Библиотека Берзина

Буддийская библиотека д-ра Александра Берзина

Перейти к текстовой версии страницы. Перейти к разделу навигации.

Главная > Основы тибетского буддизма > Уровень 1. Начало > Слушание Дхармы, размышление и медитация > Часть шестая: Визуализация

Слушание Дхармы, размышление и медитация

Александр Берзин
Москва, Россия, май 2009
русский перевод: 1 сессия – Александр Нариньяни, 2-6 сессии – Евгений Бузятов

Часть шестая: Визуализация

расшифровка аудио
Слушать аудиоверсию этой страницы (1:56)
At the end of our last session, we were speaking about the various factors that you deal with in meditation – in terms of trying to gain concentration –

В конце предыдущей лекции, сессии, мы обсуждали факторы, умственные факторы, с которыми мы имеем дело, когда пытаемся развить концентрацию, когда мы медитируем.

and as I indicated, there are a lot more further factors which are involved,

И как я обозначил, есть ещё разные другие факторы, которые также участвуют в этом.

and it really isn’t possible to go into all the details.

И действительно невозможно все их сейчас осветить.

But two of the things that we need, with working in meditation and working to gain concentration in our meditation, are joyful perseverance and patience.

Но две вещи, которые нам обязательно нужны, когда мы работаем над достижением концентрации, – это терпение и радостное усердие.

And Shantideva in his great text, Engaging in Bodhisattva Behavior, explains six factors that can help us very much in developing joyful perseverance.

Шантидева в своём тексте «Начиная практику поведения бодхисаттвы» говорил о шести факторах, которые помогут нам развивать радостное усердие.

These are known as the four supports and the two forces,

Это четыре опоры и две силы.

and these are very useful to know and to work with.

Их очень полезно знать и использовать при нашей работе.

The first of these is called firm aspiration.

Первая из них называется твёрдая устремлённость.

“Aspiration” is a strong word for a wish,

«Устремлённость» – это более сильное слово для желания.

and this is defined as being firmly convinced of the benefits of the goal and the drawbacks of not achieving it,

Речь идёт о твёрдой убеждённости, о том что мы стремимся к этому, будучи твёрдо убеждены в преимуществах достижения цели и зная о недостатках её недостижения.

so that the aspiration, the wish to attain it cannot be swayed, in other words it can’t be turned back.

И поэтому мы непосредственно устремлены к достижению этой цели, зная об этих достоинствах. Мы не откладываем, не отворачиваемся от этой цели.

So, when we learn about and read about these various states of mind that we want to achieve with our Buddhist practice, usually the presentation gives first the benefits of achieving it and the drawbacks of not achieving it. These are important to study.

Когда мы изучаем какие-либо состояния ума, которые мы развиваем на буддийском пути, то, как правило, при их презентации, когда они впервые описываются в текстах, то описываются недостатки их недостижения, их необретения и достоинства их обретения.

Shantideva himself follows that in his text. The first chapter is on the benefits of developing bodhichitta.

Также поступает и Шантидева в своём тексте в первой главе, говоря о преимуществах развития бодхичитты.

So if we are really convinced of the benefits of getting it and the difficulties that we have when we don’t have this state of mind, that gives us a lot of strength and we’re very happy to try to achieve it.

Если мы будем понимать всю пользу, которую мы приобретём от достижения этого состояния ума, и все трудности, с которыми мы столкнёмся если мы не достигнем его, то мы будем с сильной устремлённостью, у нас будет сила на пути развития и мы будем делать это радостно.

So, if we get discouraged, it’s important to remind ourselves of what are the benefits of achieving what we’re aiming to achieve.

И если мы падаем духом, то очень важно напоминать себе о преимуществах той цели, к которой мы стремимся.

And then we have steadfastness or self-confidence. “Steadfastness” means to be steady in the practice;

Далее, устойчивость, или уверенность в себе, то есть некая стабильность в стремлении достичь результата.

self-confidence.

Уверенность в себе.

This comes from an examining if we are capable of achieving the goal and being convinced that we are.

Это происходит из исследования вопроса, можем ли мы достичь этой цели, и убеждённости, что мы можем её достичь.

And on the basis of having examined, “Am I capable of achieving the goal,” and being convinced that we are, then applying ourselves steadily, even though progress goes up and down.

И когда мы понимаем, что мы действительно способны достичь этой цели, мы систематически предпринимаем усилия по её достижению, даже если наш прогресс то лучше, то хуже.

This is reality; progress always goes up and down. That is the nature of samsara; it goes up and down.

Такова реальность, прогресс будет постоянно то на подъёме, то на спаде. И такова природа сансары – то, что всё увеличивается, уменьшается, то есть колеблется.

So some days our practice will go well, some days it won’t. That’s natural, normal.

Иногда наша практика будет идти хорошо, а иногда нет – это нормально, это норма.

Some days we will feel like practicing, some days we won’t.

Иногда мы будем хотеть практиковать, иногда нам будет этого не хотеться. Это совершенно нормально.

But if we are convinced that we are capable of achieving the goal,

Но если мы будем убеждены в том, что мы способны достичь цели,

and we remember the benefits of achieving it,

и будем помнить о преимуществах её достижения,

then we have this perseverance which they say is like a suit of armor, that: “It doesn’t matter. I don’t care if it goes up and down. I’m just going to continue every day steadily. Just do it.

то у нас будет радостное усердие, напоминающее доспехи. Мы будем прилагать усилия, день ото дня, несмотря ни на что: мы просто будем стремиться к этой цели и прилагать усилия, просто делать это.

Because even though I know it goes up and down, I know that eventually it is possible to achieve the goal; but it’s never going to be in a linear process of every day it gets better and better. Never.”

«Да, хотя я и знаю, что мой прогресс будет то лучше, то хуже, у меня будут то подъёмы, то спады, тем не менее, понимая, что я могу достичь этой цели, я продвигаюсь к ней, даже несмотря на то, что прогресс никогда не линеен».

And as we progress, then over long periods of time you see the gradual tendency, then we develop the next support which is joy.

И если говорить о более долгосрочном периоде, об усердии на долгосрочном, на большом промежутке времени, о прогрессе на большом промежутке времени, то мы переходим здесь к следующему фактору – к радости.

And this means not being satisfied with making just a little progress,

Это означает, что мы не довольствуемся только лишь небольшим успехом, небольшим прогрессом,

but taking joy, taking pleasure in advancing and going further with a sense of self-satisfaction.

а радуемся, испытываем удовольствие от всё большего и большего продвижения по пути; то есть только в этом случае мы чувствуем удовлетворение собой.

I want to go further and further and, as we go further in the practice, obviously, the result is – that we will be happier. That’s the whole point is to eliminate suffering.

И по мере того как мы продвигаемся и продвигаемся, мы видим что, действительно, мы всё больше и больше достигаем счастья, а это и есть цель нашей практики. И мы, соответственно, радуемся.

That’s quite obvious; as our mind becomes less distracted, less upset, less disturbed, of course we are happier.

И это логично: если наш ум становится менее взбудораженным, менее расстроенным, менее тревожным, то мы, конечно, будем более счастливы, это очевидно.

So we’re really happy and excited about going further, making more progress.

Поэтому мы чувствуем радость и счастье, двигаясь вперёд, всё дальше и дальше.

And then the next support is called “rest,” which means to take a break when we’re tired,

Следующая опора – это отдых. Это означает, что нам нужно отдыхать, когда мы устаём.

but not out of laziness but in order to refresh ourselves.

Но не из лени, а для того, чтобы мы освежились.

You know, nothing destroys our efforts worse than pushing too hard and then we burn out. It’s too much and we give up.

Нет ничего хуже для нашего усердия, чем когда мы слишком сильно на себя давим и потом в какой-то момент выходим из себя, потому что уже для нас это слишком.

When you push too hard, it really upsets the energies in your body. It’s like squeezing a balloon and it can break.

Когда вы слишком сильно на себя давите, это напоминает, когда мы сдавливаем шар. То есть мы давим на себя, и в результате этот шар может лопнуть.

So, we need to be able to judge ourselves and to determine when we need a rest, and not just because we’re lazy, but we need a rest to refresh ourselves; and not feel guilty about it.

То есть нам нужно знать, когда нам нужно сделать отдых, паузу, и сделать это не из лени, а для того, чтобы освежиться, и не чувствовать по этому поводу вины.

And we need to choose something that will help to relax us, to give us rest that obviously is not something destructive that will just increase our disturbing emotions.

И для этой цели, чтобы отдохнуть, нам нужно выбрать какой-то вид деятельности, который действительно поможет нам расслабиться, но при этом не потребует от нас вовлечения в тревожащие эмоции.

And obviously for each of us, it will be probably slightly different.

И, должно быть, для каждого из нас это будет немного отличаться.

So those are the four supports.

Это четыре опоры.

Then the two forces; the first one is “naturally accepting,” it’s called, which means to naturally accept what we need to practice and what we need to rid ourselves of in order to reach our goals.

И далее – две силы. Первая из них – это естественное принятие. Оно означает, что нам нужно принимать, нам нужно знать, чего мы хотим достичь и от чего мы хотим избавиться.

We accept that, which means that: “OK, this is reality; this is what I need to do, this is what I need to get rid of” – the mental wandering or whatever it is we have to get rid of. And to naturally accept the hardships that are involved in doing that,

Мы принимаем это. Мы говорим: «Да, хорошо, я понимаю, что мне нужно избавиться от этого, например от умственного блуждания и так далее, достичь этого. И также мы принимаем трудности, которые возникнут на этом пути».

which comes from having examined the whole process realistically, and to know what’s involved and not to fool ourselves into thinking that it will be much easier and require less effort than it actually does.

То есть речь идёт о реалистичном подходе к нашей задаче, о том, что мы не стремимся достичь её минимальными потерями, приложив меньше усилий, чем она в действительности требует.

So if we’re very realistic about it in the beginning, and say, “OK, this is what it’s going to take,” then later on we won’t get surprised at how difficult it might be for example to quiet our minds.

Мы с самого начала реалистично к этому подходим. И мы принимаем, мы соглашаемся с тем, что это именно так, для того чтобы потом мы не чувствовали удивления, для нас не было сюрпризом, что, оказывается, успокоить ум – это настолько сложно.

So as I often say, and His Holiness the Dalai Lama says as well, “Any Buddhist teacher or person who explains Buddhism who claims that it’s easy and quick, be very, very suspicious of what they’re saying and what their motivation is, because it is not easy and it is not quick.

Я часто говорю, и также это говорит Его Святейшество Далай-лама, что люди, которые думают, что они могут очень за небольшое время, с небольшими усилиями достичь цели, очень поверхностно, недостаточно внимательно, недостаточно разборчиво относятся к этому: это на самом деле не так.

We are so used to our disturbing emotions to being selfish and getting angry and being greedy and so on, there’s no easy way, a quick way of getting rid of that just like taking a pill.”

Мы настолько привыкли к своим тревожащим эмоциям: к нашему гневу, к нашему влечению, страсти и привязанности и так далее – к нашему эгоизму, что мы не сможем в один момент избавиться от всего этого, просто как выпить таблетку.

And as another one of my teachers, Geshe Ngawang Dhargyey always used to say,

И как говорил один из моих учителей, геше Нгаванг Дхаргье:

“Anyone who is attracted to easy and speedy paths in Buddhism, basically it’s because of being lazy.

«Те люди, которые привлечены в буддизм из-за того, что они увидели какой-то лёгкий, быстрый способ достичь цели, их мотивацией является лень.

They don’t want to have to put in the hard work which actually is necessary.”

Они просто не хотят начинать тяжелую работу, которая на самом деле необходима».

Then the last one here is called “taking control,” which means to take control of ourselves and apply ourselves to what we wish to achieve.

И последнее, последний пункт среди этих пунктов – это принятие ответственности, или контроля, то есть мы принимаем на себя ответственность к тому, чтобы применить себя или посвятить себя тому, чего мы хотим достичь.

In other words, rather than letting our laziness take control or any other disturbing emotion take control,

В обратном случае контроль над нашей ситуацией, над нами возьмёт наша лень и другие тревожащие эмоции.

our aspiration to achieve this is what takes control and we just say to ourselves, “Stop acting like a baby. Get it together and do it.”

Вместо этого наша устремлённость к цели, к тому, к чему мы стремимся, должна взять контроль. Мы должны сказать себе: «Не действуй как ребёнок, не думай как ребёнок, а возьми и сделай это».

You know, I don’t feel like meditating, I’ve had a hard day and so on, and you say to yourself, “Stop it; just sit down; do it, take control.”

Мы можем думать: «Я сегодня устал, я не очень хочу медитировать». И в этот момент мы можем сказать себе: «Прекрати это, просто садись и делай». То есть мы берём контроль над происходящим.

So, these are the points that Shantideva makes in his chapter on joyful perseverance and they are extremely helpful.

Вот очень полезные моменты, которые упоминает Шантидева в главе о радостном усердии.

Okay, so before we get into our discussion of visualization are there any further questions? Yeah?

Есть ли какие-то вопросы, перед тем как мы перейдём к разговору о визуализации?

Участник: Как отличить усталость от лени?

Participant: How to distinguish the laziness from the tiredness?
Alex: Well, there are different forms of laziness.

Алекс: Есть разные формы лени.

There’s the laziness with which we get distracted by other things; we’re too lazy to do our meditation or study or whatever, and so we get distracted with the television program or something like that.

Бывает лень, которая возникает под влиянием других вещей. Например, мы ленимся заниматься медитацией, или изучением, или ещё чем-то полезным, а вместо этого включаем телевизор и смотрим его.

And then there’s the laziness of putting it off until tomorrow, which you think: “Well, I can do it tomorrow, do it later.”

Также есть лень, когда мы откладываем что-то. Например, мы говорим: «Я сделаю это завтра, потом».

And then there’s the laziness of making the excuse, “I can’t do it.”

И также есть лень, когда в качестве извинения, в качестве оправдания, мы думаем, что мы неспособны это сделать.

When we’re tired, then we still have the wish to be able to do it: “I really want to do it, but I’m really sleepy now and I need to take a little bit rest and then I fully intend to go back to it.” So it’s not making excuses, “Well tomorrow, tomorrow, tomorrow,” and you don’t really care.

Когда мы устали, мы на самом деле хотим продолжать это делать, просто мы не можем, например, потому, что мы очень хотим спать. Но после этого мы убеждены в том, что мы снова вернёмся к нашей работе. Мы не просто откладываем на потом, на потом и не заботимся о том, что будет дальше, как в случае с ленью.

It’s like when we go to sleep, it’s recommended that we try to develop, and develop it sincerely, not just with words, that “I can’t wait until I wake up so that I can continue with my practice,” or whatever things we’re doing to be of benefit to others. “I can’t wait until I wake up, but I really need to sleep so that I get the strength to be able to do it.”

И когда мы отправляемся спать, есть инструкция о том, что нам следует думать, причём очень искренне думать, не просто повторять слова, – что «я жду не дождусь, когда же наконец наступит завтра и я смогу продолжить мои дела по практике или какие-то другие полезные дела, но просто сейчас я слишком устал и поэтому мне нужно поспать.

So laziness doesn’t have that wish that I really want to do it, continue.

В случае с ленью у нас отсутствует вот это желание на самом деле это сделать, продолжить. Участник: Какая разница в фокусной точке при медитации на дыхании, или вообще грубое осознавание самого дыхания?

Переводчик: Какая разница в…

Участник: В фокусных точках на дыхании.

Переводчик: То есть мы можем медитировать на нос…

Участник: На нос, на брюшную стенку, на пупок.

Participant: What is the difference with when different types of meditating on the breath with focus on the nostrils or on the navel? What is the difference?
Alex: In terms of technical aspects of it?

Алекс: С какой точки зрения?

Участник: Разные учителя говорят по-разному.

Participant: Different teachers teach different ways.
Alex: Right, different places of focus in the breathing meditation – each one is helpful for a particular difficulty that we are having.

Алекс: Разные точки сосредоточения при медитации на дыхании помогают в разных случаях, при разных проблемах, которые мы испытываем.

If we are feeling quite heavy and tired,

Если мы чувствуем тяжесть, мы чувствуем себя усталыми,

then we need to lift the energies in the body.

нам нужно поднять энергии в теле.

And so focusing on the breath at the nostrils coming in and out is focusing on a higher part of the body. It helps to raise the energy.

И тогда мы сосредоточиваемся на воздухе, который входит и выходит через наши ноздри. Мы как бы сосредоточиваемся на какой-то верхней части тела, и это помогает нам поднять наши энергии.

If, on the other hand, we are feeling we have too much distraction, too much mental activity, distracting mental activity, and we’re nervous, we have to quiet down,

Если же, наоборот, у нас очень много нервозности или отвлекающей умственной деятельности, то есть много мыслей разных, то в этом случае нам нужно, наоборот, успокоиться,

which means that we have to somehow ground the energies.

то есть как бы заземлить, приземлить свои энергии.

And the center of gravity of the body is at the navel,

И так как центром гравитации, центром тяжести является пупок,

and so by focusing on the lower abdomen going in and out as we breathe, it helps to ground the energies.

мы сосредоточиваем внимание на передней стенке живота, которая движется вперёд и назад, и это помогает нам заземлить наши энергии.

In Zen practice,

В дзене

we also usually focus with the breath at the navel, the abdomen going up and down, for an additional reason.

есть ещё одна причина, почему мы сосредоточиваем внимание именно на передней стенке живота, которая ходит вперёд и назад.

They call that center “hara.” Japanese sound, not in our languages.

Они называют это центром «хара» – это японское название.

And although it’s not explained explicitly, from a Tibetan tantra point of view, the navel chakra is where you are able to bring the energies into the central channel.

И хотя об этом не говорится открыто, в тибетской тантре считается, что эта пупочная чакра – это место, в котором мы можем ввести энергии в центральный канал.

And so Zen, although it won’t explain it explicitly, accomplishes a similar type of thing to what is done in tantra practice – in terms of centralizing the energies of the navel chakra and bringing them into the central channel – and it has this purpose as well underneath.

И хотя это не объясняется открыто, здесь цель та же самая. В практике дзена мы собираем своё внимание, или свои энергии, в районе живота, в районе пупка, для того чтобы ввести их в центральный канал.

There are other types of breathing meditations

Есть ли ещё какие-то типы медитации на дыхании…

which are done on much more advanced levels.

А именно те, которые выполняются на более продвинутых стадиях,

There’s something called “vajra breathing,”

например, ваджрное дыхание.

which is following the breath or having the breath go in the nostrils down to the heart chakra and back out together with imagining a certain sound with the breath.

Когда мы сосредоточиваемся на воздухе, который входит через одну ноздрю в сердечную чакру и потом выходит через другую ноздрю, и при этом мы ещё представляем определённые звуки.

And the breath and the subtle energies are very much together, very much connected.

Поскольку дыхание и тонкие энергии очень сильно взаимосвязаны.

And mantra is a way of shaping the breath

Например, мантра является способом оформить дыхание.

and the energy and this type of vajra breathing practice is helpful for again bringing the subtle energies, now not only just into the central channel, but bringing them to the heart chakra.

И это ваджрное дыхание, оно помогает с помощью дыхания ввести эти энергии, тонкие энергии в сердечную чакру.

The central channel goes to the heart chakra. The point is not to just have it enter the central channel like at the navel, but now to enter it and go down to the heart chakra.

То есть с помощью этого мы вводим энергии в центральный канал и опускаем их до сердечной чакры.

So just in terms of technically the way that you’re doing it is, doing the breathing meditation, there are these three variations.

Есть три вариации этой техники ваджрного дыхания.

But then again, as I mentioned earlier, there are many other types of, what should we say, understanding that we could have together with focusing on the breath, like in terms of impermanence, in terms of “Is there a separate ‘me’ that is controlling the breath or watching it.”

Также одновременно с медитацией на дыхании могут присутствовать и другие аспекты, о которых упоминалось выше, а именно, например, понимание непостоянства на примере дыхания, понимание, что не существует какого-то «я», которое дышит или которое смотрит, наблюдает за этим дыханием.

So there are many, many levels of sophistication of breathing meditation.

То есть, есть много разных уровней усложнения этой практики дыхания.

Участник: Скажите, пожалуйста, знаете ли вы примеры западных учеников, которые остались в миру и достигли самостоятельными упражнениями шаматхи?

Participant: Do you know any Western students who, living in the world, not being a monk, not going to the retreat, achieved shamatha?
Alex: I wouldn’t know. I mean how would I be able to judge?

Алекс: Мне очень трудно было бы сказать, в том смысле, что как я могу это знать, как я могу судить.

If they were an authentic practitioner, they would never advertise that they had achieved shamatha.

Настоящий практикующий никогда не скажет, что он достиг шаматхи, не будет рекламировать.

And just to attain, as I said, perfect concentration is not enough. You have to be able to sustain it with this sense of fitness for four hours. That’s quite something.

И просто достичь совершенной концентрации – этого ещё не достаточно. Важно также и развить ощущение готовности, или гибкости, с помощью которого мы можем поддерживать это состояние, эту концентрацию на протяжении многих часов.

But I did know one Tibetan monk practitioner who was famous for having achieved shamatha. That was Geshe Rabten, a previous lifetime.

Но я знаю одного тибетского практикующего, не в этой жизни, а в предыдущей, его зовут геше Рабтен, он достиг этой совершенной шаматхи, был известен этим.

He’d go to teachings let’s say by His Holiness or whatever and he would be sitting in the audience and he would be like a rock, absolutely not move at all for the whole time, be totally focused. And you could see that because most Tibetans when they sit and listen, they rock back and forth and so on. Just whaoah!

На учениях Его Святейшества Далай-ламы он всё время сидел как камень, абсолютно неподвижно в течение всего учения. И это очень было заметно, потому что обычно тибетцы шевелятся, переминаются немного, чувствуя дискомфорт.

There have been a number of efforts of specifically shamatha retreats, in the West, particularly in America, that some friends of mine that have organized and led, but I don’t know that anybody has actually achieved these things there. Usually what has happened is that the people get terrible lung which is this frustration and disturbance of the energy from pushing too hard, from trying too hard. It’s very difficult for the Westerners to be as relaxed about all of this as the Tibetans.

Европейцам очень трудно быть настолько же расслабленными в этих практиках, как тибетцам, и, например, многие люди, которые организуют на Западе подобные центры и проводят там ретриты для достижения успехов в практике концентрации, они в результате получают то, что называется «лунг», то есть такое расстройство энергии, когда человек всё время как будто нервничает.

It’s very important when doing these types of practices to be relaxed about it. It doesn’t mean to be sloppy, but being relaxed is absolutely essential for any type of practice or attainment.

И в этих практиках, как и во всех практиках, для того чтобы достичь чего-то, важна расслабленность, но не чрезмерная расслабленность, а отсутствие напряжения.

As I mentioned in my favorite koan, “Death can come at any moment; relax.”

Как я уже говорил, мой любимый коан: «Смерть может прийти в любой момент – расслабьтесь».

Anything else?

Ещё какие-то вопросы?

Участник: А в дзогчене есть шаматха?

Participant: Is there any shamatha practice in dzogchen?
Alex: Yes, every major form of practice relies on shamatha.

Алекс: Да, любая форма практики основана на шаматхе.

There’s no way you can attain anything without proper concentration.

Если у вас нет правильного сосредоточения, или концентрации, вы не можете достичь какой-то цели.

There’s nothing special about dzogchen in terms of the basic fundamental teachings and practices. Everything shares the same; dzogchen is talking about last stages of the practice. The beginning stages of the practice, including shamatha, are shared by everybody.

Дзогчен не является чем-то отдельными, и он не независим от других частей практики. Он является последней стадией пути и, соответственно, опирается на все предыдущие.

Dzogchen has all the preliminaries and the ngondro and it has the basic teachings on death and impermanence and precious human life and karma and bodhichitta, shamatha, vipashyana, it’s all there.

В дзогчене точно так же есть предварительные практики нёндро и бодхичитта, размышления о непостоянстве, о драгоценности человеческой жизни – все эти аспекты тоже есть в практике дзогчена.

As you see in the Words of My Perfect Teacher, from Patrul Rinpoche – the previous incarnation of this one here [in the photo] – it’s standard: it covers all these things.

Точно так же там есть и шаматха, и випашьяна. Если вы, например, посмотрите на традицию дзогчена Патрула Ринпоче – вот, есть книга «Слова моего всеблагого учителя», которая была написана предыдущим воплощением нынешнего Патрула Ринпоче, то там все эти вещи описываются. Да, она есть на русском языке.

Translator: I think the question was about quintessence teaching when you practice with no effort; quintessence dzogchen teachings.
Alex: When you practice with no effort, at that stage that means that you’ve done an unbelievable amount of effort beforehand so that you can now reach the stage where you can practice with no effort.

Алекс: Что касается практики без усилий, когда мы в дзогчене не прилагаем усилий, то это означает только то, что к этому моменту мы приложили уже огромное количество усилий, для того чтобы достичь той стадии, когда мы можем практиковать без усилий.

Basic Buddhist teaching, reality, cause and effect; you’re not able to achieve something without the causes. The cause for being effortless is having put in the effort, so that you’re so familiar with it that it doesn’t require any conscious effort.

Буддизм основан на законе причины и следствия, то есть на реальности. Если мы не сможем приложить достаточных усилий, мы не сможем достичь состояния без усилий, то есть такое положение вещей, когда мы настолько знакомы с каким-то состоянием, что нам не нужно поддерживать его с помощью усилий.

So if we don’t accept the reality, back to Shantideva’s thing, accept the fact of the reality of this, then as Geshe Dhargyey said, “If you’re just attracted to effortless path, often the reason is because of being lazy. You don’t want to put in the effort.”

И если мы вернёмся к тексту Шантидевы, то…

You have to accept that you’re only going to become effortless if you’ve put in the effort before. For very rare people they have put in so much effort in a previous lifetime that in this lifetime it comes automatically. But that’s one in a billion people.

То нам нужно принять факт, то есть там был один из пунктов, когда мы принимаем тот факт, что перед нами стоит множество трудностей на нашем пути. И как говорит геше Нгаванг Дхаргье, тот, кто привлечён путём с минимальным количеством трудностей, просто на самом деле ленится. И для того чтобы мы достигли того состояния, когда мы сможем, не прилагая усилий, поддерживать то или иное состояние ума, нам нужно сначала приложить очень много усилий. И если какие-то люди могут уже от рождения поддерживать это состояние, то это означает только то, что они на протяжении множества предыдущих жизней практиковали практики с усилиями, но таких людей один на миллиард.

Haven’t all the dzogchen teachers you’ve met said that you have to do a ngondro? Surely that’s putting in quite a bit of effort.

Например, наверно, все учителя, которых вы встречали, которые учили дзогчену, говорили, что важно делать нёндро, а это, конечно, практики с усилием.

There’s no cheap way to enlightenment.

Нет дешёвого пути достичь просветления.

Okay, let’s go to the topic of visualization.

Хорошо, давайте перейдём к визуализации, к теме визуализации.

Now although we work with visualization in tantra – perhaps it’s most well known there – it’s not limited to tantra,

Хотя визуализации, мы знакомы с ними в основном по тантре, мы можем встретить их не только там. То есть визуализации не ограничены только тантрой.

because we have many types of practices in sutra in which we visualize something in front of us, like for instance, just the Buddha for achieving shamatha, or the refuge tree, these sort of things. It’s a lot of visualization practice.

Есть много практик визуализации в сутре, когда мы сосредоточиваемся, например, на чём-то, что находится перед нами в нашем воображении, например на Будде или на дереве прибежища.

And the main difference is that in tantra we visualize or imagine ourselves in the form of a Buddha-figure. In sutra you don’t do that.

И главным отличием тантры является то, что мы представляем самих себя в форме божества. В сутре мы этого не делаем.

Now, very important point is that when we speak of visualization that’s a bit of a misleading translation. I don’t know how it comes out in Russian, but it’s not visual, we’re not using our eyes.

И когда мы используем термин «визуализация», он может быть в некоторой степени вводящим в заблуждение. Я не знаю, как это звучит по-русски, но самое важное, что речь не идёт о чём-то, что мы делаем с помощью наших глаз.

What is the word in Russian? Does it have something to do with the eyes?
Translator: Yes.
Alex: Are you seeing something?
Translator: Not “seeing,” but probably with eyes.
Alex: What we’re working with here is imagination, the whole imagination, not just visual.

То, что мы здесь делаем, – это воображение, и не только зрительное воображение.

So we imagine not only something visual, but you also imagine sounds and smells and tastes and physical sensations and so on.

И мы представляем не только зрительные образы, но и звуки, и вкусы, и запахи, и физические ощущения.

Like when we make offerings, you make mental offerings as well of all these various objects. We imagine that we enjoy them as our Buddha-figure in tantra.

Например, когда мы представляем подношения, и мы в тантре, будучи сами в образе будды, представляя себя в качестве будды, наслаждаемся всеми этими подношениями.

Secondly, what we are visualizing is never two-dimensional pictures; it’s always three-dimensional. And we’re talking about a form: we’re not visualizing a statue, we’re visualizing live figures.

И следующий очень важный момент: мы не визуализируем двухмерную картинку, плоскую, а визуализируем всегда объёмную, трёхмерную. То есть мы имеем дело с трёхмерной картинкой. И также мы не представляем статую, застывшее изображение, а представляем живую фигуру.

And they are not solid; they are always made of light, so like a hologram.

И она не твёрдая, а сделана из света – наподобие голограммы.

Now in fact when we do shamatha practice in Mahayana, although many teachers teach focusing on the breath, it’s just because it’s the easiest one to do. The most common practice, however, is gaining shamatha through visualizing a small Buddha.

И хотя многие учителя, когда обучают шаматхе на уровне махаяны, говорят, что следует сосредоточиваться на дыхании. Это просто потому, что дыхание – наиболее удобный объект, потому что оно всегда с нами. Но наиболее распространённой формой, традиционной, является представлять маленького Будду.

And the reason for this is that just to focus, for instance, staring at an apple, we may gain concentration, but what’s the benefit of staring at an apple? The apple itself?

И причина этого заключается в том, что если мы будем просто смотреть, пристально смотреть на яблоко, то, да, мы можем достичь концентрации. Но какова польза от смотрения на яблоко?

But if we focus on a Buddha, then in addition to just gaining concentration, we are aware of the qualities of the Buddha we can add into it refuge, safe direction; we can add into it bodhchitta, I want to become like that and so on. So there are many benefits of focusing on a Buddha.

Когда мы сосредоточиваемся на Будде, мы также сосредоточиваемся на его просветлённых качествах. То есть, например, мы можем прибавлять к своей практике практику прибежища, или надёжного направления, или практику бодхичитты.

Now, I think it’s in one of Asanga’s texts on concentration, a great Indian master,

Я думаю, что это упоминается в тексте великого индийского мастера Асанги о концентрации.

he points out that achieving shamatha, these higher states of concentration, needs to be with mental consciousness, not with sense consciousness.

Он говорит о том, что, для того чтобы достичь концентрации, или сосредоточения, нам следует использовать сознание ума, а не сознания органов чувств.

This is because what are we going to apply that concentration to? We’re going to apply it to generating love, compassion, understanding of voidness, bodhichitta; these are all mental states.

Потому что к чему мы также можем применять наше состояние концентрации – к таким состоянием ума, как бодхичитта, любовь, сострадание и так далее.

And so in order to be able to gain concentration in a state of mind or consciousness that we are actively generating, like a Buddha image, a visualization of a Buddha is actually training the tool that we’re going to need, the mental consciousness.

И поскольку мы все эти состояния сознания испытываем с помощью ума, то и представляя в уме, например, изображение, фигуру Будды, мы тренируем наш ум, его способность, например, к тому, чтобы потом испытывать эти состояния.

And so in the Gelug tradition of Tsongkhapa, then we always find the emphasis on these practices like visualizing the Buddha for gaining shamatha.

И поэтому в традиции гелуг, например в трудах Цонкапы, всегда говорится о практике концентрации с помощью представления у себя в уме какой-то визуализации.

So what about in Sakya, Nyingma and Kagyu where we find very frequently explanations of focusing on the breath, or focusing with the eyes looking at a thangka or a statue? Does that contradict Asanga, the Indian Buddhist master?

А в школах сакья, кагью и ньингма мы видим наставления о том, что нам следует сосредоточиваться на каком-то внешнем объекте. Означает ли это, что эти наставления этих трёх школ противоречат тому, о чём говорил Асанга?

And no, it doesn’t contradict that,

Нет, не означает.

because actually if we look at their explanation of cognition theory of how the mind knows things, how we know things,

Потому что, если мы посмотрим на объяснения, которые есть в теории познания, о том как наш ум познаёт вещи,

then we find that according to the explanation that is followed by these three schools,

мы обнаружим, что в соответствии с объяснениями, которые можно найти в текстах этих трёх школ,

that with eye consciousness you only are aware of colored shapes

с помощью сознания глаза мы только лишь различаем цветные формы

and only one moment at a time.

и только в один момент времени.

And with ear consciousness, you’re only aware of sounds and only one moment at a time;

И с помощью сознания уха мы различаем только звуки и только в какой-то один момент времени.

and it only lasts a microsecond.

То есть как бы один маленький момент за раз, который длится, там, микросекунду, условно говоря.

And it is conceptual cognition that puts these things together into what we would call a “commonsense object.”

А потом уже сознание ума собирает все эти вещи в объекты, которые мы потом уже познаём как объекты.

An apple is not just a red spherical shape.

То есть мы познаём яблоко не просто как красный цвет и круглую форму.

It is not just a taste; it is not just a smell;

И это не просто вкус и не просто запах.

and not just a physical sensation in your hand,

И не просто какие-то ощущения тактильные в нашей руке.

or a sound, a special sound – when you bite an apple, there’s a certain sound –

Или какой-то звук, например, когда вы роняете яблоко.

and it doesn’t exist for only for one moment and then the next moment there’s a completely different object there. There is continuity over time. This apple eventually will rot and fall apart, but there will be a conventional apple that lasts, over – conventionally you would say – over a few days. Look at it again, there’s the apple on the table. But that’s a concept; that’s a conceptual construct.

И мы узнаём это яблоко в течение того времени, пока оно нам кажется яблоком. Хотя оно каждый момент времени изменяется, тем не менее, на протяжении, например нескольких дней, мы знаем, что вот это – яблоко. Вот так работает наш концептуальный ум.

So according to this explanation of cognition, that when we are focusing on the breath or an apple or something like that, it is actually a conceptual object and conceptual objects are focused on with mental consciousness.

И с этой точки зрения когда мы сосредоточиваемся на каком-то объекте, этот объект формируется с помощью нашего концептуального ума и, следовательно, он является объектом сознания ума.

Conceptually, we put the colored shapes and the smells and the sounds and many consecutive moments together into an object,

Мы концептуально объединяем форму и цвет, запах, вкус и так далее, и также продолжительность этого объекта во времени, в этот объект.

what we common sense call a Buddha, or an apple, or the breath.

И в результате мы его называем яблоком, или Буддой, или дыханием.

And so in these schools as well, we are still honoring Asanga’s assertion that we need to develop shamatha and concentration with mental consciousness.

Поэтому и в этой школе также следуют наставлениям Асанги о том, что мы сосредоточиваемся с использованием сознания ума.

Now, if we’re working with a Buddha-figure in front of us for shamatha, a Buddha for example, the Buddha needs to be the size of our thumb, then the distance of about one arm’s length in front of us.

Если мы практикуем, медитируя, сосредоточиваясь на Будде, которого мы представляем перед собой, то он должен быть размером с ноготь указательного пальца и находиться на расстоянии вытянутой руки.

And our eyes are looking downward; not looking at it. It’s not being generated by your eyes.

Размером с большой палец, а не с ноготь. И также мы его представляем мысленно. Мы представляем, что он там есть, а не пытаемся его там разглядеть.

Obviously, you don’t take out a ruler and measure it. It doesn’t matter. The point is small.

К вопросу о размере, мы, конечно, не стараемся достать, там, рулетку, измерить его, но речь идёт о том, что это какой-то небольшой размер.

So, we’re looking down, the eyes are looking downwards and the Buddha is up here,

При этом мы глазами смотрим вниз, а Будду визуализируем перед собой.

so we’re generating it with our minds, not looking at it;

То есть мы создаём его с помощью ума, не смотрим на него глазами.

that’s the level of the mid forehead.

Он находится на уровне нашего межбровья.

Now that’s not so difficult.

Это не очень трудно.

Look down toward the floor, please,

Давайте сейчас все посмотрим на пол

and hold your thumb in front of you at the level of the forehead.

и вытянем палец перед собой на уровне межбровья.

Now we can have the feeling that we know that there’s something there.

У нас есть некое теперь ощущение, что там что-то есть.

Without looking at it, we can concentrate on the thumb being there.

Даже если мы не смотрим туда, то мы можем ощущать, что там есть палец.

Now put down your thumb.

Уберите палец.

Can you still focus on that point?

Вы можете всё ещё сосредоточиться на той точке, где он был?

It is possible, isn’t it?

Это возможно, не так ли?

Now this is going to be very important. And for the eyes, in many Theravada practices it’s recommended to concentrate with the eyes closed. Mahayana practice as described again in the Indian texts is done, recommended with the eyes open. We’re talking about general meditation. There are some specific meditations where the eyes are wide open or closed, but general meditation in Mahayana, the eyes are open, not shut.

И если мы будем говорить о тантре, то если в практиках тхеравады или хинаяны обычно рекомендуют практиковать с закрытыми глазами… Тхеравада, то есть та школа, которая практикуется сейчас, которая жива сейчас, – практикуют с закрытыми глазами. А в махаяне принято практиковать с открытыми глазами, так говорится в индийских текстах. Но это имеется в виду в общем практиковать, то есть, есть, конечно, медитации, которые являются исключением из этого правила, но в целом так: в тхераваде с закрытыми, в махаяне с открытыми.

If our eyes are closed, there’s much greater danger of falling asleep.

Когда наши глаза закрыты, значительно больше риск заснуть.

But if our eyes are wide open… unless you’re doing some mahamudra meditation in which we want to focus on the intensity of the mind so then the mind, the eyes have to be wide open and staring. But in normal regular meditation, you don’t want to have the eyes completely open because then you get easily distracted.

Кроме тех практик, когда нужно широко открывать глаза, например в практиках махамудры, где мы сосредоточиваемся на неком интенсивном состоянии ума, то глаза лучше держать неполностью открытыми, например полуоткрытыми, для того чтобы внешние объекты нас не отвлекали.

And so what is instructed is that we are looking downwards, usually it says toward the tip of your nose. That doesn’t mean cross-eyed; it just means a line from the tip of your nose to the floor, so basically the floor in front of you;

И нам следует опустить глаза. При этом обычно говорится, что мы их опускаем по линии нашего носа, вдоль кончика носа, но это не означает, что нам нужно их перекрещивать и направлять непосредственно на кончик носа. Мы их направляем в пол, который находится перед нами

and loosely focused, not intense.

и свободно их там сосредоточиваем, оставляем, не то чтобы очень напряжённо.

We’re not looking for our contact lens that we dropped on the floor.

Мы не так напрягаемся, как если бы мы искали контактные линзы, которые упали на пол.

One more thing that I wanted to mention, there are several other disadvantages of meditating with the eyes closed.

Есть ещё несколько недостатков медитации с закрытыми глазами.

In a general sense, if we get into the habit of having to close our eyes in order to quiet down, become more calm, develop love and compassion, then it’s very hard to apply that in real life.

В целом, если у нас появится привычка медитировать с закрытыми глазами, когда мы успокаиваем свой ум или сосредоточиваемся на любви или сострадании, то потом нам будет трудно применять это на практике, в реальной жизни.

When you’re interacting with people, you can’t all of a sudden shut your eyes and generate a state of mind and then open your eyes. You need to be able to generate all these things while still looking quite normal.

В реальной жизни вы не можете во время разговора, например, закрыть ваши глаза, сформировать, создать, развить какое-то состояние ума, потом открыть глаза и продолжить разговор. Нам нужно это всё делать с открытыми глазами, продолжая функционировать в реальной жизни.

And also if we have to shut out the world in order to be able to meditate by closing our eyes, then again that’s a little bit contradictory to the Mahayana flavor, which is that we want to relate to the world and others. If you have to shut your eyes in order to meditate, in a sense you are closing out the world, “Don’t bother me,” whereas Mahayana you want to have your eyes open, because everything that you’re doing is to be directed toward helping others. You don’t want to shut them out.

Если мы в практике махаяны медитируем, но при этом закрываем глаза, то это несколько противоречит общему духу махаяны, потому что мы как бы закрываем мир вокруг нас, мы его как бы отсекаем, в то время как дух махаяны – это относиться к миру открыто.

But there are more subtle problems with meditating with your eyes closed. What His Holiness the Dalai Lama points out is that if your eyes are closed, the eyelids tend to flutter a little bit and you tend to see a little bit of like dancing red spots, and so on, on the inside of the eyelids; that’s distracting. That’s a more subtle level, a more subtle reason.

Есть ещё одна более тонкая причина, о которой упоминал, в частности, Его Святейшество Далай-лама – то, что если мы закроем наши глаза во время медитации, то мы будем видеть там по некоторым причинам разные красные точки, которые пляшут перед глазами, и так далее. И это в некоторой степени отвлекает нас, но это более тонкий вопрос.

So we try to get into the habit of meditating with the eyes open, but to not be so distracted, just looking down.

Поэтому нам важно развить привычку медитировать с открытыми глазами, но при этом, чтобы нас не отвлекало то, что находится вокруг, нам нужно смотреть вниз.

And when we’re doing tantra practice, I don’t know how many of you are involved with these complex tantra visualizations of ourselves as a Buddha-figure inside a mandala, which is a palace, and with many other figures in the mandala.

И когда мы выполняем тантрические медитации – я не знаю, сколько людей среди присутствующих вовлечены в тантрические практики, когда мы занимаемся сложными медитациями, представляя себя в виде божества, которое находится в центре дворца, всю эту мандалу.

But in that type of practice, then it’s quite obvious that we’re not using our eyes, because how do you use your eyes to imagine what your face looks like, or what’s behind you.

Довольно очевидно, что мы не используем при этом сознание нашего глаза. Потому что, представляя при этом себя, как мы можем представить, например, как мы выглядим, каково наше лицо или что находится за нами?

And when we’re visualizing all sorts of things inside us like, like a heart, a moon and a seed syllable, and these sorts of things, obviously we’re not using our eyes to imagine that.

И, конечно, мы не используем наши глаза, сознание глаза, когда мы представляем то, что находится внутри нас, например луну или семенной слог, который там находится.

And when we visualize, there are always two aspects.

Когда мы визуализируем, всегда присутствуют два аспекта.

One is making an appearance.

Во-первых – создание видимости.

That’s usually translated as “clarity,” but that’s not a good word here because that implies that it must be in focus. We’re not talking about it being in focus; we’re talking about just making something appear, making something arise, whether it’s visual… but it’s not just visual… it’s using your imagination; making something arise.

Это часто переводят как «ясность», но здесь дело не совсем в том, что мы фокусируемся, ясно фокусируемся на чём-то, а в способности нашего ума создавать видимость.

And then the second factor is literally “pride,” “pride of the deity” it’s called. And what that means is an actual feeling that a Buddha is really there, or that I really am this Chenrezig or Tara, whatever it is we are visualizing.

И второй аспект – это гордость, гордость божества. И это означает, что у нас должно быть чувство, что божество действительно присутствует здесь или что мы действительно являемся божеством, например Ченрезигом или Тарой.

And Tsongkhapa explains that what is most important in the beginning is an actual feeling that it’s actually there, this pride. So when we are working with visualizing a Buddha in front of us, it’s really important to feel that there is a Buddha there. That’s most important; don’t worry about it being in focus.

И как говорит Цонкапа, самое важное, когда мы представляем будду перед нами, – это не качество нашей визуализации, насколько она детальна, а вот именно это чувство того, что будда действительно находится перед нами.

So all we need is some sort of appearance, even if it’s just a yellow light. That’s sufficient; but on that basis, have the feeling that: “Yes, there’s an actual Buddha there.”

Нам нужна хотя бы некоторая видимость, в данном случае некоторый образ будды, какого-то божества, который там присутствует. Пусть даже это будет просто неясное пятно какого-то, там, жёлтого цвета.

All the details and so on will come automatically as our concentration improves.

Все детали этой визуализации будут совершенствоваться автоматически, по мере того как будет совершенствоваться наша способность к концентрации.

One of the biggest mistakes that we often make as practitioners is that we get too caught up by the details of what it’s supposed to look like,

Одна из самых больших ошибок, которые допускают практикующие, – это когда мы начинаем вовлекаться в мысли, как это выглядит в мельчайших деталях, то есть когда мы стремимся всё понять до мельчайших деталей.

what do all the jewelry and the clothing and what color eyes and all these sort of things, you get so uptight basically about all this detail that you get stuck and you can’t do the practice at all.

Потому что в результате мы настолько перенапрягаемся, пытаясь различать все эти маленькие детали, каждое самое небольшое украшение или часть одежды, что мы в результате вообще не можем медитировать.

And it’s even worse when you try to do a refuge tree or anything like that, where there are a lot of figures on it. And the texts don’t help, because they give us all the detail, which gives us the impression – which is the incorrect impression – that from the very beginning we’re supposed to be able to visualize all of this.

И ещё сложнее ситуация с древом прибежища, где очень много фигур и деталей, и тексты, где описываются все эти детали, дают неверное впечатление о том, что нам нужно с самого начала уметь представлять их все.

Incredibly advanced to be able to actually visualize in all the details a refuge tree with all the figures on it; unbelievably advanced.

Это невероятно трудно – визуализировать древо прибежища со всеми фигурами и деталями. Это невероятно продвинутый уровень практики.

Yes, eventually when we are really, really skilled, that’s what we would be visualizing, but as beginners trying to do ngondro or whatever, forget it. There’s no way that we’re going to be able to visualize that.

Да, в конце концов, когда мы станем действительно продвинутыми практикующими, то мы сможем визуализировать всё именно так, в самом подробном образе. Но пока мы ещё только начинающие практикующие, делаем нёндро, забудьте о том, что нужно визуализировать всё максимально детально.

Because when we push ourselves too hard trying to get all this detail, then you really get lung, disturbed energies, and you get very frustrated,

Потому что когда мы напрягаемся, стараясь визуализировать все эти мельчайшие детали, то мы в результате как раз получаем этот лунг и чувствуем фрустрацию, то есть чувствуем неудовлетворённость.

unless we’re one of these extraordinary people to whom visualization comes very, very easily. But for most of us that’s not the case.

Некоторые люди очень легко достигают успеха в визуализации, но это не относится к большинству.

Artists usually find it much easier to visualize.

Обычно люди, которые занимаются творчеством, обнаруживают, что им довольно просто выполнять все эти визуализации.

So, what that means is that we try to “read the instructions,” it says. Well, if you can’t do that, then at least just visualize a Buddha as representing all the objects on the tree. Well, take that seriously.

В инструкциях, в наставлениях говорится, что, если вы не можете визуализировать все эти детали, вы можете визуализировать только центральную фигуру, которая символизирует всё остальное. Принимайте эти инструкции близко к сердцу.

And just think that everybody else is around, but don’t worry about actually being able to imagine them in detail.

И просто представляйте, имейте в виду, что вокруг центральной фигуры находятся и остальные, но не обязательно представлять их во всех деталях.

And as I said, if you can just visualize some light in front of you, that is a start.

Как я уже говорил, даже если мы сначала можем представлять только какой-то свет нечёткий перед собой, то для начала это нормально.

The important thing is that yes, this is really all the objects of refuge, and the feeling that they are actually there.

Важно ощущение, что это действительно все объекты прибежища, что они действительно находятся там.

And if we are visualizing ourselves as a Buddha-figure in one of these mandala palaces, which is a three-dimensional building,

И если мы представляем самих себя в виде фигуры будды, которая находится во дворце, который представляет собой трёхмерное изображение,

then in most of these, or many of these mandalas, probably most of these mandalas, there is more than one figure.

то в большинстве мандал больше одной фигуры божеств.

And in many of them there is a central couple and many other figures around.

Как правило, это одно божество в середине – или пара божеств – и какие-то божества вокруг них.

Now this becomes quite difficult because actually we are imagining that we are all of the figures; we are not just the central figure.

И это становится довольно трудной практикой, потому что мы представляем, что мы являемся всем, всей визуализацией, всеми фигурами, а не только центральной.

It’s not that I am only the central figure and this partner that I’m embracing is somebody else.

Мы не думаем что я – центральная фигура, а тот, кого эта центральна фигура обнимает, – это мой партнер, то есть кто-то другой.

So if we are a woman doing this type of practice in which the central figure is a male embracing a female, please don’t try to visualize it from the point of view that you are the female here, because you are only identifying with one figure here. Whether you are a man or a woman, you’re both members of the couple.

И, например, если вы женщина и вы занимаетесь визуализацией пары, где женщина и мужчина, не следует думать, что следует визуализировать всё с точки зрения женщины, которая находится в объятьях мужчины. Мы в действительности являемся в данном случае всей парой.

And not only are we both members of the couple, but we’re all the other figures around as well and we are the building too.

Более того, мы не только являемся этой центральной парой, фигурой, но и также всеми остальными фигурами мандалы и даже зданием.

So all the different figures etc., regardless of what gender they are, parts of the building etc., represent different aspects of our realization, different aspects of what we are trying to achieve; and we’re the whole thing.

Потому что каждая фигура, независимо от пола, и каждая часть этого дворца представляет собой, символизирует собой некое постижение, то есть некую часть нашей цели, к которой мы стремимся.

So different figures will represent the different aggregates; they will represent different elements of the body. They represent so many different things, with the whole thing, just like our body now, is an interconnection and network of the digestive system, and the circulatory system, and the respiratory system. It’s the whole thing. I’m not just my liver.

Когда мы представляем всю эту мандалу, каждая из её частей представляет собой часть системы. Например, это может быть пять совокупностей, то есть какая-то из частей символизирует какую-то из совокупностей, какие-то части символизируют элементы и так далее. Это подобно тому, как и наше тело, например, не является какой-то одной вещью, а представляет собой систему, сложную систему взаимодействующих органов. Например, у нас в теле есть и кровеносная система, и пищеварительная, и другие, и мы не представляем собой только лишь печень, а всё тело.

Okay? So this is not the easiest thing in the world to do, but don’t just identify with one part of the visualization and then get into a very dualistic manner of practicing, that I’m one figure and then everything else is something else.

Да, это не самая простая вещь в мире, но самое важное – это не думать, что мы находимся в середине, например в середине, являемся какой-то только частью этой картины, а всё, что нас окружает, – это нечто другое. То есть в таком дуалистическом ключе не следует подходить.

Okay? Now, Tsongkhapa explains in this letter of practical advice very, very nicely about the whole process of visualizing. He’s speaking specifically about visualizing a mandala, ourselves as all the figures in a complex mandala.

Цонкапа в этом «Письме с советами по практике» говорит о том, как мы занимаемся визуализацией, как мы занимаемся практиками визуализации: очень подробно, хорошо объясняет всё.

So Tsongkhapa says there are two traditions in the literature of how to do this.

Цонкапа говорит, что в литературе есть две традиции, как это делать.

One is to work on fine details one at a time, adding them until we get the whole picture.

Первый способ – это работать с маленькими деталями по одной, постепенно добавляя их к картине.

And the second way is to start with a vague image, a vague feeling of the whole thing and then within that, fill in one detail at a time.

А другой способ – это когда мы начинаем с расплывчатой картины, но картины всего изображения, всего, что мы должны представлять, и постепенно, уже имея эту общую расплывчатую картину, добавляем туда детали.

And he says that for some very few, very special individuals, that first method is appropriate: just build up one detail or one little piece at a time until you get the whole picture.

Он говорит, что первый метод подходит только для немногих личностей, то есть тот метод, когда мы постепенно строим картину, добавляя к ней по одной детали.

But for most practitioners, the vast majority, that second method is recommended. Try to get a vague feeling, a vague image of the whole thing and then while holding that, fill in one detail at a time.

Но для абсолютного большинства практикующих больше подходит второй метод, когда мы представляем некую общую, расплывчатую картину и потом заполняем уже её деталями.

And for this, what’s very important is that this process of adding details is accumulative. In other words, if you’re able to get one detail in sharper focus, then without losing that you add one more. Then you have two details; then you have three details. It’s very important not to lose the focus on what we’ve already maintained, when you add something further.

И при этом нашей стратегией является постепенное заполнение, постепенное добавление деталей, так что мы не теряем предыдущую деталь, когда добавляем следующую. То есть сначала мы сосредоточиваемся на одной детали, потом, не упуская её, добавляем вторую, так что у нас теперь две детали, потом третью и так далее.

So that is important in terms of ourselves – let’s say as one figure.

Это очень важно в отношении визуализации нас самих, например, в качестве одной фигуры.

So he says that usually you start with the third eye.

В этом случае обычно первой деталью является третий глаз.

In the highest class of tantra, the deities have three eyes. In the lower classes of tantra, they only have two eyes. So he’s talking about the highest class of tantra, and there you would start with the central eye in the middle of the forehead, and then you add the other eyes and you start adding details like that.

Здесь говорится о высших классах тантры, где у божеств три глаза, в то время как у божеств в низших тантрах – только два. И когда мы начинаем визуализировать по одной детали, сначала мы визуализируем один глаз, третий глаз, потом два обычных и потом уже последующие детали.

And especially when we try to add more focus, or detail, on the other figures in the mandala, he says very strongly: “Be sure that you don’t lose the focus and the clarity of the central figure. Add it to it; otherwise, you’re never going to be able to visualize the whole figure at once.”

И что особенно важно, когда вы уже визуализировали центральную фигуру и переходите к визуализации других фигур, не терять при визуализации других фигур первые фигуры. Иначе у вас никогда не получится визуализировать всю картину в целом.

And he says, “If the general form of the body” – he’s talking about now a single deity – “If the general form of the body was clear, we need to hold that.

Когда мы визуализируем одну фигуру, то, визуализировав её, мы её удерживаем в уме.

If the general form is unclear, but a few of the parts are clear, hold your attention on whatever aspects are clear.

Если при этом некоторые части, некоторые детали визуализации ясные и чёткие, а некоторые нет, то мы удерживаем наше внимание на тех деталях, которые чёткие.

If those few parts have faded as well, then you need to generate again the entire general rough form once more.”

Если эти части также становятся расплывчатыми, то мы визуализируем всё божество заново.

Okay? So what is this referring to?

Что здесь имеется в виду?

Let’s just do something simple. We’re visualizing ourselves as a seated figure, let’s say Chenrezig, four-armed Chenrezig.

Давайте визуализируем себя в виде – давайте возьмём сидящую фигуру – например, четверорукого Ченрезига.

First of all we have a feeling that we have a face. You have a face, don’t you?

Прежде всего, мы ощущаем, что у нас есть лицо. Ведь у нас есть лицо, не так ли?

It’s not very easy to imagine what our face looks like, because then the question is from what point of view. Looking outside at us from looking inside out? What?

Довольно трудно понять, как нам представить своё лицо? Потому что встаёт вопрос: «С какой точки мы должны его представлять, с какой перспективы? Находимся ли мы сами где-то снаружи или мы как-то смотрим на него изнутри?»

But we can be aware of the fact that on the front of this head are two eyes, a nose and a mouth.

Но мы должны осознавать, что в передней части головы находятся два глаза, нос и рот.

And put your hands by your ears and then take them off. We can also be aware that there are two ears.

А если мы потрогаем наши уши, мы знаем, что там есть уши.

Please do this.

Пожалуйста, сделайте это.

Put your hand on the back of your head.

Положите вашу руку сзади вашей головы.

Take it away.

А теперь уберите.

So, we have a feeling that we have a back of our head, don’t we?

У нас есть некое ощущение того, что у нас есть задняя часть головы, затылок. Не так ли?

We can’t really see it, but we know that we have it.

Мы не можем видеть его, но мы знаем, что он у нас есть.

So that’s how you feel that you have a head and a face.

Вы чувствуете, как он у вас есть, на голове, на лице? [Вот как мы можем почувствовать, что у нас есть голова и лицо.]

Put your two hands by the side of your face.

Положите две руки с разных сторон лица.

And imagine that where our hands are we have two more faces.

И представьте, что там, где у нас руки, у нас ещё два лица.

Now take the hands away.

Уберите руки.

You can feel that you have three faces.

Можете ощутить, что у вас три лица?

It’s not that difficult.

Это не так уж и трудно.

There are these methods to help us by using our hands to actually feel these places and then be aware of them.

Мы можем использовать руки, чтобы помогать себе ощущать эти части и потом осознавать их.

Now we have a feeling that we have arms and a leg, legs don’t we?

У нас есть ощущение, что у нас есть руки и ноги. Не так ли?

You don’t have to see them to know that you have them. You feel them.

Необязательно на них смотреть: мы и так их чувствуем.

Now, for four-arm Chenrezig, not so difficult.

Далее, четырёхрукий Ченрезиг – не так уж трудно.

Put your two arms in front of you holding the jewel.

Поставьте две руки перед собой, держа драгоценность.

And now it’s like a photograph that has two frames superimposed on each other. Put the two arms to the side.

А теперь как будто вы проходите рентген [Это подобно фотографии, когда два кадра наложены друг на друга. Вытяните две руки по сторонам.]

So, now we have all four of them, just superimposed.

Теперь у нас есть все четыре.

Do you know, when you have a double exposure on a photograph.

Двойная экспозиция, как при фотографировании, когда мы делаем первый кадр с руками в одной позиции, потом перемещаем руки в другую и делаем как бы второй кадр при этом, и накладываем два кадра.

It’s like a double exposure photograph. Don’t worry, “Where does the arm fit in? Is it coming in under my armpit?” Don’t worry about that.

Просто как наложенная фотография. Не беспокойтесь при этом, откуда выходит вторая пара рук, из какого именно места, – это не так важно.

So what Tsongkhapa is saying here is that you get a general feeling of the whole body.

То, о чём говорит здесь Цонкапа, – о том, что у нас есть некое общее ощущение тела [Что, когда мы представляем таким образом, у нас появляется общее ощущение всего тела].

When that is clear, there’s some feeling of it, and if it also gets in focus,

Далее, нам нужно ощутить это ощущение тела, чтобы наше тело было в фокусе.

then you add, well four-arm Chenrezig doesn’t have three eyes, but I was just using that as a simple example, but you would add the eyes and try to get that in more detail.

Далее, у четырёхрукого Ченрезига нет третьего глаза, но поскольку здесь обычно используется пример с третьим глазом…

In the example of four-arm Chenrezig there isn’t a third eye, so you’re focusing just on getting two eyes in detail. Same; doesn’t matter.

Мы просто визуализируем два глаза, не используя здесь третий глаз.

So, you try to have the clarity, the feeling of a whole thing, plus the details. So, let’s say eventually you get all the details of the face in focus,

То есть нам нужно фокусироваться, сосредоточиваться на всех деталях и потом к ним ещё что-то добавлять [Мы стараемся сохранять ясность, ощущение всего образа, а также подробностей. И в конечном счёте у нас в фокусе оказываются все черты лица].

and then he says: “Well if you lose the clarity of the whole thing” – I mean there’s still the general feeling of being the whole thing – “but if you lose the detail of that, but you still have clarity, focus on a few of the details. Hold onto that.

Далее, у нас в какой-то момент может исчезнуть ощущение всех деталей, но у нас, тем не менее, остаётся некое ощущение целостности и ощущение каких-то деталей более чётко. И мы сосредоточиваемся на тех деталях, которые мы ощущаем более чётко.

But if you lose too much” – and of course it’s not clear what the border is of when it’s too much; that you have to judge for yourself, – “but when you lose too much of the detail, then you have to go back to generating the whole thing,” which might entail actually reciting that I have sixteen arms and they’re holding all of this and that, to remind ourselves, to generate it.

Далее, когда у нас уже исчезает из нашего внимания слишком много деталей, а «много» – это мы должны установить сами, сколько для нас много, приблизительно понять. Когда мы слишком много упускаем из внимания, то мы заново делаем эту визуализацию с самого начала. При этом, возможно, нам нужно будет снова прочитать тот текст, в котором написано, что мы выполняем именно такую визуализацию – например, что у нас шестнадцать рук и так далее.

So in doing these visualization practices, particularly in tantra, they’re very, very difficult. And it is really quite important that we’ve already done some concentration practice beforehand; otherwise, if your mind is completely wandering all over the place, then it’s going to be very difficult to even begin this type of practice. Tantra practice is very, very advanced. It’s not for beginners.

Практика тантры является очень продвинутой, и эти визуализации довольно сложны. Поэтому для того чтобы к ним приступить, нам нужно сначала потренироваться, попрактиковать предыдущие медитации, более простые. То есть если мы не достигнем успеха в более простых медитациях, то мы сразу же будем терять все наши детали, у нас сразу же будет уходить внимание. То есть практика тантры, она не является практикой простого уровня, не является практикой для начинающих.

And if we are just working in sutra, visualizing something in front of us like a Buddha in shamatha, it’s the same thing. Try to get a feeling of the whole thing, the whole image in the rough form of it in focus, and then work with getting details. But don’t get too caught up and don’t push too hard.

И то же самое, когда мы занимаемся практиками сутры. Когда мы представляем перед собой будду, мы точно так же сначала представляем более или менее примерное, приблизительное изображение и потом постепенно работаем над деталями. Но здесь важно не давить слишком сильно на себя, практиковать более или менее расслаблено.

You need to understand what the point is of all this practice.

И нам важно понять, какой общий смысл этих практик?

It’s not just to develop the mental athletic skills of visualizing things and we win the Olympic gold medal in visualization.

Мы не просто развиваем способность ума визуализировать, как если бы мы стремились выиграть олимпийскую медаль по визуализации.

It’s a tool that we are developing in order to be able to use that tool of the imagination to move the various energies in the body and generate the energies in a form like that of a Buddha.

Это инструмент, который мы разрабатываем, совершенствуем, для того чтобы потом пользоваться им при практиках высокого уровня, когда мы управляем энергиями в нашем теле, визуализируем различные фигуры в тех или иных местах.

And having all these details and all these figures and everything that we’re holding and stuff like that is a way of expanding our minds to be able to hold at the same time an awareness and understanding of many, many different things.

И когда мы тренируемся визуализировать и удерживать нашу визуализацию – это способ развивать в уме способность сосредоточиваться и удерживать в уме различные постижения, понимания и разные другие вещи одновременно.

There are so many deity systems and so many different things that we’re holding – that is not the point. So what, what they’re holding. The point is what it represents, the insight that it represents.

Мы можем удерживать очень большое количество различных божеств, деталей и так далее. В чём смысл удерживания всего этого? Не в том, чтобы просто визуализировать, представлять божеств, а в том смысле, который стоит за всеми этими образами, то есть в постижениях, в пониманиях, которые символизируются, обозначаются этими образами.

It’s very difficult to keep in our minds simultaneously let’s say thirty-seven different things at the same time, if we’re doing that in just an abstract way. If we represent them graphically by thirty-seven objects that we’re holding, it’s easier to put it all together simultaneously. And that is what we’re aiming for: to network and put everything together simultaneously

Например, если нам нужно удерживать в уме тридцать семь разных объектов, то это очень трудно сделать без какой-то точной, понятной опоры, например без символа этих тридцати семи объектов, благодаря которому мы можем связать их в единую систему.

– another reason why this is advanced. If we haven’t been able to generate each of the individual realizations one at a time, how could you possibly network and put them all together?

И здесь кроется ещё одна причина того, почему это практика высокого уровня. Если мы не развили в себе все эти состояния ума, все эти понимания по отдельности, то каким образом мы сможем совместить их все вместе?

And we are aiming to be able to benefit everybody. That means that we have to be aware of everybody at the same time, so we need to be able to expand our minds to be aware of more and more things at the same time. So, this is a practice that helps us, these complicated visualizations.

Так как мы стремимся приносить пользу всё большему и большему числу существ, то для нас очень важны эти практики, потому что тогда нам нужно научиться, нам нужно расширить свой ум, чтобы он мог вмещать в себя все эти детали, всех этих существ, всё, что нам для этого нужно.

So that’s why they are so complex like this and when somebody asks a question, “Well, aren’t these alien symbols and couldn’t we use Western things?” To use Western things is irrelevant. It doesn’t matter. The point is not so much what you’re visualizing, but what it represents.

И поэтому когда задают вопрос: «Важна именно та форма, тот вид, в котором мы всё это представляем, именно те фигуры, традиционные, или можно придумать какие-то другие?» – то, конечно, смысл не в самих формах, не в тех или иных фигурах, а в том, что за ними стоит.

And if we’re not visualizing ourselves in the form of these traditional figures, well, what else are we going to do? Visualize ourselves in the form of Jesus Christ and Mary and so on? That will highly offend our Christian brothers and sisters; much too offensive and insulting.

Но если мы не хотим визуализировать себя в форме вот этих традиционных божеств, то в какой форме мы хотим себя визуализировать? В форме Иисуса Христа? Это очень сильно обидит, заденет наших христианских братьев и сестёр.

Just think of it the other way. Would you like to see Buddha crucified on a cross? Pretty strange.

И то же самое, мы можем посмотреть на это под другим углом: понравится ли нам увидеть Будду распятым на кресте? Это было бы весьма странно.

So then what are we going to do? Visualize ourselves as a movie star? This is silly. A political leader, Mickey Mouse, what?

Или как ещё мы хотели бы представлять себя? В виде знаменитостей из кинофильмов, или в виде известных политических лидеров, или в виде Микки Мауса – в какой же форме?

If we object to the palace, then what? Are you going to visualize yourself inside the skyscraper, this palace of culture that you have here in Moscow? What are you going to visualize yourself inside? It’s silly, that’s why I say it’s irrelevant to try to change it. Why?

Если нам не нравится дворец, то в каком месте, внутри какого здания мы хотели бы себя представлять? Внутри какого-то небоскрёба? Ну, это довольно глупо, поэтому я и говорю, что, в принципе, менять эти традиционные формы не имеет смысла.

So we have these visualization practices. There are some visualizations that we do, like Vajrasattva, with a figure on our head. That also is not so difficult. Put your hand on your head, please.

Далее, есть практики, где мы визуализируем что-то над головой, например Ваджарасаттву.

So, now you take your hand off; and you still feel the top of your head.

Это не так и трудно: положите, пожалуйста, руку на голову; потом уберите её. Вы ведь чувствуете что-то на голове?

So that’s the way that we visualize something on top of our head. And if you lose it and you need to put your hand on top of your head again, put your hand on top of your head. No big deal.

И точно так же, если мы теряем это ощущение того, что у нас есть что-то на голове или над головой, то в этом случае нам просто нужно снова положить туда руку и снова это ощущение ухватить.

The important point is to feel that something is there, something is happening

Важно, что мы ощущаем, что там что-то происходит, там что-то находится.

and it actually is Vajrasattva, and not some insect or something.

Ваджрасаттва это или какое-то насекомое – это уже второй вопрос [И что это на самом деле Ваджрасаттва, а не насекомое или что-либо ещё].

Okay, so now questions. What would you like to ask?

Участник: Я хотела уточнить, визуализируешь отдельно картинку или самого себя? То есть как бы мудрость внутри.

Participant: Should we visualize ourself as a Buddha, or the Buddha in front of us?
Alex: It all depends on the ritual practice that we’re doing.

Алекс: Всё зависит от конкретной практики, от ритуала, который мы делаем.

When we practice what’s known in Sanskrit as a “sadhana,” a sadhana literally means a method for actualizing ourselves, so actualizing ourselves as a Buddha-figure.

Когда мы выполняем ту или иную тантрическую садхану, садхана означает, что мы актуализируем себя в виде фигуры будды, то есть мы себя осознаём, или мы приходим к пониманию того, что мы являемся буддой в конечном счёте.

And the sadhana is like a script of an opera, in which you read step by step what you’re visualizing, what’s happening.

Садхана напоминает собой партитуру оперы, когда мы поэтапно выполняем какие-то действия, и они описаны в этом тексте.

So, you go through it like a movie.

И мы прокручиваем это как кино.

So Serkong Rinpoche always used to explain that what’s very important, especially when it’s an initiation, an empowerment, and there are so many visualizations one after another, he says it really is like a movie.

Серконг Ринпоче сам говорил, что когда мы выполняем какие-то визуализации и там одна картина сменяется другой очень быстро, то это напоминает фильм.

So if you miss one scene, just go onto the next one. It’s not that you play all the scenes of the movie simultaneously: it’s one after another.

Если вы пропустили какую-то сцену, то просто переходите к следующей. Смысл не в том чтобы проиграть все эти сцены одновременно.

And so, when you are doing a sadhana with a group, then you can’t stop if you didn’t get one scene. So you just continue. If we’re doing it by ourselves, of course you can stop and make sure that you get each scene at a time.

Когда мы занимаемся практикой в группе, то мы не можем остановить этот процесс. Если мы что-то пропустили, мы просто переходим дальше. Но если мы занимаемся практикой самостоятельно, то мы можем, когда мы видим, что пропустили что-то, вернуться обратно. И тогда мы будем уверены, что мы прокрутили все сцены.

There are short forms and long forms of all the sadhanas.

Есть короткие и развёрнутые садханы.

As Serkong Rinpoche used to say, the long forms are for beginners, not the short forms. The short form is when you are so familiar with the long form that you can abbreviate it and fill in from your memory what’s in the long form.

Как часто говорил Серконг Ринпоче, для начинающих предназначены именно развёрнутые формы, а не короткие. С помощью развёрнутых форм мы можем, опираясь на текст, выучить все эти сцены и потом воспроизводить их. Когда мы научимся это делать, мы уже можем пользоваться коротким текстом, короткой садханой, только лишь пользуясь своей памятью и тем небольшим объёмом текста, который там есть.

Most of us, however, don’t follow that procedure, unfortunately.

Но, к сожалению, многие из нас не следуют вот такому ходу вещей.

But in any case, in the long ones, you usually begin with a lineage prayer, imagining all the lineage gurus eventually dissolving into you, then you generate yourself as the Buddha-figure, then you would have refuge, bodhichitta. So you would visualize something in front of you.

В начале долгой садханы мы сначала читаем молитву к учителям линии и представляем, как они растворяются в нас один за другим, и мы сами тогда становимся буддой.

Then you dissolve them one by one. You say a verse for each guru, it’s like a totem pole, one figure on top of each other. That one dissolves into the next one, into the next one, the next one, and eventually into us. And then we transform through voidness into the Buddha-figure and then there’s various possibilities. It could be refuge and bodhichitta; you visualize a Buddha in front of you. There can be consecrating the offerings first; there’s many variants. You follow the script.

Читая молитву к учителям линии, мы растворяем их один в другом, потом они растворяются в нас, и в этот момент в контексте пустотности мы представляем себя тем или иным божеством. И после этого, уже в зависимости от текста, есть разные варианты, следуют строки прибежища, потом бодхичитты, потом подношений и так далее, то есть мы следуем тексту.

If we are doing tantra practice properly, which is unbelievably difficult to do, we are trying to visualize ourselves as the Buddha-figure all day long.

Если мы занимаемся практикой тантры правильно и хотим соответствовать всем требованиям, которые она предъявляет, то нам нужно визуализировать себя в форме божества, в форме того или иного будды на протяжении всего дня.

That’s obviously very, very difficult to remember to do.

Это, конечно, очень трудная вещь.

So then the question comes, and Serkong Rinpoche loved these questions. He was the most practical teacher; he was one of the teachers of His Holiness the Dalai Lama, and he said… You know these figures are standing in a certain posture. And he said, “You don’t imagine all day long that you’re like some sort of Japanese robot in a cartoon that, you know, zzzzzzzzz, moves around in this form like this. Can Yamantaka” – that’s a standing figure – “can he sit down? Of course he can sit down, don’t be silly.

И появляется ещё один интересный вопрос, его очень любил Серконг Ринпоче, который, надо сказать, уделял большое внимание практическим вопросам, он был одним из наставников Его Святейшества Далай-ламы. Вопрос заключается в том, если мы представляем себя на протяжении дня в форме фигуры божества, то следует ли нам всё время принимать одну и ту же форму, потому что божество всё время, например, или сидит, или стоит в одной и той же форме. Нам что, получается, нужно всё время ходить, и мы не можем сесть, как японский робот – всё время как бы движемся, всё время в одной форме? Ну, конечно, нет, не нужно дурачиться.

This is part of the whole general instruction to be relaxed with the practice. Make it natural.”

И это соответствует общим наставлениям о том, что нам следует быть расслабленными в нашей практике, чтобы она шла естественным образом.

It’s like we’re able to see two levels at the same time.

Мы как бы видим в одно и то же время два уровня.

We’re supposed to also visualize everything around us as a mandala. Well, how are you going to cross the street or drive your car if that’s the only thing that is appearing to your mind? That’s ridiculous. You don’t want to cripple yourself; so you’re able to see things on two levels simultaneously. Not so easy.

Когда мы выполняем эти практики, нам также следует визуализировать и всё окружающее нас, например, фигуры – в виде божеств, всё окружение – в виде божественного дворца и так далее. Но если мы будем сосредоточиваться только на этой визуализации, как же в таком случае мы будем, например, переходить дорогу или водить машину? Мы же не хотим покалечиться. Мы должны в этом случае сосредоточиваться на обоих уровнях реальности, но это не так-то просто.

So it’s like we have our skin, but also on another level sort of underneath the skin, we can be like the Buddha-figure. And don’t worry that you’re holding a vudra and bell in your hands, so how could you possibly cook dinner. Don’t make it so concrete.

То есть, например, у нас есть кожа, но мы можем представлять себе, что как бы под этой кожей находится тело будды. И то же самое, например, с ваджром и колокольчиком. Если мы думаем, что должны всё время держать ваджр и колокольчик, то как мы тогда приготовим обед? То есть нам не нужно быть слишком прямолинейными, слишком конкретными.

And also, people ask the silly question, “How you visualize yourself with a partner, as a couple all day long? If you bend over isn’t the partner going to fall off and so on?”

То есть, например, – люди часто задают глупые вопросы – как визуализировать себя в виде пары, что будет с нашим партнёром, если мы, например, нагнёмся? Он упадёт?

And Rinpoche said, “It’s like wearing clothing.

Ринпоче говорит: «Это напоминает ношение одежд».

You know that you’re wearing clothing: you don’t have to constantly, visualize or say in your head: ‘I’m wearing a blue shirt,’ and so on. And no matter what you do the clothing comes with. Don’t take it so concretely.

Например, когда мы одели какую-то одежду, нам необязательно постоянно в уме удерживать, что мы её одели, что на нас именно синяя рубашка. Мы можем свободно двигаться, перемещаться – при этом рубашка будет продолжать оставаться на нас. Не воспринимайте вещи настолько конкретно.

Be relaxed,

Будьте расслабленными в отношении практики.

but that doesn’t mean to be sloppy.

Но это и не означает подходить к ней спустя рукава.

It means to be just integrated into normal life:

Просто интегрируйте её, делайте её частью повседневной жизни.

that although things appear to us in a certain way, there’s a much purer way in which they can appear.

И хотя вещи действительно предстают перед нами тем или иным образом, существует и более тонкий уровень, на котором они предстают перед нами.

Participant: I would like to ask you to tell more about visualizing offerings, to this imagined figure of Buddha especially mandala, for example, and how are we visualizing that?

Переводчик: Расскажите, пожалуйста, как визуализировать подношения, когда…

Участник: Есть фигура будды, мы её перед собой представляем, и мы делаем подношения, мандалу, как это визуализировать?

Alex: Okay. So, we make many different kinds of offerings.

Алекс: Есть разные виды подношений.

We make offerings to figures in front of us, like the Buddhas; we make offerings to all beings; we make offerings to ourselves as a Buddha-figure. I mean, you imagine that offering goddesses emanate from you and then make offerings back to yourself. So, many different objects to whom we give offerings,

Есть разные объекты, которым мы делаем подношения в наших практиках. Иногда мы делаем поношения буддам, которые находятся снаружи, вовне нас; иногда мы делаем подношения всем существам; иногда мы делаем подношения нам самим, то есть представляем, что эти подношения исходят из нас и возвращаются потом.

and there are many, many different kinds of offerings. I don’t really want to bore you with a long list of outer and inner and secret and all sorts of different types of offerings. And mandalas are one type of offering, and there is also external and internal and secret – different types of mandalas that you offer.

И есть огромное количество разных типов подношений. Я не буду утомлять вас их полным перечислением. Есть внешние, внутренние и тайные подношения, и даже подношение мандалы, довольно известное, оно также делится на внешнее, внутреннее и тайное подношение мандалы.

But normally when we offer a mandala, as in the ngondro, the preliminary practices, although we have some sort of object, whether it’s a plate with rice or our fingers in the mudra, what we are imagining is that we are giving the whole universe.

Когда мы выполняем практики нёндро, предварительные практики, одной из которых является практика подношения мандалы, независимо от того, делаем ли мы это подношение с помощью реальных тарелочек, на которые мы насыпаем рис или какие-то драгоценности, или мы просто скрещиваем руки в мудре подношения мандалы – в любом случае мы представляем, что мы подносим весь мир буддам.

And so His Holiness the Dalai Lama explains that it doesn’t matter what it looks like in terms of our visualization. It could be visualized like in abhidharma with Mount Meru and the four continents. It could look like the way that Mount Meru and the continents are described in Kalachakra, which is different.

И как говорит Его Святейшество Далай-лама, мы можем представлять этот мир любым способом, и это не имеет большого значения. Мы можем представлять его традиционным способом, как он описан в абхидхарме, или как он описан в Калачакре – этот способ уже отличается. То есть там есть гора Меру, четыре континента и так далее, но это два разных способа.

You can visualize it as the globe of this planet, Earth; you can visualize it as our solar system; you can visualize it as the Milky Way; you can visualize it as the whole universe, whatever you are capable of visualizing.

Мы можем представлять это в виде земного шара, или в виде Солнечной системы, или в виде Млечного пути, или в виде всей вселенной – в зависимости от того, что мы можем представлять.

And that size as well, not just a miniature model.

И размер, который мы подносим, – это тоже не миниатюра.

The point is that we are willing to give absolutely everything to be able to reach enlightenment to benefit others. That’s the main thought in doing this mandala ngondro: “I would give anything, even the whole universe, to be able to benefit everybody as a Buddha.”

Смысл в том, что мы подносим буддам всё, что у нас есть, для того чтобы достичь способности наилучшим образом помогать другим. И наша главная мысль: «Я готов отдать всё, всю вселенную, всё, что у меня есть, для того чтобы достичь своих целей».

So now when we make offerings to the Buddhas, let’s say sense objects, you know, water, and the flowers, incense and stuff like that, it’s not a bribe. Buddhas don’t need our stupid stick of incense,

Когда мы делаем подношения буддам, например, подносим воду для питья, воду для умывания, благовония и так далее, то мы не делаем это, давая взятку, смысл не в этом. Будды не нуждаются в нашей палочке с благовониями.

but it is a sign of respect that we are showing,

Это знак уважения, который мы демонстрируем.

and it’s like inviting Buddha to a meal.

Это напоминает приглашение Будды принять пищу, то есть на обед, например.

So the standard offerings that we do: argham, padyam, pushpe, these sort of things,

То есть все вот эти стандартные чаши для подношения – аргхам, падьям, пушпе, дхупе и так далее…

this is modeled after what you would do if Buddha himself actually came to your home, which Buddha did during his lifetime. He would go around to various people’s homes who invited him for a meal and then after the meal, they would ask Buddha, “Please can you teach us.” Buddha would come with his, with the monks, and then after the meal the Buddha would give a discourse. And these eventually were written down and became the sutras.

Это модель нашего реального поведения: как бы мы себя вели, что бы мы делали, если бы Будда по-настоящему пришёл к нам. А Будда действительно ходил по домам, его приглашали в разные дома, он приходил с монахами, его там угощали обедом и после этого испрашивали учения, которые потом и были записаны как сутры.

So, you give Buddha when he first comes… You know he’s thirsty, it’s hot, it’s India… so there’s some water to drink.

Когда Будда только что вошёл, поскольку жарко, речь идёт об Индии, то мы предлагаем ему пить.

First to rinse the mouth out because it’s dusty and dry… There’s different orders, but you rinse the mouth out because it’s dry; you offer water for the feet, because they walk barefoot so it’s very dusty, to cool down; and something to drink; and maybe a shower. There could be two waters; there could be three waters; there could be four waters that you offer.
Translator: Three waters, four waters, we usually do two waters.
Alex: Right, that’s because you’re doing a simple practice. If you looked at the larger practices, there are sometimes three; there’s sometimes four.

То есть мы можем предлагать Будде воду в разных смыслах. Мы можем предлагать ему смочить горло, или умыться, или протереть ноги, потому что, естественно, пыльно, грязно – речь идёт об Индии. И, соответственно, может быть несколько подношений воды, не одно, не два, а несколько, в зависимости от того, насколько развёрнута наша практика.

And then flowers, you know a nice flower garland. This is an Indian custom.

Далее, мы подносим гирлянду цветов – это индийский обычай.

And then you would light some candles: you bring them to the tables, candles. You have some nice incense.

Далее, мы зажигаем свечи, благовония.

I’m not doing them in the proper order because in different rituals it’s slightly different orders. So it’s irrelevant. Some perfume water: it’s like cologne, to sprinkle on, because it’s very hot.

Я не говорю в каком-то определённом порядке, потому что в разных практиках порядок разный. Далее мы преподносим ароматизированную воду, то есть нечто вроде одеколона, с помощью которого можно освежиться с учётом того, что в Индии жарко.

And at the table nice candles, nice light, there’s incense, there’s music and a lovely meal. It’s representing that, what you did when you invited Buddha to your house.

И на нашем столе стоит свеча, какое-то приятное освещение, какое-то благовоние. Соответственно, это хорошая пища, может играть красивая музыка, то есть всё, что реально могло бы быть, если бы мы приглашали Будду к нам домой.

And obviously you hope that it will make the Buddha happy. You don’t have to make the Buddha happy. He’s happy anyway, but obviously you want to make it nice because you respect the Buddha and you imagine that the Buddha actually enjoyed it. He didn’t say, “Oh, this food is terrible.”

То есть мы стремимся доставить Будде удовольствие, принести ему счастье, хотя, конечно, Будда и так счастлив и без всего этого. Но, тем не менее, мы стремимся сделать всё хорошо, потому что мы выражаем таким образом уважение Будде. И, конечно, Будда будет также этим наслаждаться. Он не скажет: «О, какая ужасная еда».

And in more elaborate ritual practices, you have many more offerings like that, so you can have a whole band. So somebody playing cymbals, somebody playing this kind of drum, somebody playing that kind of drum. You know it gets very, very elaborate in the more complex ritual practices.

И чем более это будет сложная ритуальная практика, тем более сложными будут и подношения. Это может быть для музыки, например, целый оркестр: такие барабаны, цимбалы, другой вид барабанов и так далее.

In some practices you offer Buddha a shower and then a clean towel and clean clothes after walking on the dusty Indian road. As I say, it’s all modeled after when you actually invited Buddha to your house.

Или в некоторых практиках мы можем предлагать Будде принять душ, потом вытереться чистым полотенцем, то есть сделать то, что мы бы реально сделали в условиях Индии, если бы это с нами произошло.

And obviously when you make offerings to all beings, you offer them whatever they need and eventually offer them liberation and enlightenment.

И когда мы делаем подношения существам, то мы подносим им то, что им нужно, и в конечном счёте мы подносим им освобождение и просветление.

And that can be very elaborate in terms of offering to those that we are closely connected to, those that we have offended and hurt in the past, and those who are especially needy. It gets extremely elaborate.

Это может быть в очень развёрнутом виде, то есть мы можем сначала делать подношения тем, кто нам хорошо знаком, тем с кем у нас хорошие отношения; потом тем, с кем у нас плохие отношения, например, кто принёс нам вред в предыдущих жизнях; мы можем делать подношения тем, кто находится в особой нужде.

And when we imagine offerings being made to ourselves, what’s very important is to imagine that we enjoy it in a pure way, that we have, pure blissful pleasure understanding the voidness of the whole thing.

И когда мы визуализируем подношения, которые мы подносим сами себе, будучи буддой, мы визуализируем, мы представляем, что мы наслаждаемся этими подношениями в такой незагрязнённой, чистой манере. То есть мы получаем некое удовольствие, и мы также понимаем пустотность всего этого.

That’s not making it into some object of attachment.

Мы не делаем из этого объекта привязанности.

Before you make the offerings, you have a certain ritual. You chase away interferences. So that means that the flowers aren’t going to make you sneeze, and the water isn’t going to give you diarrhea.

И точно так же, перед тем как подносить обычные внешние подношения, мы делаем особый ритуал их очищения, то есть мы очищаем их от препятствующих сил. Например, понюхав цветок, мы можем чихать, а выпив воды, мы можем подхватить диарею – мы как раз всё это очищаем.

And you purify everything in voidness. It’s very important to not make, “Me I’m so wonderful and Buddha is such a fantastic being over there and I’m so great what I’m giving them” and so on. You have to clear out all this garbage, this inflation, by the understanding of voidness, to put it very simply.

Точно так же мы очищаем весь тот мусор, который может появиться в нашем уме. Например, размышления о том, что мы такие прекрасные, что мы делаем это подношение, или где-то там, наверху есть такие чудесные, необыкновенные существа, будды, и всё это так чудесно, замечательно и так далее – всё это мы очищаем.

And then you generate the offerings in some fantastic beautiful form, not just the way it looks on your altar,

При этом мы визуализируем эти подношения в некой фантастической, необыкновенной форме – не просто в той форме, в какой они стоят на вашем алтаре.

and you imagine that it multiplies so that it will never run out –

И мы представляем, что они бесконечны, они умножаются до бесконечного количества, так что они не иссякают никогда.

that helps to overcome miserliness, with which you feel that there’s not enough, and so I want to keep some for myself, and there won’t be enough for everybody and so on. So you imagine that there’s an infinite supply.

И это является противоядием против скупости, когда мы думаем, что нам чего-то не хватит, поэтому нам нужно поскорее взять свой кусок, для того чтобы потом не оказалось, что мы без него остались. И мы поэтому преумножаем все эти подношения до бесчисленных количеств.

So the practice of making offerings is an incredibly extensive,

Таким образом, практика совершения подношений – это очень развёрнутая и полноценная практика.

full practice and it’s part of every sadhana. It may be abbreviated, but the intention is to do the long thing and then you abbreviate it all and then fill it in, but from your understanding.

И она является частью любой садханы. Даже если у нас есть короткая садхана и там есть короткие подношения, тем не менее, смысл в том, чтобы делать их максимально развёрнутым образом.

If you look at the long sadhanas, offerings are done so frequently in them, and it’s part of the whole method. In the long sadhanas, you make offerings maybe ten times during the thing. It’s done over and over and over again with different contexts within the script of the sadhana.

В тексте длинных садхан это подношение мы выполняем много-много раз, то есть мы снова и снова делаем подношения, просто в разных контекстах, в разные моменты нашей практики.

The sadhanas are long, a hundred pages, a hundred fifty pages; they’re long.

Некоторые садханы очень длинные, сто – сто пятьдесят страниц.

Yeah?

Участник: У меня вопрос вот такой. При визуализации, ну, к примеру, Будды, образ начинает опускаться. Вот, как с этим быть?

Participant: What to do when we are visualizing a Buddha, but the image starts to move down?
Alex: Right. This is a common problem that happens in visualization: you can’t get the image to stay still or to maintain its proper size;

Алекс: Да, это довольно распространённое препятствие – когда мы визуализируем какой-то образ, но он не остаётся на месте или у него изменяется размер.

and that’s a fault basically in our energies. The energy is not stable and so the energy that’s generating the visualization is not stable, so it moves.

На наиболее базовом уровне здесь проблема в том, что энергии, которые создают эту визуализацию, благодаря которым появляется этот образ, они нестабильные, они немного расстроены, и в результате образ движется.

It’s not quite flightiness because it’s not because of desire, but it’s some sort of mental wandering. You’re losing the hold on the object, it’s not tight enough. So then you have to use all the methods for re-establishing the visualization, bringing the attention back, re-establishing it in its proper place. You don’t just let it wander all over the place.

Это не совсем то препятствие, которое мы называем подвижностью ума, потому что подвижность ума – это когда ум начинает блуждать из-за привязанности или страстного желания. Но в данном случае это просто как, в целом мы говорим, блуждание ума, и наша цель в данном случае – вернуть ум обратно, не давать ему блуждать по всем местам.

Also, you need to appreciate that visualization practice gets very sophisticated. We train to be able to visualize on an enormous, enormous scale, very, very large and then also microscopically, and then to be able to do both at the same time.

И также есть довольно продвинутые практики визуализации, когда мы, например, представляем что-либо очень-очень маленького размера или, наоборот, огромного. И нам нужно уметь делать и то, и другое.

In order to manipulate and move the energy winds within the body, not only do you have to be able to visualize all the channels and all of that, which is not very easy to do, but you need your concentration to be like a laser, so that it’s really microscopically focused to move things around within that system.

Во время работы с тонкими каналами нам нужно уметь не только удерживать в уме огромное количество этих каналов, причём очень чётко, но и наша концентрация должна быть подобна лазеру, благодаря которому мы будем удерживать маленькие вещи, маленькие субстанции, которые по этим каналам перемещаются.

Because it’s like trying to do a brain operation with a butter knife: if you’re not focused enough, you’re going to cause a lot of damage. And so the concentration has to be really microscopic and so there are very advanced difficult practices to get it microscopic.

Точно так же как мы не пользуемся кухонным ножом, когда делаем сложную операцию на мозге, потому что таким образом мы причиним огромный ущерб, точно так же и при выполнении этих практик у нас должна быть действительно микроскопическая концентрация, для того чтобы их выполнять. То есть это действительно очень продвинутые практики.

It’s very important: don’t fool around with practices with chakras and channels and things like that unless you really are qualified, because you can mess up your energies very badly: first very, very disturbed in your body and consequently in your mind.

И поэтому очень важно не обманывать себя выполнением практик с чакрами, энергиями и так далее до тех пор, пока вы не достигли необходимого уровня, потому что, выполняя эти практики неправильно, можно очень просто расстроить свои энергии.

So we have time for one more question if there is.

Есть ли время для ещё одного вопроса?

Yes?

Участник: Что происходит с нашим сознанием, когда мы находимся под действием общего наркоза?

Participant: What is going with our mind when we are under the general anesthesia, when we have no consciousness, when we lose our consciousness?
Alex: It’s a deeper state than sleep.

Алекс: Это более глубокое состояние, чем сон.

When we fall asleep, then our attention is withdrawn from sense consciousness.

Когда мы засыпаем, наше внимание уходит из сознаний органов чувств.

So you just have mental consciousness.

У нас действует только сознание ума.

And when you’re under an anesthesia, then the consciousness is withdrawn and becomes even more subtle.

И когда мы находимся под действием наркоза, происходит то же самое, но при этом на ещё более тонком уровне.

But, that’s the general explanation.

Но это общее объяснение.

A more subtle explanation:

Более тонкое объяснение,

in the explanation of how we know things, then what is said is that consciousness has an object and so does the self, the “me.” The eye consciousness sees, and I see. The ear consciousness hears and I hear.

есть объяснение о том, как мы познаём вещи. И в этом контексте важно, что, когда мы воспринимаем что-либо с помощью сознания глаза, мы при этом воспринимаем это как «я вижу». Когда мы воспринимаем что-либо с помощью сознания уха, то нам кажется «я слышу».

You’d have to say that I see and I hear and I know. It’s just too weird to say only that the eye consciousness sees, because the self would be imputed on the consciousness here.

И было бы недостаточно сказать, что когда сознание глаза видит объект, то объект видит именно сознание глаза, потому что всё равно на это будет нацеплен ярлык «я» – «я вижу».

Now, I’m sorry, I can’t remember the translation term that I came up with. I wasn’t subliminal awareness, it was something else, but it escapes my mind at the moment.

У меня был термин для обозначения, что-то вроде «очень-очень тонкое осознавание», но я сейчас не помню точно этот термин.

I don’t remember the term. But I can explain it, so it doesn’t matter what it is called.

Но неважно, как это называется, я могу это объяснить.

The consciousness still takes the object, but I don’t take the object. The consciousness is aware of the object, but I’m not aware of the object.

В этом случае сознание осознаёт объект, но в этом случае «я» при этом не присутствует. Нет такого, что «я осознаю объект».

Subliminal awareness would be like you’re watching a movie and for one microsecond it comes up: Drink Coca-Cola and it sends that message. You didn’t really see it, but the consciousness took it in.

То есть двадцать пятый кадр, когда мы, например, смотрим какой-то фильм и там мелькает какой-то двадцать пятый кадр с кока-колой. Мы на самом деле при этом не осознаём этот двадцать пятый кадр.

It is used for propaganda for selling things.

Это используется для пропаганды, чтобы продавать что-то.

So, it’s similar to that. When you fall asleep the ear consciousness can hear, I mean it takes its objects, but I don’t hear it.

И то же самое, когда вы засыпаете, то сознание уха, например, слышит, что происходит, но при этом «я» при этом не присутствует – я не слышу ничего.

But if the ear consciousness was totally stopped, you’d never hear the alarm clock.

Потому что если бы сознание уха полностью прекратило функционировать, мы бы никогда не услышали будильник.

If the body consciousness was totally turned off, you’d never feel somebody tickling your feet.

Если бы сознание тела, активное сознание, было бы отключено, мы бы никогда не почувствовали, когда нас во сне кто-то щекочет.

So, that’s a more subtle explanation of what’s going on when you’re asleep,

Это более тонкое объяснение того, что происходит, когда мы засыпаем.

and under anesthesia it’s even more deep. But you can’t say that the consciousness, the grosser levels are totally stopped, otherwise you’d never wake up.

И то же самое происходит и под анестезией, под наркозом, но только на более, ещё более глубоком уровне. Если бы наши сознания органов чувств полностью останавливались в это время, то мы бы никогда потом и не проснулись.

Although obviously with anesthesia it’s induced by a chemical in your body, so when the chemical wears off you wake up. But I think we can understand it analogously with the explanation of sleep and how you hear the alarm clock.

И хотя во время анестезии вам в организм вводят химические вещества, это можно объяснить примерно так же, вот, на примере с этими часами и со сном.

Okay? So…

Участник: А что же тогда спит, если сознание уха бодрствует, сознание ума тоже…

Participant: Next question is, then what is sleeping if our senses are not?
Alex: I’m sleeping.

Алекс: Я сплю.

There is no separate me from the consciousness, from the body. To say that the mind is awake, but I’m not awake, gets into a very dualistic way of understanding. It’s not quite like that.

Не существует какого-то «я», которое было бы отдельно от этого сознания или от ума. Мы не можем сказать, что наше сознание проснулось, а я продолжаю спать. Это был бы дуалистический способ.

What I explained is just a conceptual framework to explain how you don’t hear the clock ticking while you’re asleep, but you do hear the alarm clock.

Это просто общие рамки, когда я это объясняю. То есть, например, мы слышим будильник, но мы не слышим тикание часов.

I’m sure there are many other explanations from science to explain the phenomenon. This is the Buddhist way of explaining it.

Я думаю, что в науке существуют и другие способы объяснения этого явления, но вот таково буддийское объяснение.

Okay, so let’s end here with the dedication.

Давайте закончим посвящением.

We think whatever understanding has come from this, whatever positive force and energy has come from this, may it go deeper and deeper,

Мы думаем, что, какая бы положительная сила не возникла из того, что мы слушали эти учения, и какое бы понимание у нас не возникло, какая бы энергия из этого не возникла, пусть всё это становится всё более и более глубоким.

and act as a cause for not only me, but everybody being able to reach enlightenment for the benefit of us all.

И выступает в виде причины для того, чтобы не только я, но и все существа достигли просветления для всеобщей пользы.

Thank you.

Спасибо.