Библиотека Берзина

Буддийская библиотека д-ра Александра Берзина

Перейти к текстовой версии страницы. Перейти к разделу навигации.

Слушание Дхармы, размышление и медитация

Александр Берзин
Москва, Россия, май 2009
русский перевод: 1 сессия – Александр Нариньяни, 2-6 сессии – Евгений Бузятов

Часть первая: Введение

расшифровка аудио
Слушать аудиоверсию этой страницы (1:22)
This evening I’ve been asked to give a general talk about meditation

Сегодня вечером меня попросили рассказать вам, дать общую, вводную лекцию о том, что такое медитация.

for an audience that might not necessarily already be doing meditation or might not necessarily be familiar with Buddhism,

И ориентироваться при этом на аудиторию, которая не обязательно состоит из тех, кто уже занимается медитацией и даже не обязательно причисляет себя к числу буддистов.

and since I don’t know everybody here and I don’t know your backgrounds then I will assume that that’s the audience that I’m speaking to.

И коль скоро я не знаю всех вас лично, я буду резюмировать, как бы полагать, обращаясь к вам, что вы являетесь вот такой аудиторией, я буду говорить для вас, для неё.

So, if I say things that you’re already quite familiar with, please be patient.

Если я буду говорить вам те вещи, которые вы и так уже без меня давным-давно знаете, пожалуйста, проявляйте терпение.

When we speak about mediation in a Buddhist context, we’re talking about something quite specific.

Когда мы говорим о медитации в буддийском контексте, мы подразумеваем нечто очень специфическое.

In general, in the world nowadays we hear a lot of this word “meditation,”

В наши дни в современном мире мы очень часто слышим этот термин в совершенно разных контекстах – «медитация».

and many people look to it to help them with various things in life

Многие люди обращаются к этому занятию, к этому действию, ища в нём какой-то способ помочь себе в повседневной жизни.

because the word “meditation” has gotten a good reputation.

Потому что медитация – сам этот термин, этот термин «медитация», это понятие, репутация его довольно хорошая.

But when it actually comes to doing it, people very often have no idea what to do.

Но зачастую, когда люди подходят собственно к необходимости выполнения этой медитации как таковой, они не очень-то понимают, а что же это собственно такое, что надо делать.

Most of us have the idea that at least we need to sit down and try to be quiet,

Большинство людей и некоторые из нас приходят к тому, что медитация в конечном итоге – это просто, хотя бы, как минимум сидение с успокоенным состоянием.

but then the big question is: then what?

А затем встаёт большой вопрос: и что тогда, и что дальше?

So this is what I’d like to speak about this evening.

И вот примерно о том, что дальше, я хотел бы поговорить сегодня вечером.

The word “meditation” is translating a specific Sanskrit word which is translated into Tibetan,

Медитация – это определённый санскритский термин, не сама медитация, а медитации соответствует в санскрите определённый вполне термин, который имеет свой эквивалент при переводе на тибетский.

and the Sanskrit word has the connotation of making something actually happen or actually be the case.

И именно семантическая коннотация, то есть смысловое поле санскритского исходного термина, относится к деланию чего-то актуальным, к деланию чего-то существующим, к производству чего-то; примерно такой смысл.

And the Tibetans translated it with a word which means to build up a certain habit. By building up a habit, then we make something a part of ourselves.

Тогда как при переводе на тибетский язык этот термин, исходный термин, в тибетском языке соответствующий этому санскритскому, относится больше к глаголу «привыкать к чему-то, приучать себя к чему-то, делать что-то своей привычкой», то есть частью своего характера, своей природы.

So, what we’re trying to do with meditation is basically bring about a change in ourselves in such a way that it actually happens.

И по сути, что мы делаем посредством медитации, ради чего мы медитируем – для того, чтобы вызвать некие перемены в нас самих, к которым мы привыкнем и которые станут чем-то произошедшим в нас, некой нашей чертой, составляющей.

And that change would be something beneficial.

И эта перемена, которую мы пытаемся вызвать в нас посредством медитации, полагается, что она некая благая перемена, полезная.

And so the question is why would we want to change?

И вопрос возникает: «А зачем нам меняться, к чему что-то менять?»

And we want to change because the way that we are and the way that we’re leading our lives and so on is unsatisfactory.

Мы пытаемся изменить что-то в себе, мы пытаемся изменить что-то в образе нашей жизни, потому что мы признаём эту нашу жизнь неудовлетворительной.

We’re not happy with the way that we are, with the way that we feel, with the way that we’re relating to other people, to work, to family,

Мы не довольны тем, как мы живём, как мы себя чувствуем в этом мире. Мы не довольны тем, как мы ощущаем этот мир, что мы переживаем, какие связи мы выстраиваем с другими людьми. Мы не удовлетворены этим.

and we want to improve it.

Мы хотим улучшить всё это.

Now, that’s very important that we want to improve it, we want to change.

Это очень важный момент: мы хотим улучшить это, мы хотим вызвать некие перемены.

It’s not that we want to escape it by going off into some fantasy land with meditation.

Очень важно понимать это изначально: что это не попытка избежать чего-то, уйти от чего-то, это не попытка эскапизма в какое-то вымышленное сказочное состояние в медитации. Это не бегство, но это попытка активно изменить что-то.

There are many other methods that we could use if we just wanted an escape.

Если мы хотим лишь бегства, то существует множество других способов, которые рационально применять.

We could take alcohol, we could take drugs, we could do so many things –

Бегство хорошо достигается посредством приёма алкоголя, наркотиков и прочего.

listen to music all day long, always have an iPod in our ears so that we don’t have to think about anything.

Всё время иметь в ушах наушники, айпод, который будет постоянно греметь. Музыка будет греметь в наших ушах, в голове, и мы не сможем ни о чем думать, то есть такое бегство.

And, while we’re under the influence of these things, perhaps our problems don’t seem so strong or so real.

И когда мы находимся под воздействием всех этих отвлекающих факторов, тогда наши проблемы и тяготы какие-то не будут казать такими уж весомыми, такими уж реальными, присутствующими.

But those problems come back. We haven’t learned to deal with them in any better way.

Но если мы не научимся, как работать с ними, как устранять их какими-то более существенными, более реальными способами, они неминуемо однажды вернутся.

So if we look at meditation as just another type of drug, then it’s not going to be of great long lasting help.

И если мы будем рассматривать медитацию, относиться к медитации как лишь к иному виду наркотиков, к иному виду стимулирующих субстанций, тогда польза, которую приносит медитация, не будет для нас долгой.

And unfortunately many people do use meditation like a drug,

К сожалению, многие люди как раз и используют медитацию в качестве такого наркотика.

especially when the meditation is not really what you would call meditation, but it’s just doing some sort of ritual –

В особенности когда медитация – это не то, что мы подразумеваем во всей полноте этого термина, говоря медитация, но некая ритуалистическая практика.

especially if it involves ringing bells and banging drums and doing all sorts of things like that –

В особенности если она подразумевает множество таких ритуальных действий, как звон в колокольчики, битьё в барабанчики и прочее.

then what we’re doing is what I like to call making a visit to Buddhist Disneyland.

И тогда, то, чем мы занимаемся, – это то, что я обычно называю посещением буддийского Диснейленда.

It doesn’t make very much of a change in ourselves;

Это не производит фундаментальных перемен в нас.

it’s really an escape.

Это действительно эскапизм, бегство.

Whereas if we’re doing meditation in the way that it is intended in the Buddhist tradition,

Тогда как если мы выполняем медитацию в том смысле, в каком она задумана, в каком она объясняется в буддийском учении,

then we are not trying to escape our problems,

тогда мы не занимаемся бегством от наших проблем,

but rather we are trying to deal with them and overcome them.

но пытаемся работать с ними и пытаемся преодолевать их.

So, it’s a very courageous effort, not a cowardly effort to run away.

И это на самом деле весьма отважное действие, а не трусливое действие – разворот и бегство.

And, when doing something which requires a great deal of courage and bravery, then of course it’s not going to be so easy; we have to be prepared that it’s not going to be necessarily fun.

И выполняя любое действие, которое подразумевает наличие определённого куража, смелости, отваги, бесстрашия, – а медитация является именно таковым, правильная медитация, – не следует ожидать, что это будет обязательно что-то совершенно лёгкое и беззаботное, что это будет одним лишь радостным событием, таким приятным времяпрепровождением; это не так.

I think the model that is perhaps helpful here is the model of physical training.

И метафорой или примером, сравнением, которое можно здесь привести, – наверно, уместно будет сравнить медитацию с неким физическим упражнением, тренировкой.

When we undergo a process of physical training, then of course our muscles might hurt after a session,

Когда мы упражняем своё тело интенсивно, вполне возможно, что мышцы наши будут болеть после тренировок.

but we’re willing to endure that difficulty in order to get stronger.

Но мы добровольно принимаем на себя эти страдания, мышечные боли и сносим их терпеливо, понимая ту пользу, которая последует за этим.

So, the same thing happens when we’re doing meditation,

И то же самое происходит, когда мы медитируем.

but in the Buddhist tradition of Tibet we’re not necessarily working on the body.

Но в тибетской буддийской традиции в медитации мы не обязательно работаем над телом.

You have in some other forms of Buddhism a combination of working on the body with martial arts but that’s not in the Tibetan tradition.

В других формах буддизма также присутствует работа над телом и различные боевые искусства широко распространены, но это не традиция Тибета.

That doesn’t mean that there’s anything wrong with training the body,

Это не значит, что что-то изначально неправильно в медитациях, связанных с работой с телом, боевыми искусствами. Это не значит это.

in fact it’s very helpful.

На самом деле это действительно полезно.

However, the main focus is on training the mind.

Однако основным фокусом этой практики является работа с умом.

And when we say training the mind, we’re working not simply on the intellect, but we’re working on the emotions, the heart.

И когда мы говорим «упражнение ума» или «тренировка ума», «работа с умом», мы не обязательно подразумеваем один лишь интеллект, эту рассудочную часть ума. Мы говорим также и о сердце, фигурально, или об эмоциональной составляющей.

The great Indian Buddhist masters emphasized this when they said if you want to start a Buddhist practice, what you really need to start with, what’s most fundamental is tame your mind.

И это подчеркнул очень чётко один древний индийский буддийский мастер, говоря о том, что если вы хотите практиковать буддизм, сущность буддийского пути, то прежде всего вам необходимо усмирить свой ум.

Because the way that we act, the way that we behave, the way that we communicate is all ruled really by our state of mind.

Потому что то, как мы ведём себя, как мы коммуницируем, общаемся с другими на уровне тела или речи, всему этому предшествует некое состояние нашего ума. Это определяющий фактор.

So if we’re following a Buddhist tradition that also trains the body, that always needs to be done together with training the mind.

И если мы следуем той буддийской традиции, которая делает основной акцент на тренировке тела, например как в боевых искусствах, то необходимо понимать, что этому должна сопутствовать также существенная тренировка и работа с умом.

It’s not just athletic training.

И не следует видеть в этом просто какое-то атлетическое упражнение.

So, in the Tibetan tradition, as I say, the emphasis is working with the state of mind,

И как я уже сказал, в тибетской традиции основной акцент делается на работу с умом.

and what we need to recognize is the reason I’m having difficulties in my life with various things is because of something that’s unsatisfactory with my state of mind.

И необходимо, соответственно, уловить эту связь, понимать, что та неудовлетворённость, которую мы ощущаем: от нашей жизни, от наших взаимоотношений, от всего вокруг нас – она каким-то образом связана с некой дисфункцией, с чем-то, что не в порядке в нашем уме, в образе наших мыслей.

If we examine ourselves honestly, we find that we have a lot of disturbing emotions.

И если мы исследуем себя честно и непредвзято, то мы обнаружим, что в уме нашем полно различных тревожащих эмоций:

We have anger,

У нас есть гнев,

greed,

зависть, жадность,

selfishness,

самовлюбленность,

jealousy,

зависть, ревность,

attachment,

привязанности,

arrogance,

гордыня,

naivety.

наивность –

There’s a whole long, long list of these disturbing emotions

очень и очень длинный перечень всех этих тревожащих эмоций.

and, if we go even deeper, there’s insecurity, confusion about what life is all about, etc, etc.

И если мы будем спускаться ещё глубже, исследуя тайники своего ума, мы обнаружим там такие глубоко укоренившиеся незащищённость, неуверенность и непонимание вообще, что такое эта жизнь, к чему это всё – вот такие вот стороны.

And, we seem to be out of control because these disturbing emotions dominate our state of mind

И создается впечатление, что мы на самом деле не управляем своим умом, поскольку все эти омрачённые и тревожащие эмоции ведут себя в нём как им угодно, правят им.

and cause us to behave, to communicate, to speak with others, to relate to others under the influence of these disturbing emotions, which then just creates a lot of problems for ourselves and of course problems for others as well.

И заставляют нас поступать, заставляют нас говорить, коммуницировать с другими определённым образом – не исходя из нашей воли, но исходя из того состояния ума, которое они собой представляют. И такие способы общения и поведения – ясно, вполне понятно, что они причиняют проблемы нам самим и проблемы окружающим.

And, even when we’re by ourselves, we find that our minds are uncomfortable, racing with all sorts of disturbing thoughts and we have difficulty. We’re not happy.

И даже находясь наедине с самими собой, не коммуницируя, не общаясь ни с кем, не взаимодействуя, мы всё равно, находясь во власти этих омрачённых, возбуждающих, тревожащих состояний ума, не находим покоя, не находим счастья. Они тревожат наш ум, они нас угнетают, они не дают нам покоя.

So, meditation is intended to help us to change this situation.

И именно медитация призвана помочь изменить нам эту ситуацию.

But not change it in the sense of just taking some narcotic or anesthesia in our minds so that we don’t think anything. That’s not the solution.

Но помочь нам не в таком ключе, как помогает наркотик или некая анестезия, просто лишающая чувств наш ум и анестезируя его, не оставляя в нём никаких мысленных процессов, – нет, не такая помощь.

But, unfortunately some people look at meditation like that, that if you just sit down and just shut everything out and somehow that will make the problems go away.

Но, к сожалению, как я уже говорил, многие люди именно так воспринимают медитацию – как некое средство, позволяющее нам просто сесть и отключить наш ум, оставив его совершенно пустым, и ничего в нем не происходит, нас это не заботит.

But rather what we need to do is actively attack these problems. Often we find in the Buddhist literature this very strong marshal type of language that these disturbing emotions are really our enemy.

И вместо этого буддийская медитация предлагает нам агрессивно атаковать эти проблемы, нацелиться на них и работать с ними. И очень часто в буддийских учениях используется такая агрессивная, воинствующая лексика, описывая эти процессы работы с внутренними проблемами.

Now, to call them our enemy doesn’t necessarily mean that we make them into some sort of monster, and we’re afraid of them, and you get all paranoid. That’s certainly not the way to get rid of them.

И используя подобную воинственную лексику, называя эти проблемы внутренними врагами и ведя войну против них, используя оружие и так далее, это вовсе не значит, что мы должны развивать какую-то паранойю, страх, боязнь и истерию по поводу этих проблем.

But rather we recognize that this is what we have to work on. We have very beautiful Buddhist texts that say, “I’ve had enough already of you causing me all these problems and troubles. Now your time is over.”

И вместо этого мы идентифицируем их как ключи от наших проблем, обозначаем эти проблемы, эти состояния ума как внутренних врагов. И есть очень красивое высказывание в одном из классических текстов, когда практикующий восклицает: «Довольно! С меня довольно! Хватит! Я не позволю вам больше причинять мне проблемы! Я вас уничтожу!»

So we roll up our sleeves and now we’re going to sit down and try to change our states of mind.

Итак, мы преисполняемся решимости, закатываем рукава, засучиваем рукава и садимся, решив разобраться с этими проблемами и изменить способ нашего мышления.

And this is what meditation is all about.

И вот тут начинается медитация. Вот что такое медитация.

Meditation is a method to train ourselves to build up more beneficial habits; to change our habits.

Медитация – это процесс направленной работы по изменению мыслительных привычек, или привычек, стереотипов функционирования нашего ума, для вытеснения негативных и развития, насаждения в уме позитивных.

And we’re talking here about the habits of the way that we think, the way that we feel, the way that we respond emotionally to things.

И мы говорим здесь о привычных стереотипах мышления, концептуального мышления, эмоционирования, то есть каких-то эмоциональных реакций, реагирования на то, что делают другие.

And, we do that by training, by repetition. It’s a very scientific type of method. We train ourselves.

И развиваем всё это посредством медитации, которая есть неустанное повторение, которая есть привыкание, и тем самым это довольно научный, объяснимый метод – метод прививания себе определённых благих привычек.

And, like when we train ourselves in athletics, or playing a musical instrument, or in dancing, in the beginning it seems quite artificial. But after we become familiar, it becomes very natural to us.

И это верно и в таких обычных, мирских дисциплинах, как, например, спорт, какие-то виды атлетики или, например, музыкальные упражнения, какие-то исполнительские искусства. Сначала всё это выглядит довольно искусственно и натянуто, наигранно, но затем, когда мы достигаем совершенства, то всё это становится вполне естественным и натуральным, спонтанным.

So, the same thing is true with what we do with our minds and emotions and feelings.

И то же самое реально и для нашего ума, для нашей работы с нашим мышлением, с нашими эмоциями, с нашими чувствами.

Now, a big question comes up. Can we really change?

Но здесь возникает резонный вопрос: «А можем ли мы действительно измениться?»

In order to work on changing ourselves, we have to become convinced that it’s possible.

Для того чтобы приступить решительно к работе над собой в попытке измениться, мы должны изначально понимать, что мы действительно можем измениться, что есть шанс.

If we say, “This is the way I am and that’s it. I can’t do anything to change it, so I have to just shut up and live with it.”

Если же мы верим в то, что «вот он я, вот такой, какой я есть, я не могу измениться, мне надо с этим жить, заткнись и получай удовольствие;

“I’m an angry person, I have a bad temper and this is the way I am.”

я гневливый человек, я злой человек, я таков, такова моя природа и вот».

If we identify so strongly with that then of course it will be difficult to change.

Если в нас сильна такая самоидентификация, если мы действительно отождествляем себя с подобными состояниями ума, то нам будет очень сложно начать работу по этой трансформации, измениться.

So, we have to analyze and look at ourselves honestly. “Why do I identify with this?

Нам необходимо исследовать себя, анализировать, и задаться вопросом, и найти ответ: «Почему я таков, могу ли я измениться?»

If this is really who I am, I’m an angry person, then I should be angry all the time.”

Если это действительно то, кем я являюсь или чем я являюсь, – гневный человек, тогда я должен гневаться всегда. Если это моя природа, я должен быть всегда злым.

And to blame others, well, “I’m angry because my mother and my father did this or that, and the economy is like this or that.” That doesn’t really help, does it?

И тогда обвинения других людей или каких-то неодушевлённых факторов в том, что мы столь гневливы, что мы такие злые, – например, это наши родители, отец или мать, что-то сделали со мной не то в детстве, не так меня воспитывали или это события на финансовом рынке, в экономике, из-за этого я так злюсь, – тогда это теряет смысл.

“I understand that I’m angry because of this or that,” we might come to that conclusion. “But can I really change?” That’s another question, isn’t it?

И если мы придём к пониманию того, что «о‘кей, я злой, потому что я обусловлен теми-то и теми-то вещами, родителями, то-то и то-то, происходящее во внешнем мире; но могу ли я что-то поменять, могу ли я измениться, есть ли у меня потенциал для перемен?»

So, we have to look deeper,

Итак, нам необходимо смотреть глубже.

and try to analyze, well, “Where do these emotions come from, these disturbing emotions that I’m identifying with?”

И попытаться проанализировать, отыскать, откуда происходят, откуда возникают эти омрачённые, или тревожащие, эмоции, с которыми я себя идентифицирую.

Because even if I say to myself very strongly, “Don’t be angry, don’t be greedy, don’t be selfish,” it’s very hard to stop, isn’t it?

Потому что даже если я очень сурово, решительно скажу себе: «Перестань гневаться, перестань злиться, перестань быть жадным или перестань быть таким эгоистом», – очень сложно одним лишь этим заявлением перестать.

So how do we change the way that we feel, emotionally?

Как изменить наши эмоции, как изменить способ переживания или ощущения чего-то?

Buddhism says that what is underlying our emotional state is what we call our “attitude.”

И буддизм, буддийское учение говорит о том, что таким базовым фактором, который предшествует всем этим негативным эмоциям, нарождающимся в нашем уме, является то, что на английском – attitude, а на русском это как подход или отношение. Это сложный термин для перевода адекватно на русский.

And so we need to look a little bit more closely at what we mean here.

И поэтому, следует здесь разобраться подетальнее, что именно мы вкладываем в этот термин.

What we’re talking about here is how we view things, how we regard things.

Это то, как мы смотрит на вещи, как мы воспринимаем вещи: отношение.

For example, let’s say we have work and then we lose our job.

Давайте рассмотрим пример: у нас была работа, мы её потеряли.

So, we can look at this as the most horrible thing that could happen

Мы можем смотреть на это как на самое ужасное происшествие, которое только могло случаться.

and then how do we feel? We could feel angry, we could feel depressed.

Как мы чувствуем себя в результате? Мы злы, мы в депрессии.

Why do we feel angry and depressed?

Почему мы угнетены, почему мы злимся?

Well, it is because we think it’s the worst thing that could happen in the world.

Потому что мы относимся так к этому, или мы думаем об этом так, что это самая ужасная вещь на свете, которая могла произойти, – потеря работы.

We lost our job, that’s a fact.

Мы потеряли работу – это факт.

We can’t change a fact.

Мы не можем изменить факт реальности.

But what we can change is the way that we regard the loss of that job

Но что мы можем изменить – это наше отношение, или подход, attitude, наш взгляд на этот факт реальности.

and that’s what we mean by this word “attitude.”

И это именно то, что мы подразумеваем: это отношение.

We can look at this, losing our job, in a different way,

Мы можем посмотреть на этот факт реальности, на потерю нами работы под другим углом.

for instance this gives us more time to spend with our children.

Например, полагая, что это предоставит нам больше времени, больше шансов проводить свободное время с детьми, со своей семьёй.

This gives me a chance to change my occupation, to do something different.

Это даёт нам шанс сменить род своей деятельности и заняться чем-то более интересным.

This might not help us economically,

Это необязательно экономически будет для нас прибыльным, или выгодным,

but at least we don’t feel as bad about it.

но по крайней мере мы не будем так уж переживать по этому поводу.

And so, this is what we can focus on in meditation –

И вот то, на чём мы можем фокусироваться в ходе медитации, –

on how we regard things.

на том, как мы воспринимаем вещи, как мы относимся к вещам.

Because as I say, the way that we regard it influences the way that we feel.

Потому что, как мы уже разобрались, то, как мы относимся к вещам, определяет в большой мере то, как мы чувствуем потом, какие эмоции у нас рождается.

My closest friend died last week. This is true.

Это реальный факт, который я рассказываю вам. На прошлой неделе мой ближайший друг умер.

And, it’s sad.

И это грустно.

Certainly I feel sad about it.

Это печально, и я грущу по этому поводу.

I think that’s healthy, there’s nothing wrong with that.

Но я думаю, что это здоровое происшествие [то, что я грущу], нет ничего в нём изначально неправильного, это естественно.

I’m certainly not happy that he died.

Я не говорю, что я рад или счастлив, что он умер.

But how can I work with my state of mind here?

Но как я могу работать со своим умом вот в данной ситуации?

I had a feeling, an intuition that I should call my friend that week just before he died, but I never got around to doing it.

У меня был такой интуитивный позыв – позвонить, пообщаться с этим моим другом за неделю до того, как он умер, но как-то у меня не получилось это сделать.

And he died very suddenly. He was perfectly fine and he was taking a shower, had a heart attack and just dropped dead in the shower, just like that, instantly.

Он умер внезапно, моментально. Это была скоропостижная смерть. С ним было всё в порядке, он принимал душ – инфаркт – и упал замертво.

So it’s completely unexpected.

И это совершенно было непредсказуемо, никто этого не ожидал.

So I could, of course, feel tremendous regret that I didn’t speak to him when I thought I should speak to him,

И конечно, я мог ощущать глубочайшее раскаяние, какие-то терзания по поводу того, что не позвонил ему, когда чувствовал, что надо было бы и мог бы.

and be very angry with myself,

И злиться на себя.

and then think of all the things that I would have wanted to say to him if I knew he was going to die but I didn’t have the chance.

И думать о всех тех вещах, которые я мог бы сказать ему, если бы я позвонил ему, когда он ещё был жив, а я не позвонил.

And thinking like that would have resulted in my feeling much worse.

И подобный ход мыслей заставил бы меня чувствовать себя гораздо хуже.

But, instead, I changed the way that I looked at his death

Но вместо этого я попытался изменить отношение к его смерти.

and instead I remembered all the happy times that we had together,

И вместо этого я припомнил все те счастливые, радостные моменты, которые мы с ним провели.

and how many wonderful things we shared – we had been friends for thirty-five years –

И сколько у нас всего было радостного и весёлого, и мы были друзьями в течение 35 лет.

and how privileged I was to have known very closely such a wonderful person. He was a very fine person.

И как мне повезло, что мне довелось знать этого замечательного человека, а он действительно был замечательным человеком.

He was probably the most sincere and intense really authentic Dharma practitioner of any Westerner that I’ve known.

И он, пожалуй, был наиболее подлинным, искренним и прочувственным, интенсивным практикующим Дхарму из западных людей, которых мне когда-либо довелось встречать.

And so, I regard him with great inspiration and now I need to carry on even more strongly with my practice.

И он являлся для меня таким объектом вдохновения, и теперь я черпаю вдохновение из его примера в своей личной практике. Это даже меня подталкивает практиковать ещё более интенсивно.

And, just as he looked after his wife, her emotional state and so on, I knew he would feel very very comforted if he knew that I was emotionally supporting his wife, and so I have been.

И то, как он относился к своей жене, он поддерживал её эмоционально, я знаю, что он был бы счастлив, если бы я смог поддержать её в эти трудные моменты, и я поэтому помогаю ей эмоционально.

This is the result of meditation.

И всё это результат медитации.

Meditation doesn’t mean that you gain supernatural powers or anything exotic.

Медитация не означает, что вы обретаете какие-то паранормальные силы, что-то такое экзотическое, истерическое.

The result of meditation is that when you’re faced with a difficult situation in life

Медитация означает, что когда вы в жизни сталкивались с какими-то сложными обстоятельствами

and you find yourself starting to get into a very negative and unhappy state of mind and emotional state,

и существует опасность впадения в какие-то очень негативные эмоционально, отрицательные состояния ума,

then first of all you have enough understanding to know that if I go down the road of this negative way of thinking and feeling, it’s just going to make things worse and worse and worse and I do not want that.

то когда это начинает происходить, у вас есть достаточно понимания и осознанности, чтобы вы сказали себе: «Если я последую сейчас по этой дороге вот этих вот мыслей или эмоций дальше и дальше, глубже и глубже, то это приведёт меня лишь к негативным, отрицательным последствиям», – и вы это осознаёте, понимаете.

And I know what would be a better way of regarding this death, this terrible situation,

И вы знаете, что есть более положительный, иной, отличный от этого способ отношения к происходящему, например к этой смерти близкого вам человека.

and I have enough training, through meditation, to be able to change the way that I look at it, and look at it in a more positive way like I described, and this changes the way that I feel emotionally.

И у вас достаточно опыта, достаточно уверенности в своей медитации, чтобы вы смогли должным образом направить свой ум в верное русло, изменить своё отношение к этому событию и испытывать по его поводу не отрицательные, а положительные эмоции.

So, I’m still sad at losing my friend,

Я по-прежнему огорчён потерей друга.

but in addition I’m very happy that I knew him and how more enriched my life is that I can incorporate his values and his way of life into my own. So there’s a certain happiness that softens that sadness.

Но сверх этого, или в дополнение к этому, существует аспект радости и счастья, который смягчает эту горечь утраты и который по сути есть радость от ощущения того, как мне повезло знать этого замечательного человека, быть близким к этому человеку и ощущать его вдохновляющее воздействие, присутствие в своей жизни, в своей практике.

So, then we have to ask ourselves, “Am I capable of changing the way that I view things?” and we would have to conclude, yes.

Итак, мы исследуем то, способны ли мы претерпевать изменения, способны ли мы трансформироваться, изменяться под воздействием каких-то факторов – того, как мы реагируем, того, как мы мыслим, того, как мы чувствуем, – и приходим к заключению, что да, мы способны.

Things that we found so interesting, so wonderful when we were babies and when we were little children, now seem very silly and stupid, boring.

Например, те вещи, которые мы находили исключительно увлекательными, захватывающими и интересными, когда мы были маленькими детьми, теперь, будучи взрослыми, мы находим просто глупыми, никчёмными или смешными.

Our attitude, our way of viewing a baby rattle has changed very much as we grew older, didn’t it?

Если мы это будем утрировать, то есть брать наиболее яркий пример, то детская погремушка, которая полностью захватывала нас, и наше отношение к ней было таким, когда мы были младенцами, теперь она для нас уже такой роли не играет. Правильно? Мы относимся к ней иначе.

Okay, well, that changed over time, but it does indicate that the way that we view things changes.

Перемена эта, конечно, заняла определённое время, но это, тем не менее, демонстрирует, что перемена в принципе возможна, что отношение меняется, радикально.

So, once we become convinced, at least to a certain level, that it is possible for me to change, then we have to actually learn what are the methods for that.

И когда мы достигаем определённой степени убеждённости или уверенности в том, что в принципе эти перемены возможны, что они реальны, тогда мы задаёмся вопросом уже о том, каковы техники, каковы методы.

And meditation is actually the third step of three steps.

И на самом деле в буддизме медитация объясняется как третья ступень, или третий шаг, после первых двух.

These three steps are, first of all we have to learn about what would be a more beneficial habit – either hearing about it, listening to it, or reading it, or in some way we have to learn it.

И первый шаг, или первая стадия, ступень нашей практики именуется слушанием традиционно. Это означает любой вид, любая форма получения информации. Это может быть собственно слушание учения, это может быть чтение, такое визуальное восприятие, – любой способ получения информации о том, что полезно, о том, что вредоносно.

Now, this first step doesn’t mean that we understand it,

И этот первый шаг ещё не означает, что мы поняли то, что мы узнали.

but we are just able to discriminate correctly that yes, this is the Buddhist method, this is what it is. We have the correct information. So this first step is getting the correct information.

Но, по крайней мере, это получение какой-то корректной, достоверной информации о том, что вот таков он, этот буддийский метод, так написано.

Now, that might not be so easy, since there are many people who claim to be teaching Buddhist methods and so on who are not representing the authentic tradition.

И это само по себе может быть нелегким делом, поскольку существует на данный момент множество людей, утверждающих, что они являются аутентичными, подлинными буддийскими учителями, учащими буддизму, но на деле могут таковыми не являться.

And just because somebody writes a book and it gets published doesn’t mean that the content of that book is correct.

И то, что кто-то пишет книгу и затем эта книга публикуется, не означает автоматически, что информация, изложенная в ней, корректна.

And just because some teacher who teaches a method is very popular or very charismatic doesn’t mean either that what they teach is correct.

Как не означает корректности этой информации и тот факт, что учитель, передающий её, весьма и весьма популярен, знаменит или харизматичен.

Hitler was very charismatic and very popular and what he taught obviously was not correct.

Гитлер был весьма и весьма харизматичной фигурой и очень популярной фигурой, лидером, но то, чему он учил, сложно назвать корректным, или верным.

So, in Buddhism, one of the things that is emphasized so much is using our intelligence.

И в буддизме делается серьёзный акцент на использовании, необходимости использования нами своего разума, своего собственного интеллекта.

What differentiates us from animals?

Что отличает нас от животных?

An animal can be trained to do anything,

Животных можно научить делать практически что угодно.

but what we have over animals is we have an intellect. We’re able to discriminate between what’s helpful and what’s not helpful.

Что отличает нас в корне от животных? Это способность такого осмысленного различения, дискриминации: это полезно, это неполезно.

Even if we don’t understand at first, nevertheless we can use our intelligence to figure something out, to try it, to test it.

Даже если мы не знаем этого изначально – что верно и что ложно или что полезно и что вредно, мы можем использовать этот логический аппарат, для того чтобы изыскать это, понять это, протестировать и убедиться.

And this is something that we need to use when we listen to teachings or read teachings.

Именно этой своей способностью мы должны воспользоваться, когда мы входим на духовный путь, получаем учение.

Does this make sense? You have to look.

Необходимо убедиться,

Is it consistent with the other standing teachings on Buddhism?

подлинно ли это учение, достоверна ли эта информация, соответствует ли она другим учениям, даваемым в буддизме,

We investigate who is this author? Who is this teacher? What are their qualifications?

и исследовать, что это за информация? Кто её дает? Кто этот учитель, кто его учитель и откуда это?

And if we can’t find this out, then we listen a little bit and think and let’s see, well, how has it affected other people. There are many ways in which we can determine whether something is the real thing or not.

И существует множество способов дополнительных убедиться в достоверности этого учения. Если мы не можем убедиться в этом посредством исследования его источников: кто этот человек, кто его учителя, откуда оно пришло – мы можем сидеть какое-то время, слушаем его, примеряем его к себе, пытаемся проанализировать, понять, полезно ли оно или вредно, и так или иначе убеждаемся в его качестве.

Then, once we have correct information, then the next step after listening, receiving this information, or reading it, is to think about it.

Итак, предположим, мы завершаем этот первый этап буддийской практики, а именно слушание и получение некой информации, убеждаемся в её корректности – в том, что мы получили верную информацию о буддийском учении. Наступает время второго шага, а именно осмысления.

What is the purpose of thinking about it?

В чём цель размышления, или анализа, осмысления этого?

The purpose of thinking, pondering it, looking at it from different angles and so on, is to first of all understand it.

Итак, в чём же смысл такого аналитического исследования, или размышления о полученной информации, рассматривания её под разными углами?

The first thing that we want to gain is a correct understanding of this information. The first step was just that this is the correct information; we don’t necessarily understand it. Now we have to understand what that information means.

Первый шаг завершается заключением: это корректная информация, мы просто её получили. А второй должен вызвать за собой собственно понимание, постижение этой информации, понимание её.

And [the] second step is that we have to be convinced that this is true, what it says, what the Buddhist teachings are saying.

Результатом этого второго шага является убеждённость, достоверность знаний – того, что это истинно, того, что это верно, о чём говорят эти учения.

We could understand something and decide that this is garbage, this is not true.

И мы же можем понять что-то и в результате убедиться, что это мусор, что это не что-то истинное и что от этого необходимо избавиться.

So, we have to be convinced that it’s true,

Итак, нам необходимо убедиться в том, что оно верно.

and then we have to be convinced that it’s beneficial.

И затем нам необходимо убедиться в том, что оно полезно, что оно благотворно.

Everything the Buddha taught is for the intention of benefiting others. Buddha said that and so, is this beneficial or not?

Будда говорил, что всё, чему он учит, направлено во благо живых существ, чтобы принести им пользу. Нам необходимо убедиться в том, что эта информация, это учение – полезно оно или нет.

And we look to long-term benefit; short term might not be so pleasant. It’s like some medical treatments aren’t very pleasant to go through, but the long term benefit is much better, like for instance chemotherapy for cancer.

И здесь мы говорим о пользе в долгосрочной перспективе, мы не говорим о краткосрочной пользе, поскольку учение направлено именно на это. Оно может быть не столько приятным, не столь большим удовольствием в сиюминутной перспективе, как, впрочем, и многие медицинские процедуры и методы лечения, направленные на выздоровление, но малоприятные в короткой перспективе, подобно химиотерапии в лечении онкологических заболеваний.

Then, the last thing we have to be convinced of is that not only is it correct – I mean, not only do I understand it, not only is it true, not only is it beneficial – but I am capable of incorporating this into my life.

И затем последний фактор, в котором нам необходимо убедиться, последняя степень понимания, сверх просто знания этого, сверх понимания, что это истинно, и понимания, что это полезно, – это «могу ли я инкорпорировать, интегрировать это учение в своё бытие, в свою жизнь?»

If we haven’t done all of these things, and we haven’t come to all of these conclusions by really examining the teaching and thinking about it, relating it to our lives and to our experience, then what are we doing with meditation?

И если мы не пришли ко всем этим аспектам понимания, не обдумали всё это тщательно, не убедились во всём этом, не приняли этого, то что мы на самом деле вообще сможем делать с этой медитацией, которая третий шаг?

It’s like buying something without having examined do I need this, is it going to help me, etc. Is it any good?

Это как приобретение чего-то, в необходимости, полезности, уместности чего мы, должным образом не убедились, – какой-то вещи.

So, once we’ve done this second step of thinking about the teachings, then we’re ready to actually meditate.

И когда мы выполнили в полной мере этот второй шаг, заключающийся в осмыслении учения, извлечении всех этих пониманий, мы переходим к третьей фазе – к практике, а именно к медитации.

Now, of course that process of thinking about a particular teaching in and of itself is very beneficial and some people might even call that meditation.

И, безусловно, сам процесс размышления, сам процесс анализа таких учений, полезен сам по себе, исключительно полезен, и многие люди даже его называют медитацией.

We sit down and quietly examine ourselves, examine the state of mind, examine what would be better, examine how it might be possible to change. All of these things obviously are very helpful.

И все эти вещи, безусловно, весьма и весьма полезны. Мы садимся, мы успокаиваем свой ум, исследуя происходящее в нём. Откуда берутся наши проблемы? Как функционирует наш ум, как успокаивать его? Мы размышляем над всем этим, и это, безусловно, очень и очень полезно само по себе.

We get insight into ourselves;

Мы получаем некую долю прозрения,

and most people never take the time out to just sit quietly and look at themselves honestly.

потому что большинство людей вообще редко когда используют эту возможность – сесть в тишине обратить взор внутрь, как-то исследовать себя, войти в контакт с собой.

What is the state of my mind? What could be better? Is it possible to change? These are wonderful things to examine.

«Каково состояние моего ума? Что можно и чего нельзя в нём изменить? Как улучшить его?» – и так далее – это же замечательная активность сама по себе, подобные действия.

So, this is great, but this is only step two of the three steps.

Это замечательно, но опять же это не вся работа. Это лишь шаг два из трёхшаговой системы.

Now, what is formally called “meditation” is now the process by which we integrate this more beneficial state of mind or attitude into our way of being, our ordinary lives.

И шаг три, или собственно медитация, – это является уже интеграцией, активной интеграцией тех позитивных изменений, тех позитивных трансформаций, которые мы осмысливали на втором шаге, а понимали на первом. Вот наше бытие, наше существо.

Now, on the weekend we’re going to go into great detail about that, but here I just want to present a very general picture.

И в ходе этого уикенд-семинара, на выходных, мы более детально разберём, как это осуществляется, каковы там процессы. Сейчас же я лишь делаю общий, ознакомительный обзор.

We have two steps that are involved in our meditation.

И в медитации есть две общие фазы, или два общих шага, которые мы делаем.

The first phase, I call it “discerning meditation.” Most people translate it as “analytical,” but there are many reasons why that’s not the correct term.

И первая фаза именуется, я предпочитаю именовать её «различающая медитация», хотя обыкновенно она переводится как «аналитическая медитация». У меня есть различные контраргументы против такого перевода.

Because when you call it analytical meditation, just a very simple reason, most people then think its step two and this thinking about things and don’t realize that it’s a step beyond that.

Одна из основных причин, почему я избегаю перевода этого термина с тибетского как «аналитическая медитация» – потому что это влечёт за собой ошибочное понимание этой стадии, третьего шага медитации как второго шага из этих трёх: принимают его за второй, потому что там речь идёт об анализе, и люди путают, поэтому я называю её «различающая медитация» или «распознающая медитация».

So, here what we’re trying to do it to discern things in a certain way. Now, “discern” means to distinguish it in a certain way, to regard things in a certain way, with a certain state of mind or attitude.

В этой фазе мы пытаемся различать, распознавать или воспринимать вещи определённым образом, определённым положительным образом, который мы задаём первоначально, в определённом состоянии ума, поскольку важно это тоже.

So, let us use a very basic example. I think that will make it clearer.

Давайте используем такой очень понятный и простой пример, который прояснит.

Many people, when they start meditation, the first type of meditation they learn is to focus on the breath.

Итак, многие люди начинают медитацию с такого базового упражнения, как осознанное дыхание, или отслеживание своего дыхания.

Quiet down and just focus on your breath and try to make your mind quiet and not think anything.

Просто пытаются сесть спокойно, расслабить ум и пытаться отслеживать своё дыхание, не увлекаясь ни за какими мыслями.

Well, that would be a very simplistic way of stating the directions

Это будет слишком, наверное, простой, слишком упрощённый способ направления в действии медитации.

and it would be very difficult actually to do. That’s not easy to quiet down and just stay focused on your breath.

И на самом деле само по себе это уже не так просто – просто дышать, следить за своим дыханием, отслеживать его и ни о чём не думать.

But the meditation is much more than that.

Но медитация – это гораздо больше, чем лишь это.

So, what are we doing when we focus on the breath?

Итак, что мы делаем, когда мы фокусируемся на дыхании?

Well, there are many, many things that we can discern, in other words that we can understand, when we’re focusing on the breath.

Существует множество вещей, которые мы можем распознавать, различать или понимать, когда фокусируемся на дыхании.

You see, there has to be some understanding here, this is what is essential.

И важно очень, чтобы всегда в этом процессе должно присутствовать некое понимание.

Now of course it is important to quiet the mind of all its “bla bla bla” talking thoughts.

И конечно, важно изначально успокоить свой ум, унять в нём всю эту внутреннюю болтовню, все эти диалоги.

But just to quiet the voice in our heads is not enough,

Но просто приглушить голос, постоянно звучащий в голове, – одного этого недостаточно,

because we could also have silent movies running in our minds as well without any words,

потому что у нас также в голове будет с успехом крутиться немое кино постоянно.

and we could have all sorts of disturbing feelings and emotions as well. All of that has to be quieted.

И также у нас могут происходить всевозможные эмоции или какие-то тревожащие чувства и всё это также должно быть успокоено помимо голосового диалога.

But that’s just one side of what we’re doing:

Но это лишь одна сторона, одна грань того, что мы делаем.

that’s sort of getting rid of the static in the background.

Подобное избавление от статического напряжения, фонового напряжения.

But at the same time, we need to have some understanding of the breath.

Помимо этого должно присутствовать также определённое понимание, или осознавание, того дыхания, которое мы выполняем.

We’re focusing here on the breath. So, we could focus on the impermanence of the breath – it’s changing all the time.

Например, мы можем фокусироваться на непостоянстве дыхания, которое меняется каждое мгновение, оно течёт.

We could focus on there’s no separate “me” that is separate from this breath – I mean who’s breathing?

Мы можем фокусироваться на отсутствии какого-то «я», дистинктного, отдельного от того дыхания, которое течёт: кто здесь дышит?

There are many deep things that we could understand while focusing on the breath,

Существует множество таких глубоких вещей, истин, на которых мы фокусируемся и которые мы осознаём, понимаем в процессе этого осознанного дыхания.

but that’s not what we would start with.

Но, наверно, это не то, с чего мы будем начинать свою практику.

So, what would we start with?

С чего же мы начнём?

Well, now we go back – correct information.

И здесь мы возвращаемся к первому шагу – к верной информации.

Our situation is that we are under a great deal of pressure, and our work, our families, society, and our minds are always racing with worries and troublesome thoughts.

Ум наш постоянно заполнен тревогами, волнениями, какими-то дискурсивными мыслями, постоянно под серьёзным давлением на работе, дома, в социуме.

And I can’t relax.

И мы не можем расслабиться.

So what would be more beneficial would be somehow be able to be more relaxed and more grounded in just our bodies,

И может быть, разумно начать с того, чтобы попытаться просто расслабиться, как-то более-менее заземлиться, ощутить себя в своих телах.

and not just all the time – what we say in the West, in our heads – with all these worries and thoughts.

Вместо того чтобы жить всегда, как это принято говорить на Западе, «в головах», со всеми этими мыслями, треволнениями и прочим.

And although that is not going to ultimately solve all our problems, it would be a very constructive first step.

И хотя само по себе действие это и успех в нём не решит радикально всех наших проблем, но это полезный, необходимый первый шаг.

And so, by focusing on the breath, we come more in contact with the reality of our bodies.

Итак, фокусируясь на дыхании, мы входим в контакт, ощущаем реальность реалий нашего тела.

“I am alive” –

Я жив.

breath is a very good indication of that.

И дыхание – это очень значимый показатель этого.

And the breath goes on and on, it doesn’t stop so long as we’re alive.

И дыхание продолжается, вдохи и выдохи сменяют друг друга до тех пор, пока мы живы.

And no matter how difficult life might be, nevertheless that breath is still there, is still continuing.

И какой бы сложной ни была наша жизнь, невзирая на это, дыхание продолжается, вдох сменяет выдох.

And so if I can become more aware of that, more focused on that, that will make me more aware that my life is continuing. No matter what, life goes on.

И если я буду больше внимания уделять этому, если я буду более осознан в отношении этого процесса моего дыхания, то я буду осознавать также и то, что жизнь моя длится и продолжается, течёт своим чередом, что бы ни происходило.

Even that would be sufficient and very helpful when my friend died, that I see, well, life goes on. If somebody dies, well everybody dies and life goes on. By focusing on my own breath, that would bring me back to that understanding.

И даже это, это простое понимание, простое осознавание собственного дыхания уже способно существенно помочь даже при встрече со смертью. Когда мой близкий друг умер, осознавая свое дыхание, я понимаю, что жизнь продолжается. Люди умирают, все умрут, но жизнь при этом продолжается, течёт своим чередом, но это уже меняет отношение к происходящему.

So, we’ve gotten the information, and we thought about it, I understand it,

Итак, мы получаем информацию некую, мы понимаем её.

convinced that it makes sense.

Я убедился в том что, мы убеждаемся в том, что информация разумна.

Maybe we have to think about it a little bit more, but it seems to make sense.

Что информация эта разумна, что это действительно так. Мы можем побольше это проанализировать, поглубже, но мы убеждаемся в том, что это так.

Would it be beneficial to be able to see that life goes on and be more connected with my body and not totally lost in my frightened and depressed thoughts? Yes, it would be beneficial.

И мы спрашиваем себя: «Будет ли это более полезным – находиться в контакте со своим телом, нам быть заземлённым в теле, например осознавать его дыхание, а не быть постоянно в голове со всеми дискурсивными, беспорядочными, депрессивными мыслями? Да, – мы понимаем, – это действительно более полезно», – мы видим, в чём польза этого.

And, am I capable of being focused and aware of my breath? Well, yes, if we just stop even for one or two seconds, I could notice my breath; it’s there.

И мы задаёмся вопросом: «А способен ли я осознавать своё дыхание, отслеживать своё дыхание?» Да, конечно, мы способны: если мы даже на секунду-две сейчас замрём и ощутим своё дыхание – да, это в наших силах.

So, on a very simple level we have done step number two.

И вот так на этом очень простом уровне, на простом примере мы прошли шаг один и два.

It doesn’t have to be on such a deep, sophisticated level. Of course, the deeper it is, the more convinced we are; but this is enough.

Необязательно всё это делать на самом глубочайшем и тончайшем уровне, хотя, конечно, чем глубже и тоньше уровень, тем больше пользы, тем выше ориентация, выше эффект. Но даже на таком уровне мы можем эти шаги пройти и убедиться в их эффективности.

And of course we have to get the instruction of how to meditate and understand that as well.

И конечно, изначально нам необходимо получить наставления по медитации, получить методы каких-нибудь медитаций и знать, как их выполнять.

So, we need to sit down quietly.

Итак, нам необходимо сесть в тишине.

We don’t have to necessarily sit in some exotic position if it’s uncomfortable,

Совсем необязательно принимать для этого какую-то экзотическую позу, которая для нас некомфортна.

but certainly no music or anything like that. It needs to be quiet; we don’t want to be distracted.

Но, безусловно, не должна при этом присутствовать музыка, например, какие-то отвлекающие факторы. Мы не для отвлечения это делаем.

We don’t want something artificial from outside being what is responsible for quieting our minds and putting us in a good mood and we become dependent on that like a drug.

Мы же не хотим создать некую причинно-следственную устойчивую связь между каким-то внешним, привнесённым, искусственным фактором и нашим ментальным спокойствием. Мы же не хотим создать ещё одну зависимость – что только при таком условии мой ум спокоен, создать для себя новый наркотик.

And we try to focus on the breath coming in and out.

И поэтому мы фокусируемся на дыхании, на вдохах и выдохах.

There are many places we can focus on it – at the nose, at the navel, going up and down the body. It doesn’t make any difference. I mean it does make a little bit of difference if we get very specific, but just focusing on the nose as it goes in and out is sufficient.

И мы можем выбрать множество точек тела, на которых мы фокусируемся в процессе осознанного дыхания – это как бы не так уж важно. Это может быть пупок, это может быть ноздри и кончик носа, гортань – что угодно. На самом деле это важно – в каких-то более глубоких разбираться деталях, но на этом уровне это всё равно.

Now, we have to focus with understanding and of course we try to quiet the mind and, if our mind goes off on other thoughts, we try to bring it back on the breath. That of course we do; it’s very difficult but we try to do that.

И мы пытаемся фокусироваться на дыхании, фокусировать на нём своё понимание, и при этом мы пытаемся избегать отвлечённости ума, то есть, если возникают какие-то мысли, ум наш уносится отвлечённый, мы возвращаем его и вновь помещаем на исходный фокус.

And of course one of the most important instructions is, don’t try to meditate for too long.

И естественно, очень важной изначальной инструкцией, наставлением в медитации будет «не пытайтесь сразу медитировать слишком долго».

In the beginning, just try it for a minute or two.

Вначале попробуйте делать это хотя бы минуту или две.

To try to quiet the mind for a half hour – it’s going to be impossible and it will be a torture.

Попытаться поддерживать умиротворённость ума в течение получаса сразу – это будет невозможно совершенно, это будет пыткой для вас.

And it will be a session in mental wandering, that’s all.

И это всё закончится негативной сессией по блужданию мыслей – и всё.

So, not very helpful.

И пользы от этого будет мало.

So very short in the beginning

Итак, вначале – чем короче, тем лучше.

and we take a break and then do it again if you want to repeat it.

Если мы хотим повторить, чувствуем в себе силы, мы делаем перерыв и возобновляем сессию.

And when we talk about having some understanding with focusing on the breath,

Когда мы говорим о присутствии некоего понимания в момент фокусирования на дыхании,

what we’re speaking of are two mental factors that have to be there.

мы говорим о двух ментальных факторах, или ментальных функциях, которые должны присутствовать в этот момент.

A mental factor is just some other mental state that accompanies our focus.

И ментальные факторы, или функции, – это другие состояния ума, другие аспекты нашего сознания, которые соприсутствуют с этим фокусом внимания.

Now, the technical terms for these are “gross detection” – to detect things, to notice things on a gross level, on a rough level;

И технические термины из буддийской психологии, которые используются для обозначения этих факторов: первое – это грубое различение, или грубое распознавание.

and “subtle discernment” – to discern, understand something on a very subtle level.

Можно так сказать на русском: грубое распознавание и тонкое различение. Примерно так их называют технически.

The example that’s used to describe the difference of these is looking at a painting, a Tibetan painting, it could be any painting. We have one here.

И пример, который приводится для объяснения этих ментальных факторов, – это взгляд, брошенный на картину, на тибетскую тханку например.

So with gross detection we would just detect or notice that it’s a painting and it’s a painting of some people.

И грубое распознавание – как грубое узнавание, – грубое распознавание будет заключаться в том, что мы просто видим: «А, это некая цветная картина, что-то нарисованное, там какие-то люди».

Now, you don’t have to be saying anything in your minds to understand that. I mean this is basically what we would call “ understanding” in very general language: You understand that this is a picture of some people.

Это не обязательно должно сопровождаться неким внутренним произнесением этих всех вещей. Это просто то, что мы в обычных, мирских терминах называем пониманием или знанием. Мот мы смотрим – мы знаем: это какие-то нарисованные люди.

And then subtle discernment would be to look in more detail and to understand that this is a picture of Tsongkhapa.

Тогда как тонкое различение – грубое распознавание, скажем, тонкое различение, – тонкое различение будет уже пристальным взглядом на эту картину и пониманием того или различением того, что это традиционный образ ламы Цонкапы.

So, again, we don’t have to say anything in our minds in order to understand it and view it with that understanding that this is a painting of a figure and that is Tsongkhapa.

И опять же, необязательно это должно сопровождаться неким внутренним проговариванием того, что «это – лама Цонкапа», но это есть взирание на эту картину с тонким различением, или с пониманием того, что это изображённая фигура, которая есть или который есть лама Цонкапа.

So, this is what we do while focusing on the breath.

Это то, что мы делаем, когда мы фокусируемся и на дыхании в медитации.

We understand that this breath is something which is going on all the time

Мы понимаем, что дыхание – это процесс, который течёт постоянно.

and we discern in detail that, yeah, there it is; it goes in and out of the nose. Well, fine detail just means a more specific, subtle understanding of it.

И этому также сопутствует более тонкое различение, тонкое понимание, детальное понимание, что это процесс течения воздуха, он проходит здесь и здесь, выходит через ноздри, входит и так далее. То есть мы различаем различные его фазы, составляющие.

And that no matter what happens it will continue as long as I am alive.

И вне зависимости от того, что бы ни происходило, пока я жив, этот процесс будет длиться.

And so it’s very steady, it’s very secure, it’s very dependable.

И он очень стабильный, он очень безопасный, на него можно положиться отлично.

So long as I’m alive – obviously, it will stop at some point

Естественно, до тех пор пока я жив – потом он остановится.

So, that’s the understanding that we have while focusing on the breath and we notice that.

И это то понимание, которое сопровождает нашу фокусировку на дыхании.

This is why it’s called “discerning meditation.” You actually, actively notice that. You don’t have to say it in your mind, but you notice that.

И именно поэтому данная медитация зовётся медитацией различения или аналитической в другом переводе, потому что она активно уделяет внимание распознавать эти аспекты нашего дыхания.

So that’s discerning meditation.

И это медитация распознавания, как мы её назвали. И также Алекс сказал, не обязательно всё это точно проговаривать: «Это то-то и то-то», – не обязательно это сопровождается таким рассказом, это просто активное уделение внимания.

So we’re not really analyzing it; we are discerning it, we are viewing it, we are understanding it from a certain point of view in a certain way.

Также мы не анализируем это, это не то, что есть анализ: мы активно распознаём это, мы наблюдаем это, или мы созерцаем это, мы понимаем это.

And then, stabilizing meditation, the second step, is when we don’t have to actively discern it in this way; we just know it.

И затем, второй вид медитации – это стабилизирующая медитация, или медитация пребывания. В отличие от первого типа, она не занимается активным различением, она есть медитация знания.

That’s quite a different state of mind between actively understanding something and just knowing it.

Это довольно отличные состояния ума, если вы задумаетесь, – активное распознавание, или активное понимание, чего-то и простое уверенное знание.

And so we continue focusing on the breath, quieting down, but with knowing that the breath goes on and on, it’s always there, and that as a result, what is the result of this? It will ground us to our bodies and make us feel more stable and secure.

И эта медитация, по сути связанная с дыханием, медитация, связанная с дыханием, – просто знание, что процесс дыхания продолжается, что он есть, и это двигает нас в состояние более глубокой связи, осознанности над нашим телом.

If we practice – here’s this word that’s used so loosely in Buddhist circles – if we practice… what that means is we repeat this meditation, this exercise, over and over again and preferably every day.

Если мы практикуем – вот этот термин, часто используемый в буддийской среде, в буддийских разговорах, «практикуем», – это значит, мы повторяем этот процесс снова и снова, регулярно, день за днём, предпочтительнее каждый день.

Especially we try to remember to practice this when we are particularly feeling upset.

И в особенности важно вспоминать и практиковать эти техники, когда мы чувствуем себя как-то ненормально, когда мы чувствуем себя возбуждёнными, раздражёнными.

And of course any training like this is difficult, like we use that analogy of physical training,

И конечно, упражнения эти трудны, они нелегки. Мы использовали аналогию физических упражнений, и это также верно и в медитации.

but eventually this understanding becomes so deeply engrained in us that we know this all the time. I know that life goes on. I know that there’s no problem, in a sense, on a very deep level.

И со временем, так как мы практикуем, знание и понимание становятся настолько глубокими, становятся настолько вжившимися, вживлёнными в нашу природу, что мы постоянно пронизаны этим знанием, этим спокойным пониманием того, что дыхание присутствует, того, что жизнь продолжается и всё идёт своим чередом.

When I say “no problem,” I’m not being flippant here. Of course, there may be the problem – a friend died, you lost your job, or you had a sickness, whatever – but on a deeper level, life goes on.

Мы понимаем, на глубоком уровне мы понимаем, что жизнь продолжается, что всё идёт своим чередом, что ничто не является проблемой. Конечно, возникают те или иные неприятные ситуации, близкие люди умирают, и это проблема, но на глубоком уровне всегда присутствует уверенное, спокойное знание, что всё идёт своим чередом, что жизнь продолжается.

And I know this very deeply. It’s become such a habit that it has changed my way of viewing life. This is the result of meditation.

Это является результатом долгой и успешной практики медитации – что это становится нашим глубинным, сущностным знанием, что жизнь продолжается, что всё это не способно нас поколебать. Происходящее не ввергает нас в уныние.

And if I forget it, then I focus on the breath again and discern it again, and notice it,

И это глубоко укоренённая в нас привычка посредством этой медитации, так как медитация есть привыкание, активное привыкание. Если мы забываем об этом, мы тотчас возвращаем себя к осознаванию, например, дыхания и силой привычки вновь успокаиваемся и вновь возвращаемся к этому знанию.

and remind myself in this way, refresh it.

И напоминаем себе таким образом, или освежаем это знание.

So, the whole point of the meditation is to bring about a change in our state of mind in terms of how we deal with everyday life.

И, по сути, мы понимаем, что целью медитации является привнесение перемен, укоренение в нас этих привычек, которые меняют восприятие нами повседневной жизненной ситуации, меняют наше мировоззрение и отношение к жизни.

It’s not an escape from our problems by going into some fantasy realm, but rather it is a very active process that we follow in order to be able to change ourselves and improve our situation – our mental and emotional state.

Медитация – это не бегство от проблем, это не значит, что мы прячемся от проблем, напротив, убегая в какой-то фантастический мир иллюзорный мир. Но это очень активный способ понимания, и воздействия, и работы с нашими проблемами, для того чтобы обрести это уверенное знание и способность воспринимать их в ином свете и не впадать в те состояния ума, которые ассоциируются со страданием, которые ассоциируются с тревожащими эмоциями.

One last point.

И один последний момент.

What I’ve just explained you could also look at as, well, a very sophisticated method of psychology.

То, что я только что объяснил, может вызвать у кого-то из вас мысль, что «ну да, что ещё один довольно детально разработанный, какой-то изощрённый метод психиатрии, психологической работы».

And if we look at it that way – fine, no problem.

И если мы смотрим на медитацию как на такую психологическую технику – ничего страшного, это нормально.

But we have to be careful not to think that this is all that Buddhism is – it’s just another form of psychology, it’s an Asian psychology. Buddhism is much more than that.

Но будет ошибкой сводить весь буддизм и всю буддийскую традицию лишь к некой психологии, к неким психологическим прикладным методам, техникам и думать, что буддизм – это лишь разновидность психологии, некая азиатская или восточная психология.

This is just a first step, but it’s an important step.

Буддизм – это гораздо больше, чем просто психология, это лишь первый шаг, это очень важный шаг, это начальный шаг, но это лишь первый шаг.

In Buddhism, we’re aiming further than that, but you have to go through this first step first.

И цели в буддизме полагаются лежащие гораздо дальше тех, которые мы сегодня озвучили, они очень далеки, но тот шаг, который описан – это первый и необходимый шаг.

In Buddhism we talk about future lives and liberation and enlightenment and the ability to help everybody. These are much more difficult goals to achieve,

В буддизме мы говорим о таком целеполагании, как будущие жизни, таких ориентирах, как благо будущих жизней, как выход за пределы сансары – освобождение, как просветление – становление буддой, как помощь альтруистическая другим. Всё это далёкие и высокие цели, сложно их постичь сразу.

and we might not understand these things, we might not be convinced that any of this is possible and so on, but the minimal that we need is respect for the fact that Buddhism is talking about this and it’s not just a psychology.

Мы не можем в полной мере постичь сейчас эти цели. Можем не понимать, можем не верить в полной мере в их достижение, в существование, не ощущать их, но необходимо знать, даже выполняя этот начальный этап буддийской практики, который можно принять за ещё одну психологию, что дальше есть гораздо больше, и это примерно то, что мы обозначили.

But it includes these methods, it includes these psychological techniques and anybody can use them and benefit from them.

И это обширное целеполагание, присущее всему буддизму как духовной традиции, включает в себя, интегрирует в себя эти базовые шаги, о которых мы сегодня говорили, базовые формы медитации, которые можно назвать оправданно некой специфической формой психологии.

So, that’s all I wanted to speak about this evening,

Это то, что я хотел вам рассказать сегодня вечером.

and this weekend we’re go more deeply into actual methods of meditation.

И в ходе уикенд-семинара, который будет проходить здесь, в «Открытом мире», я хочу пойти глубже в объяснение различных техник и способов медитации. Спасибо вам всем за то, что вы пришли.

Then, why don’t we just end with just one minute sitting quietly and try to focus on the breath with this understanding that we discussed.

Давайте завершим тогда эту лекцию, это учение, посидев минуту в тишине и попытавшись поработать с тем, о чём мы говорили, создать позитивное настроение.