, стабилизирующей, или полагающей, пребывающей медитации, и здесь мы просто пребываем в фокусном внимании своего ума на этом достигнутом состоянии, мы просто даем ему войти в нас, или мы погружаемся в него. Если вы хотите использовать этот термин, если он вам поможет, то в этом есть какая-то пассивность, то есть мы даем этому уму стать нами, войти в нас и успокоиться в нас. Вместо того чтобы активно его исследовать, различать, мы просто пребываем в нем, на нем и фокусируемся.

And we alternate these back and forth and eventually we are able to combine them.
But that’s very difficult.

И мы альтернативно меняем, заменяя одно другим, по очереди практикуем их, сменяя одну медитацию другой: различающую – стабилизирующей, и в итоге нам удается сочесть обе эти медитации, свести их воедино.

There’s a lot of discussion about what stage and which type of processes combine and which have one and which have the other. That’s quite complex and you can read about it on my website.

Это довольно сложное достижение и довольно сложный процесс, и много существует дебатов относительно того, какая стадия предшествует какой, как одна сочетается с другой, что необходимо сделать перед достижением того, и так далее, и так далее. Все это довольно сложный, спорный вопрос, и я уделил много внимания обсуждению его в статьях на моем интернет-сайте.

Also, when we become very advanced, then we don’t have to do what is called a “contrived [labored] meditation” in which this discerning meditation process involves going through the stages and building yourself up to this state of mind. You’re just able to do it instantaneously. That’s still discerning meditation.

И также на более высоких ступенях духовного пути, духовного развития мы обретаем способность, когда мы не нуждаемся более, нам нет необходимости более прибегать к такой вынужденной, или искусственной, медитации, когда путем сознательных усилий мы поэтапно доводим себя до результативного состояния – до созерцания, опять же аналитического или различающего созерцания конечного состояния. Мы просто как бы по мановению волшебной палочки, в силу привычки, автоматически, спонтанно входим в это созерцание.

Виды медитации

We often hear about two types of meditations. The Sanskrit words for them are shamatha and vipashyana, in Tibetan, shinay and lhagtong.

Нам всем доводилось слышать о двух типах медитации, которые известны на санскрите как шаматха и випашьяна, а на тибетском, соответственно, как шине и лхатонг.

And these are referring to: shamatha is a stilled and settled state of mind. It is stilled or quieted of dullness and flightiness or agitation – a mind which flies off to something – and it is settled on an object.

Шаматха, или умиротворенное пребывание, – это состояние ума, в котором ум совершенно успокоен, умиротворен, ясен, чист и лишен каких-либо возбуждений. Это ум, в котором отсутсвуют изъяны возбуждения, изъяны ускользания ума на посторонние объекты, то есть он полностью сфокусирован и он успокоен и ясен, чист и бодр, то есть в нем отсутсвуют изъяны притупленности, изъяны сонливости, изъяны затуманенности и так далее – два противоположных класса изъянов. Итак, это совершенный, умиротворенный, пребывающий, сфокусированный ум.

So, the emphases here is on this stabilizing meditation.

Итак, здесь упор делается именно на стабилизирующем аспекте медитации, то есть это фактически относится к стабилизирующей медитации.

And we can develop this stilled and settled state of mind through focusing on many, many different things including the breadth, including the visualised Buddha and so on. But there is a long list of possibilities.

И умиротворенное пребывание в сознании – шаматха, или шине на тибетском, может быть обретено в отношении любого фактически объекта. Этим объектом может быть некая фигура божества или фигура будды, которую мы созерцаем. Это может быть масса других объектов: существует объемный перечень рекомендованных объектов для созерцания. Это может быть наше собственное дыхание, на котором мы фокусируемся и обретаем шаматху в отношении него.

And even these types of meditation, one needs to hear about the instructions and then think about them, go through the stages. Like for instance if you are visualising a Buddha – how to build up the visualisation step by step, what do you do first, and so on.

И даже для успеха в такой медитации, нам необходимо получить достаточное количество инструкций и ясные, четкие указания и наставления о том, как практиковать, на какой стадии, каковы формы и техники созерцания избранного объекта, какие объекты являются наиболее благоприятными. Даже в отношении формы будды – если мы ее избрали – существует масса техник, моментов, нюансов, которые позволят нам преуспеть в этом созерцании.

And for vipashyana, this word means an exceptionally perceptive state of mind,

Випашьяна, или лхатонг на тибетском, обозначает, этимологически это обозначает некое совершенное, возвышенное, непревзойденное восприятие, или видение.

lhagtong – to be able to see or perceive in a very exceptional way. So this is emphasizing this discerning meditation.

Лхатонг, «тонг» – глагол «видеть», она видит, или воспринимает, совершенным, непревзойденным, наивысшим способом. Итак, это относится к следующему типу медитации, к первому в предыдущем изложении, а именно к различающей медитации.

So when we talk about vipashyana, it could be achieved in terms of an exceptionally perceptive state of mind that understands impermanence, that understands voidness, but it is not exclusively that.

Мы говорим о випашане – о совершенном, непревзойденном видении, о ясном и четком постижении неких важных доктрин и неких важных моментов, например таких как пустотность, таких как непостоянство и так далее, но это вовсе не обязательно, что мы обретаем випашьяну именно в отношении этих глубоких тем и понятий.

In anuttarayoga tantra, the highest class of tantra, one develops vipashyana, this exceptionally perceptive state of mind, by visualizing a tiny dot or drop at the tip of the nose, for example. And then with maintaining that one dot, and there’s two dots, and in the next row then four and eight and sixteen, thirty-two, and so on, keeping them all perfectly in order, and then dissolving it in stages, and so on. By doing that, you develop an extremely, exceptionally perceptive state of mind.

Это исключительно воспринимающее, исключительное видение. Випашьяна развивается в тантрическом контексте и на следующих практиках. В аннутарайога-тантре существует техника, в соответствии с которой мы визуализируем на кончике носа крохотную каплю, или крохотное зернышко. Затем мы начинаем проецировать это зернышко вовне, удваивая его каждый раз, в 2, 4, 8, 16, 32, 64 и так далее, поддерживая в совершенстве визуализацию всех зерен. Затем мы их сокращаем вновь, деля на два, доходя до одного, и, выполняя этот процесс, мы также вырабатываем такое кристально чистое, совершенно ясное, совершенное видение.

If you really want to develop it, then there are other practices in which in each of those dots or drops, you visualize the whole mandala of the system, the deity system that you’re practicing, with all the deities, in each of them, with all the details. Then you really have an exceptionally perceptive state of mind!

Если вы действительно хотите приобрести ничем, никем не превзойденное, совершенное видение, такое аналитическое восприятие, тогда вы визуализируете в каждой из капель полную мандалу со всеми присутствующими в ней божествами, то есть весь небесный дворец, и вы его умножаете всякий раз и поддерживаете чистое видение, четкое видение всех его элементов.

And we have this shamatha and vipashyana in all the Buddhist traditions. We find it in the Theravada traditions, we find it in Zen as well.

И шаматха, и випашьяна, мы обнаруживаем их как два различных типа медитации во всех буддийских традициях. Вы найдете ее в махаяне, в хинаяне, в тхераваде, вы найдете ее в дзенской (чаньской) традиции – везде.

In Zen, for instance, when we focus on a koan, if we use the one that is used, for instance, in the Korean form of the Zen, “What is it?” and we focus on “What is it?” the point is not that you answer, “This is the table, this is the glass” and so on, but that you develop the mind to be in the state of “What is it?” And then it becomes an exceptionally perceptive state of mind.

Так, развитием випашьяны, развитием исключительно познающего ума, или ума, обладающего совершенным видением, в дзене, а именно в его корейской версии с его известным коаном «что это?», «что это такое?» – целью этого коана, целью этого вопроса не является ответ на него, а целью является преображение, или превращение, трансформация нашего ума в этот вопрос – ум «что это?». Мы должны превратить свой ум в «что это?», и тогда это будет совершенно познающее состояние ума.

Very funny – the Tibetans, most of them don’t and haven’t studied this Zen tradition. They aren’t familiar with it. There was very famous meeting between a Zen master and I believe it was Kalu Rinpoche, in which the Zen master held up an orange and said “What is it?” and Kalu Rinpoche said to his translator, “What is the matter, don’t they have oranges in his country?”

Тибетцы не знакомы с дзенской традицией, никто ее не изучал из тибетцев, в том числе и тибетские ламы. И существуют известный анекдот, история о том, что произошло однажды, кажется это было с Калу Ринпоче, когда он встречался с одним из известных корейских мастеров, и тот, демонстрируя ему практику коана «что это такое?», показывал апельсин собравшейся аудитории и в том числе Калу Ринпоче и вопрошал: «Что это такое? Что это такое?» На что Калу Ринпоче в недоумении повернулся к своему сопровождающему переводчику и спросил: «Что с ним такое? Он что – не знает, что это апельсин? У них в стране нет апельсинов?»

So we have shamatha and vipashyana. Shamatha is not just perfect concentration, which is developed through nine stages and, you know, there’s all sorts of things, different types of attention and so on that we use in that. But what it has in addition to perfect concentration is what’s known as an “exhilarating state of mind.” “A sense of fitness” is the actually technical term.

Шаматха – это то состояние ума, которого мы достигаем посредством такой целенаправленной, поэтапной медитации. Существует масса изложений, объяснений и наставлений о том, как достигается шаматха, существует девять ментальных стадий, посредством которых мы достигаем шаматхи, различные методы, техники, противоядия, ошибки, силы и так далее, которые описывают этот процесс.

So, what we have in addition to perfect concentration is a sense of fitness, which is an exhilarating physical and mental state.

Итак, в конце концов мы имеем то, что именуется шаматхой – это совершенно успокоенное, сфокусированное состояние ума, умиротворенное состояние ума, но оно также ассоциируется еще с одним переживанием, которое не передается самим термином, оно именуется, по-разному оно переводится – это ментальная и физическая работоспособность, ментальное и физическое блаженство, ментальная и физическая готовность, ментальная и физическая гибкость,

Sense of fitness is like what an athlete has that is perfectly trained.

фитнесс, готовность, работоспособность, мощность, энергичность – масса переводов, но ни один не точный; fitness.

Tsenzhab Serkong Rinpoche, my teacher, explained it as like having a jumbo jet: if you put it on the ground it will stay, if you send it flying in the air it will go. And so there is this sense that you can concentrate on anything for any amount of time – the body won’t get tired, the mind won’t get tired, you feel totally fit and it’s exhilarating.

Это полное здоровье, энергичность, работоспособность ума и тела. Это, как говорил Серконг Ринпоче, учитель Александра, это подобно Боингу-747, который, поставь его на землю, он стоит недвижимо, пусти его в небеса – он несется со всей мощью и силой. Вот такие тело и ум.

So it is a very exhilarating, uplifting, joyous type of thing. But not a joyous “ha, ha, ha”, you know, go running down the street singing and dancing. It’s not like that. The mind is totally, you know, like an athlete being very, very well trained.

Радостное, здоровое, жизнеутверждающее, атлетическое, переполняющее спортсмена сила и состояние. Состояние это, однако, не является каким-то блаженным состоянием, когда бегаешь, беспричинно смеешься, когда действуешь неадекватно: это вполне контролируемое, адекватное состояние полного контроля силы, энергии.

Vipashyana is in addition to shamatha. Vipashyana, the definition of vipashyana – as soon as you have shamatha already – it adds on top of that a second sense of fitness, which is a fitness that the mind can understand and discern anything.

Итак, випашьяна, в полном смысле этого термина, является дополнением, или добавлением, на основе уже обретенной, уже существующей шаматхи. Предполагается, что мы уже обрели шаматху, умиротворенное пребывание сознания с обоими этими факторами, – фитнес тела и ума, – и на базе этого мы добавляем еще один фактор, а именно способность нашего ума активно исследовать, активно различать, распознавать в процессе этой концентрации. И тогда мы обретаем то, что именуется випашьяной на базе шаматхи.

Then there is also a type of meditation which is known as glance meditation usually. And what this is when we are working on a particular meditation practice, that every now and then we need to review the whole Buddhist path to see where it fits in, so that we don’t overemphasize one thing and skip or neglect another thing. So it’s reviewing the whole path. It’s a type of review.

Затем существует то, что я называю, лично я перевожу как медитация «прокрутки» или просмотра, медитация ревизии. Медитация ревизии совершается в тех целях, когда мы обладаем каким-то объемом информации, но, для того чтобы не переакцентировать какой-то из аспектов и не недооценивать какой-то другой, мы время от времени проводим такую ревизию – или ретроспективный, или прямой, в прямом порядке, просмотр тем учения, просмотр различных аспектов, моментов учения. То есть мы фактически прокручиваем один за другим важные моменты, темы, топики учения в нашем уме.

Many years ago I came to Russia, Moscow, with Dr. Tenzin Choedrak, who was the personal physician of His Holiness the Dalai Lama, in order to work on a project to use Tibetan medicine to help the Chernobyl victims. And we stayed at very nice hotels and so on, and they were very, very official, the ministry of health, and often we were taken out to these famous Russian seven-course meals.

Несколько лет тому назад я находился с визитом в России. В тот момент я сопровождал и путешествовал вместе с доктором Тензин Чодраком. Доктор Тензин Чодрак в тот момент являлся – он уже ныне покинул этот мир, – он в тот момент являлся личным врачом Его Святейшества Далай-ламы, и цель нашего визита была сотрудничество с Минздравом СССР в деле использования тибетских лекарств, тибетских лекарственных препаратов для лечения пострадавших при ликвидации Чернобыльской аварии. Нас разместили в очень хорошей гостинице, к нам очень внимательно относились, нас постоянно опекали представители из Министерства Здравоохранения, и часто мы участвовали в том, что именуется традиционным русским обедом из семи блюд.

Now Dr. Tenzin Choedrak had spent twenty years in a Chinese concentration camp before he was able to come to India.

И доктор Чодрак провел 20 лет в китайском концентрационном лагере, в китайском гулаге, прежде чем ему удалось выбраться из Китая и добраться до Индии.

And the first course of the seven-course banquet would be served, and no matter how much we told him beforehand, he would eat as much as possible of this first course and then would be so full that he couldn’t eat anything more.

И сколько бы мы его не увещевали, сколько не объясняли ему, что нужно есть умеренно, – как только ему подавали первое из этих блюд семичленного обеда, он тотчас же до упора наедался именно им, и не оставалось уже места ни для чего, что следовало за ним.

So this is what we want to avoid with this glance meditation. We want to review and keep in mind the whole menu of all seven courses so that we don’t overeat and do too much meditation [on one thing], like the first course, and miss out on the rest of the meal.

Итак, это именно то, чего мы стремимся достичь посредством медитации, ревизионной медитации, медитации прокручивания, или просмотра, чтобы не уделить слишком много внимания какому-то первому пункту меню, упустив все остальные. То есть мы прокручиваем в голове, удерживаем в голове, пересматриваем вновь, освежаем в восприятии все пункты меню для того, чтобы обо всех них помнить и уделять им равное внимание в практике.

Now, we were talking about the type of meditation in which you build up to a certain state of mind, but that isn’t the only type of meditation that’s done in Buddhism.

Итак, мы говорили о медитации, в которой мы пытаемся развить некоторое состояние сознания, но это не единственный вид медитации, который встречается в буддизме.

We have in certain meditation practices, like in some of the Kagyu meditations on the nature of the mind or in certain Zen practices, an approach which is basically rather than building up to a state of mind, quieting down to a state of mind.

Итак, мы имеем то, что именуется медитацией. До этого мы говорили о медитации, посредством которой мы наращиваем какое-то состояние, культивируем какое-то состояние, достигая какого-то состояния ума. Мы что-то наращиваем и прибавляем, пытаясь что-то развить. Но существуют медитации, занимающиеся совершенно иным процессом, происходящие по другому, например в медитации на природе ума, известной в традиции кагью, где мы, наоборот, расслабляем, или также медитации в традиции дзен, где мы расслабляем свой ум, успокаиваем свой ум до обретения какого-то состояния. То есть не развиваем, а, наоборот, отпускаем его до какого-то состояния.

But even when we are doing this type of meditation – to quiet down and discover that there are certain inborn qualities of love or clarity of mind, or these sort of things – still we need to have first heard the instructions, and we need to have thought about them, and to know what it’s based on, what we are going to achieve, what we need to do first, and so on. And you have to have understood the instructions; so the structure here is the same.

Но даже для выполнения такой медитации, где просто необходимо отпускать свой ум, расслаблять его, позволить проявиться изначально присущим – совершенным, присущим нам благим качествам, – все равно необходимо прослушать наставления по этой медитации, необходимо понять, что мы выполняем в первую очередь, что потом, каковы причины, каковы условия, каково то состояние, которого мы достигнем в результате этой медитации. Поэтому процесс обучения, процесс получения знаний, он также необходим и также предшествует этой медитации.

Подходящая для медитации обстановка

So, this is perhaps enough of an introduction to what goes on in meditation. And although we have instructions of how to set up a meditation session, a meditation room, and all these sort of things in terms of making prostration, making offerings, sweeping, cleaning the room, which is very important for having a good environment around which is orderly, the mind can be very orderly when we meditate – all these instructions are there and very important.

Итак, также существуют очень важные наставления, которые доступны, которые описаны в книгах, описаны в текстах. И вы все о них слышали, это наставления о том, как должным образом подготовить себя к собственно сессии медитации, к сеансу медитации и как подготовить помещение, в котором вы собираетесь медитировать, – необходимо его проветрить, подготовить, подмести, вымыть. Это очень важно, поскольку это упорядочивание окружающей среды упорядочивает автоматически и наш ум, фокусируя его, концентрируя его, упорядочивая его. Необходимо выполнить простирания, выполнить подношения, расставить соответствующим образом алтарь, если он задействован, и так далее и тому подобное, то есть все эти подготовительные фазы – они также важны, они также нужны и они описаны детально в текстах.

And although it is important to have the conducive circumstances and environment for meditating, particularly, you know, a proper seat and quiet and cleanliness around oneself; nevertheless, it is not necessary to have a Hollywood scene going on around us. That, you know, we have to spend thousands and thousands of roubles in order to get all the proper gold fixtures, and you have to have the incense, and you have to have the “woo-woo” music in the background and all this sort of thing. Milarepa certainly didn’t have all of that and he was quite successful in meditating.

Опять же, хотя существует масса инструкций, наставлений о том, что является наиболее благоприятной средой для медитаций, а именно тихое место, чистое место, упорядоченное место, место, где отсутствуют отвлечения и так далее и тому подобное, но также необходимо и не впадать здесь в крайности и не тратить все свое состояние, тысячи и тысячи рублей, для того чтобы получить полную голливудскую реальность вокруг вас с прекрасными видами где-то далеко или с полным переоборудованием вашего помещения, с идеальным позолотой, где это надо, с дорогими благовониями, с определенной музыкой, играющей в определенном месте и времени, на определенной частоте. В конце концов, ведь у Миларепы, который изрядно преуспел в медитации, ничего этого не было.

We try to make it as our meditation space as nice as possible, but without going overboard and making things elaborate just for show.

Итак, мы стремимся сделать место для медитации, в котором мы занимаемся, идеальным, чтобы в нем наличиствовали все сопутствующие условия, но, опять же, не перегибая в этом палку, не переходя в излишества.

And we need to be able to meditate anywhere. If we go on a long train journey, you don’t say, “Well, I can’t meditate on the train because I don’t have my water bowls and I can’t light an incense, can’t prostrate,” or something like that.”

И нам также нужно научиться медитировать в любом месте, где бы мы ни находились, ибо, например, отправляясь в поездку на поезде, мы не должны думать: «Так, я не буду медитировать в поезде. Как это возможно? Передо мной нет моих чашечек с водой, моего алтаря, моих благовоний и так далее.

But we can meditate anywhere once we become a little bit proficient at it – on the train, anywhere, standing in a cube. We can try to discern others with love, with compassion; its meditation isn’t it?

Приобретая некоторый опыт в этом, мы станем способны медитировать в любых условиях: в поезде, в самолете или даже в транспорте, стоя в очереди. Мы сможем рассматривать других живых существ, созерцая, видя в них матерей, любящих матерей, вырабатывая любовь и сострадание по отношению к ним и так далее, то есть мы сможем сделать медитацию постоянным спутником в нашей повседневной жизни.

And remember, the whole point of meditation is to integrate the teachings – make them part of us so that we can apply them in life. And so when meditation becomes completely separate from our daily lives, then it is just a hobby. Especially when our meditation involves these tantric visualizations – it’s like a trip into Disneyland, some fantasy land that has nothing to do with our daily lives and then we become very schizophrenic and the meditation has very little effect on our daily lives. Remember, the whole point of the meditation is to apply it in life.

Необходимо помнить, что основная цель медитации – это привнесение Дхармы, это интеграция Дхармы в нашу повседневную жизнь, в наше существо, в наше постоянное функционирование. Если мы способны поступать таким образом, действительно Дхарма войдет в нашу жизнь, и станет путем, и сможет изменить нас к лучшему. Если же медитация и наша повседневная жизнь отличны: вот здесь есть практика, здесь есть повседневная жизнь, мы медитируем только на подушке у себя перед алтарем, и особенно это включает такие виды, как тантрическая медитация с визуализацией и порождением божеств и так далее, – то мы действительно находимся в опасности развития шизофренической тенденции, шизофренического видения, раздвоенного видения реальности, когда вот она – одна наша жизнь, вот одни мы, в форме божества здесь у себя на подушке… И от всего этого будет мало пользы.

And when we meditate we need to, no matter where we are, first set the motivation, affirm the motivation, have the intention to meditate with concentration. If our mind wanders, we try to bring it back. If we get sleepy, we try to wake ourselves up. And at the end, have the dedication of the positive force. If we don’t dedicate it, it just improves our samsaric situation. We want to dedicate it to enlightenment, to the benefit of everyone.

Необходимо помнить, что медитация должна начинаться и завершаться соответсвующими действиями, соответствующими стадиями. Изначально, приступая к мотивации, прежде всего мы должны породить, или укрепиться, в верном намерении, верной мотивации. Затем нам необходимо утвердиться в желании медитировать внимательно, не отвлекаясь. Если сонливость поступит к нам, мы отгоним ее, мы взбодримся. Если мы возбудимся – мы успокоимся и так далее, то есть мы будем медитировать как полагается – внимательно и неотрывно. Затем, выполнив медитацию, необходимо совершить посвящение благой заслуги, ибо, опять же, как я уже говорил раньше, если мы не будем выполнять посвящение благой заслуги, то наша медитация и та позитивная энергия, которая обретена в ее ходе, послужит лишь улучшению нашей самсарной ситуации, то есть послужит нам в малом, не отправится в копилку причин для некого большего, великого блага просветления.

Личная или групповая медитация?

Some people do meditation individually. In fact, the Tibetans mostly do individual meditation; they don’t really do group meditation. But in the West, we do have the custom of group meditation, and the biggest benefit of that for most people is the discipline. If we are by ourselves, we don’t have the discipline to just sit there and we get up long before we had intended to end our session and so on. Whereas if there are other people there, we have the discipline and we tend to fidget much less, because we are embarrassed.

Медитация возможна на индивидуальном уровне, возможна также и групповая медитация. Некоторые люди предпочитают медитацию индивидуальную, некоторые групповую. Тибетцы, как правило, традиционно медитируют в одиночестве. Там это не является какой-то групповой практикой, групповым, коллективным занятием. На Западе сильна тенденция к групповым практикам, к коллективным медитациям. В чем причина этого? Мне кажется, причина в том, что коллективная, или групповая, медитация отчасти дисциплинирует участников. Если сами мы всегда быстрее схалтурим, закончим раньше времени, встанем или будем невнимательны, физически отвлечены, несамостоятельны, то есть у нас не хватает чувства самоконтроля, самодисциплины, – то группа, коллектив в большей степени дисциплинирует нас. Мы не встанем раньше, потому что мы будем смущены, это будет стыдно нам сделать. Мы не будем сильно дергаться, выказывать знаки отвлечения, а постараемся быть сфокусированными, потому что, опять же, это повлияет на наше самомнение и, опять же, мы будем немного от этого страдать и смущаться.

Some people find group meditation absolutely horrible because they are distracted by the other people. And especially when somebody is coughing and so on, they find it terrible for their meditation and they prefer private meditation.

Некоторые люди напрочь не приемлют групповых медитаций, потому что присутствие других людей их раздражает, сбивает с фокуса, с концентрации, особенно если кто-то ведет себя очевидно, например кашляет или чихает вокруг. Это их совершенно выводит из себя, и они предпочитают медитировать в тишине и уединении.

Especially if people are reciting something out loud and they are reciting it much more slowly than we normally would and then we get incredibly bored and angry. And the other way around as well, if it is going too fast we also get angry.

И особенно если медитация подразумевает какое-то начитывание текста, распевание текста, если кто-то начитывает текст, повторяет текст медленнее нас, не так, как мы привыкли, мы очень нервничаем по этому поводу и даже злимся. Или быстрее, чем мы привыкли: мы также по этому поводу злимся и нервничаем, это сбивает нас с конструктивной волны.

So we have to judge ourselves which is better for us. But one thing that I found with group meditation – I mean if just meditating with one or two other people – is that what makes it successful, when it is successful, is when you have a very, very close bond and close connection with the other person or the other people with whom you are meditating, so that you feel very harmonious with that person. And when you do that, it’s as if your energies reinforce each other and it gives you a lot more energy and a lot more clarity. But when the energies of the individual people who are meditating in a group clash with each other, then the effect is just the opposite; it brings annoyance and makes your mind much more dull. So that you have to check who you are meditating with, if you are going to meditate with others.

Итак, нам предстоит самим решить и разобраться, что нам лучше, что лучше работает: групповая медитация или индивидуальная, но, по моим наблюдениям, те группы, где коллективная медитация была успешной, достигали этого успеха потому, или успех приходил потому, что между этими людьми существовала какая-то близкая, тесная, добрая и позитивная связь и каким-то образом энергия одного медитирующего подкрепляла и подпитывала энергию другого медитирующего, взаимно увеличивая их концентрацию, фокус их ума и ясность их визуализации. И то же самое, но с обратным знаком происходит в группах людей, которые негативно относятся друг к другу, чьи энергии входят в контрафазу, чьи энергии не текут ровно и гармонично друг с другом, те, кто не связан такой благой позитивной связью, – там эти энергии входят в резонанс и результат отрицательный.

Важность усердия

And the last piece of advice which is to remember – and I think this is one of the most important pieces of advice – is that the nature of samsara is that it goes up and down. That’s the nature of samsara. And so our meditation naturally is going to go up and down. It is never going to be a linear process that every day gets better and better. Some days our meditation is going to go well, other days it is not going to go well. Some days we want to meditate, other days we don’t feel like meditating at all. This is perfectly normal and natural – it’s the nature of samsara. The point is that no matter what, you just persevere and you go ahead. Doesn’t matter. “I don’t feel like meditating” – so what? Meditate anyway. Maintain the continuity; do it every day, even if it’s only for two or three minutes. That continuity is very important in terms of giving us stability on the path.

Итак, последний совет, который я хотел бы вам дать относительно медитации – это напомнить вам еще раз о природе самсары, или о имманентно присущей самсаре характеристике, а именно то, что она полна взлетов и падений и что ничто в ней не стабильно и все в ней непредсказуемо. То есть жизнь наша наполнена переживаниями взлетов и падений, успехов и неудач. То же самое распространяется и на нашу медитацию, которая является частью этого опыта. И в нашей медитации мы неминуемо познаем взлеты и падения: какое-то время мы медитируем успешно, у нас все получается, фокус удерживается и сознание ясно, в другое время нам не хочется ничего делать, а если мы пытаемся что-то делать, то у нас это не получается даже близко к тому, как получалось вот в лучшие дни. И что важно, какое понимание важно извлечь, какой практический вывод важно извлечь из этого понимания, что самсара наполнена взлетами и падениями, – то, что нам важно поддерживать в нашей медитации ее непрерывность, ее поступательную направленность. То есть даже в самые тяжелые дни мы должны пересиливать себя и пытаться делать, не отказываясь, не опуская рук, пытатясь делать настолько хорошо, насколько мы можем. И тогда это поступательное движение выльется, результатом его явится какое-то общее улучшение, на общем фоне, прогресс.

And don’t make the meditation sessions too long, especially in the beginning. Three, five minutes is enough. Otherwise you just feel like, “I can’t wait until it’s over,” and then we don’t want to go back to our meditation. If you end the meditation when you would still like to continue, then you are very happy to go back. It’s like if you are with somebody and you part when you still would like to spend more time with the person, you would like to see them again quite quickly. But if they overstay to the point when you really get tired of them, you wish they would go already, then you are not very happy to see them again.

Также не совершайте ошибку выполнения слишком долгих сессий, сеансов медитации. Три – пять минут для начала – это максимум, поскольку, если вы доведете себя до состояния, что, задав себе изначально нереальную продолжительность сеансов, вы скажете себе внутри: «Да когда же это наконец-то закончится? Я уже не могу этого терпеть», – тогда, естественно, у вас не будет желания вновь вернуться потом к медитации. Мы ясно наблюдаем это в отношениях с людьми: когда мы расстаемся с кем-то, с кем мы хотели бы провести еще бы некоторое время, мы радостно и не раздумывая вновь встретимся, пойдем на контакт с этим человеком. Если же кто-то пересидел у нас и мы уже мечтаем, как бы избавиться от этого человека, у нас не будет желания встречаться с ним вновь, мы не будем искать этой встречи, а мы не хотим такого отношения к медитации, неправда ли?

And then gradually extend the amount of time that you meditate. And be flexible; it is very important to be flexible. As I said: Never miss meditation even for a day. You gain stability and reliability and confidence if you do it every day. But be flexible. Sometimes you can do the full meditation that you want to do, other times when you don’t have time, do a shortened version, but at least do something every day. Don’t be a fanatic, don’t push yourself too hard.

По мере приобретения опыта вы можете сделать ваши сессии более пролонгированными, более долгими и обширными, уже сообразуясь с вашими способностями, но главное запомните, что поток вашей практики должен быть непрерывным. Если это не ваш день, если это неудачное стечение обстоятельств, не отказывайтесь вовсе от сеанса медитации, но сократите его до минимума: всегда вы должны выполнять столько, сколько можете. Прервав полностью, разочаровавшись в этом и так далее – это будет гораздо худший результат, нежели от такой малой сессии. То есть будьте гибким, не будьте фанатиком: умейте сокращать, где это надо, удлинять, где это получается, и не будьте сильно фиксированными.

My favourite Zen koan: “Death can come at any time; relax.”

Мой любимый персональный дзенский коан гласит: «Смерть может прийти в любой момент – расслабься».

There is a lot to think about it with that.

И действительно много можно подумать, поразмышлять.

Okay so maybe that’s enough.

Давайте закончим на этом.

Вопросы и ответы

What questions do you have?

Пару вопросов, может быть?

Вопрос: Сколько вы в день занимаетесь медитацией сами? Такой формальной, сидячей?

Translator: How long every day do you meditate formally?
Alex: How long do I meditate formally? At the moment, the present time, I meditate about thirty, thirty-five minutes in the morning and about three to five minutes before I go to sleep. Previously, in the past, I was meditating about two, two and half hours in the morning and about a half hour at night, but I’ve shortened it at this point.

Ответ: В данный момент моей жизни я медитирую порядка 30 – 35 минут утром и порядка пяти минут на ночь, перед отходом ко сну. Раньше, когда я был моложе, я медитировал дольше, я медитировал порядка двух – двух с половиной часов утром и порядка получаса перед сном.

But mind you, my entire day is devoted to thinking about Dharma since most of my time I am spending writing, editing and working on Dharma material for my website. So in many ways, my whole day is involved with Dharma, whether it’s formally sitting and doing a specific practice or working on a particular article or text.

Но речь здесь идет о формальной, сидячей медитации, но также я не сбрасываю со счетов и то, что вся моя жизнь фактически посвящена Дхарме в той или иной форме, то есть я занимаюсь редактированием статей, написанием каких-то материалов, обработке каких-то материалов, преподаванием Дхармы и так далее, то есть так или иначе, может быть, в не сидячей, в неформальной форме большая часть моего бодрствующего времени посвящена именно концентрации на Дхарме в той или иной форме.

Вопрос: Пожалуйста, можно рассказать о признаках, которые сопутствуют стадиям медитации?

Translator: He wants to know some signs associated with nine mental stages we go through in trying to gain shamatha.
Alex: The nine stages that we go through in terms of gaining shamatha, a stilled and settled state of mind. I must admit that I can’t just recite them for you.
Translator: Are signs expressions?
Alex: Signs are expressions of those – well, at the beginning stage, the mind is wandering all over the place and it can’t even get the object. And then you go through stages, in which you can actually get the object, but the concentration doesn’t stay with it and it goes. And so then it is a matter of how quickly you are able to bring the attention back to the object. And then even if you are able to stay on the object, do you have still some dullness or still some agitation? And so it gets more and more and more refined. So the nine stages are made in terms of this process, but as I said I can’t recite the names of the nine, I am sorry, and what happens on each of them. It is on my website. My excuse.

Ответ: Я не могу по памяти прочитать вам сейчас все девять стадий и что конкретно происходит на каждой из них, но в общем ситуация такова, что эти девять стадий – это некая абстрактная конструкция, которая призвана выразить те перемены, которые происходят в нашем уме по мере его трансформации и по мере его обуздания вниманием. В общем и целом происходит то, что сначала наш ум не способен вовсе даже обрести объект, потом на какой-то стадии он обретает этот объект: он сможет его ухватить и некоторое время подержать. Это символизирует одну стадию. Другая стадия символизируется тем, что он сможет уже удержаться на нем некоторое время без отвлечения, но потом отвлечения все равно наступают. Потом время отвлечений уже меньше, чем время удержания. Затем отвлечения еще наступают, но тотчас мы возвращаемся. Затем отвлечения вовсе не наступают, тогда мы работаем уже с такими тревожащими ментальными факторами, как возбужденность ума и притупленность ума: мы избавляемся от одного, избавляемся от другого, от тонких аспектов одного и другого, и в конце концов обретаем полностью ясный, не сонливый, не возбужденный, не отвлекающийся, ясный, чистый ум, сфокусированный на объекте, то есть стадии символизируют обретение этих качеств и избавление от этих изъянов.

Скажите, а работа с энергиями, с ветрами – тоже медитация?

Translator: And working with the prana, bindus and so on, they are also meditation?
Alex: Yes, but working with these subtle energies and the drops and the winds and so on, these are very advanced meditations and very dangerous meditations. In order to practice them requires having excellent, if not perfect, concentration. Otherwise, these energies go wild in the body once you start to manipulate them.

Ответ: Да, это является медитацией. Более того, это является весьма продвинутой, и сложной, и опасной формой медитации. Работа с тонкими энергетическими каналами, ветрами, текущими в них, или дующими в них, работа с сущностными каплями – прана, нади, бинду – также является медитацией, но требует она, необходимым ее условием является совершенная концентрация, ибо если вы не в состоянии управлять всеми этими каналами, ветрами и сущностными каплями должным образом, то ветра эти норовят все время выйти из под контроля и начать бушевать, а это несет в себе существенную опасность для нас.

And these meditations are not specifically Buddhist, mind you. We find them in Hindu tantra as well. But to make them a Buddhist practice, it really has to be done with the understanding of voidness and with bodhichitta as the motivation.

И, более того, эти медитации не являются исключительно буддийскими медитациями. Изложение этих медитаций мы также находим и в индуистской тантре. Для того чтобы они стали буддийскими практиками, они должны сочленяться, или им должны сопутствовать, верное понимание пустотности и мотивация бодхичитты.

And one has to understand what is the purpose of the meditation. The purpose is to be able to work with that subtle energy system to get to the most subtle level of mind, the clear light mind, which we use for gaining the nonconceptional cognition of voidness, because it is the most efficient level of mind for that. We know what it depends on, what we need beforehand, we know what the use of it is once we’ve achieve it – the purposes.

И необходимо понимать, какова вообще цель наших занятий тантрой, почему мы занимаемся тантрой: потому что с помощью медитации на каналах, каплях и ветрах, с помощью управления тонким энергетическим телом мы стремимся получить доступ к тончайшему уровню ума, уровню сознания, к сознанию ясного света, который является оптимальным сознанием, наиболее идеальным сознанием для постижения нами пустотности. Вот именно к этому и только к этому мы и стремимся посредством тантры.

So we know what it depends on, what we need beforehand, and we know what the use of it is once we’ve achieved it – the purposes.

Мы знаем, какова цель этого, мы знаем, каковы стадии этого, каковы условия и причины этого. Мы знаем, какова подлинная цель этих занятий.

Вопрос: Для нас, западных практикующих-мирян, какова реальная перспектива в практике Дхармы, в практике медитации? Я понимаю, что это индивидуально, но, с другой стороны, есть общие перспективы. Понятно, что если человеку 30 лет, то вряд ли он неожиданно станет балетным танцором или космонавтом. Вот если говорить о практике Дхармы, какова усредненная реалистичная перспектива?

Translator: He wonders what is the large perspective or expectation, the average expectation for a Western practitioner, let’s say of a thirty-years old person. Like for example, if you are thirty years old, your chances are pretty slim that you will become a successful ballet dancer or an astronaut. So for us of a considerable age and a specific background, what are the expectations that are realistic in our outlook for success in meditation, and achievements in meditation? What can we expect?
Alex: One of the instructions that is always given with meditation is, “Don’t have any hopes or expectations for anything.”

Ответ: Одно из базовых наставлений, которое дают по поводу медитации, говорит: «Не порождайте никаких ожиданий».

If we have expectations, then we also have disappointments.

Потому что ожидания неминуемо порождают разочарования.

So everything really depends on the circumstances, on how much energy we put into it, how much time, the motivation.

Поэтому все действительно зависит от массы условий, внешних и внутренних факторов, от того, сколько энергии и времени мы готовы этому посвятить, какова наша мотивация в занятиях медитацией.

But I’m reminded of something that His Holiness the Dalai Lama said when people asked about “How do you know you’ve made progress in meditation?”
And he said that: “Don’t look at just short periods of time; don’t expect progress, you know, in a month or something like that; but look over a period of five years, for example.

И я вспоминаю ответ Его Святейшества, который он дал на один из вопросов, когда его спросили о том, как вообще оценивать прогресс в медитации. Его Святейшество сказал, что не следует ожидать прогресса на коротком периоде времени, не ищите каких-то знаков реализации, знаков улучшения на, например, месячном этапе, на месячном интервале. Посмотрите лучше на то, что произошло с вами в течение пяти лет и оцените свой прогресс в рамках пятилетнего периода.

And if after those five years you find that you are able to handle difficult situations without getting as upset as you were before, and you are in general more calm person, that’s a sign of some progress.

И если вы обнаружите, что на протяжении пяти лет вы научились лучше переживать те ситуации, которые раньше вызывали у вас бурю эмоций, вы более спокойный и более уравновешенный, контролирующий себя человек, то это, безусловно, является знаком определенного прогресса в вашей медитации.

But please bear in mind being a calm person doesn’t mean becoming a zombie and not responding to anything and have a nice, stupid smile.

Помните и понимайте то, что полностью спокойный и уравновешенный человек не означает никакого «зомби», который совершенно не реагирует ни на какие импульсы внешнего мира, непоколебимый.

The point is not to become upset; we still have feelings, we still express feeling to others.

Мы будем ощущать происходящее, реагировать на происходящее, но не переживать по поводу происходящего, как мы это делали раньше.

Вопрос: Есть ли смысл заниматься тантрическими медитациями, не овладев в достаточной степени понятием пустоты?

Translator: Does it make sense to engage in tantric meditation without actually understanding well what emptiness means?
Alex: No, it makes no sense to practice tantra if we don’t have, as Tsongkhapa said, renunciation, bodhichitta, and voidness – at least some level of understanding of it.

Ответ: Нет, занятия тантрой не имеют смысла без обладания этими тремя характеристиками, на которые указывал лама Цонкапа, а именно отречением, бодхичиттой и хотя бы неким постижением пустотности.

You have to have renunciation because what you are doing is renouncing your ordinary appearance and ordinary way of conceiving of yourself, and imagining yourself as a Buddha-figure. If you don’t have renunciation, you can’t do that.

Необходимо обладать отречением, потому что без отречения как сможете вы порождать себя в форме будда-фигуры, в форме образа будды, не отрекшись от своего теперешнего бытия, от своей теперешней формы, от тех страданий, которые наполняют теперь вашу жизнь? Как сможете вы выполнять трансформацию, присущую тантрической практике?

If you don’t have bodhichitta, why are you visualizing yourself as a Buddha-form and imagining that you are a Buddha? You know the reason for doing that is to achieve, to become a Buddha. And when you are sending out lights and all things benefiting others, how can you do that without compassion?

Как сможете вы визуализировать себя в форме будды, в некоем образе будды, не обладая бодхичиттой, ведь единственным смыслом визуализации себя в форме будды, созерцания себя в форме некой будда-фигуры является именно действие бодихичитты? И как сможете вы проецировать вовне бесчисленное множество будда-форм, своих эманаций, помогающих бесчисленным живым существам, если в вас нет сострадания, ведь именно ради сострадания и из сострадания вы это и делаете?

And without an understanding of voidness, how can you possibly make the transformation into a Buddha-figure? And also, you would go crazy because you would think that, “I truly am Tara or Chenrezig” or whatever.

И как без понимания пустотности сможете вы преображаться, визуализировать себя в форме будды, как эта трансформация будет возможна, если вы – реально существующий вы, если вы не понимаете пустотность. Или вы станете реально существующей Тарой и реально существующим Ченрезигом.

There’s a big different between a crazy person thinking that they are Napoleon or Cleopatra or Mickey Mouse, and a Buddhist practitioner, a tantric practitioner, imagining themelves as Chenrezig.

Существует большая разница между безумцем, полагающим себя Наполеоном, Клеопатрой или Микки Маусом, и практикующим тантру, визуализирующим себя в форме Тары, Ченрезига или иного божества.

And in fact, it is said that if you visualize yourself as a Buddha-figure without some bodhichitta and without some understanding of voidness, the result of that is being reborn as some sort of spirit or ghost in the shape of that Buddha-figure.

И существует даже указание на то, что тантрическая практика и визуализация себя в форме тех или иных тантрических божеств, будда-форм без бодхичитты и без понимания пустотности приведет к перерождению в форме духа, бестелесного духа, принявшего оболочку, или принявшего форму, визуальную форму одного из таких божеств.

The tantra is a very advanced practice and is a practice that is done on the basis of having really a firm foundation of the sutra practices. We can go to initiations before we have that, but ... or one can go to initiations in terms of, as the Tibetans do, planting seeds and instincts that: “I am going to pursue later on when I have a firmer basis.”

Итак, тантра действительно является весьма продвинутой и весьма сложной практикой и осуществляется лишь на основе успеха, достигнутого в практике сутр. Это является той отправной точкой, которая готовит нас к успешному путешествию, продвижению в этой более сложной практике, как тантра.

Otherwise, we are just practicing tantra like some sort of Disneyland trip.

Иначе тантра останется для нас просто практикой путешествия в воображении в какой-то Диснейлэнд.

Alex: Last question.

Алекс: Последний вопрос.

Вопрос: В продолжение этого разговора. И тем не менее, мы на протяжении нескольких лет получаем посвящения тантрические, мы получаем самайи тантрические, понимая, что работаем почти по-детски, фантазийно, но, тем не менее, изо дня в день требуется, согласно самайе, заниматься практикой. Очевидно, все-таки это допустимо, если понимать?

Translator: So nevertheless... and we are receiving all those initiations all the time, whenever if it comes around, and we receive different samayas coming with those initiations. Are we suppose to keep them and do our daily commitments and perform certain actions although we know now that we act childishly in a way, making it on a level, a fantasy level, but nevertheless it’s said it is helpful and we have to sustain it and carry on and stuff? How does this work?
Alex: Well you know, when you go to an initiation, first of all nobody is forcing you to go there.

Ответ: Когда мы отправляемся на посвящение, прежде всего, никто нас туда не гонит.

And just to go because everybody else is going and you’ll feel foolish that you’re not there and they will make fun of you – that is not a very good motivation.

И мотивация присутствия там «потому что остальные все пошли, и если я не пойду, то на меня косо посмотрят», не является верной мотивацией для получения посвящения.

Now, even if we are at an initiation, the level with which we participate is totally a private matter; you don’t have to tell anybody.

И если уже мы появились на посвящении, если мы пришли туда, то то, на каком уровне мы участвуем в этом посвящении, в этом действе является нашим личным делом и никому до этого нет никакого дела.

You can be there, and you can be there for inspiration. The Western jargon for that is “ for the blessings,” whatever that means. You can get inspiration from the thing, but don’t take the vows and don’t promise to do the practice. If you don’t take the vows consciously and you don’t promise to do the practice consciously, you haven’t taken the vows and you haven’t had the samaya. It is up to you. You don’t have to go up there and swear on a bible, “I am going to do this,” in front of everybody. It is totally private.

Итак, придя на посвящение, опять же тот уровень вашего участия в происходящем – это ваше личное дело, никто вас не принуждает класть руку на Библию и говорить: «Я принимаю эту самайю и отныне я буду всегда…», – то вы принимаете на себя все обеты и выполняете их. Вы можете присутствовать там в ключе получения того, что на западном жаргоне именуется «благословением» – что бы это ни было, непонятно совершенно, что это такое, – для вдохновения, для того чтобы воодушевиться, или вдохновиться, люди идут туда. Итак, приходят ради вдохновения – нормальная причина, вам не надо проговаривать все обеты, вам не надо проговаривать принятие самайи, вы можете получить свое вдохновение, или воодушевление, и отправится домой. Никто вас не неволит. Если вы произносите сознательно – вы их принимаете, для этого нужен сознательный, волевой акт вербализации этого, утверждения этого.

As His Holiness himself has said, “If we have made these commitments prematurely, without having really thought it over, can I really keep this for the rest of my life?” Then, if we decide: “I can’t,” what we do is, in our minds, we put that commitment on a shelf. In other words, “I still respect it, and I hope that sometime in the future I can come back to this.” ....We are not talking about a physical shelf in our room; we are talking about in our minds.... And in that way you put it aside for later. His Holiness Dalai Lama said that.

И также Его Святейшество Далай-лама ясно указывал на то в своих учениях, что если мы приняли такие обеты, тантрические обеты, приняли на себя самайи, к которым мы оказались не готовы в результате, то есть мы приняли их рано и не подумав хорошо, и, принимая, декламировали «до скончания моих лет», а тут мы уже не можем через, там, год-другой их выполнять, мы всегда можем положить их мысленно на полочку. То есть уважительно признать, что «я не в состоянии выполнять, поддерживать эти обеты, я не отказываюсь от них, я помещаю их как бы в хранилище; возможно, я смогу воспользоваться ими в будущем, возможно, в будущем они смогут принести мне пользу». И Его Святейшество напрямую указывал на возможность такого отношения, такого обращения с тантрическими обетами.

What is really disastrous is if we continue to do it out of guilt. And then what happens is we develop resentment for the practice – a very negative attitude toward the practice – and that has really very unfortunate consequences in terms of our mind becoming very, very closed to this kind of practice.

Что же является весьма и весьма неблагим и негативным исходом из этой ситуации – это когда мы решаем продолжать свою праткику из чувства вины и, продолжая выполнять ее из чувства вины, мы неминуемо развиваем такое к ней отношение, которое можно охарактеризовать как неприятие, как неприязнь к практике, как вымученную практику. И это со временем разовьет в нашем уме неминуемо такое отношение, которое сделает его закрытым, которое сделает его отторгающим всякую практику, и мы разовьем действительно тенденцию отвращения, неприятия практики посредством такого вынужденного, вымученного выполнения.

It is important to maintain a positive, respectful attitude toward the practice even if I realise that “Maybe I was a little bit foolish to jump in prematurely.”

Поэтому необходимо сохранить в себе такое позитивное, благое, уважительное отношение к практике. Даже поняв, что «я был немножко глуп, немножко неразумен, немножко поспешен, решив принять на себя все эти обеты, решив выполнять эту практику пожизненно».

Thank you.
So let’s end with the dedication. We think whatever understanding and positive force has comes from this,

Спасибо. Давайте завершим нашу лекцию посвящением заслуги и давайте посвятим всю ту благую энергию, тот благой потенциал, который мог возникнуть в нас.

may this act as a cause for reaching enlightenment for benefit of all.

Пусть все это послужит причиной достижения нами просветления на благо всех живых существ.

Thank you very much.

Спасибо.