Библиотека Берзина

Буддийская библиотека д-ра Александра Берзина

Перейти к текстовой версии страницы. Перейти к разделу навигации.

Главная > Основы тибетского буддизма > Уровень 1. Начало > Слушание Дхармы, размышление и медитация > Часть пятая: Сосредоточение и другие умственные факторы, необходимые для медитации

Слушание Дхармы, размышление и медитация

Часть пятая: Сосредоточение и другие умственные факторы, необходимые для медитации

расшифровка аудио

Слушать аудиоверсию этой страницы (1:28)

We’ve been discussing the whole process of meditation and how it’s part of a three-fold process of listening to the teachings, thinking about them, and then making them into a beneficial habit through meditation.

Мы рассмотрели медитацию, которая является частью трёхступенчатого процесса из изучения, слушания учений и медитации. Медитация является созданием положительной привычки.

And we were speaking yesterday about how Tsongkhapa describes the meditation process;

Вчера мы начали изучать, что говорил Цонкапа о медитации.

and he emphasizes that we need to know the causes, the foundation, upon which the state of mind that we wish to develop rests.

Он делает особый акцент на том, что нам важно знать, на чём основывается то состояние ума, которое мы хотим достичь, каковы его причины.

So for instance if we want to meditate on bodhichitta,

Например, если мы хотим медитировать на бодхичитту,

then we need to understand that this is a state of mind that we build up to through various steps.

то нам нужно знать, что это состояние ума, которое мы развиваем поэтапно.

And so, perhaps you’re familiar with the two standard methods for building up to developing bodhichitta,

Надеюсь, вы знакомы с двумя классическими методами развития бодхичитты,

starting with equanimity with which we rid our minds of attachment, repulsion and indifference to others.

начиная с создания равного отношения, когда мы освобождаем свой ум от предвзятого отношения к другим.

So we’re not attracted to some, we’re not repelled from others, we don’t regard some as strangers, but we are equally open to everybody.

Мы не делим людей на незнакомцев, на людей, к которым мы чувствуем влечение, на людей, к которым мы чувствуем отвращение, а одинаково открыты ко всем им.

And then recognizing everybody as having been our mother at some time in a previous lifetime,

Мы узнаём в других наших матерей, а они действительно ими являлись на протяжении предыдущих жизней,

which only makes sense if we understand and have confidence in beginningless mind.

что имеет смысл только в том случае, если мы понимаем, что были предыдущие жизни и что ум не имеет начала.

This is actually a very, very difficult realization to get, of recognizing everyone as having been our mothers because, for most of us, it’s very, very difficult to understand beginningless mind.

Поэтому вот это постижение, что другие существа были нашими матерями, оно не является простым, потому что для большинства из нас не очевидно, что ум не имеет начала.

And if we don’t understand and have confidence in beginningless mind, then this whole thing of everybody having been our mothers is a bit of nonsense.

Если мы не обладаем убеждённостью в том, что ум действительно не имеет начала, то тогда то, что все существа были нашими матерями, для нас является просто нонсенсом.

But, it’s important if we want to be able to have a Mahayana scope. A “Mahayana scope” means that we are directing our wishes toward absolutely everybody.

Но это важно в том смысле, что мы практикуем практики уровня махаяны, то есть мы развиваем такое отношение ко всем существам.

And then remembering the kindness of motherly love,

Мы вспоминаем доброту, материнскую любовь.

and really feeling very grateful and appreciating that kindness, and therefore wish to help in return.

И мы действительно чувствуем, что мы благодарны, что мы ценим эту доброту, и мы хотим за неё воздать добротой.

And then heart-warming love –which is, when we think of others, it makes our hearts feel so warm and wonderful and if anything went wrong with them we would feel really terrible. This is regarding absolutely everybody.

Такое отношение к другим существам, оно наполняет наше сердце теплотой. И если кому-то из других существ плохо, то и мы тоже чувствуем это сами. Для нас это кажется невыносимым, и такое отношение у нас есть ко всем существам.

And then love: we wish for them to be happy and have causes for happiness.

Мы обладаем любовью, то есть желанием, чтобы другие были счастливы и обладали причиной для счастья,

And compassion: the wish for them to be free of their suffering and the causes of suffering,

и состраданием, то есть желанием, чтобы они были свободны от страданий и причин страдания.

which means that we have to have a very good understanding of the first and second noble truths. We’re not just talking about helping them find a job. We’re talking about the all pervading suffering of uncontrollably recurring rebirth

И здесь речь идёт о хорошем понимании первых двух благородных истин, потому что мы не просто хотим помочь другим найти работу: мы хотим избавить их от всеобъемлющего страдания, а именно от неконтролируемо повторяющихся перерождений сансары.

and the most fundamental unawareness or ignorance of reality that is generating the samsaric existence;

И существует фундаментальное, лежащее в основе сансарного существования неведение или неосознавание.

and confidence that it is possible for them to be free from this. It means the understanding of the basic purity of the mind,

И нам необходима уверенность в том, что от неё можно освободиться, то есть понимание изначальной чистоты ума.

and the realistic understanding of how we can actually help them.

И реалистичное понимание того, как мы на самом деле можем им помочь.

And with compassion, we take some responsibility to help them;

Обладая состраданием, мы принимаем определённую ответственность за помощь другим.

and then with what’s called the “exceptional resolve” we take responsibility to help them all the way to enlightenment.

То есть мы принимаем ответственность за то, чтобы вести их к просветлению.

“Exceptional resolve” – usually it’s translated as pure wish, but that’s not the best translation. Exceptional” means out of the ordinary, and “resolve” means that it’s a very strong – not only the wish, but the decision to act on that wish. I make a resolution that this is what I’m going to do.

Исключительная решительность, или исключительная решимость, – это то, что часто переводят как «чистое желание», но вот это «чистое желание» – это немного слабый термин для этого, то есть он недостаточно сильный.

And then, on the basis of that, we realize that the only way we can truly help others is if we achieve enlightenment, and so we get the bodhichitta aim to achieve enlightenment to be able to benefit everyone.

И мы понимаем, что мы можем по-настоящему помочь другим, только если достигнем просветления, и тогда как раз у нас появляется бодхичитта, то есть желание его достичь для того, чтобы принести максимальную помощь.

So, unless we have built up all these steps before – this is what the state of mind of bodhichitta depends on – then it will be very difficult to actually generate that state of mind of bodhichitta.

Если мы не выстроим, не создадим, не поймём, какие состояния ума лежат до бодхичитты, на каких состояниях ума бодхичитта основана, то нам будет трудно потом развить и саму бодхичитту.

So when we’re doing the second step, thinking, then we could go through these lines of reasoning and these stages to get to bodhichitta,

Поэтому, когда мы занимаемся второй стадией, практиками второй стадии, размышлением, и думаем о бодхичитте, мы как раз проходим вот через эту цепочку обоснования.

but there we are trying to become convinced that this is possible, in this thinking process, and to try to understand it.

Но там, во время размышления, наша самая главная задача – это правильно понять это и быть уверенным, что это возможно.

When we are at the stage of meditation, then we already understand this and we already are convinced of the validity of this.

А когда мы занимаемся медитацией, то мы к этому времени уже должны обладать убеждённостью в том, что это возможно – или возможно, или правильно – и пониманием этих учений.

And at the beginning stages of our meditation, which may of course last for many, many lifetimes before we get beyond that beginning stage,

И начальные стадии нашей медитации, которые, конечно, могут занимать многие и многие жизни, пока мы продвинемся дальше.

we would at the beginning of the meditation still need to go through these lines of reasoning, these steps, in order to generate the bodhichitta aim.

Занимаясь медитацией, нам всё равно нужно будет проходить по этой цепочке размышлений, для того чтобы создать эту устремлённость к цели.

But eventually when we become advanced in our meditation, we would be able to just generate the bodhichitta aim instantly.

Но в конечном счёте, когда мы уже продвинемся в этой практике, мы сможем создавать бодхичитту мгновенно.

You have to know all this to be able to meditate on bodhichitta. But with the bodhichitta aim, actually there’s always a first step of – regardless of which stage we’re at – of generating love and compassion. Whether we have to go through all these steps, these seven steps, or whether we’re just able to generate bodhichitta instantly, still there’s going to be two steps here. One is generating the love and compassion, and then bodhichitta.

Даже если нам уже необязательно проходить, например, семь ступеней логического обоснования бодхичитты, когда мы её зарождаем, нам всё равно, для того чтобы моментально её зародить, или развить, чтобы она у нас появилась в уме, необходимо проходить двухступенчатый этап. Сначала мы сосредоточиваемся на любви и сострадании, и затем у нас появляется бодхичитта.

Love and compassion are focused on other beings,

Любовь и сострадание сосредоточены на других существах.

and so what appears to us would be all beings.

То есть то, что в этот момент появляется у нас в уме, – это все существа.

Well, how do you visualize that? It’s not so simple, but in general Mahayana practice we try to imagine a huge audience of beings around us as we’re doing our practice and we’re benefiting everyone.

Это довольно непросто сделать, довольно непросто представить всех этих существ. И в общих практиках махаяны мы представляем большое собрание существ, которые находятся там, где мы практикуем. И мы практикуем для их пользы.

When we read the Mahayana sutras, we read in the beginning the audience that Buddha’s teaching to: tens of hundreds of millions of beings all around, so this gives an idea of the scope that we’re trying to imagine.

Когда мы, например, читаем сутры махаяны, мы представляем, что вокруг нас находятся бесчисленные живые существа, которым мы стараемся таким образом помочь. И благодаря этому у нас появляется идея о безграничности, о всеохватности нашего намерения.

And with compassion, for example, as I said yesterday, we’re focusing on the suffering of those beings, and the way in which our mind relates to it is the wish for them to be free of that.

И когда мы сосредоточиваемся на сострадании, когда мы медитируем на сострадание, мы сосредоточиваемся на страданиях этих существ. И каким образом мы сосредоточиваемся? Мы сосредоточиваемся с желанием освободить их от этого страдания.

So that’s not bodhichitta.

Но это не бодхичитта,

That’s compassion

это – сострадание.

or love that you focus on their state of mind and wish them to be happy and have the causes for happiness.

Также есть любовь, то есть состояние ума, с которым мы сосредоточиваемся на существах, желая им счастья и причин этого счастья.

But this needs to be underlined. This is the support for bodhichitta. Isn’t it?

Но это основа бодхичитты, то, на чём она находится.

So we have to know all these different aspects, all these different pieces that are there. And then, as Tsongkhapa says, you have to know what you focus on in this state of mind. So what is bodhichitta focused on?

Итак, вот те аспекты, те моменты, которые нам нужно знать, чтобы приступить к практике бодхичитты. И дальше Цонкапа говорит о том, что нам нужно знать, на чём мы фокусируемся во время практики зарождения самой бодхичитты.

So, we’re focusing on our own individual enlightenments that have not yet happened.

Мы сосредоточиваемся на нашем собственном просветлении, которое ещё не произошло.

So that’s important. I don’t want to get too technical here, but it’s not our future enlightenment which is already existing now, that’s quite different. That’s the Western way of thinking.

Не вдаваясь в подробности, тем не менее, я хотел бы заметить, что это просветление, которое ещё не произошло, – это не совсем то же самое, что и наше будущее просветление, которое ждёт нас в определённой точке времени. Последний вариант – это более западный тип мышления.

We’re talking about a not-yet-happening thing. Not-yet-happening is not happening now.

Мы говорим о чём-то, что не произошло, о чём-то, чего ещё нет.

So that’s what we’re focusing on, and it’s individual. My enlightenment is not your enlightenment, although the quality is going to be the same.

И это то, на чём мы сосредоточиваемся – наше индивидуальное личное просветление. То есть моё просветление – это не ваше просветление, хотя его качества, они те же самые.

So how do we focus on something that is not yet happening?

Как сосредоточиться на том, что ещё не произошло?

We focus on the causes for it,

Мы сосредоточиваемся на причинах этого.

so we’re talking about our Buddha-nature factors, which means the various aspects of the nature of the mind.

Мы сосредоточиваемся на факторах природы будды, которые являются аспектами нашей природы ума.

So that means we have to really understand what we mean by “mind” in Buddhism,

Для этого нам нужно действительно понимать, что мы в буддизме понимаем под умом

and what we really mean by “Buddha-nature,”

и что мы имеем в виду, когда говорим природа будды.

and then on the basis of that we can impute a not-yet-happening enlightenment as a result that can occur on the basis of the cause. The cause is happening now; the result is not happening now.

И на основании этого, мы можем как бы вызвать впоследствии просветление. То есть сейчас мы имеем только причины, основания для него, а оно случится, может случиться, на их основе.

To have bodhichitta, you have to have the confidence that you can achieve enlightenment;

Для того чтобы развить бодхичитту, нужно быть уверенными в том, что мы можем достичь просветления.

otherwise you are aiming for something that you don’t even believe that you can achieve, which is then silly.

В обратном случае мы стремимся достичь того, в возможности достижения чего мы не уверены, а это довольно глупо.

So what actually appears to our mind in the meditation?

Что действительно происходит в нашем уме во время медитации?

It would be something that represents our enlightenment that is not yet happening.

Должно быть что-то, что символизирует наше просветление, которое ещё не произошло.

So we can visualize the Buddha

Например, мы можем визуализировать Будду,

and that can represent our enlightenment that hasn’t happened yet.

и он будет символизировать это наше просветление, которое ещё не произошло.

We can imagine our guru, our teacher as being inseparable from the Buddhas or from Chenrezig or whatever meditational figure we’re practicing,

Можно представлять гуру, или нашего учителя, нераздельного, неотдельного от будды, например от Ченрезига, то есть от того будды, на которого мы медитируем.

because that adds a quality of inspiration which helps to give us more energy to reach that enlightened state.

Это добавляет нам вдохновения, благодаря которому мы сможем более устремлённо нацелиться на нашу цель.

Seeing the guru as a Buddha, here, is that in this sense we’re focusing on the guru as a representation of our purified Buddha-nature.

То есть думая, что наш гуру – это будда, рассматривая его как будду, мы сосредоточиваемся на нём как на воплощении просветлённых качеств нашего ума.

Doesn’t mean literally that the guru is a Buddha and knows the telephone number of every being on the planet.

Означает ли это, что наш гуру действительно является буддой и знает все телефонные номера всех людей на планете?

And it doesn’t mean that we want to become one with the guru, and just melt into the guru in a devotional way and become like a soup with the guru. Not Buddhism.

Также и что мы хотим раствориться, или растаять, в гуру, стать с ним единым, то есть чтобы мы и гуру стали таким одним супом, – это небуддийский способ мышления.

Alright? We might find that in some Sufi teachings, we might find that in some Hindu teachings, but please, that’s not Buddhism.

Это можно найти в некоторых суфийских учениях или в некоторых индуистских учениях, но, пожалуйста, поймите: это не буддизм.

So, now we need to know what we focus on. What appears to the mind with bodhichitta and now next point Tsongkhapa says is how your mind relates to it.

Итак, сначала мы понимаем, что у нас появляется в уме, на чём мы сосредоточиваемся, когда медитируем на бодхичитту. И далее Цонкапа говорит, что нам нужно выработать наше отношение к этому объекту.

So it’s two intentions;

Здесь есть два намерения.

underlying is the intention to benefit all beings because all of this is on the basis of love and compassion.

Всё это основано на желании помочь другим существам, потому что в основе бодхичитты лежат любовь и сострадание.

That’s very, very strong because otherwise why would we want to reach a presently-happening enlightenment? This is not a not-yet-happening enlightenment: you don’t obtain something that is not yet happened. When you obtain it, it is presently happening.

И это очень важно. Потому что иначе – что мы будем делать, когда мы действительно достигнем просветления, когда это просветление случится по-настоящему?

Alright, I mean really to work with this you have to understand the voidness of the three times. Not very easy.

То есть получается, что, чтобы работать с этим, нам нужно понимать пустотность трёх времён, а это не так-то просто.

So, I mean, only this moment now is happening.

То есть я имею в виду то, что только сейчас происходит, только этот момент имеет место.

Nevertheless we can talk about the not-yet-happening and the already-happened of things.

Иначе, если бы его не было, как бы мы могли говорить о том, чего ещё не произошло, и о том, что уже произошло.

Anyway, I won’t go into that topic. That’s a very long discussion.

Но я не буду углубляться в эту тему, потому что это очень длинная...

And then there’s the intention to actually achieve that enlightenment;

И дальше у нас должно быть намерение действительно достичь этого просветления.

and as I say, with an understanding of voidness. It’s not that that not-yet-happening enlightenment is sitting there in front of me and here is “me” dualistically over here, you know this poor helpless thing and I’m going to go over there and get it. Certainly not that; so we have to have a much deeper sophisticated understanding of the voidness of enlightenment, and voidness of ourselves, voidness of the path, etc.

При этом у нас должно быть понимание пустотности: пустотности нас самих, пустотности пути, пустотности нашей цели. То есть не следует дуалистически мыслить, что где-то там, далеко в будущем нас поджидает наша цель, а мы, беспомощные, безнадёжные существа, пытаемся изо всех сил к ней стремиться.

And, we also have to know what actually does it mean to be enlightened in order to aim for it;

И также нам нужно знать, что на самом деле означает просветление, что значит быть просветлённым, чтобы стремиться к нему.

so all the qualities of a Buddha.

То есть каковы качества будды.

So, when we are meditating on bodhichitta, that’s actually an incredibly sophisticated meditation and it’s certainly not just sit there and wish everybody to be happy.

Получается, что, когда мы медитируем на бодхичитту, – это довольно тяжелая, сложная практика. И это не просто сидение и желание, чтобы все существа достигли счастья.

So there’s nothing wrong with sitting and wishing everybody to be happy and developing that, but don’t think that that’s bodhichitta. Bodhichitta is much, much, much more than that.

То есть, конечно, нет ничего плохого в том, чтобы сидеть, медитировать и желать всем существам счастья, но бодхичитта – это не только это, это намного больше.

So, Tsongkhapa is very clear here that, if we’re going to meditate, to try to generate a state of mind or generate a focus on something, you have to know exactly what you’re doing.

И Цонкапа здесь говорит о том, что если мы хотим что-то создать, то нам нужно правильно сфокусироваться на этом, нам нужно знать, о чём идёт речь.

And also, he points out, that we have to know what is going to be beneficial and help us for developing this and what’s going to be detrimental and harmful, like selfishness for example.

И также нам важно знать, что поможет нам в достижении этой цели, в развитии этого состояния, а что помешает, что будет для нас препятствием, например наш эгоизм.

And we have to know also when we achieve that state that we’re aiming for, that state of mind, what will the benefit of it be and what would be the disadvantages that we have when we don’t have that state of mind.

Нам важно понимать, какие преимущества есть у достижения этого состояния. Когда мы его достигнем, то какая польза будет в результате этого. И какой вред будет, если мы не достигнем его, какие есть у этого недостатки.

So we will be able to benefit all beings with this bodhichitta equally. However, we have to have a realistic attitude about what this means. A Buddha isn’t someone that can put their hand on somebody’s head and you’re saved. That’s certainly not it.

И среди преимуществ – возможность, способность будды помогать всем существам в равной степени, абсолютно всем, и здесь, конечно, тоже нужно подходить реалистично, то есть не следует думать, что будда может выполнять роль спасителя, который возложит руку на чью-то голову, и это существо будет автоматически спасено.

And what are the shortcomings of not having bodhichitta? Well, even if we were very highly developed, we won’t be able to benefit everyone.

И каковы недостатки не достижения этого состояния просветления? Даже если мы будем обладать очень высоким уровнем развития, мы, пока не достигнем просветления, не сможем помочь всем.

And, when we try to help others, we won’t really know what we’re doing because we don’t understand all the background of why somebody is in their present mental state, and karmic state. We won’t know all the causes.

И до тех пор пока мы не достигнем этого состояния, мы не будем на сто процентов уверены в том, правильно ли мы действуем, что именно мы делаем. Потому что мы не будем знать все нюансы причинно-следственной связи, все кармические проблемы, почему то или иное существо оказалось в том или ином состоянии ума и так далее.

And we won’t know: if I teach this person this specific teaching, what the consequences will be,

И я не буду уверен, я никогда не буду знать точно, если я учу конкретное существо конкретному учению, каковы будут результаты этого.

because this is going to have consequences not just on that person, but on every person that that person interacts with as a result of those teachings. And then that mushrooms all the way out, and then you think of future lives as well, and the consequences can be enormous.

Потому что то, что мы научили одно существо какому-то учению, повлечёт за собой последствия и на других существ, с которыми это существо, этот человек будет взаимодействовать, и не только в этой жизни, но и во всех следующих. Поэтому эти последствия в результате станут невероятными.

That’s why we have to become a Buddha. We have to become omniscient; we have to know completely the most important thing – not everybody’s telephone number – but the most important thing is all the causes for why each person is the way they are, and the consequences and effect of anything that we teach them, so that we know what’s the best way to help.

То есть нам нужно достичь состояния будды, для того чтобы знать по-настоящему важные вещи: не просто чей-то номер телефона, номера телефонов всех существ. Но почему каждое существо оказалось именно в том состоянии ума, в котором оно находится, именно в той ситуации, в которой оно находится. И какое именно учение мы можем дать существу, чтобы это изменить. То есть какие последствия будут у того, что мы дадим то или иное учение?

If we really understand beginningless mind and endless mind of absolutely everybody, then we realize that everybody is interconnected and has interacted with each other, so anything that we do with any individual person is going to affect everybody.

И если мы понимаем, что у ума нет ни начала, ни конца и что все индивиды взаимодействуют друг с другом в бесконечной перспективе, то мы понимаем, что влияние, оказанное на одно существо, в результате будет перенесено, в результате отразится на всех, абсолютно на всех существах.

So that’s why we need to become a Buddha, and if we aren’t a Buddha then we’re taking a risk in anything that we teach somebody, because it might have not very nice consequences.

Вот почему нам нужно стать буддой: потому что, до тех пор пока мы не станем буддой, мы не будем полностью знать все последствия того, что мы учим то или иное существо.

So before becoming a Buddha, we try our best. We don’t just sit and wait until we become a Buddha before we help anybody,

Перед тем как стать буддой мы, тем не менее, стараемся приносить пользу по мере наших способностей. Мы не просто сидим и ждём, пока у нас будет максимальная способность.

but if we really want to do the best job, we need to become a Buddha, and therefore we need to become convinced that it is possible for the mind to become omniscient.

Но для того чтобы по-настоящему хорошо справиться с этой задачей, нам нужно стать буддой. И для этого нам нужно также быть убеждёнными в том, что мы можем достичь всеведения.

And Tsongkhapa also says we have to know what to do in between sessions and so we need to, he says, read various scriptural texts, let’s say hearing about bodhichitta and bodhisattvas gives us inspiration.

Также Цонкапа говорит о том, что нужно делать между сессиями. То есть, например, о том, что нам следует изучать тексты о бодхичитте, о поведении бодхисаттвы, для того чтобы это дало нам вдохновение в нашей практике.

And build up a tremendous amount of positive force and do a tremendous amount of purification to help us overcome our mental blocks –

И также нам нужно приложить очень много усилий для того, чтобы произвести очищение, чтобы очиститься и растворить, или устранить, те блоки, или блокировки, которые у нас есть.

we have two types, emotional and cognitive – so we need to overcome both types of what’s called “obscurations.”

Нам нужно преодолеть, устранить два омрачения. С одной стороны – эмоциональные, с другой стороны – омрачения на уровне познания.

Maybe that’s enough of this point, but what I want to emphasize here is how sophisticated this meditation process is. It’s not just sit down and relax and be quiet.

Наверно, мы достаточно об этом сказали. И то, на что я хотел бы обратить ваше внимание, – это на то, что это довольно тяжёлая, сложная практика. Мы не просто садимся и расслабляемся.

And as I explained the first evening, we have two aspects of meditation:

И как я объяснял в первый вечер, есть два аспекта медитации.

first is discerning meditation.

Первое – это проницательная медитация.

So we work through either a line of reasoning, or the various steps, as we did in the thinking process,

Как и на уровне размышления, мы проходим через определённую цепочку рассуждений,

so that we can build up to this state of mind that we’re trying to familiarize ourselves with.

для того чтобы создать, зародить то состояние ума, с которым мы в результате хотим познакомиться, или которое мы хотим сделать частью себя.

And then we have that object of focus, like in this case for bodhichitta, a Buddha representing our enlightenment, our individual enlightenment that hasn’t happened yet.

И для этого нам нужен объект нашего сосредоточения. Например, в случае с бодхичиттой это образ будды, который символизирует наше просветление, которое пока ещё не произошло.

And then we have to discern it, regard it in that specific way. Here it’s with these two intentions: to help everybody and to reach that state.

И потом нам нужно сформировать определённое отношение, то есть очень чёткое, проницательное отношение. Мы взаимодействуем с нашим фокусом именно в том смысле, что мы хотим достичь этого просветления. То есть мы зарождаем бодхичитту – мы хотим достичь просветления для пользы других существ.

And it’s a very active state because it’s accompanied by what’s called “gross detection” and “subtle discernment.” These are technical terms, but basically it means really understanding all the details and having that understanding be very active.

И у нас должно быть очень активное состояние ума. Мы взаимодействуем с объектом нашего сосредоточения очень активно, с помощью двух умственных факторов: это технические термины «грубое обнаружение» и «тонкая проницательность», с помощью которых, мы можем выявить, обнаружить все аспекты этого предмета.

And if we are focusing on something that we’re visualizing, don’t get caught up in trivial aspects, you know like how the robe is folded and stuff like that. I mean this is trivial; you’re missing the point. It’s what it represents.

То есть мы не просто сосредоточиваемся на каком-то изображении и рассматриваем его детали, например, какого цвета там одежда и так далее. Это очень поверхностный уровень.

Does Buddha have a belly button? I mean really, come on.

То есть, есть ли у будды пуговица на животе [пупок]?

So that’s discerning meditation. So you just stay in that state of mind. We’re not going “blah blah blah” in our heads,

То есть у нас должно быть действительно проницательное состояние ума. Мы не просто хотим, чтобы у нас в уме было «бла-бла-бла».

and if that discernment becomes weak, then you go through that line of reasoning again, those seven steps again.

И когда наша проницательная способность становится слабой, мы снова проходим через цепочку размышлений, рассуждений.

Alright? You have to generate that active state of mind and maintain it. So what you really need to notice is: Have you lost it or not?

То есть нам нужно создать активное состояние ума, и поддерживать его, и замечать, когда мы теряем его.

And then the next stage is called “stabilizing meditation,”

Следующий вид медитации называется…

in which now you just focus on that Buddha with this intention and just let it sink in. You’re not so concerned with discerning all the details.

называется стабилизирующая медитация, когда мы просто позволяем тому состоянию ума, которое мы развили, впитаться, или усвоиться, уже не концентрируясь на деталях, на частных аспектах этого состояния.

And if that becomes weak, then you go back to the discerning, starting again with the steps to generate this state of mind.

Когда это состояние стабилизирующей медитации становится слишком слабым, мы снова возвращаемся к проницательной медитации и снова проходим через цепочку рассуждений, чтобы снова создать это состояние ума.

So that’s the process of meditation; how you integrate something, habituate yourself to it.

Вот таков процесс медитации, когда мы знакомимся с каким-то состоянием, усваиваем его.

And whether we’re talking about a type of meditation in which you focus on an object, or a type of meditation in which you just sort of remain in a state of mind, whatever it might be, it’s exactly the same in terms of all these procedures and all these details.

И говорим ли мы о тех медитациях, когда мы сосредоточиваемся на каком-то внешнем объекте или когда мы сосредоточиваемся на каком-то состоянии ума, в любом случае нам необходимо осуществлять вот эти стадии.

Okay. Let’s just let that sink in for a moment.

Давайте позволим этому усвоиться некоторое время.

Now, I don’t know if you have any specific questions on specifically what I’ve just been explaining.

Может быть, у вас есть какие-то вопросы именно по той теме, которую мы только что рассмотрели?

Everything is clear what I’ve explained?

Хорошо, понятно всё?

Участник: У нас три стадии: изучение, размышление и медитация, или практика. И сколько времени, сколько усилий нам нужно прикладывать к каждой из них, есть ли какое-то разграничение между ними, соотношение между ними? Вот, например, в монастырях, там есть определённая система образования, когда монах тратит столько-то времени на изучение, столько-то времени на дебаты.

Participant: We have three stages: hearing, thinking and practicing or meditating. How much time should we spend on each stage? For instance, in monasteries there are of course some educational structures. How much time do monks spend with debating, with hearing of the teachings?

Alex: Well, that’s very hard to generalize.

Алекс: Очень трудно подвести какую-то общую черту.

The listening to teachings, if we include in that the memorization of the teachings, which is the Tibetan method of learning, then up until the age of twelve – they usually enter a monastery when you are seven or eight years old – all you do is memorize the various texts and the various teachings, specifically texts and ritual texts as well; no explanation.

Если мы считаем запоминание учений частью изучения, то здесь одна ситуация, потому что на запоминание текстов в монастырях тратят очень много. Например, если монахом становятся в семь или в восемь лет, то где-то до двенадцати лет в основном человек занимается только запоминанием, заучиванием наизусть учений – как различных классических текстов, так и ритуальных текстов.

It’s for both monks and nuns.

Это верно и для монахинь, и для монахов.

So now you become very certain of the words. Remember? That this is what Buddha actually says. You become certain of the words. You hear it.

То есть это именно слушание как таковое: важно запомнить те слова Будды, важно понять, что Будда сказал именно вот это.

And then they start the debating, usually around the age of twelve or thirteen, and this is together with explanations from a teacher, so you have classes every day. And then after the class you debate for many hours with your fellow students.

И после 12–13 лет начинается активное участие в дебатах. Одновременно происходит изучение учений вместе с учителем, то есть, например, в первой половине дня происходят занятия в классе, а во второй половине дня – дебаты, во время которых человек дискутирует вместе со своими одногруппниками, одноклассниками.

And depending on the monastery, depending on the tradition, and depending on the ability of the student, this can last for twelve years, fifteen years, twenty years even.

И в зависимости от монастыря, от конкретной традиции, это может длиться разное время: десять [двенадцать], пятнадцать, двадцать лет.

And during the course of that time, depending again on the individual, you might engage in what we would call formal meditation.

И в течение этого же времени, и это зависит от личных способностей каждого человека, они также занимаются формальной медитацией, так называемой «формальной» медитацией.

But you have to realize that a great deal of the so called meditation practice that they do is not really meditation according to the definition. It’s basically recitation of a particular ritual text and they might not have a good idea of what you would visualize during it. You just do it and say some mantras and so on but they haven’t gotten to the stage where they can do actual meditation according to the definition.

Но при этом они медитируют не в соответствии с, например, вот этими наставлениями. Они скорее просто повторяют определённые ритуалы и начитывают мантры, при этом зачастую они, например, не знают, какие визуализации нужно при этом делать и так далее.

In other words, they don’t quite know what they’re doing.

То есть они не очень хорошо при этом понимают, что именно они делают.

They just do it because it is actually very beneficial in terms of developing discipline, patience, concentration, etc. There’s nothing wrong with that, but it’s not the full thing.

Но это полезно – то, что они делают, – потому что, проводя те ритуальные практики, они совершенствуют дисциплину, терпение, сосредоточение и так далее.

And it’s like that; I mean how many people really do deep meditation? I don’t know; that’s hard to say. Even if you’re doing the three year retreat, that doesn’t necessarily mean that you’re doing meditation in the formal sense. You could just be learning how to do a ritual and repeating a ritual without much understanding. So it depends very much on the individual.

Сколько людей занимается серьёзной практикой – сказать очень трудно, потому что это трудно измерить. Даже если кто-то идёт в трёхлетний ретрит, то очень трудно сказать, занимается ли человек продвинутой практикой или он просто повторяет какой-либо ритуал.

You could be sitting in retreat for three years reciting mantras and in the end you’ve accomplished nothing. You haven’t really changed your mind because you haven’t worked on your state of mind, your attitude, you’ve just repeated things.

Можно в течение трёх лет в ретрире повторять мантры, но не достичь никакого успеха, не достичь реального достижения в практике по окончании этого ретрита. Потому что если просто повторять мантры без определённого состояния ума, то это не столь полезно.

Okay. Yes?

Участник: Каковы упражнения, практики по развитию стабилизирующей медитации?

Participant: What are the methods for developing stabilizing meditation?

Alex: I don’t think that there are instructions that are specific to the stabilizing meditation, because what one thinks of here are the instructions to how to concentrate, and that would be relevant to both the discerning and the stabilizing meditation.

Алекс: Наверно, нет отдельных наставлений о развитии стабилизирующей медитации, потому что во время стабилизирующей медитации мы делаем акцент на концентрации. А концентрация нам нужна и при проницательной медитации. То есть эти наставления – они общие для обоих видов медитации.

So, we have these general instructions on concentration, and it’s very interesting to realize that when Shantideva, the great Indian Buddhist master, discusses all of these methods in his text, Engaging in Bodhisattva Behavior, he discusses it in the context of developing ethical discipline.

Таким образом, есть общие наставления по развитию сосредоточения. И интересно, что великий индийский буддийский мастер Шантидева в своём тексте «Приступая к практике проведения ботхисаттвы», или «Начиная практику проведения ботхисаттвы», обсуждает эти нюансы развития концентрации сначала на примере практики дисциплины.

So, first we have to develop these methods in our gross behavior of how we act, how we speak, etc., and then you can apply it to the mind, how we’re thinking.

То есть сначала важно развить эти аспекты, эти навыки во время нашего поведения, в отношении нашего поведения – того, как мы действуем, и того, как мы и что мы говорим, и только потом уже применять их в отношении своего ума.

So, this gets us to the next topic that I wanted to discuss, so it’s very nice that you ask.

И хорошо, что вы спросили: это как раз следующая тема, к которой я хотел перейти.

There are many, many instructions here. So, there really isn’t time to go through all of it. You’ll find this on my website, in an article entitled “Achieving Shamatha,”

Есть очень много инструкций на эту тему, и я не смогу привести все их здесь, но они есть на моём веб-сайте, в частности в статье о достижении шаматхи,

which gives all the instructions about what’s the ideal place, and how you prepare and how you overcome laziness and all these other things.

Там есть инструкции о том, как подобрать идеальное место, как подготовиться, как преодолевать лень и так далее.

So, what we need first of all is mindfulness. Mindfulness is the mental glue. The English word “mindfulness,” I don’t know how it is translated into Russian, doesn’t quite give that connotation. We’re talking about the mental glue which holds on to a state of mind or a way of behaving.

И здесь самое главное – это памятование. Я не знаю, какую коннотацию это слово имеет в русском языке, но, так или иначе, на самом деле, это умственный клей, то есть нечто, что помогает нам удерживать наше внимание на объекте или на состоянии ума.

It is the same word as “to remember,” but we’re not talking about remembering in the sense of taking something out of the memory file and recalling it. It’s not that. It’s holding it; remembering.

Хотя это слово похоже на слово «память», речь идёт не о способности извлекать что-то из нашей памяти, из как бы архивов нашей памяти, а речь идёт о способности удерживать что-либо.

So, what we have to have the mental glue on, what we’re holding, is that object of focus and the way in which the mind is relating to it.

То, что мы удерживаем в этом случае, то, по отношению к чему мы применяем этот умственный клей, – это объект, на котором мы сосредоточиваемся, и то отношение, тот способ сосредоточения, которым мы пользуемся.

And then you use, Tsongkhapa is interesting, he mentions “gross detection”

И далее здесь у Цонкапы, очень интересно, упоминается грубое обнаружение,

rather than “subtle discernment,”

а не тонкая проницательность.

which means that with gross detection we are noticing what is the state of our mind, or with discipline, how are we behaving. Are we coming under the influence of disturbing emotion or mental wandering or dullness?

Грубое обнаружение – это когда мы в общих чертах понимаем, каково наше состояние ума. Когда у нас появляются, например, тревожащие эмоции, различные препятствия к медитации.

We’re not using here “subtle discernment.” “Subtle discernment” would be too involved with checking and your attention is really not on the state of mind that you’re trying to generate. You’re being the policeman and checking too much, so you have to be a little bit relaxed; and it’s interesting that he uses this word, the “gross detection,” and not the “subtle discernment.”

Тонкая проницательность – это, скорее, состояние ума, с помощью которого мы проверяем до мельчайших подробностей, пытаемся как можно больше получить информации. То есть оно требует больше внимания, и мы уже, если бы мы пользовались им, мы не смогли бы удерживать внимание на самом объекте. Мы превратились бы в полицейского, который наблюдает за тем, всё ли правильно происходит. И поэтому Цонкапа использует именно не вот эту тонкую проницательность в данном случае, при описании помятования, а именно это грубое обнаружение.

There’s a big danger in meditation that you get too paranoid that you’re going to lose the object and that you’re going to start to wander and you become very stiff and this makes a big problem.

Существует возможность такой проблемы, когда во время медитации у нас появляется параноидальное состояние ума. Мы очень боимся возникновения препятствий, боимся того, что наш ум начнёт блуждать, и так далее.

On the other hand, you don’t want to be relaxed and sloppy; that doesn’t help at all.

С другой стороны, не нужно быть и слишком расслабленным, халатно относиться к медитации.

Then we have alertness; alertness is like the alarm system.

Далее, существует бдительность; бдительность напоминает будильник.

So, when we detect that we’re losing the object, or losing the state of mind or whatever, then alertness sets off the alarm. “Ding ding ding ding ding,” something has to be corrected.

Будильник или систему сигнализации, лучше сказать. Когда у нас ум начинает блуждать, то эта бдительность, она активизируется и начинает издавать какой-нибудь, фигурально выражаясь, начинает издавать какой-то звук, благодаря чему мы можем обратить внимание на то, что произошло.

And then we use attention, to pay attention again, to bring the focus back.

И тогда мы используем своё внимание, для того чтобы вернуть его фокус – фокус нашего внимания – обратно.

So, these are very specific technical terms and it’s very important to really understand what actually they’re referring to, otherwise the instructions become much too vague.

Это очень точные, очень конкретные технические термины. И важно понимать их значение, потому что иначе инструкции по медитации станут слишком расплывчатыми.

Now, the faults that we are trying to work with here come under two categories, two main categories,

Далее, ошибки, с которыми мы при этом сталкиваемся, они подразделяются на две категории.

and these are “flightiness of mind” and “mental dullness.”

Это подвижность ума и притупленность ума.

We have a more general word which is “mental wandering,” another word which is called “distraction.” That could be for any reason.

Есть ещё несколько слов на эту тему: есть блуждание ума и отвлечение, у которых есть своё определение [Есть более общее понятие – «блуждание ума», или «отвлечение», которое может происходить по разным причинам].

But here they point out “flightiness of mind,” which is when we have mental wandering because of attachment or desire,

В данном случае имеется в виду подвижность ума, то есть такой вид блуждания, когда ум отвлекается из-за привязанности или страстного желания.

and in most of the texts the main object that they always discuss is sexual attachment. And perhaps this is because of the influence that the main audience at that time are celibate monks and nuns, for whom the whole issue of sexuality and working with that and overcoming that type of attachment, is very central.

И в текстах, когда приводятся примеры на эту тему, они обычно – вот эта привязанность или страстное желание – рассматриваются с точки зрения сексуального желания, потому что аудиторией для этих учений были монахи и монахини, которые практиковали воздержание, и, соответственно, для них это была одна из центральных тем для работы над собой.

But attachments to other people, attraction, sexual aspects are a very, very strong force to cause mental wandering. So they point this out as the strongest. But there could also be attachment to food and to whatever, your music, these sorts of things.

Привязанность к людям или сексуальное желание – это наиболее сильное желание из этой разновидности, из этой категории, но речь может идти также и о других желаниях, например о привязанности или о влечении к музыке или к пище.

So we have different degrees of it

Итак, есть разные…

and here what we’re working with is the placement of attention.

есть разные градации этого отвлечения, этого типа отвлечения, и то, с чем мы здесь работаем, – это с расположением, с местоположением нашего ума.

So with “gross flightiness,” you lose the hold completely on the object and you start thinking about all sorts of other things.

В случае с грубой подвижностью ума мы полностью теряем объект сосредоточения и начинаем думать о других вещах.

So mindfulness, remember the hold, the glue is so weak that you let go of the object and think about something else.

То есть наше памятование, вот этот клей, с помощью которого мы удерживаем внимание на объекте, становится слишком слабым, в результате чего мы перестаём удерживать внимание на объекте.

“Subtle flightiness” of mind is that you don’t let go completely, but at the same time as holding the object, you have an undercurrent of thinking about something else.

Тонкая подвижность ума – это когда мы продолжаем удерживать объект во внимании, но вместе с этим у нас появляется подводное течение мыслей, одновременно с этим появляются мысли о чём-то другом.

And the subtlest level is when you don’t have that undercurrent of thought, but there is an itchiness intention to leave the object, or to start thinking something. That’s when the hold is too tight.

И тончайшая подвижность ума – это когда у нас нет этого параллельного мышления о чём-то другом, но у нас возникает некий зуд, некая напряжённость, желание покинуть объект медитации. И это происходит из-за того, что наше удерживание слишком крепкое, слишком сильное.

Then there’s mental dullness

Далее, существует притупленность ума.

and mental dullness is dealing with what’s usually translated as the “clarity” of the object, but this has to do with the aspect that is giving rise to the state of mind, the appearance if it’s a visualization, or the feeling if it’s love.

Эта умственная притупленность – это ошибка в том, что обычно называют ясностью, но если сказать точнее, то это ошибка той способности ума, благодаря которой у нас появляется это состояние ума или объект, то есть способности ума создавать видимость какого-либо объекта или создавать какое-либо состояние ума.

So we’re talking about what I call the “appearance-making” factor of the mind.

Здесь мы говорим о том, что я называю фактором создания видимости, способности нашего ума.

And so the grossest level is that this is so weak that our mind doesn’t give rise to any appearance, any visualization or any feeling, like a feeling of love. That’s gross dullness

Грубая притупленность проявляется в том, что наш ум не может создать никакую видимость, например видимость некого состояния ума, то есть некое состояние ума или видимость какого-либо объекта.

and this can be accompanied by two other factors, but not necessarily.

Это состояние умственной притупленности может сопровождаться двумя другими умственными факторами, но необязательно.

It can be accompanied by what we call “foggy-mindedness,” which is a very heavy feeling of the body and mind,

Она может сопровождаться затуманенностью ума – это очень тяжёлое ощущение в уме и теле.

and it could be accompanied even more, even worse with sleepiness and sleep.

И, более того, оно может сопровождаться сонливостью.

Okay, that’s the gross dullness. The middling or middle level of mental dullness is when the mind gives rise to the appearance, but the hold on it is not tight enough so it lacks sharp focus.

Средняя умственная притупленность – это когда ум способен создать видимость объекта, но из-за того что…

Translator: What is not strong enough?

Alex: Your ability to generate it

наша способность создавать это состояние ума или создавать видимость того или иного объекта недостаточно сильна.

and the hold, you know, holding that appearance-making. You have to maintain it and you’re not able to maintain it very well

И наше удерживание этого объекта недостаточно, у нас не очень хорошее удерживание этого объекта,

so it’s not in sharp focus.

и из-за этого оно не очень чёткое, фокус не очень чёткий.

So we’re not just talking here about focus on details of the visualization,

И здесь речь идёт не только о фокусировании, не только о чётком фокусе на деталях визуализации.

but an emotion could also be out of focus,

То же самое может быть и с эмоцией: она может быть как бы не очень сфокусированной.

like love.

Например, любовь.

It could be just a very vague feeling, you know; ah love, peace, I love everybody.

Она может быть очень расплывчатой, из разряда «любовь, мир, я люблю всех» и так далее.

Alright? You’re generating a feeling but it lacks the specific focus that is the wish for everybody to be happy and to have the causes for happiness.

Вы создаёте определённое чувство, но при этом отсутствует чёткость, отсутствует определённость в объекте нашего фокуса и в том, что мы стремимся принести счастье и причины этого счастья.

Remember: every detail, every aspect of the state of mind that we’re trying to generate is very, very specific. It’s not vague.

То есть, когда мы пытаемся создать какое-то состояние ума, его аспекты должны быть очень чёткими, не расплывчатыми.

And then subtle mental dullness,

Далее, тонкая притупленность ума:

so we give rise to the object, to the state of mind, there’s sharp focus,

объект или состояние ума появляется, и фокус достаточно чёткий,

but again the hold, the maintenance on this, is not sufficiently tight and so it’s not what’s called “fresh.”

но удерживание этого объекта опять же недостаточно крепкое, в результате чего нашей медитации или визуализации не достаёт свежести,

Fresh means vivid and alive.

такой яркости, живости.

Alright? Not like stale bread that has gotten very old and hard and isn’t very nice. It has to be fresh in each moment.

Можно уподобить это хлебу, который, когда он черствеет, он уже становится не такой приятный, когда он был свежий. Такой в каждый момент должна быть наша медитация в идеале.

And when we talk about being “spaced out,” actually it could refer to any of these faults.

И также мы можем говорить о состоянии прострации, которую можно отнести к любому из этих уровней.

So we have to detect when any of these things arise. First you set the mental hold, the mindfulness, the glue, and that’s what is the most important thing. Hold on, not too tight and not to loose.

Итак, нам нужно обнаруживать все эти ошибки, и что самое главное – это удерживать внимание на уме, то есть нам нужно удерживать этот объект, причём удерживать его не слишком крепко и не слишком слабо.

The example that I often use is when we are on a diet and we walk past the bakery shop and there are all these beautiful cakes in the window, that you have to hold onto the diet, hold on, and not go into the bakery shop and buy a piece of chocolate cake.

Например, если мы проходим мимо булочной, такой хорошей булочной, сидя на диете, то мы, видя различные пироги там за стеклом, должны удерживать наше намерение оставаться на диете, и так, чтобы мы не зашли в этот магазин и не купили шоколадный пирог.

Alright? They’re serving ice cream to everybody at the table and you hold on, “No thank you, on the diet.”

Если кто-то раздаёт мороженое всем, кто сидит за столом, а мы при этом на диете, то очень трудно удерживать вот это намерение продолжать оставаться на диете и не сдаться.

Then we have detection, to see if we’re going astray; then alertness, the alarm, “ding, ding, ding,” if it’s going astray, and attention brings it back.

Поэтому нам нужно обнаружение, которое будет обнаруживать, что что-то идёт не так, бдительность, которая будет подобно сигнализации срабатывать, когда что-то идёт не так, и после этого нам нужно возвращать внимание обратно.

And is the mistake that the placement, the attention, there’s something wrong with that, or is the mistake that the factor of giving rise to this state of mind has something wrong. These are the two dimensions that we work with.

Здесь есть два измерения, в которых мы работаем. Важно обнаруживать: проблема возникла в удержании объекта в правильном месте, то есть удержании внимания в правильном месте на объекте, или проблема возникла в создании видимости объекта или того или иного состояния ума.

So Shantideva introduces this in terms of our behavior, discipline, that we use all these factors to deal with, you know, “Am I starting to say something stupid or something cruel, or act in a cruel destructive way?” and to hold on to the discipline, and correct it;

И Шантидева описывает все эти факторы, говоря о дисциплине. То есть, например, когда мы говорим что-то глупое, или когда мы говорим что-то жестокое, или когда мы начинаем жестоко или разрушительно действовать, то наша цель – это удерживать нашу дисциплину, удерживать внимание на нашей дисциплине,

but without being a paranoid policeman.

но при этом не превращаясь в параноидального полисмена, милиционера.

And this dualism of the “me” that is the policeman and the “me” that’s meditating, and, you know, “Oh oh oh, the stupid one or the victim.

То есть важно, чтобы у нас в уме не было двойственного разделения на полицейского, который наблюдает за жертвой, за как бы преступником, который сейчас совершит что-то разрушительное, – и преступника, который чувствует себя жертвой, под взглядом этого полицейского.

I have to watch myself” – that’s really strange if you think about it.

То есть если мы подумаем, что вообще это означает: «Я должен следить за самим собой», – это довольно странно.

So, obviously we need to have some understanding of voidness here of the self, otherwise it becomes a very dualistic, paranoid, uptight, stiff process, and that’s not at all what is intended.

Определённо, нам нужно некое понимание пустотности, для того чтобы не превратиться в этого параноика, полисмена и не быть перенапряжёнными.

Okay? That is with discipline, and with concentration, with meditation, in all these areas.

Это касается и дисциплины, концентрации, медитации – во всех этих отношениях.

And this concentration that we need, we need that when listening to teachings; you can’t just mentally wander about something else and not pay attention. You need it in the thinking process; you need it in the meditating process.

Это важно и при слушании учений, например, для того чтобы наше внимание не отвлекалось, не начинало блуждать, пока идёт учение, по каким-то внешним объектам. Это важно и во время размышления, и во время медитации.

But specifically how you let something stabilize, how you let it just sink in, that’s a little bit difficult to describe. There’s something specific to that, it just says in the instructions that you no longer use this active state of discernment.

И особенно тяжело описать эту стабилизирующую медитацию, когда мы должны дать какому-то состоянию ума впитаться, когда мы должны отпустить своё активное внимание, активную проницательность.

Okay, I mean one can get more technical here, but I don’t think that’s helpful at this point,

То есть можно вдаваться в подробности в этом отношении, но в данном случае, может быть, это не было бы полезным.

because actually, when we’re working with detection, it’s conceptual, because you’re dealing with the projection that you have, rather than the object itself. Detection is a conceptual process, as I said, I don’t want to go into detail, but there are reasons…

[Когда мы работаем с обнаружением, это концептуальный процесс, потому что мы имеем дело с созданной нами проекцией, а не с самим объектом] То есть я не хочу вдаваться в подробности, но есть определённые причины почему.

there are reasons why in the stabilizing meditation you don’t have this detection, this examining, this seeing, you know, in an active way, because what you are examining is actually the conceptual image.

Почему мы во время этой стабилизирующей медитации не занимаемся анализом, подробным изучением объекта? Тут основная причина, видимо, в том, что это является концептуальным способом.

So, with everything that we have in Buddhism, there are always more and more subtle explanations, and complicated explanations, so you just be aware that there are such things.

В общем, какую бы сферу в буддизме мы ни брали, мы всегда увидим, что существуют всё более и более тонкие уровни объяснений. И нам просто важно понимать, что они есть.

And there are nine levels, nine stages for gaining shamatha. Shamatha – or shinay in Tibetan –

Существует девять ступеней достижения шаматхи, или, на тибетском, шине.

as I say, it gets very technical, very complicated; there are very full instructions of what you work on in each stage in terms of getting rid of this flightiness and dullness.

И это очень детальное описание того, как мы работаем над преодолением этой подвижности ума и притупленности ума на разных стадиях, то есть подробное описание по каждой стадии из девяти.

And there’s a huge list of different objects that can be objects upon which you get shamatha or vipashyana. We shouldn’t think that it’s very limited. It’s not. There is a huge number of topics that can be used.

И существует очень длинный список объектов, медитируя на которых, мы можем практиковать шаматху и випашьяну, и не нужно думать, что это только ограниченный перечень объектов. Это на самом деле очень большая тема, большой список объектов.

Just to indicate a little bit here; “shamatha” is a stilled and settled state of mind. That’s literally what it means. Shi means it’s stilled, quieted, and nay means it’s settled, placed on something.

И чтобы я хотел сказать здесь, общее определение шаматхи заключается в том, что это успокоенное или, можно сказать, остановленное состояние ума. Тибетское слово «шине» означает: «ши» – успокоенное, и «не» – остановленное на чём-то, на каком-то объекте.

So it is stilled or quieted of all mental dullness, and mental, flightiness of mind.

То есть это полное успокоение умственной притупленности и подвижности ума.

And it’s settled, placed on the object, without leaving it.

Оно остаётся, пребывает на объекте, не покидая его.

Through these nine stages of getting rid of the dullness and flightiness – and you know there are many other factors that are involved here – eventually we achieve what’s called in Sanskrit “Samadhi.”

И проходя по этим девяти стадиям развития, мы достигаем в результате того, что называют самадхи.

Samadhi, I translate it as “absorbed concentration,” so it’s concentration totally absorbed into the object.

Я перевожу это слово как «поглощённую концентрацию» или «поглощённое сосредоточение», то есть когда мы полностью поглощаемся объектом.

So perfect concentration. That’s not shamatha yet.

Совершенное сосредоточение – это пока ещё не шаматха.

Shamatha is one step beyond perfect concentration.

Есть ещё один шаг, который нам следует сделать после достижения абсолютного, совершенного сосредоточения.

It has in addition to this perfect concentration a mental factor called “a sense of fitness.”

Кроме достижения совершенного сосредоточения нам также следует ещё обрести фактор, умственный фактор, который называется умственная готовность или гибкость.

And it’s both in a physical and a mental sense. So it accompanies physical cognitions involving the body and also the mind.

Она умственная и физическая, то есть здесь имеется в виду и тело, и ум – и то, и другое.

And it’s a very exhilarating state of mind,

И это очень радостное состояние ума, такое приподнятое,

but not at all in a disturbing way,

но не в расстроенном, не в возбуждённом смысле.

And it’s like when you are physically fit as an athlete you have this feeling you can do anything. You can run forever, you can swim forever, and you know, you just feel great. This type of feeling of fitness: here, we’re referring to the mental state.

И это состояние напоминает хорошую физическую подготовку атлета, когда атлет чувствует, что он способен бесконечно долго плыть или бесконечно долго бежать, то есть он чувствует себя очень хорошо, он как бы готов ко всему. И в данном случае мы испытываем то же самое на уровне ума.

And so it’s this sense of fitness that I can concentrate on anything for as long as I want. Actually, by definition you have to be able to have this concentration and this sense of fitness for four hours with absolutely no break. That’s shinay, that’s shamatha and that I can sit, you know, for that whole time, and no pain, no problem. And, you know, “Arhh, I can do it.”

И обладая этой умственной готовностью, умственной и физической готовностью, мы способны сколь угодно долго, у нас есть такое ощущение, что мы сколь угодно долго можем сосредоточиваться на том объекте, на котором нам нужно будет сосредоточиваться. И обычно в текстах приводится срок в четыре часа, то есть четыре часа мы без каких бы то ни было проблем, без перерывов и без боли можем сосредоточиваться на любом объекте, и мы чувствуем себя полностью к этому готовыми.

And remember, we’re not just talking here about quieting the mind. You know when we talk about flightiness and mental wandering and so on, we’re not just talking about verbal thinking. That’s only the grossest level.

И мы говорим не только о вербальном мышлении, то есть наиболее грубом уровне, а мы говорим вообще обо всех уровнях умственного блуждания, умственной подвижности, умственной притупленности.

We can have a silent pornographic movie going in our mind without saying anything. That equally is flightiness, flying off after an object of desire.

У нас в уме могут отсутствовать мысли или какие-то слова, но при этом у нас может проматываться немое порнографическое кино. И это является выражением, или аспектом, подвижности ума, когда ум уходит к объекту привязанности или желания.

And even more subtle, that you want to get rid of the gross disturbing emotion that’s there. You’re not saying anything, there’s no movies going on, but I feel this strong desire and attachment. That also, you know, that’s flightiness of mind. So flightiness is not just shut up the voice in your head. It includes that, but that’s only step number one.

Более того, есть ещё более тонкий уровень, когда у нас может и не быть никаких образов в уме, но на эмоциональном уровне мы испытываем какое-то переживание, какую-то эмоцию, например желание – что мы очень сильно начинаем чего-то хотеть, – и это тоже является препятствием, это тоже является подвижностью ума. То есть мы должны не только разобраться со словами в уме, хотя это первый шаг, наиболее грубый.

Or, it doesn’t have to be in that realm of desire and attachment; that’s just the strongest. It could be: we’re sitting there and we’re still feeling angry, we’re still feeling upset, we’re still feeling hurt about something. We’re not saying anything in our mind, there are no pictures, but that’s a very distracting feeling or emotion. That also has to be quieted.

У нас в уме могут быть очень тонкие эмоции без появления слов, без появления картинок, эмоции различные, обиды, разочарованности и так далее – мы можем во время медитации всё это испытывать. И это тоже нам нужно успокоить.

Okay, so we have shamatha. Then vipashyana is on top of shamatha. There is no vipashyana without shamatha. If it’s vipashyana it is pervasive that it is combined shamatha and vipashyana. We’re talking about the actual achievement of vipashyana – lhagtong in Tibetan.

Випашьяна, или лхатонг на тибетском, если мы говорим о достижении подлинной випашьяны, то нам следует развивать её. Она может быть развита только на основе шаматхи, то есть не может быть випашьяны без шаматхи.

So vipashyana adds, on top of this sense of fitness of being able to concentrate and sit for as long as you want, also a second sense of fitness that you’re able to discern and understand anything and everything.

Випашьяна появляется на основе этой умственной гибкости, готовности сосредоточиваться на чём угодно сколь угодно долгое время, и представляет собой способность различать, проницать, познавать любой объект, всё что угодно.

And as I said, shamatha and vipashyana can be achieved focused on… there’s a whole long long list of the different objects that can be used.

И как я уже говорил, и шаматха, и випашьяна, они могут быть достигнуты благодаря сосредоточению на разных объектах. Есть очень длинный список объектов, которые можно для этого использовать.

So in terms of the two kinds of meditation, the discerning and the stabilizing, the stabilizing is emphasized in shamatha, and the discerning in vipashyana.

И когда мы говорим о двух видах медитации, проницательной и стабилизирующей, то стабилизирующая медитация – это как раз шаматха, а проницательная – это випашьяна.

So often people in the West are instructed to practice shinay, shamatha, and often it is focusing on the breath, which is the simplest object because it’s always there.

Часто западных людей учат медитации шаматхи на объекте, и, как правило, это дыхание, потому что этот объект всегда с нами.

But we need to realize and understand that it’s not just speaking about a simple thing of sitting there, focus on the breath and quiet the voice in your head. It’s much, much more than just that. It includes that, but it’s much more. Don’t trivialize it in other words.

При этом важно понимать, что настоящая шаматха, – это не просто, когда мы сидим, успокоив свой ум и сосредоточившись на дыхании, отключив внутренние мысли. Это включается в шаматху, но не нужно относиться к ней настолько банально: шаматха – это намного больше.

Okay? First of all let’s just digest a little bit of what I’ve said and then we’ll have some questions.

Давайте какое-то время немного усвоим то, что было сказано, и после этого перейдём к вопросам.

Also I should mention that the skill of concentration that I’ve just described are skills that we need in daily life and that’s a very good place to apply it.

И также я хотел бы добавить, что те способности, которыми мы овладеваем, занимаясь медитацией и концентрацией, они также важны во время повседневной жизни. Повседневная жизнь – это как раз тот полигон, на котором мы можем их применять.

So I bring this in in the sensitivity training that I developed, Developing Balanced Sensitivity. For instance, when we are speaking with somebody, somebody’s speaking to us, you have to pay attention, you have to concentrate, not you know, mind thinking about lunch and when are they going to shut up and go away.

Я раскрываю эту тему в курсе тренировки сбалансированной чувствительности. Например, если мы разговариваем с кем-то, то во время этого разговора нам нужно сосредоточиваться на том, что человек говорит. Мы не можем просто закончить обед, встать и уйти или сказать человеку, чтобы он заткнулся.

So it’s a perfect area to practice concentration, and of course in our work and other things,

То есть реальная жизнь – это идеальное место для практики концентрации, например, работа и так далее.

that we combine all these things. Somebody asked the question: “Well, is meditation just restricted to when you’re sitting on your meditation cushion?” Absolutely not. It’s something that you practice all the time in real life.

То есть важно и то, и другое. Иногда задают вопрос по поводу того, является ли медитация таким процессом, когда мы сидим на подушке и что-то делаем. Нет, медитация – это то, что мы применяем и во время формальной сессии, и в повседневной жизни.

Let’s just spend one moment digesting.

Давайте потратим немного времени, чтобы усвоить материал.

Let’s just bring in an example, excuse me.

Извините, я хочу привести ещё один пример.

I’m thinking of the example of His Holiness the Dalai Lama.

Есть пример, который был с Его Святейшеством Далай-ламой.

When you speak with him, or even when you’re just in a group and His Holiness looks at you, he’s a hundred percent there. That’s because he has shinay, shamatha; there’s no mental wandering, there’s no anything. He’s just a hundred percent focused, but not in this stiff sort of, you know, “grrr” type of way; relaxed. And everybody feels, “Ahh.” You know when you’re the object of that and it’s too tight, then it’s like somebody’s looking at you to see if there’s something wrong with you. It’s not like that. But it makes you feel really, really wonderful in his presence.

Если Его Святейшество смотрит на вас, или если вы разговариваете с ним, то вы видите, что его внимание полностью сосредоточено на вас, но не в таком напряжённом стиле, когда как бы человек разглядывает вас, чтобы выявить ваши недостатки, а в расслабленном. То есть он находится именно в этом месте, его внимание именно на вас, но это приятное внимание, вам нравится быть его объектом. Это то, к чему мы стремимся, как раз к обретению такого внимания.

Most people when you speak with them, or when we speak with other people, although this is not a very Buddhist way of saying it, it’s like part of you isn’t there. That’s a totally non-Buddhist description. That’s absolute nonsense from a Buddhist point of view. How could part of you not be there? That’s ridiculous. But that’s at least the way we say it in English.

То есть у нас так как бы можно сказать в языке, что «часть нас как бы находится не здесь». С буддийской точки зрения это парадоксально. То есть как бы часть нас – что за часть и что за нас? – находится не здесь. Но в простом, разговорном языке мы так говорим: «Мы как бы не здесь».

Okay. What questions do you have?

Какие у вас есть вопросы?

Участник: В первой части лекции вы говорили, что необходимо чётко представлять, что такое просветление или что такое истинная природа будды, вот я не понимаю?

Participant: In the first part of the lecture you told that when we are visualizing a Buddha, we need to understand what is the enlightenment, or what is the nature of a Buddha, but what is it?

Alex: Well, what’s the nature of a Buddha? I mean the nature of a Buddha is the same as the nature of everybody.

Алекс: Говоря о природе будды, мы на самом деле говорим о той же природе, которая есть и у всех остальных.

And so, we’re talking here about what is the basic nature of the mind, speaking about the subtlest mind, and the subtlest energy – that’s a different aspect of the subtlest mind.

То есть когда мы говорим об этой природе, мы говорим о природе ума, о наиболее тонком уровне ума и стоящей за этим энергией.

And that subtlest mind, the nature of mind, is capable of understanding anything and everything with a perfect clarity and so on.

Вот этот наиболее тонкий уровень ума, или природа ума, – это уровень ума, который способен понимать абсолютно всё, с максимальной ясностью и так далее.

Because the ability to give rise to some appearance, some understanding, some hologram representing anything, that is part of the basic nature of the mind, and to be able to, be aware of that, it’s the basic functioning; that’s what we mean when we talk about mind.

Когда мы говорим об уме, мы имеем в виду его способность познавать, его способность осознавать что-либо, то есть его фундаментальную способность создавать видимость, или ментальную голограмму, какого-либо объекта.

It has certain qualities that are part of this.

И есть определенные качества, которые являются частью этого.

In terms of the energy for example,

Например, с точки зрения энергии,

the energy is able to emanate and go out infinitely

энергии, которая может эманировать, или исходить, во всех направлениях бесконечно

and relate or communicate with others, interact with others, interact with everything.

и взаимодействовать, коммуницировать с другими и вообще со всем.

And basic voidness of the mind; that none of this exists in impossible ways.

И с фундаментальной пустотностью ума, то есть с несуществованием чего бы то ни было невозможными способами.

We project all sorts of impossible ways in which the mind and ourselves and everything exists, but that is not referring to anything real. So that’s what voidness means.

Мы проецируем на разные объекты всевозможные способы существования, мы проецируем их на наш ум, на нас самих и так далее, но все эти невозможные способы существования – это лишь фикция.

But, on that subtlest level, the mind is not stained by anything that is obstructing it.

И на наиболее тонком уровне ум не загрязнен ничем, что бы омрачало его.

But, on grosser levels,

Но на более грубых уровнях

there are these obscurations that limit the ability of the mind to know everything,

существуют омрачения, которые затеняют способность ума, ограничивают способность ума познавать,

that limit the body, the energy from relating to everything.

ограничивают способность энергии взаимодействовать с вещами, со всеми вещами.

And on grosser and grosser levels makes more and more limitations;

И по мере того как эти уровни становятся более грубыми, появляется всё больше и больше ограничений,

in terms of disturbing emotions and impulsive behavior and all sorts of things.

то есть всё более и более грубые тревожащие эмоции, всё более и более грубые импульсивные состояния.

But that subtlest level and its nature is unstained

Но на наиболее тонком уровне, природа ума не загрязнена ничем,

without having these obscurations.

без омрачений

That unstained state in dzogchen is called “rigpa,” pure awareness.

В дзогчене это называется ригпа, чистое осознавание.

But that subtlest state maintains the habits of all these obscurations.

Но этот тонкий уровень, благодаря этому тонкому уровню…

How do the habits go on? Why do these things continue from lifetime to lifetime, these obscurations? It’s because the habits of them can be imputed on that subtlest level.

Но привычки, они переходят из жизни в жизнь именно благодаря тому, что они как бы находятся в этом тонком состоянии ума [они могут быть обозначены на основе тонкого уровня ума].

So when we talk about clear light mind, it’s either with those habits or in its pure state, you know, even purified of those habits.

То есть когда мы говорим о наиболее тонком состоянии ума, мы можем говорить о тонком состоянии ума с этими привычками или без них.

So, it’s not just a matter of getting down to rigpa, you have to get rid of these habits as well.

То есть нам нужно не только достичь этого состояния ригпа, но также и избавиться от этих привычек.

But a Buddha is someone who has gotten rid of forever all those grosser levels, so where all these obscurations occur, as well as the habits from the subtlest level.

И будда – это тот, кто устранил навсегда и грубые омрачения, которые находятся на грубых состояниях ума, и тончайшие омрачения, точнее привычки, которые находятся в этом тонком состоянии ума.

Because Buddha’s gotten rid of the habits as well, then they never will reoccur.

То есть будда также избавился и от привычек – таким образом, что они больше никогда не появятся.

And so then a Buddha is somebody in which all these limitations are gone, in terms of what the mind is able to know fully, and all the limitations in terms of how the energy can relate to everyone and communicate perfectly with everyone.

Поэтому будда – это тот, кто полностью устранил все ограничения, связанные с этими омрачениями, и все ограничения, препятствующие способности энергии распространяться во всех направлениях.

And all the qualities are fully operational, the good qualities are fully operational because there are no limitations, nothing blocking them.

И поскольку положительные качества ничто в этом состоянии не сдерживает, ничто их не ограничивает, они способны применяться, будда способен применять их без ограничений.

So that’s a Buddha; when we talked about, when we’re talking about a Buddha

Вот общее описание будды, о котором мы говорим.

and that basic nature of the mind, that we have as well, are the Buddha-nature factors that will allow us to become like that if we get rid of these obscurations.

И природа будды, которой мы обладаем, – это умственные факторы, благодаря которым мы можем достичь этого состояния, избавившись от этих омрачений.

So when we’re focusing on our not-yet-happening enlightenment,

Когда мы сосредоточиваемся на просветлении, которое ещё не произошло,

we’re focusing on that basic nature, pure nature,

[мы сосредоточиваемся] на этой фундаментальной, чистой природе,

which is there all the time anyway,

которая присутствует в нас всегда, в любом случае,

but the attainment of it,

но достижение этого уровня,

the attainment of that purified basic nature in which all these obscurations are gone forever, that attainment is what we are aiming for with bodhichitta.

достижение этой полностью очищенной природы, которая не загрязнена омрачениями, её достижение – и есть наша цель, к которой мы стремимся, когда развиваем, создаём бодхичитту.

And that state can be represented by a Buddha, can be represented by various things, so we can focus on it. Otherwise it’s a little too vague

И вот это состояние, оно может символизироваться изображением будды или другим изображением, для того чтобы мы могли на нём сосредоточиваться, потому что в обратном случае это будет слишком расплывчато

for us beginners.

для начинающих.

If you’re more advanced you could focus on, in mahamudra, the clear light nature of the mind, or rigpa if you can do that, to focus on that representing the not-yet-happening state of enlightenment. That’s much more difficult.

Когда мы достигнем более высоких уровней практики, тогда мы сможем непосредственно сосредоточиваться на состоянии махамудры или на состоянии ригпа, то есть на самом состоянии просветления, которое пока ещё не произошло, но это намного и намного более трудно.

Okay? Good. So let’s break for lunch

Давайте сделаем перерыв,

and we’ll continue in the afternoon with a discussion of visualization.

и дневную сессию начнём с обсуждения визуализации.

Предыдущая страница Следующая страница

Страницы с похожим содержанием:

Помогайте другим вместе с нами.
Поддержите нашу работу!

Этот веб-сайт существует исключительно на пожертвования. Его поддержание, подготовка к публикации оставшихся 70% материала и продолжение работ по переводу статей нуждаются в финансировании. Восемьдесят членов нашей команды – добровольцы, но двадцать три ключевых сотрудников получают заработную плату. Помогите нам собрать 100 000 евро (150 000 долларов США), которые ежегодно требуются для того, чтобы наш веб-сайт был доступен бесплатно.
Уже собрано (35%)

Карта сайта

Другие языки:

English

Библиотека Берзина

Сейчас вы находитесь здесь:

Слушание Дхармы, размышление и медитация

Часть пятая: Сосредоточение и другие умственные факторы, необходимые для медитации

Страницы с похожим содержанием:

Помогайте другим вместе с нами.
Поддержите нашу работу!

Навигация по сайту

Поиск по сайту

Разделы сайта

Другие языки:

Варианты страницы

О Библиотеке Берзина

Сейчас вы находитесь здесь:

Библиотека Берзина

Сейчас вы находитесь здесь:

Слушание Дхармы, размышление и медитация

Часть пятая: Сосредоточение и другие умственные факторы, необходимые для медитации

Страницы с похожим содержанием:

Помогайте другим вместе с нами.Поддержите нашу работу!

Навигация по сайту

Поиск по сайту

Разделы сайта

Другие языки:

Варианты страницы

О Библиотеке Берзина

Сейчас вы находитесь здесь:

Помогайте другим вместе с нами.
Поддержите нашу работу!