Библиотека Берзина

Буддийская библиотека д-ра Александра Берзина

Перейти к текстовой версии страницы. Перейти к разделу навигации.

Главная > Основы тибетского буддизма > Уровень 1. Начало > Слушание Дхармы, размышление и медитация > Часть четвёртая: Ответы на вопросы; факторы, необходимые для медитации

Слушание Дхармы, размышление и медитация

Александр Берзин
Москва, Россия, май 2009
русский перевод: 1 сессия – Александр Нариньяни, 2-6 сессии – Евгений Бузятов

Часть четвёртая: Ответы на вопросы; факторы, необходимые для медитации

расшифровка аудио
Слушать аудиоверсию этой страницы (1:29)
This morning we were speaking about the second step in the process that leads up to meditation, the step of thinking about the teachings.

Утром мы говорили о втором шаге, который постепенно ведёт нас к третьему шагу, то есть к медитации, – а именно, о размышлении над учением.

And we saw that we need to examine the teachings from four points of view.

Мы увидели, что важно исследовать учение с четырёх точек зрения.

We examine to see what do the teachings depend on, in other words what are the stages that we need before the particular teaching that we’re receiving;

Мы увидели, что каждое из учений зависит от понимания других учений, то есть они как бы представляют собой лестницу.

how the particular state of mind that the teaching is instructing us about: how it will function once we develop it; what will be its benefits, and the disadvantages of not having it?

И что у каждого состояния ума есть преимущества, преимущества его достижения и также недостатки его не достижения.

And then we examine do the teachings make sense, are they logical and do they conform with the rest of the Buddha’s teachings and with our experience?

Далее мы исследуем, логичны ли учения, соответствуют ли они другим буддийским учениям и нашему собственному опыту.

And then we see does it conform with the nature of things in general.

И затем мы проверяем, соответствуют ли это учение или эти учения состоянию вещей в целом, то есть природе вещей.

And at the end of this process, we have the discriminating awareness that arises from thinking,

И в результате, как результат этого процесса, мы получаем распознающее осознавание, происходящее из размышления,

with which we understand the teaching at least to some level,

с помощью которого мы понимаем это учение на том или ином уровне,

although of course there can be deeper and deeper levels of understanding it.

причем, конечно, могут существовать всё более и более глубокие уровни понимания его.

And we are basically convinced that it is true, although as we spoke that to have a hundred, a hundred percent conviction is quite difficult, to really ascertain unless we have a very, very deep
experience of internalizing the teaching.

И мы стараемся достичь убеждённости в этих учениях, хотя, как мы уже говорили, довольно трудно убедиться в них полностью, на сто процентов, во всяком случае до тех пор, пока мы не достигли действительно высокого уровня постижения.

But we are convinced enough so that we wish to internalize it. So, I think that’s a good guideline of when we are convinced enough, that this is worthwhile, this is something that I want to achieve and it will be of benefit to me.

И в этом случае тот уровень уверенности в учениях, которого мы достигаем, который нам следует достичь, – это тот уровень уверенности, обладая которым, мы соглашаемся принимать эти учения, применять их на практике и достигать тех состояния ума, о которых в них говорится.

And at least most of our questions about it have been settled.

И к этому моменту большая часть наших вопросов уже должна быть как бы «устаканена», решена.

Now we haven’t really spoken about the issue of whether or not I think it’s possible to achieve this, and am I capable of achieving this. That is actually quite a large discussion.

И также есть вопрос о том, способны ли лично мы достичь этого понимания. То есть мы стремимся к тому, чтобы понять учение лично, на личном опыте.

And yeah, I’m not just talking about the people in this room, people in general.

Я имею в виду не тех людей, которые сидят в комнате, а людей вообще.

So, to go into that discussion really gets into a big discussion of Buddha-nature,

Этот вопрос очень тесно связан с вопросом о природе будды.

which is not a very good way of translating the term that is used here.

Этот привычный термин, он, может быть, не очень хорошо, не очень хороший перевод.

Rather, when we learn about Buddha-nature, what it’s talking about are the factors that all of us have that will allow for transformation to becoming a Buddha.

Природа будды – это набор факторов, которые каждый из нас имеет и который позволит нам в конце концов стать буддой.

And this deals primarily with the characteristics of the mind.

В первую очередь речь идёт о характеристиках ума.

Are we capable of understanding things? Well, I think we are.

Способны ли мы понимать вещи? Я думаю, да.

Am I capable of remaining aware of something all the time?

Способны ли мы поддерживать осознавание, понимание чего-то на протяжении какого-то времени?

Well, I don’t know, are we?

Я не знаю, можем ли мы?

We can be aware of something a lot of the time

Мы можем осознавать что-то на протяжении длительного времени.

and the amount of time that we’re aware of it could increase.

Тот промежуток времени, в течение которого мы способны осознавать что-либо, он может увеличиваться.

What would cause it to increase?

Что позволит ему увеличиваться?

Anybody?

Кто-нибудь знает, благодаря чему он увеличивается?

Participant: Through the power of familiarity.
Alex: Right, with the power of familiarization. That’s the method,

Алекс: Да, состоянием ознакомленности, знакомства с этим состоянием. Да, это метод.

But something more basic than that.
Participant: Meditation.
Alex: Well, that’s the method again, meditation.

Алекс: Но есть что-то более фундаментальное, лежащее в основе, чем это. Медитацияэтотожетолькометод.

The Buddha-nature is what allows for it to be possible, but I’m talking about our attitude, our state of mind that would cause us to be aware of it and remember it more and more.
Participant: Confirmation through reading.
Alex: Confirmation, reading; even more basic, it has to be important to us. We have to consider it important and relevant
Participant: Motivation.
Alex: And that’s part of motivation.

Алекс: То есть нам важно быть заинтересованными в том, чтобы развивать или удерживать это состояние ума. И для этого нам нужно стремиться к этому, обладать некой мотивацией достичь этого.

But motivation is: “Why it is important?”

Почему важна мотивация?

So that’s even more basic.

Это, может быть, даже ещё более фундаментальный вопрос.

But it has to be, like for instance, if we’re going shopping then it’s important to us how much money we have with us because we can’t spend more than that. So it’s relevant and it’s important. And other times it doesn’t matter how much money I have in my pocket while I’m sitting in my house.

Например, если мы идём в магазин, то нам важно, сколько у нас денег в кошельке или в кармане, потому что если мы будем что-то покупать и нам не хватит денег, то… и поэтому нам важно... А в обычное время нам, в принципе, не важно, сколько у нас денег в кармане или в кошельке.

So when we think about the teachings we also have to understand in terms of its function, why is this important? Why would I want to be aware of this?

Поэтому когда мы размышляем об учениях, нам важно понимать: «Почему я хочу развивать то или иное состояние ума? Почему оно важно, почему я хочу осознавать?»

And we have to really be interested in it.

Мы должны быть заинтересованы в этом действительно.

And this comes down to an even more basic state of mind

И это возвращает нас к ещё более фундаментальному состоянию ума.

which is a “caring attitude.” Caring attitude here – that’s a difficult word to translate. What it means is that I am concerned about myself and what happens with me and what I experience. I take it seriously.

И с этой точки зрения важно состояние ума заботливости, когда нас действительно интересует, заботит, что происходит с нами; это трудное для перевода слово.

For instance, we use it when it’s directed at other people. If I don’t care about you, then it doesn’t matter if I come late. It doesn’t matter what I say, I don’t care. It makes no difference to me whether you like it or you don’t like it, I don’t care.

Например, в отношении других людей: если у нас нет этого отношения, этого подхода, этого состояния ума, то мы не заботимся, нам всё равно, что другие люди чувствуют, что они там хотят и так далее. То есть мы можем опаздывать: нам неважно, что они думают, что они чувствуют.

But if I care about you, I consider you important, I take you seriously, then I’m concerned about how I behave is going to affect you.

Но если нас заботит, если для нас является важным другой человек, другие люди, то нам не всё равно, как мы действуем, что мы делаем в отношении их.

So we need to develop that same caring concern about ourselves. That in this example, if I waste all my time and don’t take advantage of my precious human life, I’m going to lose it some time and I’m going to die with an unbelievable regret of what a waste I made of my life.

И точно такой же подход, точно такое же отношение мы должны применять и к себе, то есть нас должно заботить, беспокоить то, что мы делаем в своей жизни. Мы не хотим умереть с очень сильным разочарованием, что мы потратили всё время впустую.

And we can direct this toward normal things of everyday life. I care about how I raise my children, I care about how I do my work, my job

И мы также можем направлять это отношение и на все вещи в нашей жизни. Например, мы с интересом, или с заботой, смотрим на то, как мы общаемся с детьми, как мы работаем на нашей работе.

and I care about my state of mind, my general state of welfare, how I am, not just health but mentally and emotionally.

И нас заботит наше собственное состояние ума, то есть наше эмоциональное здоровье, – не только физическое здоровье, но и умственное, эмоциональное состояние.

So, with this type of caring attitude, then we will consider the teachings important and if they are important to us then we will remember them.

И обладая таким заботливым отношением, мы считаем учения важными для нас, и если мы считаем их важными, тогда мы их запоминаем.

And I am capable of remembering them and remembering to apply them. So, in this way we gain a little bit of confidence that it is possible for us to develop these insights and to remember them, at least if not all of the time, a lot of the time.

Мы запоминаем их, и мы не забываем применять их в течение жизни. То есть если у нас есть такой подход, такое отношение к учениям, то мы, если не всё наше время, то, во всяком случае, какое-то значительное время, будем помнить об этих учениях.

And then meditation is to familiarize ourselves with it over and over again so that it becomes a very natural part so we don’t even have to use effort to remember it; we just remember it all the time.

И медитация – это то, что позволяет нам всё время помнить, всё время удерживать эти состояния ума, снова и снова повторять их – состояния ума или учения, – благодаря чему, мы сможем сделать их частью себя.

So if we are convinced that we are capable of gaining this insight or this realization, then we can put our full heart and effort into trying to do it, otherwise what are we doing? It’s a waste of time. It’s like trying to flap our arms and be able to fly. Why would you even want to try to do that?

Если мы обретаем убеждённость в том, что мы можем применять эти учения и достигать результата, то тогда наша практика будет иметь какой-то эффект, мы будем практиковать с уверенностью. Это отличается от ситуации, когда мы сами точно не знаем, что мы делаем и для чего, подобно тому как мы махали бы руками и пытались взлететь.

And, step by step –

И мы делаем это шаг за шагом.

which means that at this stage we probably really don’t understand what liberation means or what enlightenment means, but okay, my long term goal is to understand it so that I can put effort toward that – but now, just the awareness of death is going to be helpful even now in this life when I don’t waste all my time.

И даже если мы сейчас не понимаем полностью учение о том, что такое просветление и освобождение, тем не менее, мы стремимся к тому, чтобы понять это. И мы постепенно движемся к этой цели, а не тратим нашу жизнь впустую.

Okay, now I had said at the end of the morning that we would have time for questions now, so let me invite questions; otherwise, I’ll just keep on talking which is not too good.

Мы утром не задали вопросы, не успели, и сейчас, может быть, тогда, если у кого-то есть, то задайте их, пожалуйста, потому что иначе просто я буду говорить, и, может быть, это будет не так правильно.

Участник: Диспут является способом проверить понимание на втором этапе, на этапе размышления, то есть отсутствие противоречий, которые выявляются диспутом, оно является подтверждением, что что-то понято правильно. Какой метод является оптимальным для проверки на первом этапе, то есть знания. Можем ли мы применить тот метод, который используется в западной науке, то есть когда человек просто даёт определение какому-то термину, то есть определяет его, и обычно это определение оценивается по полноте и по тому же самому отсутствию противоречий. То есть можем ли мы этот метод использовать на первом этапе и какие методы ещё мы можем использовать для проверки достоверности и полноты понимания?

Participant: We use the debates for checking if we are successful at the second stage, at the thinking on the teachings, so we are sure that we don’t have any doubts and so on. Are there some tools or methods for checking our success in the first stage, hearing or learning the teachings? Could we apply the traditional Western method for this: we give the definition and if we give a good definition and if in this definition there are no contradictions, then it shows that we are successful at hearing or learning.

Участник: Например, будда – это живое существо, полностью устранившее в потоке своего ума омрачения и реализовавшее всеведение. Вот, к примеру, если человек назвал вот это определение, то есть является ли само вот это определение подтверждением того, что человек знает то, что такое будда?

For instance, if one says: “Buddha is a being who completely eliminated all obscurations and actualized all potentials,” so if a person gives this definition, does it mean that this person is successful on the first stage?
Alex: Well, I think it’s more than that actually.

Алекс: Я думаю, что не только. Да, но не только.

There are several problems involved with getting the correct teachings, the correct information.

Несколько проблем, связанных с получением правильной… с усвоением, с получением информации.

The first one is the actual textual reference in the original language,

Во-первых, это ссылки на традиционные, исходные источники,

In the original language, Sanskrit,

то есть на санскрит,

or in some cases, depending on which aspect of Buddhism we are studying, Pali, and some texts have been composed originally in Tibetan or in Chinese.

или, в зависимости от того, к какой школе относится текст или человек, о котором идёт речь, это может быть пали, или китайский, или тибетский язык – в зависимости от того, на каком языке составлен исходный текст.

I think it’s very important to apply the scholarly methods to edit the original texts because there are many different additions and many mistakes have come into

Я думаю, что очень важно изменять…

mistakes have come into the version of the Sanskrit, for example, that we have now.

То есть в некоторых текстах есть ошибки, например ошибки в санскрите, – очень важно их исправлять.

They were copied by hand, to start with,

Потому что их переписывали

centuries ago, in the beginning,

много веков назад, вначале,

and people made mistakes in copying it –

и люди допускали ошибки, когда переписывали.

water fell on the manuscript and it blurred the letter, and so some scribe who didn’t know any better just wrote something. They wrote it wrong.

Или тексты залило водой и потом какой-то человек, который, например, был ответственным за хранение, дописал от руки что-то, но он точно не знал, что там должно быть написано.

You know? This happens, come on – reality.

Это реальность, это действительно происходит такое.

And so there are many different printing editions and slightly different versions of almost all of the texts,

И поэтому есть разные издания, немного отличающиеся друг от друга практически [всех] или всех текстов.

and the more we study this in a scholarly fashion, the more mistakes that we find. It’s really quite surprising.

Чем больше мы будем изучать эти тексты в традиционной, научной манере, тем больше мы найдём в них ошибок.

Secondly, the translation of these texts from Sanskrit into Tibetan, for example, Tibetans made mistakes.

При переводе, например, с санскрита на тибетский тибетцы зачастую делали ошибки.

Either the mistake is because they translated the mistake that was already in Sanskrit – I’ve noticed that – in terms of one letter obviously was changed and it could easily happen if a drop of water or tea fell on the manuscript and the Tibetans translated the word with another letter in the middle. I mean you could figure out why they made the mistake.

И мы можем обнаружить, что часто ошибки допускаются из-за того, что ошибка была уже в санскрите. Например, на санскритский текст попала вода или чай – всё что угодно, и в результате, когда тибетский переводчик увидел этот текст, там уже была ошибка, поэтому он и перевёл с ошибкой.

Also, when you study these languages, then Sanskrit is a very, very extremely inflected language, which means it has many, many endings, many cases – I mean you have this in Russian as well. It’s a very inflected language, many different verb tenses. Tibetan doesn’t have that. Tibetan is a very simple grammar. It is incapable of expressing all the different tenses of Sanskrit verbs for example. They don’t even have singular and plural very clearly.

Санскрит – если вы изучали, то вы знаете, что это очень сложный язык. Там, как и в русском, много падежей, много времён, и в тибетском многих из них нету, потому что тибетский значительно проще. И поэтому с помощью тибетского языка иногда бывает трудно передать то или иное предложение с точки зрения времени и так далее.

I mean there is a way of showing plural, but it’s not always used.

Например, бывают проблемы с единственным и множественным числом, потому что в тибетском есть множественное число, но оно не всегда используется.

And classical Chinese is even less inflected.

Классический китайский язык, он ещё меньше склоняется-спрягается.

From classical Chinese it’s very difficult to compare it to the original and see how they derived that. Tibetan you can; you can see how they were trying to say what it says in the Sanskrit; but unless you really see the verb tense in Sanskrit you wouldn’t be able to determine that solely on the basis of the Tibetan.

Если мы с помощью тибетского ещё можем видеть тибетский глагол, установить, какой это был санскритский глагол – хотя лучше всего посмотреть сразу в санскрит, потому что это не всегда просто, – то с китайским языком даже это не всегда получается.

And now when you go from these traditional Buddhist languages into our European languages, my goodness! So many mistakes come in.

И если посмотреть на то, как переводятся буддийские тексты с восточных языков на западные, то очень много ошибок.

And the biggest source of the mistakes that I found in my many, many years of translating – and translating for different lamas all over the world – is the terminology.

И наибольшие проблемы с точки зрения ошибок в переводе, на моём собственном опыте при переводе учений различных учителей по всему миру, – это ошибки в терминологии.

So much of the terminology that has been adopted doesn’t actually mean what the original words mean.

Когда какое-то слово переводится, какой-то термин переводится на другой язык, зачастую его исходное значение не сохраняется.

Especially when the people who wrote the dictionaries come from a missionary background, or something like that, and they use Christian words like “sin.” To translate a Buddhist concept as “sin” is completely misleading.

В особенности это происходит, если составители словарей происходили из среды, например, миссионеров, христианских миссионеров. В этом случае у нас появляются такие слова, как «грех», что полностью уводит читателя в неправильном направлении.

And so what you say is very important. We need the definitions

И поэтому то, что вы сказали, очень важно: нам нужны определения.

and, as translators… I mean this is what I try with my website and my work and with the people who translate it into other languages like Russian, is to give the definition and please find some way of saying it in your language that actually means what the definition is saying and not just use a term that some missionary made up 150 year ago.

И поэтому в своей переводческой деятельности я стараюсь использовать те термины, которые соответствуют исходным терминам, и также рекомендую делать это в работе над своим сайтом, в том числе и на русском языке, то есть подбирать тот термин, который действительно соответствует исходному, а не брать уже имеющийся термин, особенно из словарей, которые были составлены христианскими миссионерами сто пятьдесят лет назад.

And the problem of course is that different Buddhist authors are going to define their terms differently in different works. Even the same author will use the same word with a different definition in different books that they write. So you really have to find out the specific definition in that context.

И следующая проблема – то, что одни и те же термины переводятся зачастую по-разному даже одним и тем же автором, одним и тем же переводчиком в разных книгах: просто в зависимости от контекста часто используются разные варианты перевода. И очень важно как раз это понимать.

So, how do we know, the original question, that we have the correct teaching? One criterion that we need to use is: Does it make any sense? And, if something seems strange, then you have to ask and search what is the definition of the term here.

Поэтому, возвращаясь к вопросу о том, как исследовать правильность учения, важно, если мы увидели, что в учении есть какие-то странные вещи, подозрительные, вернуться к терминам и посмотреть, что эти термины означают.

I always give one example which I think is a wonderful clear example for this.

Я приведу один пример, который, возможно, очень хорошо иллюстрирует этот случай.

In some texts we read that the mind is permanent and in other texts we read the mind is impermanent.

В некоторых текстах говорится, что ум постоянен, а в некоторых говорится, что ум непостоянен.

And so this seems really strange; it's contradictory,

Это выглядит очень странно, это противоречие.

but it’s not contradictory because in these two teachings “permanent” and “impermanent” have a different meaning. They’re not using the word with the same meaning in both statements.

Но на самом деле это не противоречие, потому что в этих двух случаях используются разные термины. Разный смысл имеется в виду под словами «постоянный» и «непостоянный».

So in one case, when we read the mind is permanent, that means that the mind is eternal, it has no beginning and no end.

В первом случае, когда говорится, что ум постоянен, имеется в виду, что он бесконечен, что у него нет ни начала, ни конца.

Everybody accepts that.

Все с этим согласны.

Everybody agrees.

Все.

When it said that the mind is impermanent, that means that the mind doesn’t stay static. Permanent can mean either eternal or static and everybody will agree in each moment our mind knows
something different and so it changes from moment to moment.

Когда говорится о том, что ум непостоянен, имеется в виду, что он нестатичен, в том смысле, что он от момента к моменту меняет своё состояние, постоянно изменяется.

So all Buddhists would agree with that as well.

И все буддисты согласятся также и с этим.

But if we don’t know what definition the author is using for the word “permanent” and for the word “impermanent,” then we get very, very confused. It doesn’t make sense.

Но если мы не будем понимать, какое значение имел в виду автор, когда говорил «постоянное» и «непостоянное», то мы запутаемся, мы не поймём, что имеется в виду. Это будет казаться бессмысленным.

And this is one of the most fundamental things that we have – part of our precious human rebirth that we have as human beings, much better than animals – is that we have the intelligence that enables us to differentiate between what makes sense and what doesn’t make sense. You don't have to be a genius for that.

Мы, обладая человеческим рождением, человеческой жизнью, имеем способность отличать то, что имеет смысл, от того, что не имеет, – в отличие от животных, которые, например, не могут этого понимать. И для этого не нужно быть гением.

And when it doesn’t make sense, ask, look up in different books, and even better ask a teacher, but ask a teacher who is qualified, who knows what their talking about;

И если вы что-то не понимаете, то спросите. Вы можете посмотреть это в книге или спросить у учителя, причём это должен быть квалифицированный учитель, который понимает, о чём идёт речь.

and not a teacher that only knows one narrow little set of teachings, but one that has a broad education.

Это должен быть учитель, который знает не только какое-то одно небольшое учение, небольшой раздел учений, а знать все учения в целом, широкий спектр.

I really have to apologize, whenever I answer questions I speak much too long.

Я должен извиниться: когда бы я ни отвечал на вопросы, я всегда говорю слишком долго.

But there are no easy answers to some of these questions. A very good question.

Очень хороший вопрос, и на такие вопросы очень трудно дать простой ответ.

Now another question, how do you check that your meditation is going properly?

Есть ещё один вопрос: откуда нам знать, что наша медитация идёт правильно?

And here you don’t usually have, for most people, a personal teacher that you can check with.

И часто у нас нет личного учителя, у которого мы могли бы спросить подсказки, проверить это.

But as it says in the attitude training, the mind training teachings, lojong, that we are the best witness ourselves, to witness: “Have I really been able to concentrate well or not? Do I really have a lot of mental wandering or not?” Nobody else can judge that for us. We have to be able to judge ourselves.

И поэтому в учениях о тренировке состояний ума, лоджонг, говорится, что мы сами должны быть свидетелем самому себе, мы должны проверять, хорошо ли мы медитируем, блуждает наш ум всё время или нет.

The teachings and the practice is intended to change our emotional states, to improve us. We’re working on ourselves, so we are the best judge to see: “Am I still getting angry or am I getting angry less?” And this is the way that you judge whether or not we are making any progress.

И мы сами выступаем судьёй для себя, то есть, поскольку наша практика – это практика работы с состояниями ума, с нашими эмоциями, мы сами можем проверить, стало ли у нас больше гнева или меньше.

“Am I able to relate to other people in a much better way?”

«Появилась ли у меня способность взаимодействовать с другими людьми в более конструктивной, более здоровой манере?» Вы должны смотреть это сами.

You get feedback from different friends or our family,

Мы получаем определённую обратную связь от наших друзей или от семьи,

people we live with.

от людей, с которыми мы живём.

Now one principle though is very, very important to remember. The nature of samsara is that it goes up and down.

И при этом важно понимать один момент. Природа сансары такова, что все вещи испытывают взлёты и падения.

So progress is never linear. It’s never going to get better every day.

И наш прогресс тоже не будет линейным. Он не будет всё время, с каждым днём всё выше и выше.

Until we are a liberated being, an arhat, it’s going to continue to go up and down.

До тех пор пока мы не станем освобождённым существом, или архатом, все наши дела или наше настроение, наш успех в практике будет постоянно подниматься вверх и опускаться вниз.

So even if we’ve been practicing for a long time and most of the time we don’t get angry, something can happen and we do get angry. No reason to be discouraged. This is the natural way that things are. The axiom: the nature of things, the nature of samara, it goes up and down.

И такова природа вещей, как в четвёртой аксиоме. То есть такова природа сансары, что всё постоянно колеблется – то вверх, то вниз. И нет ничего удивительного, если мы в какие-то моменты не чувствуем гнева, а потом в какие-то моменты он снова возвращается к нам.

So His Holiness the Dalai Lama always says, in judging yourself, in estimating how we, the progress we’ve made, don’t look at just a short period of time. Look in terms of at least five year periods. How am I now compared to the way I was five years ago and if I’m better able to deal with difficult situations without getting so upset and the up and down is not so extreme, then I’ve made progress.

И Его Святейшество Далай-лама поэтому всегда говорит: «Не следует судить о своём прогрессе ото дня ко дню, например, а посмотрите лучше, как изменилось ваше состояние ума по сравнению с тем, что было пять лет назад».

What’s very important with meditation practice is do it every day

Очень важно заниматься медитацией каждый день,

without fail. You never forget to brush your teeth; you never forget to go to the toilet; you never forget to meditate.

не пропуская ни одного дня. Мы не забываем чистить зубы, не забываем ходить в туалет, и также мы не должны забывать заниматься медитацией.

It becomes a very steady part of your life. And schedule it, even if we’re only talking about meditating for five minutes. No matter whom we are, we can get up five minutes earlier and include that in our morning routine.

И мы выбираем какой-то промежуток времени, когда мы точно занимаемся медитацией. Неважно, кто мы, у нас всегда есть хотя бы пять минут. Мы можем хотя бы встать на пять минут раньше и включить медитацию в нашу повседневную жизнь.

It doesn’t have to be a big long event or ordeal, just something short, but at least be steady

Не обязательно, чтобы это было какое-то очень длинное событие, длинный промежуток времени. Это может быть короткий промежуток времени, но его следует соблюдать стабильно.

with it and what you find is that it adds a great deal of stability to your life.

И то, что вы обнаружите при практике таким образом, – то, что это прибавляет вашей жизни стабильности.

No matter how crazy the day might be there’s a least this one stable part of our life that provides continuity – very, very helpful.

Даже если у нас будет сумасшедший день, есть какой-то момент, благодаря которому у нас образуется некоторое постоянство, и это очень полезно.

And although some people like to put their main meditation practice before they go to sleep, for many people that becomes an ordeal because often they’re just too tired and they’re falling asleep and struggling to stay awake to finish their practice. That’s not so helpful; better to do it when you’re fresh.

Хотя люди часто переносят свою медитацию и делают её вечером, перед сном, из-за того что мы устаём в течение дня и вечером чувствуем себя уставшими, то это не самый лучший вариант. Лучше медитировать утром, когда мы свежие.

And also it’s better to do it at the very start of the day because if you try to take time out in the middle of your busy day to meditate, often you’re too busy, and secondly, you’re too distracted by what you’re doing during the day.

Утро – это самое лучшее время, потому что, например, днём мы обычно очень заняты или мы очень сильно отвлекаемся на те вещи, которыми мы занимаемся.

And you don’t need to have a special place, as I was saying. The best is if you have a quiet place and you are able to keep it clean; but if you don’t have that you have to be flexible.

Не обязательно иметь отдельное место для этого. Да, хорошо, если у нас есть отдельное чистое и спокойное место. Но если у нас этого нет, то нам нужно быть гибкими.

I remember one friend of mine lived in a very, very small little apartment with her mother. It was a one room apartment and with the mother’s television and the radio. And the mother got upset if she tried to meditate or anything like that; and her only possibility was to meditate while sitting on the toilet. And so that’s where she did her practice every day. And that’s fine.

Я припоминаю случай с одним своим другом, у которого была такая ситуация. Он жил в очень маленькой квартире вместе со своей мамой, которая постоянно смотрела телевизор, слушала радио. Там ещё были какие-то разные шумы, и мать была против того, чтобы он занимался медитацией, и ему приходилось, потому что у него не было другого выбора, заниматься медитацией в туалете. И это совершенно нормально.

You don’t need candles and incense, and all this stuff. That’s only stuff, that’s only things. The important thing is what you are doing with your mind and be respectful of what you are doing.

Свечи, благовония – они не являются обязательным условием медитации. Они могут в некоторой степени помогать нам. Но настоящая работа происходит на уровне состояния нашего ума.

And if we look at meditation in terms of – we are practicing to apply a certain state of mind – then you can do that any time. In fact, there are some of these states of mind that are more appropriate to try to develop it while we are on the metro. To develop patience, to see everybody as wanting to be happy, nobody wants to be unhappy, to develop concern for everybody. What better place than the metro, rather than just sitting in your room by yourself and imaging people?

Если мы подходим к медитации с точки зрения работы с состояниями сознания, то мы можем медитировать в любой ситуации. Другое дело, что в разных ситуациях могут быть разные состояния сознания, над которыми мы можем работать. Например, метро: мы можем развивать терпение, мы можем смотреть на других людей как на равных себе, мы можем относиться к ним заботливо. И это отчасти может быть и даже более правильный способ медитировать, чем сидеть у себя в закрытой комнате.

I entered Russia on Wednesday night. To go through passport control, I had to wait on line for one hour. It was such a crowd and it was so slow. This was the perfect place to meditate and practice on patience and not get angry and it’s really difficult, really challenging.

Когда я прилетел в Россию, это было в среду вечером, мне пришлось стоять на паспортном контроле около часа. И люди продвигались в очереди очень медленно. И это было отличное время и место для того, чтобы практиковать терпение. Разве можно найти более хорошие обстоятельства?

And I must confess, I wasn’t totally successful, that hour,

И, я должен раскаяться, я не был в течение этого часа всё время успешен.

but I’m not a Buddha. And so one has to, on the one hand, work very hard to improve; on the other hand, not feel guilty and punish yourself because I was getting itchy, you know, well, one hour already.

И это логично, потому что я не будда. И здесь, с одной стороны, важно прилагать усилия и работать над тем, чтобы усовершенствовать свои состояния ума, но, с другой стороны, и не следует наказывать себя, винить себя за то, что мы где-то не преуспели в этом.

And also I can laugh at myself because I seem to have this amazing karma that always repeats, which is that I always get on the wrong line, the line that’s the slowest. I inevitably chose the slowest line.

И это также хороший момент посмеяться над собой. Например, я выбрал очередь, которая продвигалась меньше всех, то есть я обратил внимание, что есть такая особенность – я всё время оказываюсь в очереди – как бы такая карма, – которая продвигается медленнее всех.

And then you watch the other line going more quickly and you think, “Should I leave this slow line and go on that line?” But then you’re all the way at the end of that line. So, a great test of patience.

И в таких ситуациях я стою, смотрю на очередь, которая продвигается быстрее, и думаю:

«Следует ли мне выйти из этой медленной очереди и пойти в ту очередь, но в конец, или нет?» И, вот, это ситуация, когда очень хорошо развивать терпение.

What other questions?

Есть ли ещё вопросы?

Participant: A special line for Buddhists.
Alex: A special line for Buddhists.

Специально очередь для буддистов.

Участник: А вот можно такой вопрос? Вы, в принципе, на первом занятии об этом вы немножко упомянули, но вот что-то я чем больше вас слушаю, тем больше складывается впечатление, что буддийская медитация – это психотерапия.

Participant: Buddhist meditation seems to be a therapy.

А есть ли при этом в этой медитации аспект познания тонкой реальности – каких-то вот таких вещей? Или это тогда уже не буддийская медитация, или это специальная медитация, о которой мы сейчас не говорим?

Is there the aspect of understanding of some subtle things or isn’t it the Buddhist meditation at all, or is it just a meditation that we don’t discuss now.
Alex: Well, the Buddhist meditations are… first of all, you say, it’s a type of therapy. Everything depends on the motivation. What is the aim; and what is the emotion driving us? If we were just aiming to improve this life then yes, it’s a therapy. If we’re aiming for liberation and enlightenment, it’s not just a therapy.

Алекс: Что касается терапии, то всё зависит от нашей собственной мотивации. Если мы стремимся к улучшению этой жизни, то, да, это терапия, это превращается в терапию. Но если мы стремимся к освобождению, или просветлению, или к улучшению следующей жизни, то это уже не терапия.

If we’re aiming for liberation and enlightenment, of course it’s going to help in this life as well.

Да, стремление к освобождению и просветлению помогут нам также и в этой жизни.

But remember, in the very beginning, I said one of the ways to listen to the teachings is in terms of: “I’m a sick person, the teachers are the doctor, and the teachings are the medicine.” So a type of therapy, a type of treatment.

Да, в некотором смысле, как я говорил вчера, изучение и практика буддийского учения похожи на лечение. То есть вот есть подход, когда мы рассматриваем себя как больного, учителя как врача и учение как лекарство.

Now are the teachings more subtle than what I’m explaining? Yes, very, very, very much more subtle – I’m explaining on a very simple beginning level, using the example of meditation on death – but when we get to meditations on voidness, it’s called, then it becomes extremely, extremely subtle; or meditations on the nature of the mind, it’s extremely subtle. Dzogchen, and mahamudra, these are unbelievably subtle. It’s very difficult to know even what they’re talking about.

Является ли то, что я объясняю по поводу учений, самым глубоким уровнем понимания? Есть ли какие-то более тонкие вещи? Да, конечно, есть более тонкие вещи. Мы сейчас берём очень простые примеры. Я объясняю на очень простом уровне. В качестве примера здесь непостоянство и смерть, но мы можем изучать и на более глубоком уровне, например с точки зрения пустотности. Или, например, мы можем изучать махамудру и дзогчен – это ещё более и более тонкие вещи.

So with voidness, we have to recognize how our minds project all sorts of nonsense on to everything that we experience, every moment.

Когда мы говорим о пустотности, то, занимаясь этими медитациями, мы исследуем, как наш ум проецирует различную чепуху на все вещи, с которыми мы встречаемся.

And there are deeper and deeper and deeper and deeper levels of subtlety of what we project, we don’t even begin to recognize in our usual daily lives.

И существуют всё более, и более, и более тонкие уровни этих проекций, большинство из которых мы и не осознаём в нашей повседневной жизни.

Then we… because we believe that these projections are corresponding to reality, then we react to it. In terms of, if you use a very simple example, paranoia: you project everybody is against me and then you get very frightened. We project so much, that it is very difficult to recognize how subtle it is.

У нас есть очень много проекций, и некоторые из них настолько тонки, что их очень трудно обнаружить. Например, паранойя, когда нам кажется, что все другие настроены против нас.

We believe that our projection corresponds to reality and then we respond with a disturbing emotion.

Мы верим, что наша проекция соответствует действительности, и в результате мы реагируем на это с тревожащими эмоциями.

And so, yes it’s unbelievably subtle to recognize the projection, to realize that voidness means that a real correspondent to this projection doesn’t exist. It’s not referring to anything real. So that’s what’s void, that’s what’s absent, and then to be able to focus on what actually exists – this is unbelievably subtle.

И в этом случае нам нужно устранить, отмести все эти неправдоподобные проекции, которые не соответствуют тому, как вещи существуют в действительности, и сосредоточиться на том, что же у нас осталось, когда мы всё это убрали. И это очень тонкая вещь.

And the nature of the mind and what provides the continuity of the mind, that’s extremely, extremely difficult to recognize what it is. What in the world are they talking about? So it’s very, very subtle

И природа ума – то, что поддерживает продолжительность ума от момента к моменту, – обнаружить её, понять, чем она в действительности является, – это очень и очень тонкий, очень сложный момент.

and to say – just quiet down and then it will be obvious to you – well that’s misleading. It’s not obvious. I mean, it’s there all the time, but that doesn’t mean that automatically it’s going to be easy to recognize.

И если кто-то говорит, что нужно расслабиться и вы тогда всё сами увидите, то, может быть, нам это и не удастся. Потому что, хотя в нас присутствует это всё время, у нас это уже есть, но только лишь одно расслабление – позволит ли оно увидеть нам?

Participant: The question is regarding enlightenment itself. So could you please explain the fundamental Mahayana view on what happens when there are more than just one enlightened mind? We know there are a lot of sentient beings becoming Buddhas in the universe. So are they becoming like this one Dharmakaya on a certain point or certain label or it goes on some different way.
Alex: Ah, good question, very difficult question. Could I explain what happens with when we become enlightened, especially when there’s more than one enlightened being in relation with Dharmakaya? Do we all become one, etc?

Вопрос о том, что происходит с точки зрения учений махаяны, когда существо достигает просветления. То есть если несколько существ достигают просветления, являются ли они одним и тем же или нет?

Now I have to control myself because to answer your question probably would take at least an hour.

Мне придётся взять себя в руки, потому что, чтобы ответить на этот вопрос, мне понадобится не меньше часа.

There’s no simple answer to that.

На этот вопрос нет простого ответа.

First of all, when we speak about a mental continuum, they’re all individual.

Для начала, когда мы говорим о потоке ума, то все они индивидуальны.

So even after we become enlightened, we still maintain our individuality.

Даже когда мы достигнем просветления, мы всё равно сохраним свою индивидуальность.

Shakyamuni Buddha is not Maitreya Buddha.

Будда Шакьямуни – это не Будда Майтрейя.

Now, they’re not identical; but they’re not totally unrelated either.

Они не являются одним и тем же, и также они не являются чем-то, абсолютно не имеющим друг к другу никакого отношения.

Now it is a Hindu teaching that when we achieve liberation, we become one with Brahma, one with the universe, universal mind type of thing. Very nice, but that’s not the Buddhist teachings – that’s one of the brands of Hindu teachings, so we have to distinguish: that’s not what Buddhism says. You still retain your individuality.

Есть учение в индуизме о том, что все существа едины в Брахме, и надо понимать, что это не буддийское учение.

Buddhism doesn’t say that we all become one. That’s what Hinduism says.

То есть буддизм, в отличие от индуизма, не говорит, что мы все станем чем-то одним.

As one of my friends puts it: “We all don’t all become one big undifferentiated soup.”

То есть, как говорит один из моих друзей: «Мы не станем все одним большим, безраздельным супом».

The danger of thinking like that is that we then give up any individual responsibility for our actions – if we are all one, in one big soup.

Опасность такого способа мышления в том, что мы можем потерять ответственность, свою индивидуальную ответственность, думая, что всё это один большой «суп».

So, what is an illusion is not our individuality. What is the illusion is that we exist totally separately from everybody and everything else. That’s an illusion.

Иллюзия – это не то, что мы являемся индивидуальными личностями. Иллюзией является то, что мы как бы отдельны друг от друга.

It’s not an illusion that I’m an individual.

Индивидуальность – не иллюзия.

I’m not you.

То есть я – это не вы.

I’m not this room.

Я – это не комната.

But it is an illusion that I exist separately, independently of everybody and everything else. The reality is that we are all interdependent, interrelated.

То есть иллюзией является то, что я существую независимо, отдельно от всего остального. Потому что на самом деле природа вещей такова, что всё взаимозависимо.

So when we think of an enlightened mind, and I’ll try to keep it simple and not too long since we have many other things to talk about, we can think of some sort of universal mirror. A universal mirror reflects and takes in all the information of everything

Поскольку у нас недостаточно времени, чтобы обсуждать это очень подробно, я попробую обрисовать это вкратце. Представьте, что существует огромное вселенское зеркало, которое воспринимает всё, что происходит, абсолютно всё,

and it reflects everything equally,

и всё абсолютно чётко и одинаково отражает.

but we can have many different universal mirrors.

И существует много таких универсальных вселенских зеркал,

They all reflect everything equally

каждое из которых отражает всё одинаково.

but they retain their individuality. They’re individual universal mirrors.

Они отражают всё одинаково, но при этом они являются разными зеркалами, разными вселенскими зеркалами.

I think it’s a little bit analogous to that. One aspect of Dharmakaya… I mean there’s many aspects… but one aspect is this omniscient mind that’s aware of everything of everybody equally.

Один из аспектов дхармакайи – это способность познавать всё, и это является иллюстрацией этого аспекта.

Last question, then we go on.

Давайте последний вопрос, и мы продолжим с темой.

Участник: Вот если взять два вселенских зеркала, то отражения в одном и отражения в другом, они одинаковые?

Participant: If we take two different mirrors, are the reflections in these mirrors the same?
Alex: Are the reflections the same? The content is the same,

Алекс: Да, содержание отражения одно и тоже.

but then it becomes a very difficult question. Where is a Buddha located?

В общем, это уводит нас к другому очень сложному вопросу – где расположен будда?

Now we start to get more complicated, now we have to go into our one hour discussion,

Но чтобы не втянуться в часовую дискуссию, нам нужно прекратить заниматься этим вопросом.

because now we’re talking about the energy of the enlightened mind and if the enlightened mind pervades everywhere, then so does the energy. So can you have more than one set of energy in the same place at the same time? Now it gets very complicated.

Эта тема связана с энергиями, с просветлёнными энергиями, которые находятся повсюду, охватывают всё, и вопрос в том, находятся ли эти энергии в разных [местах].

If the mind pervades everywhere, the flipside of the mind, the awareness, is the energy of that awareness. This is the subtlest body of a Buddha. When we talk about mind, the subtlest mind, from one point of view; it is a way of knowing things.

Когда мы рассматриваем ум, то, с одной стороны, ум – это способность познавать вещи.

The very subtlest level that is underlying each moment,

На очень тонком уровне, который присутствует в каждый момент времени,

more subtle than conceptual mind, more subtle than any of the level of where you have disturbing emotions and so on,

и он находится на более глубоком уровне, чем концептуальный ум и все тревожащие эмоции,

that’s referred to as clear light mind.

и он называется умом ясного света.

And in its unstained level, it’s known as “rigpa” in dzogchen.

И это незагрязненный уровень, в дзогчене называемый «ригпа».

It’s very, very difficult to recognize; really, really difficult.

Его очень трудно распознать, это действительно очень трудно.

But that’s just looking at this phenomenon from one point of view. From another point of view, when you look at the same phenomenon, there’s an energy which is involved with this.

Вот что мы увидим, если посмотрим на какое-либо явление [на ум] с одной точки зрения. Если мы посмотрим с другой, то мы увидим участвующие в этом энергии.

So if that awareness is of everything simultaneously, then you would have to say that energy is everywhere simultaneously.

Если это осознавание пребывает везде одновременно, познаёт всё одновременно, то получается, что и эти энергии присутствуют абсолютно везде.

So, then I was asking the question, which of course our scientific friend is asking, which is: “Can you have two things that are both everywhere at the same time?” Can they occupy the same space at the same time, if we want to be very scientific about it?

И мой учёный друг спросил вопрос о том, могут ли эти две вещи присутствовать в одном месте одновременно.

If one Buddha is filling the universe, is there room for anything else?

Если [один] будда занимает место во всей вселенной, то остаётся ли в ней место для других вещей?

And yes there is.

Да, остаётся.

So we now have to investigate much, much more deeply what in the world do we mean by subtle energy, what in the world do we mean by occupying space and are we thinking in terms of very concrete solid objects that cannot be in the same space at the same time? Can you have two radio waves intersecting each other? Or, that’s maybe not a good example because you get interference, but you know what I mean, can things somehow intersect? Are there clear boundaries and big solid lines around things? No.

И это вопрос о том, насколько твёрдо мы воспринимаем эти вещи, то есть кажется ли нам, что эти вещи занимают какое-то реальное место, подобно тому как все вещи были бы твёрдыми и были окружены, в переносном смысле, белыми линиями вокруг. То есть, в действительности, нет. И для этого нам нужно разобраться, что из себя представляют эти тонкие энергии, действительно ли они имеют такое прочное, твёрдое существование. И они, может быть, больше подобны радиоволнам. Например, радиоволны могут существовать параллельно друг другу, но, может быть, это не очень хороший пример, потому что если две радиоволны существуют одновременно, то тогда происходит интерференция.

So the problem here in understanding is projection. The projection that things like Buddha bodies and mind and omniscience and all these things are solid, concrete objects, and when you think in those terms, then of course it doesn’t make sense. So, one has to always bring in the teachings on voidness, and, you know, the type of projections we have about how things exist and so on.

Из того что у нас существуют проекции по поводу того, как существуют вещи, нам начинает казаться, что все вещи, даже такие тонкие, как всеведущий ум будды и другие, обладают твёрдым существованием. И если мы рассматриваем учение таким образом, то тогда они зачастую становятся бессмысленными.

It’s like a Buddha just communicates, and everyone understands it in their own language.

Например, когда говорит будда, то все существа понимают его на своём собственном языке.

So then you ask the question: Well what actually is the sound that Buddha is making?

То можно задать вопрос: «Хорошо, в таком случае, какой звук издаёт будда?

Is it just noise and then everybody hears it in their own language?

Он издаёт какой-то шум, а каждый слышит его на своём языке?»

And you’d have to say, “No, stupid, it’s wrong.

И приходится говорить: «Нет, это глупо, это не так».

You can’t ask that question. That’s an irrelevant

Спросить это можно, но вопрос неправильный.

because sound only makes sense in terms of somebody hearing it, and if somebody hears it, they hear it in their own language. It doesn’t just exist by itself.”

Потому что, когда звук раздаётся, то он слышен только для того, кто его слышит, а он слышит его на своём языке. Звук не существует сам по себе.

So, we have to, at some point, say: “I really don’t understand what enlightenment actually could be and I need to understand more. I need to study more; I need to build up some more positive energy so that somehow my mental blocks can be overcome so that my mind can think in more abstract ways and not such concrete ways.”

И в какой-то момент мы понимаем, что мы всё-таки не очень хорошо понимаем, что такое просветление. И тогда мы принимаем решение накапливать положительную силу, которая позволит нам в дальнейшем, когда наши умственные блокировки будут исчерпаны, когда мы их устраним, понять, что это такое.

These are very difficult questions.

Это очень сложный вопрос.

Okay. Now we’re ready to look at the third step, meditation

Теперь мы готовы перейти к третьему этапу, к медитации.

and I would like as an introduction to this,

И в качестве предисловия к этому, я хотел бы,

before we really get into this discussion of meditation,

перед тем как мы действительно перейдём к обсуждению медитации,

to just go through a passage that Tsongkhapa wrote about how to meditate.

изучить то, что сказал Цонкапа о том, как медитировать.

Tsongkhapa was a great Tibetan Buddhist master

Цонкапа был великим буддийским мастером.

and he wrote a letter to a friend; and although it has a different title, to make it a little bit easier since its title is so similar to many other things that Tsongkhapa wrote, that I call it A Letter of Practical Advice on Sutra and Tantra. It’s what I’m teaching nowadays in Berlin, and the classes are on the website. You can even listen to them as podcasts.

Цонкапа написал письмо своему другу, но, для того чтобы не путать это письмо с другими письмами, которые писал Цонкапа, я называю его «Письмо с практическими советами о сутре и тантре». Учение на эту тему я провожу в Берлине сейчас. И их можно найти и прослушать на моём сайте.

And Tsongkhapa says, “We have to discern” – in order to meditate, you have to be able to discern – “what are the causes for the state of mind that we are trying to achieve.”

Цонкапа говорит о том, что, для того чтобы медитировать, нам важно с помощью проницательности различить, какие факторы способствуют возникновению тех состояний ума, которые мы стремимся достичь.

Like for compassion; you have to know the causes for it. This is the axiom of dependency, that to develop the wish for others to be free from suffering we have to recognize that we’re interrelated with them, otherwise we don’t care about them: how everybody’s been our mother and I mean there are so many different stages that we could add before this, before compassion.

И, например, в случае с состраданием. И это тоже самое, что и первый пункт – зависимость. Мы обнаруживаем, какие условия способствуют появлению у нас умственного состояния сострадания. То есть мы понимаем, что все мы взаимосвязаны с другими и поэтому для нас имеет значение страдание других существ.

And compassion depends on having renunciation, which means recognizing our own suffering, being determined to be free of it, and then realizing that everybody else has that same suffering and the same wish. Determination to be free, that’s usually called “renunciation,” now focused on others, this is what it depends on – compassion depends on. So you have to know that.

Также причиной сострадания является отречение – то, что обычно называют отречением, то есть наша собственная решимость быть свободными, освободиться. Мы осознаём, что мы сами страдаем, и после этого у нас появляется вот это вот отречение, то есть решимость освободиться. И мы направляем, переворачиваем, разворачиваем это состояние и на других существ, понимая, что они так же хотят освободиться от страданий, как и мы.

So, if we’re actually going to try to generate now the state of compassion in our meditation, to accustom ourselves to it, then this point of dependency is very important

Если мы действительно хотим создать у себя в уме, зародить у себя в уме сострадание, то понимать это, то есть то, на что опирается сострадание, от чего оно зависит, очень важно.

because – although eventually with a great deal of practice and familiarity we will be able to generate compassion just like that in a moment – at the beginning we will have to go through the steps to build ourselves up to that so that we actually feel it sincerely.

Да, потом, когда мы будем знакомы с состраданием, мы сможем вызывать его мгновенно, но пока мы с ним ещё не достаточно хорошо знакомы, мы его создаём как бы искусственно, то есть с помощью чего-то. И потом, когда мы сделаем это, мы сможем чувствовать его искренне.

So, like this, to be able to meditate, to actually meditate with compassion, we need to know the steps, the causes, what will it depend on.

Поэтому, для того чтобы медитировать на сострадание, важно знать причины, благодаря которым оно появляется.

And then he says, “We need to know the aspects.” So what does that mean? The “aspects” means that if we are to generate compassion, the wish for others to be free from their suffering and the causes for suffering, well we have to know all the different aspects of suffering and the different aspects of the causes of suffering if we’re going to want them to be free of that.

И далее говорится о том, что важно понимать аспекты. Что это означает? Это означает, что если мы хотим другим существам помочь освободиться от страданий, то мы должны обнаружить: «А какие есть аспекты страданий?» – то есть все возможные аспекты этой проблемы.

To meditate with love and compassion, you just don’t sit there and go, “Ah how nice, I love everybody.” It’s not like that. That’s much too vague; it’s very, very specific. Every state of mind that we are trying to develop through meditation practice is specified very, very precisely. And Tsongkhapa here is mentioning all the things that will enable us to specify the state of mind that we are trying to work with.

Да, мы можем медитировать, например, на любви в очень размытой, расплывчатой форме – просто сидеть и думать: «Да, я люблю всех» – и так далее. Но для того, чтобы действительно получить это переживание, важно чётко определить, в отношении кого мы испытываем сострадание и любовь, почему и так далее. То есть Цонкапа, он в данном случае перечисляет те нюансы, благодаря которым мы сможем действительно точно развить в себе это чувство.

And then we have to know – very, very important – “What is it that we are focusing on when we are practicing developing this state of mind or practicing being in this state of mind?” What do you focus on? What actually appears in our minds?

Далее, очень важно понимать, на чём мы сосредоточиваемся, когда пытаемся зародить в себе то или иное состояние ума, на чём сосредоточен наш ум и что происходит.

So, with compassion, what we’re focusing on is other beings and their suffering.

В случае сострадания объектом нашего фокуса являются другие существа и их страдания.

If we are meditating on bodhichitta, for example,

Например, если мы медитируем на бодхичитту,

it’s completely different.

то всё уже здесь будет отличаться.

Compassion is something that bodhichitta depends on, that’s part of the causes of how you build up to bodhichitta.

Сострадание – это то, на чём основана бодхичитта; это одна из причин, благодаря которой мы можем развить бодхичитту.

With bodhichitta, we’re focusing on our own individual enlightenment

Обладая бодхичиттой и медитируя на бодхичитту, мы сосредоточиваемся на нашем собственном будущем просветлении,

which has not happened yet,

которое пока ещё не произошло,

but it can happen on the basis of our Buddha-nature factors.

но оно может произойти на основании факторов нашей природы будды.

Now how you focus on your enlightenment which has not yet happened becomes very subtle.

И поэтому сосредоточиваться на просветлении, которое пока ещё не случилось, довольно трудно – это тонкий момент.

So we can focus on a Buddha image to represent that. There are many ways of focusing on that, but we have to understand what is it that we focus on.

Поэтому мы сосредоточиваемся на изображении будды, которое воплощает, символизирует в себе состояние, которое мы стремимся достичь. И при этом нам нужно понимать, что именно символизирует это изображение.

Otherwise we’re told meditate with bodhichitta, and you sit there and have no idea what in the world to do.

Иначе получится, что мы медитируем на бодхичитту, но мы сидим и у нас нет ни малейшего представления о том, что же мы делаем.

And then it just degenerates into sitting there and: “Oh I love everybody I wish everybody’s happy,” but there’s nothing specific about it. It’s too vague.

И мы можем сидеть и медитировать, действительно иметь состояние ума, думать: «Я люблю всех, я хочу им добра», – и так далее, но в этом есть нечто расплывчатое, это очень расплывчатое состояние ума. Оно недостаточно точное.

And in addition to what we’re focusing on, what appears to the mind, we have to know how the mind is relating to that.

Кроме того объекта, на котором мы сосредоточиваемся, нам ещё важно понимать, как наш ум взаимодействует с объектом сосредоточения.

When we are meditating on compassion or with compassion, we’re focusing on the suffering of others,

Когда мы медитируем на сострадании, или с состраданием, фокусируясь на страданиях других,

and we’re not just watching it in our minds – how interesting –

мы не просто сосредоточиваемся на них и думаем: «Как это интересно», –

but the way that the mind is relating to it is with the wish that they be free from this, that it be gone, that suffering be finished, be gone, that they be free of this suffering.

но наш ум сосредоточивается на этих страданиях с желанием, чтобы эти страдания закончились, прошли, чтобы эти существа освободились от них.

And that is not just the wish that somebody else help them with their suffering or that just it be gone in general, but that I’m going to try to help them to overcome that. So there’s some responsibility there. It’s not yet the responsibility to bring them all the way to enlightenment, but responsibility to help them overcome their suffering.

И это не просто общее чувство, что мы хотим, чтобы они избавились от страданий. Это ещё и ответственность с нашей стороны, что мы хотим помочь им избавиться от страданий. И пока это ещё не ответственность за то, чтобы привести их к просветлению, но эта ответственность…

Translator: Not enlightenment, but liberation?
Alex: No, what I’m saying is that we’re not yet at the step, just with compassion alone, of wishing to bring them all the way to enlightenment. We’re not yet at that step. That’s a different meditation. Now with compassion we just want them to be free of suffering

То есть, обладая состраданием, мы желаем им освободиться от страданий, мы пока ещё не желаем им достичь просветления. Это разные вещи.

and take responsibility to help everyone be free from suffering.

«Я принимаю на себя ответственность помочь другим освободиться от страданий».

There’s another state of mind called the exceptional resolve. It’s the next step in bodhichitta meditation in which we take the responsibility not just to help them to be free of suffering, but the responsibility to bring them all the way to enlightenment. It’s a bigger step.

А после этого есть ещё одна последующая, более высокая ступень в развитии бодхичитты. Это желание не только освободить их от страданий, но и привести к просветлению.

So, again, we have to know what all this relies on:

И опять же нам нужно понимать, на чём это базируется, на что это опирается.

compassion, great compassion that’s directed equally at everyone. That’s a lot of beings, everyone.

Сострадание, настоящее сострадание, направляется на всех существ одинаково в равной степени, несмотря на то что их очень много.

We can’t even begin to imagine everyone

Мы можем разве что начать представлять их всех.

and understanding that we’re talking about: “I’m going to help every insect in the universe.” We’re talking here about every individual mental continuum that in this particular lifetime, because of their karma, are manifesting an insect life. That doesn’t mean that they are permanently an insect. I’m not going to liberate the insect, but that being.

Мы не просто пытаемся освободить какое-то существо, например насекомое, а мы понимаем, что у этого существа есть поток ума и именно этот поток ума перерождается то насекомым, то кем-то ещё. То есть мы стремимся освободить именно этот индивидуальный поток ума.

So, I’m going to help that being who because of unfortunate circumstances in this lifetime is born as an insect, but last lifetime was my mother.

Я пытаюсь освободить индивидуальный поток ума, который в этой жизни из-за неблагоприятных обстоятельств переродился насекомым, но в прошлой жизни это могла быть моя мать.

And even my mother in this lifetime, last lifetime she might have been a worm.

И то существо, которое в этой жизни является моей матерью, в прошлой жизни, может быть, было червяком.

So to have this universal compassion equally toward everybody, that’s unbelievable. And the basis for it is equanimity, opening our minds out to all others, etc. So we have to know all of that in order to be able to actually meditate on compassion in the proper way. It’s not just meditate on our friend: “I wish they could find a job.”

Итак, это сострадание – это всеобъемлющее чувство, которое направлено в равной степени на всех существ, и здесь много аспектов: и то, что оно в равной степени направлено, и другие аспекты. То есть мы не просто хотим, чтобы наш друг получил работу. То есть это какое-то конкретное, очень точно определённое состояние ума.

So, bodhichitta; we’re focusing on our own enlightenment which has not yet happened, but which can happen,

Бодхичитта – это состояние ума, когда мы сосредоточиваемся на своём собственном просветлении, которое пока ещё не случилось, но которое может случиться.

and the way our mind is relating to is with the intention: “I’m going to achieve that; and what I’m going to do when I’ve achieved that is benefit everybody as much as possible.” That doesn’t mean I wait until I become a Buddha before I help anybody. I help them as best as I can all along the way.

И когда мы направляем свой ум на эту цель – как мы относимся к этой цели, как мы соотносимся с ней? Мы к ней стремимся, то есть мы стремимся достичь вот этого нашего просветления, причём, достигнув его, мы стремимся помогать другим существам. И те только достигнув его, но и на пути его достижения. То есть мы не просто ждём, пока мы достигнем этого состояния, а потом только поможем другим.

So, again, what does this depend on?

То есть, снова – от чего это зависит?

Compassion. We have to be convinced that, it is possible to, for people to actually be free of their suffering. If we aren’t convinced that it’s possible for them to be free of it, how can we wish for them to be free of it?

В случае сострадания нам важно быть уверенными в том, что другие существа действительно могут освободиться от своих страданий. Если мы не верим в то, что это возможно, то как мы можем желать, чтобы они освободились?

And what really is compassion? It’s not just for them to be free temporarily, but we want them to be free… so you have to know the aspect… we want them to be free of it so that the suffering never happens again.

И мы хотим, чтобы они освободились не на какое-то короткое время, а освободились так, чтобы потом уже у них это страдание никогда не возникало. То есть нам снова нужно знать какой-то аспект.

So we have to know that, in order to be able to actually do the Buddhist meditation on compassion.

Чтобы практиковать эту буддийскую медитацию на сострадание, нам нужно знать это.

What are we actually wishing them?

К чему мы действительно стремимся, чего мы действительно хотим?

And do we think that it’s possible for them to be free and that is based on having become convinced that I can become free from my suffering.

То есть мы должны быть уверены в том, что они могут освободиться от своих страданий, а это возможно благодаря уверенности в том, что мы сами сможем освободиться от страданий.

And being convinced that I am capable of helping somebody else to overcome their suffering.

И нам нужно также быть уверенными в том, что мы можем помочь другим освободиться от этих страданий.

And then having the realistic understanding of what I am capable of, what even a Buddha is capable of, and what we’re not capable of. So a realistic attitude of how can you actually help somebody.

То есть нам нужно обладать реалистичным подходом: что мы можем сделать, чтобы помочь другим, и чего мы не можем сделать.

So, all of these are necessary to know very specifically before we sit down and try to generate this state of mind and make it into a habit. Otherwise, it’s too vague.

Перед тем как мы сядем и действительно начнём медитировать на это, нам нужно очень точно знать, что это такое, на что мы собираемся медитировать. В обратном случае это будет очень расплывчато.

So we start to appreciate how precise and sophisticated meditation actually is, the real thing, how sophisticated it is.

И в этом случае мы понимаем, насколько тонкой, насколько сложной в действительности является настоящая медитация.

Perhaps we can even use the word “scientific.” It’s very scientific and we get precise. I know exactly what I’m doing and what I’m generating.

Можно даже сказать «научна». То есть мы очень точно должны знать, что мы собираемся делать.

So it’s not necessary for me to read this text, to read it to you, it’s on my website, but these points are all explained here by Tsongkhapa. He lays it out very carefully. That’s why it’s a text of practical advice; how you actually do it.

В этом тексте – я не буду читать его, потому что он есть на сайте, – Цонкапа описывает, как именно нужно заниматься этими медитациями, поэтому этот текст и называется «Письмо-совет о практике» или «Письмо с практическими советами».

So now we can appreciate even more why we have to listen to the instructions, you have to get the instructions, you know, exactly what we’re doing in this meditation. If you don’t have all the instructions, and you don’t have the correct instructions, you’re going to do something different, something that is not what Buddha’s talking about.

И тогда мы понимаем важность получения инструкций, причём большого количества точных инструкций, для того чтобы мы действительно понимали, что мы делаем в своей буддийской практике.

And you have to think about it, because we have to become convinced, as in the case of compassion, that it is possible to be free of suffering and that I am capable of helping somebody and what help can I actually give.

И мы должны быть убеждены в том, что освобождение от страданий возможно, что я могу освободиться от страданий и могу помочь другим это сделать, и как именно мы можем помочь.

So all of that’s taken care of in the first and second steps before the meditation.

И нам необходимо выяснить все эти вопросы и получить на них ответы до начала третьей стадии – медитации.

And then Tsongkhapa also points out its very important what we do in between our meditation sessions.

Далее Цонкапа говорит о том, что мы делаем между сессиями медитаций.

He says we need to read various scriptural texts that deal with this topic of what we’re meditating on.

Важно читать различные тексты на тему медитаций, как действительно работать с медитацией.

So on the one hand it confirms our appreciation that “Yes, this is really what Buddha taught” – we have more confidence in the teaching;

С одной стороны, это поможет нам быть уверенными в том, что это аутентичное учение, учение Будды,

and it gives us some inspiration by reading about other great masters who have developed compassion, what it actually is like and so on.

и также это даст нам вдохновение: читая о просветлённых мастерах, которые практиковали сострадание так же, как и мы, мы будем получать информацию об этом.

And between sessions, Tsongkhapa emphasizes, everybody emphasizes this, we need to build up positive force and cleanse ourselves of negative force: purification practices.

Очень важно заниматься очистительной практикой, то есть, как говорит Цонкапа и другие учителя, очень важно заниматься накоплением положительной силы и заниматься очищением отрицательной силы.

I use the term “positive force.” That’s often translated as “merit” but merit I think gives the wrong idea. Merit sounds as though collecting points and if you get a hundred points, then you win. It’s not like that.

Когда я говорю «положительная сила», я имею в виду термин, который часто переводят как «заслуга» или «заслуги», но это, может быть, не столь удачный перевод, потому что он может подразумевать в себе накопление очков, то есть, когда мы накопим тысячу очков, мы выиграем.

What I think is a closer example or analogy is we’re building up a charge, a positive charge, like charging your cell phone, your mobile phone, so that it will work. If you get enough energy into it, then it will work; with not enough energy it’s not going to work. And so it’s very much the same thing in terms of our minds.

Это больше напоминает энергию или заряд, например, заряд нашего мобильного телефона. Когда у нас мобильный телефон достаточно подзаряжен, тогда он работает, а если нет – то нет, и похожим образом действует и наш ум.

So it’s not our punishment or the price we have to pay to use the mobile phone that we have to charge it at night. It’s just obviously that’s how it works. It’s not a punishment that we have to charge the phone.

Процесс зарядки телефона не является наказанием или ценой за то, чтобы завтра утром у нас был телефон, который подзаряжен. Просто это естественный ход вещей: нам нужно это сделать.

If you want to use the mobile phone you have to charge it; simple as that.

Если вы хотите использовать мобильный телефон, вам нужно его подзарядить, вот и всё.

So the same thing that we have to do, as I say, with our mind; and these cleansing practices, these purification processes, help us to overcome our mental blocks. That’s what we’re basically dealing with here.

То же самое и очищение ума, практики по очищению ума, которые помогают нам очистить, преодолеть блокировки, которые есть в нашем уме.

You know what a mental block is? You feel: “I just can’t understand that”

Эти ментальные блокировки, на что они похожи? Это такое чувство: «Я не могу понять этого», –

or it can be an emotional block.

или это может быть эмоциональный блок.

And building up more and more positive force and doing the various purification practices enable us to break through these blocks so that we can gain insight and understanding.

Накопление положительной силы и очищение наших блокировок поможет нам в результате получить понимание и постижение каких-то вещей.

So, on a practical level what does that mean?

Что это означает на практическом уровне?

On a practical level it means: when we are trying to understand something even in our work, and we can’t understand, we take a break,

Это означает, что если мы не понимаем что-то – это даже может быть связано с нашей работой, – то, чтобы понять, нам сначала нужно сделать перерыв,

and we go and we try to do something helpful to others.

и мы можем пойти и сделать что-то полезное для других.

And by working to help others in some sort of way, then usually when you come back, the mind is in a more positive state. I mean even just in a very superficial level, the mind is in a more positive state, and we are usually able to understand a little bit better.

Если мы пойдём и поможем другим, то, вернувшись, наш ум, как минимум на поверхностном уровне, будет в более правильном, в более хорошем настроении, или состоянии, и благодаря этому мы сможем решить эту задачу с большей вероятностью.

I find this very true from my own experience.

И на своём опыте я убедился, что это действительно так.

I get stuck in my work,

У меня были трудности во время работы…

difficulty in writing something or explaining something or whatever it is that I’m doing.

Когда у меня появляются трудности, например, написать что-то или сказать что-то,

And then I go on a teaching tour,

то я отправляюсь учить в тур,

which is not just stimulating but if we look at it from a Buddhist point of view, it’s building up some positive force – by trying to help people.

поскольку я пытаюсь помогать людям, то с буддийской точки зрения я накапливаю определённую положительную силу,

And I come back and maybe the first hour or two I’m tired, but in general I’m very much energized and it’s much easier to then break through whatever was blocking me before, and write, or whatever it is that I am doing much better. This I have found is true from my own experience.

то по возвращении, хотя первый час или два я буду чувствовать усталость, но в целом моё состояние ума будет более бодрым, более активным, более готовым выполнить ту задачу, которую мне было трудно выполнить до того, как я уехал. Вот это я понял из своего опыта.

So, we may not go out on teaching tours,

Мы, наверно, не можем разъезжать с учениями по стране,

but whatever is normal in our lives, there must be some activity that we can engage in which is beneficial to others; whether it is spending more time with our children, or whatever, going visiting a sick older relative who’s lonely, whatever it is. Something positive is very important to do.

но в нашей жизни, в нашей ситуации тоже может быть какое-то дело, которое можно сделать, положительное дело. Например, мы можем больше времени уделить детям или мы можем поехать и навестить родственников пожилых, которые живут далеко и одиноки.

Although there are many ritual practices that we can do, a real life practice I find is much stronger.

Хотя есть много ритуальных практик, которые можно делать в этом случае, я нахожу более полезными вот эти реальные ситуации.

Okay. So, I have been told that we need to bring our session to a close, so I guess that’s it for today.

Я думаю, что на сегодня всё.

We end with the dedication

Мы заканчиваем посвящением.

and dedication is very important actually because we build up some positive energy, some positive force through listening to teachings.

Посвящение очень важно – посвящение в смысле, что мы посвящаем ту силу, положительную силу, которую мы накопили.

And what we try to do with the dedication is… it’s like pushing the energy in a certain direction which on a more practical level is making a deeper impression on our minds, on our mental continuums.

И мы делаем примерно следующее: мы эту энергию направляем в определённом направлении, и, благодаря тому что мы это делаем, эта энергия оказывает большее влияние на наш ум.

It doesn’t just disappear.

Она не просто рассеивается.

So we think whatever positive force, whatever positive energy and whatever understanding we have built up, may it go deeper and deeper

Мы думаем: пусть та положительная сила и энергия, которую мы накопили, то понимание – пусть оно углубляется и углубляется, или усиливается и усиливается,

so that it enables me to reach enlightenment and be of best help to everyone; and not just me, that I may be able to reach enlightenment, that everybody is able to reach enlightenment.

и пусть оно станет таким, что в результате я смогу достичь просветления и помочь другим – и не только я, но чтобы все другие тоже в результате достигли просветления.

Shantideva in his great text, Engaging in Bodhisattva Behavior, has two types of dedication in different parts of the text.

Шантидева в своём тексте «Начиная практику поведения бодхисаттвы» в двух разных частях текста приводит два разных посвящения.

One part he’s saying as a dedication, “May I be a doctor for all beings, may I be a bridge to help everybody go across to liberation and so on.” So it’s more in the sense of may I be able to do that.

В одном случае он говорит: «Пусть я стану доктором для всех существ, кто болен, пусть я стану мостом для тех, кто хочет пересечь реку». То есть такое посвящение больше касается нас самих.

But the last chapter, it’s more in terms of “May everybody be free, may all the hell realms be emptied.” It’s a vast dedication for everybody not just for me, “May I be able to help them,” but form the point of view of others.

А то посвящение, которое приводится в последней главе, оно говорит: «Пусть все существа достигнут освобождения, пусть все ады перестанут существовать». То есть оно скорее написано с точки зрения других существ, а не с точки зрения нас.

So when we make dedication at the end of the day or any positive activity, it’s important to be aware of these two aspects, two ways of dedicating. Alright?

Поэтому, когда мы делаем посвящение в конце дня или в конце какого-то дела, важно помнить оба аспекта посвящения.

May everybody become enlightened and may

С одной стороны, пусть все достигнут просветления,

I be able to help everybody to become enlightened.

и также пусть я стану способен принести всем [просветление].

Not talking about may you become enlightened and then you help me; That’s not quite it. So, dedication.

И мы не говорим о том, что пусть другие достигнут просветления, а потом помогут мне: это не тот подход.