Библиотека Берзина

Буддийская библиотека д-ра Александра Берзина

Перейти к текстовой версии страницы. Перейти к разделу навигации.

Главная > Ежедневные практики > Обеты и обязательства > Вторичные обеты бодхисаттвы

Вторичные обеты бодхисаттвы

Александр Берзин
Август 1997 г.

Вступление

Вторичные обеты бодхисаттвы заключается в воздержании от сорока шести ошибочных действий (nyes-byas). Эти ошибочные действия подразделяются на семь групп, в соответствии с тем, практике какого из шести далеко ведущих состояний ума (pha-rol-tu phyin-pa, парамита) они наносят ущерб и как они препятствуют нашей способности помогать другим.

Эти шесть далеко ведущих состояний ума таковы:

  1. щедрость,
  2. личная нравственная дисциплина,
  3. терпение (терпимость),
  4. радостное усердие (положительный энтузиазм),
  5. умственная устойчивость (сосредоточенность),
  6. распознавание (мудрость).

Хотя эти ошибочные действия затрудняют продвижение к просветлению, их совершение, даже при наличии четырех связывающих факторов (kun-dkris bzhi), не влечет утрату обетов бодхисаттвы. Однако чем меньше факторов им сопутствуют, тем меньший урон мы наносим своему духовному развитию на пути бодхисаттвы. Если мы все же совершили какое-либо из этих ошибочных действий, мы признаем свою ошибку и применяем противодействующие силы, как и в случае с коренными обетами бодхисаттвы.

[Подробнее о четырех связывающих факторах и противодействующих силах см.: Коренные обеты бодхисаттвы.]

Необходимо знать множество деталей об этих сорока шести действиях, включая многочисленные исключения, когда совершение этих действий не является ошибкой. Однако, в целом, ущерб, нанесенный развитию наших шести далеко ведущих состояний ума и той пользе, которую мы можем принести другим, зависит от мотивации, стоящей за нашими ошибочными действиями. Если нашей мотивацией служит тревожащее состояние ума, например привязанность, гнев, неприязнь или гордыня, то ущерб гораздо больше, чем в случае, когда нашей мотивация – вредоносное, но не тревожащее состояние, к примеру безразличие, лень или забывчивость. Если мы безразличны, нам недостает веры или почтения к практике, необходимых для того, чтобы мы стали ею заниматься. Если мы ленивы, мы пропускаем практику, поскольку считаем, что гораздо приятнее и легче ничего не делать. Когда нам недостает памятования, мы совершенно забываем о своих обязательствах помогать другим. Совершение многих из сорока шести действий не является ошибкой, если у нас есть намерение в конце концов устранить их из своего поведения, однако наши беспокоящие эмоции и состояния ума пока еще слишком сильны, чтобы мы могли поддерживать самообладание.

Приведенное ниже объяснение соответствует тексту учителя школы гелуг XV века Цонкапы « Объяснение этической дисциплины бодхисаттвы: главный путь к просветлению» (Byang-chub sems-dpa'i tshul-khrims-kyi rnam-bshad byang-chub gzhung-lam).

Семь ошибочных действий, препятствующих практике далеко ведущей щедрости

Щедрость (sbyin-pa, санскр. дана) определяется как состояние ума, для которого характерна готовность отдавать. Оно включает готовность отдавать материальные предметы, защищать от опасных ситуаций, а также предоставлять учения.

Из семи ошибочных действий, которые плохо влияют на развитие щедрости, два вредят нашей готовности отдавать материальные предметы, два – готовности защищать других от опасных ситуаций, еще два предполагают отказ от предоставления другим благоприятных обстоятельств для практики щедрости и одно вредит нашему совершенствованию в  щедрости даяния учений.

Два ошибочных действия, мешающие совершенствованию в готовности отдавать другим материальные предметы

(1) Не делать подношений Трем драгоценностям посредством наших тела, речи и ума.

Из-за пребывания в плохом настроении, например из-за раздражения по какому-либо поводу, или из-за лени, безразличия, или просто из-за забывчивости, мы не в состоянии совершить подношение буддам, Дхарме и Сангхе три раза каждый день и три раза каждую ночь, хотя бы выполняя простирания с помощью тела, произнося слова молитвы с помощью речи и вспоминая их достоинства умом и сердцем. Если мы не можем быть достаточно щедрыми, чтобы с радостью совершать такие подношения Трем драгоценностям прибежища каждый день и каждую ночь, как мы сможем достичь совершенства в готовности отдавать все и всем?

(2) Следовать за своим вожделеющим умом.

Из-за страстного желания, привязанности или неудовлетворенности потакать себе в отношении любого из пяти типов чувственных объектов – зрительных образов, звуков, запахов, вкусов или тактильных ощущений. Например, из-за привязанности к вкусной еде мы отрезаем кусок пирога, стоящего в холодильнике, даже когда мы не голодны. Это противоречит нашей борьбе со скупостью. Вскоре мы обнаруживаем, что прячем пирог и даже ставим его как можно дальше в шкаф, чтобы нам не пришлось с кем-нибудь делиться. Если мы намерены полностью преодолеть эту плохую привычку, но еще не в состоянии справиться с ней, потому что наша привязанность к пище слишком сильна, съесть кусок торта не будет ошибкой. Однако мы пытаемся улучшать самообладание, отрезая себе меньший кусок и не делая это часто.

Два ошибочных действия, мешающие совершенствованию в готовности защищать других от опасных ситуаций

(3) Не выказывать почтения к старшим.

Объектами здесь являются наши родители, учителя, обладающие превосходными качествами, и все люди, которые старше нас. Когда мы не уступаем им место в автобусе, не встречаем их в аэропорту, не помогаем им нести сумки и так далее, из-за гордыни, гнева, неприязни, лени, безразличия или забывчивости, мы оставляем их в опасном положении, с которым им трудно справиться.

(4) Не отвечать тем, кто задает нам вопросы.

Из-за гордыни, гнева, неприязни, лени, безразличия или забывчивости не отвечать  с радостью на искренние вопросы других людей. Игнорируя их, мы оставляем людей в недоумении, и им не к кому обратиться – это тоже опасное и внушающее страх положение.

В качестве иллюстрации к подробному описанию этих обетов в комментарии Цонкапы, давайте рассмотрим исключения, когда промолчать или отложить ответ не будет ошибкой. В отношении нас – & #160; тех, кто совершает данное действие,  говорится, что мы можем не отвечать, если мы очень больны или если спрашивающий человек нарочно разбудил нас среди ночи. Если это не крайняя необходимость, не будет ошибкой попросить этого человека подождать, пока мы не будем чувствовать себя лучше или до утра.

Это исключения, связанные с обстоятельствами. Например, когда кто-нибудь перебивает нас вопросом, когда мы учим других, проводим лекцию, совершаем ритуал, утешаем кого-либо другого, слушаем урок или обсуждение. В таких случаях мы вежливо просим этого человека отложить вопрос на какое-то время.

Иногда бывает необходимо промолчать или отложить ответ. Например, если нас просят подробно рассказать об адах во время публичной лекции по буддизму перед  западной публикой, отвечая, мы можем оттолкнуть многих людей, и их интерес к Дхарме ослабеет. Лучше промолчать, если, например, отвечая на вопрос расиста о нашей национальности, мы вызовем у этого человека отвращение по отношению к нам, и это сделает его или ее невосприимчивым к нашей помощи. Также лучше промолчать, если это поможет остановить разрушительное поведение другого человека, и научить человека вести себя более созидательно. Например, если человек психологически зависит от нас и задает нам вопросы по каждому поводу в своей жизни, и мы хотим научить его или ее принимать решения и думать самостоятельно.

Далее, если мы находимся в медитативном ретрите, где запрещено разговаривать, и кто-либо задает нам вопрос, нам не нужно отвечать. Наконец, лучше всего отвечать на вопросы после лекции, если уже очень поздно и слушатели устали, потому что, затянув лекцию, мы можем вызывать их возмущение и гнев.

Два ошибочных действия отказа от создания благоприятных обстоятельств для практики щедрости другими людьми

(5) Не принимать приглашения в гости.

Если мы отказываемся от приглашения в гости или от совместного приема пищи из-за гордыни, гнева, неприязни или безразличия, мы лишаем другого человека возможности создать положительную силу (bsod-nams, санскр. punya, положительный потенциал, заслуга) проявляя гостеприимство. Если у нас нет уважительной причины для отказа, мы принимаем приглашение, независимо от того, насколько беден тот дом, куда нас приглашают.

(6) Не принимать подарки.

Причина здесь та же, что и в предыдущем случае.

Одно ошибочное действие,  препятствующее совершенствованию в щедрости даяния учений

(7) Не учить Дхарме тех, кто хочет учиться.

Здесь мотивация для отказа учить буддизму, одалживать другим книги по Дхарме, делиться конспектами и так далее – гнев, неприязнь, лень, безразличие или зависть, что другой человек в итоге превзойдет нас. В то время как нарушение второго коренного обета бодхисаттвы – это отказ из-за привязанности и жадности.

Девять ошибочных действий, препятствующих практике далеко ведущей личной этической дисциплины

Личная нравственная дисциплина (tshul-khrims, санскр. шила) – это состояние ума, когда мы намерены воздерживаться от отрицательных действий. Также это включает совершение положительных действий и помощь другим.

Из девяти ошибочных действий, вредящих нашему совершенствованию в нравственной дисциплине, четыре относятся к нашему взаимодействию с другими, три относятся к нам самим и два имеют отношение и к нам, и к другим.

Четыре ошибочных действия в ситуациях, когда мы в первую очередь заботимся о других

(1) Игнорировать людей, нарушивших нравственную дисциплину.

Если мы из-за гнева, неприязни, лени, безразличия или забывчивости игнорируем, пренебрегаем или унижаем людей, которые нарушили свои обеты или даже совершили тягчайшие преступления, то мы ослабляем нашу собственную нравственную дисциплину, предполагающую совершение положительных поступков и помощь другим. Такие люди особенно нуждаются в нашей заботе и нашем внимании, так как они создали причины для нынешнего и будущего страдания и несчастья. Без самодовольства и морализаторского негодования мы стараемся помочь им. Примером может случить обучение медитации заинтересованных в этом тюремных заключенных.

(2) Не придерживаться своей практики нравственности для пробуждения веры у других.

Будда запретил многие действия, которые сами по себе не разрушительны, но причиняют вред нашему духовному росту. Например, мирянам и монахам запрещено пить алкоголь, а монахам – жить в одной комнате с лицом противоположного пола. Упражняться в воздержании от такого поведения следует и практикующим хинаяну, и бодхисаттвам. Если мы как начинающие бодхисаттвы пренебрегаем этими предписаниями, потому что нам недостает уважения и веры по отношению к учениям Будды о нравственности или из-за того что мы ленимся поддерживать самоконтроль, мы вынуждаем свидетелей нашего поведения терять веру и уважение к буддистам и буддизму. Поэтому нам нужно воздерживаться, например, от принятия легких наркотиков, заботясь о том, какое впечатление производит наше поведение на окружающих.

(3) Быть мелочным, когда речь идет о благе других.

Будда дал множество второстепенных правил для монахов, чтобы они тренировались в правильном поведении. Например, монахи и монахини должны всегда хранить три своих одеяния там, где они спят. Однако иногда этими второстепенными правилами можно пренебречь, чтобы помочь другим, например, если кто-нибудь заболел, и нам нужно всю ночь ухаживать за этим человеком. Мы совершаем ошибочное действие, если из-за гнева или неприязни по отношению к этому человеку, либо из-за обычной лени, иными словами нежелания бодрствовать всю ночь, отказываем ему или ей, мотивируя это тем, что у нас с собой нет всех трех одеяний. Если мы ведем себя как непреклонные фанатики правил, это препятствует гармоничному развитию нашей личной нравственной дисциплины.

(4) Не совершать разрушительных действий, если того требуют любовь и сострадание.

Иногда встречаются крайние случаи, когда благо других подвергается серьезной опасности, и предотвратить трагедию можно только совершив одно из семи разрушительных действий тела или речи. Эти семь – отнятие жизни, взятие того, что не было дано, неуместное сексуальное поведение, ложь, сеяние раздоров, использование неприятных и резких слов и пустая болтовня. Если мы совершаем одно из этих действий без тревожащих эмоций, таких как гнев, вожделение или заблуждение относительно причины и следствия, с мотивацией предотвратить страдания других и при этом мы полностью готовы принять любые отрицательные последствия, вплоть до страдания в адах, – мы не вредим нашей далеко ведущей нравственной самодисциплине. По сути, мы создаем очень сильную положительную силу, которая ускорит наше продвижение по духовному пути.

Однако отказ от совершения подобных разрушительных действий, когда это необходимо, является ошибкой только если мы взяли обеты бодхисаттвы и соблюдаем их в чистоте. Если мы воздерживаемся от того, чтобы отдать свое счастье для блага других, это препятствует нашей нравственной дисциплине, которая предполагает, что нам нужно всегда помогать им. Ошибки нет, если наше сострадание лишь поверхностное и мы не храним обеты бодхисаттвы и не действуем в соответствии с ними. Мы осознаем, что, так как наше сострадание слабо и неустойчиво, то ожидающие нас страдания от совершения разрушительных действий могут легко привести к тому, что мы разочаруемся в поведении бодхисаттвы. Мы можем даже отказаться от пути оказания помощи другим. Как и в случае с предписанием, которое запрещает бодхисаттвам на низших ступенях развития вести себя как бодхисаттвы высших уровней, например кормить своей плотью голодную тигрицу, так как они в этом случае лишь причинят вред себе и своей способности помогать другим, – нам лучше соблюсти осмотрительность и воздержаться от подобных действий.

Так как может возникнуть непонимание, в каких обстоятельствах бодхисаттве следует совершать подобное действие, давайте рассмотрим примеры из комментариев. Пожалуйста, помните о том, что это крайние меры, уместные лишь тогда, когда все остальные действия не могут помочь другим существам избежать страданий. Будучи начинающими бодхисаттвами, мы должны быть готовыми отнять жизнь у кого-либо, кто собирается совершить массовое убийство.  Мы не должны сомневаться, конфискуя медикаменты, предназначенные для раненных, которые кто-либо собирается продавать на черном рынке во время войны, или забирая благотворительные фонды у руководителя, если он неправильно их тратит. Мужчина должен быть готов заняться сексом с чужой женой, или с незамужней женщиной, родители которой запрещают ей это, или с любой другой неподходящей партнершей, если эта женщина очень хочет развивать бодхичитту, но у нее есть непреодолимое желание секса с ним, так что если она умрет, не добившись своего, ее неудовлетворенность как инстинкт перейдет в следующие жизни. Вследствие этого она будет враждебно относиться к бодхисаттвам и к их пути.

Так как бодхисаттва готов совершить несоответствующий правилам половой акт, если у него или у нее нет другой возможности уберечь кого-либо от чрезвычайно отрицательного отношения к духовному пути, встает важный вопрос о поведении бодхисаттв, состоящих в браке друг с другом. Может быть такое, что супруги занимаются Дхармой и один из них, например женщина, хочет соблюдать целомудрие, прекратив отношения со своим мужем, но ему это не нравится. У него по-прежнему есть привязанность к сексу, и он воспринимает ее решение как личную неприязнь. Иногда фанатизм жены и отсутствие у нее чуткости приводит к тому, что муж обвиняет Дхарму в своем разочаровании и своих несчастьях. Он разрывает брак и бросает буддизм, испытывая сильное негодование. Если нет другого пути избежать его враждебного отношения к духовному пути и женщина хранит свои обеты бодхисаттвы, ей следует оценить свое сострадание и определить, достаточно ли оно сильно, чтобы она смогла время от времени заниматься сексом с мужем так, чтобы это не приносило вреда ее способности помогать другим. Это очень важно в контексте тантрических обетов, касающихся целомудренного поведения.

Будучи бодхисаттвами, мы должны быть готовы солгать, если это спасет жизни других или оградит их от пыток или травм. У нас не должно быть колебаний, когда мы вносим раздор, отговаривая наших детей от дружбы с дурной компанией или учеников от обучения у плохого учителя, которые могут оказать на них отрицательное влияние и поддерживать их пагубные состояния ума и поведение. Мы не воздерживаемся от использования строгой речи, переубеждая детей плохо себя вести, например не делать домашнюю работу, если они не слушают наших доводов. И когда другие люди, интересующиеся буддизмом, имеют сильную привязанность к пустой болтовне, пьянству, вечеринкам, пению, танцам, непристойным шуткам и историям о насилии, мы должны быть готовы присоединиться к ним, если наш отказ вызовет у этих людей ощущение, что духовный путь – не для них, что бодхисаттвы или вообще буддисты никогда не веселятся.

Три ошибочных действия, относящихся к нам самим

(5) Зарабатывать на жизнь нечестным способом.

Речь идет о нечестных способах зарабатывать на жизнь. В первую очередь, это пять способов: (а) обман или притворство, (б) лесть и приятные слова, призванные одурачить других, (в) шантаж, вымогательство или использование чужого чувства вины, (г) требование взяток или взыскание штрафов за несуществующие нарушения и (д) дача взяток с целью получить взамен что-либо большее. Мы прибегаем к таким действиям, потому что у нас совершенно отсутствует чувство собственного достоинства или сдержанность.

(6) Возбуждаясь, предаваться пустым развлечениям.

Из-за неудовлетворения, неугомонности, скуки, излишней бодрости или страстного желания волнующего переживания, предаваться каким-либо пустым отвлечениям, например шататься по магазинам, переключать телеканалы, играть в компьютерные игры и так далее. Это полностью поглощает нас, и мы и теряем самообладание. Если мы делаем это вместе с другими, чтобы успокоить их гнев или поднять им настроение, чтобы помочь людям, зависимым от подобных вещей, чтобы завоевать их доверие, если мы подозреваем, что они враждебно к нам настроены, или с целью укрепить старую дружбу, – то мы не наносим вреда нашей нравственной дисциплине и стремлению действовать положительно и приносить другим пользу. Однако если мы увлекаемся этими развлечениями, думая, что нам больше нечем заняться, мы обманываем себя. Всегда есть что-нибудь более важное. Тем не менее, иногда, если мы чувствуем усталость или уныние, нам необходим короткий отдых, чтобы восстановить усердие и силы. В этом нет ошибки до тех пор, пока мы придерживаемся разумных ограничений.

(7) Намереваться все время скитаться в сансаре.

Во многих сутрах объясняется, что бодхисаттвы предпочитают оставаться в сансаре, а не достигать освобождения для себя. Было бы ошибкой воспринимать это буквально и думать, что нам не нужно работать над преодолением своих тревожащих эмоций и отрицательных состояний ума и не нужно достигать освобождения, а достаточно лишь работать на благо других, оставаясь под властью заблуждений. Это отличается от восемнадцатого коренного обета бодхисаттвы не оставлять бодхичитту, так как в том случае мы решаем полностью прекратить работать над достижением освобождения и просветления. Здесь же мы лишь думаем, будто нам самим не важно и не нужно освобождаться от тревожащих эмоций, что серьезно ослабляет нашу нравственную дисциплину. Хотя на пути бодхисаттвы, особенно если мы также практикуем ануттарайога-тантру, мы преобразуем энергию страстного желания и используем ее для совершенствования на духовном пути, это не означает, что мы даем волю страсти и не работаем над тем, чтобы освободиться от нее.

Два ошибочных действия, относящихся как к нам, так и к другим

(8) Не воздерживаться от поведения, которое станет причиной потери доброго имени.

Предположим, мы любим есть мясо. Если нас окружают буддисты-вегетарианцы, а мы настаиваем на том, чтобы поесть мяса, это вызовет их критику и неуважение. Они не воспримут всерьез наши слова о Дхарме и расскажут про нас остальным, делая и других невосприимчивыми к нашей помощи. Если мы, будучи начинающими бодхисаттвами, не избегаем подобного поведения, это большая ошибка.

(9) Не поправлять тех, кто действует под влиянием тревожащих эмоций и состояний ума.

Если у нас есть авторитет или власть в офисе, школе, монастыре или семье, но мы не ругаем или не наказываем кого-либо, кто под влиянием тревожащих эмоций и состояний ума действует разрушительно, из-за привязанности к этому человеку или из-за желания нравиться окружающим, мы причиняем вред дисциплине и нравственности целой группы.

Четыре ошибочных действия, препятствующих практике далеко ведущего терпения

Терпение (bzod-pa, санскр. кшанти) – это готовность без гнева общаться с теми, кто причиняет нам вред, терпеть трудности в практике Дхармы и страдания.

(1) Оставлять четыре положительные практики.

Эти практики – не отвечать тем же, когда нас (а) оскорбляют или критикуют, (б) делают объектом своего гнева, (в) бьют или (г) унижают. Если мы тренируемся не отвечать тем же в этих четырех случаях, это становится причиной роста нашего терпения. Если мы оставляем эти практики, мы наносим вред этому положительному качеству.

(2) Игнорировать тех, кто зол на нас.

Если другие раздражаются из-за нас и таят недоброжелательность, а мы ничего не делаем в связи с этим и не пытаемся смягчить их гнев из-за гордыни, неприязни, ревности, лености, безразличия или беззаботности, это препятствует совершенствованию нашего терпения, потому что тогда другой человек продолжает пребывать в гневе, который противоположен терпению. Чтобы избежать этой ошибки, мы извиняемся, независимо от того, совершили ли мы что-нибудь плохое.

(3) Не принимать чужих извинений.

Третье коренное падение бодхисаттвы – не выслушивать чужих извинений из-за того, что мы гневаемся на человека, который просит прощения. Здесь мы не принимаем чужих извинений после какого-либо случая, потому что мы остались недовольны.

(4) Не усмирять свой гнев.

Если в какой-либо ситуации мы разозлились, мы противодействуем нашему совершенствованию в терпении, если будем потакать гневу и затаивать недоброжелательность, не применяя противодействующие силы, чтобы остановить это. Если мы применяем эти силы, то есть медитацию на любви к раздражающему нас объекту, но безуспешно, мы не совершаем ошибку. Так как мы по крайней мере постарались что-то сделать, мы не ослабили нашу практику развития терпения.

Три ошибочных действия, препятствующие практике далеко ведущего радостного усердия

Радостное усердие (brtson-grus, санскр. вирья) – это получение удовольствия от совершения созидательных действий.

(1) Окружать себя последователями из жажды почитания и уважения.

Когда мы окружаем себя друзьями, почитателями или учениками или решаем жениться, чтобы жить с другим человеком, а нашей мотивацией является желание, чтобы другие выражали нам расположение, уважение и любовь, осыпали нас подарками, служили нам, делали нам массаж и выполняли наши повседневные дела, то мы теряем усердие в том, чтобы делать что-либо положительное  самостоятельно, например помогать другим. Нас привлекает менее полезный способ действия – когда мы говорим другим, что они должны сделать для нас.

(2) Не делать ничего из-за лени и прочего.

Если мы поддаемся лени, безразличию, апатии, если мы не в настроении ничего делать и нас вообще ничего не интересует, или если у нас появляется привычка слишком долго спать и целый день валяться в постели либо время от времени ложиться вздремнуть, или если мы слоняемся повсюду, ничего не делая, – мы привязываемся к этому и теряем усердие в помощи другим. Конечно, нам нужно отдыхать, если мы больны или обессилены, но было бы большой ошибкой баловать себя, чересчур расслабляясь.

(3) Предаваться пустым разговорам вследствие привязанности.

Третье препятствие для роста усердия в помощи другим – это бессмысленная трата времени. Это относится к разговорам, чтению, просмотру телевизора или фильмов, поиску в Интернете историй о сексе, насилии, знаменитостях, политических интригах, и прочему.

Три ошибочных действия, препятствующих тренировке в далеко ведущей умственной устойчивости

Умственная устойчивость (bsam-gtan, санскр. дхьяна) – это состояние ума, когда он не теряет равновесия или сосредоточенности из-за тревожащих эмоций, подвижности или вялости ума.

(1) Не искать способов обретения состояния поглощенной сосредоточенности.

Если мы из-за гордыни, неприязни, лени или безразличия не ходим на учения о том, как достичь поглощенной сосредоточенности ума (ting-nge-'dzin, санскр. самадхи), когда учитель объясняет их, – как мы вообще можем развивать и совершенствовать устойчивость ума? Мы можем не ходить, если мы болеем, если предполагаем, что эти инструкции не верны, или если мы уже достигли совершенной сосредоточенности.

(2) Не устранять препятствия к достижению умственной устойчивости.

Практикуя медитацию для достижения состояния поглощенной сосредоточенности, мы встречаемся с пятью основными препятствиями. Если мы поддаемся и не пытаемся устранить их, мы причиняем вред нашему совершенствованию устойчивости ума. Если мы стараемся избавиться от них, но безуспешно, – это не будет ошибкой. Пять препятствий – это (а) погоня за каким-либо из пяти видов чувственных объектов, (б) злобные мысли, (в) затуманенность ума и сонливость, (г) подвижность ума или сожаление и (д) нерешительность или сомнения.

(3) Считать основной целью ощущение блаженства, появляющееся в результате достижения умственной устойчивости.

Обычно мы растрачиваем большую часть своих сил на нервозность, беспокойство, нерешительность, страстное желание, негодование и прочее, либо же угнетаем их вялостью и сонливостью. Чем больше мы преуспеваем в достижении состояния поглощенной сосредоточенности, тем больше у нас будет сил. Мы ощущаем это как физическое и умственное блаженство. Чем сильнее это блаженство, тем сильнее нас привлекает это состояние. Поэтому в ануттарайога-тантре мы порождаем и используем состояния еще более сильного умственного блаженства, чем те, которые достигаются лишь при совершенной сосредоточенности, – чтобы достичь тончайшего состояния умственной деятельности ясного света и растворить его в понимании пустотности. Если мы привязываемся к ощущению блаженства, обретенного на любом уровне развития умственной устойчивости, вне зависимости от того, связано ли это с практикой тантры, и считаем, что наслаждение этим блаженством и есть цель нашей практики, мы серьезно препятствуем совершенствованию далеко ведущей устойчивости ума.

Восемь ошибочных действий, препятствующих практике далеко ведущего распознавания

Распознавание (shes-rab, санскр. праджня; мудрость) – это умственный фактор, который точно распознает, что правильно, а что нет, что уместно и что неуместно, что полезно и что вредно, и так далее.

(1)  Отвергать колесницу шраваков (слушателей).

Шестое коренное падение бодхисаттвы – заявлять, что тексты учений колесницы шраваков не являются словами Будды, в то время как четырнадцатое – говорить, что содержащиеся в них наставления плохо помогают избавиться от привязанностей и тому подобное. Тринадцатое коренное падение – говорить бодхисаттвам, что им не обязательно соблюдать обеты пратимокши (личного освобождения), мирянина или монаха, составляющие часть учений колесницы шраваков. Чтобы это коренное падение было завершенным, услышавший эти слова бодхисаттва должен действительно оставить свои обеты пратимокши. В данном же случае ошибочным будет только лишь думать или говорить другим, что бодхисаттвам не нужно слушать учения колесницы шраваков или практиковать их. В особенности это касается правил дисциплины, относящихся к обетам пратимокши. Здесь не важно, оставил ли услышавший нас человек свои обеты.

Изучая и соблюдая эти правила, обеты дисциплины, мы улучшаем нашу способность распознавать, какие типы поведения следует принять, а какие – отбросить. Отрицая необходимость практиковать в соответствии с обетами пратимокши, мы ослабляем совершенствование распознавания. Кроме того, мы несправедливо считаем, что учения шраваков имеют значение только для шраваков и бесполезны для бодхисаттв.

(2) Прилагать усилия к практике шраваков, а не к практике махаяны.

Если мы прилагаем наши усилия к изучению и практике только лишь обетов пратимокши, пренебрегая изучением и тренировкой в обширных учениях бодхисаттв о сострадании и мудрости, мы также ослабляем наше распознавание. Усердствуя в практике учений шраваков, мы также работаем и над практиками бодхисаттв.

(3) Прилагать усилия к изучению небуддийских текстов, когда в этом нет необходимости.

В соответствии с комментариями, под небуддийскими текстами здесь подразумеваются работы по логике и грамматике. Без сомнений, мы можем также включить сюда книги по изучению иностранных языков, а также по любым другим предметам современной программы образования, то есть математике, естественным наукам, психологии и философии. В данном случае ошибочно прилагать все усилия к изучению этих предметов, пренебрегая изучением и практикой махаяны и в итоге забывая о них. Если мы особенно умны, способны быстро обучаться, наше основанное на логике и анализе понимание учений махаяны устойчиво и мы можем удерживать эти учения в памяти долгое время, чтение небуддийских текстов не будет ошибкой, если мы также продолжаем изучение и практику махаяны.

Не тибетцам, изучающим буддизм и желающим заниматься тибетским языком, следует помнить это наставление. Если они могут изучать иностранные языки быстро и без трудностей, если у них уже есть сильная база в изучении буддизма и достаточно времени для изучения как языка, так и Дхармы, то они получат огромную пользу от изучения тибетского. Они могут использовать его для углубления своего понимания учений. Однако если занятия тибетским языком кажутся им трудными, если у них не очень много свободного времени и нет возможности прилагать много усилий и пока еще нет хорошего понимания буддизма или устойчивой, ежедневной медитативной практики, – то они затруднят свое духовное развитие, изучая тибетский язык. Важно расставлять приоритеты.

(4) Чрезмерно увлекаться изучением небуддийских предметов.

Даже если у нас есть способности к изучению небуддийских предметов, например, тибетского языка, то есть, мы соответствуем вышеперечисленным условиям, существует опасность, что мы увлечемся менее важными предметами и оставим буддийскую практику. Мастерство в тибетском языке или математике не принесет нам освобождения от тревожащих эмоций и состояний ума, а также вызываемых ими трудностей и страданий. Это не даст нам способность приносить пользу другим наиболее полноценно. Только совершенствование бодхичитты и далеко ведущих состояний ума, в особенности распознавания пустотности, может привести нас к достижению этой цели. Поэтому, чтобы защититься от увлечения небуддийскими темами, которые нам было бы полезно изучить, но которые не являются для нас главным предметом сосредоточения, мы изучаем их, сохраняя трезвость, поддерживая должное понимание. Таким образом, мы правильно распознаем, что для нас важнее всего, и ограждаем себя от увлеченности менее существенными вещами.

(5) Оставлять колесницу махаяны.

Шестое коренное падение бодхисаттвы утверждать, что тексты махаяны не являются словами Будды. Здесь же мы соглашаемся, что в целом они подлинны, но критикуем некоторые их аспекты. В особенности это касается текстов о невообразимо обширных деяниях бодхисаттв или непостижимо глубоких учениях о пустотности. В первом случае речь идет об описаниях будд, умножающихся до бесчисленного количества форм, одновременно помогающих бесчисленному количеству существ в мириаде миров, а во втором – о собраниях кратких и глубоких наставлений, трудных для понимания. Наше распознавание ухудшается, если мы отрицаем эти аспекты любым из четырех способов: утверждая, (а) что их содержание не имеет значения и в них говорится о совершенно нелепых вещах, (б) что манера их изложения оставляет желать лучшего, что они плохо написаны и поэтому в них нет смысла, (в) что их автор не заслуживает доверия и они не являются словами просветленного Будды, или (г) что их не нужно применять на практике и они никому не приносят пользы. Рассуждая таким образом, закоснело и опрометчиво, мы наносим вред нашей способности верно распознавать вещи.

Если мы встречаемся с учениями или текстами, которые не понимаем, мы стараемся не впадать в предубеждения. Мы думаем, что, даже если сейчас мы не в состоянии осознать их важность и понять их, будды и обладающие высоким постижением бодхисаттвы понимают эти слова и, благодаря постижению, приносят другим пользу бесчисленными способами. Таким образом, мы развиваем твердую решимость (mos-pa) постараться понять их в будущем. Если нам недостает этой твердой решимости, это не будет ошибкой до тех пор, пока мы не принижаем эти учения. По крайней мере мы сохраняем спокойный и открытый ум, признавая, что не понимаем их.

(6) Возвышать себя и/или принижать других.

Если наше поведение мотивировано страстным желанием выгоды или ревностью, это первое коренное падение бодхисаттвы. В данном случае мотивацией должна быть гордыня, тщеславие, высокомерие или злость. Эти виды мотивации появляются, когда мы ошибочно считаем себя лучше других.

(7) Не принимать участия в мероприятиях, связанных с Дхармой.

Второе коренное падение бодхисаттвы – это не обучать Дхарме и не давать материалы по Дхарме из-за привязанности или жадности. В данном же случае ошибкой будет отказываться учить, совершать буддийские ритуалы, посещать буддийские церемонии или слушать лекции вследствие гордыни, гнева, неприязни, лени или безразличия. Имея такую мотивацию, мы не можем правильно распознавать, что имеет ценность. Однако не будет ошибкой, если мы не делаем этого потому, что мы не чувствуем себя учителем; или если мы больны; или если мы предполагаем, что учения, которые мы будем передавать или слушать, могут быть неверными; или если мы знаем, что присутствующие в аудитории люди уже слышали эти учения и знают их смысл; или если мы уже получили, усвоили и достигли в них полного мастерства и нам больше не нужно их слушать; или если мы уже сосредоточены на учениях и применяем их, так что нам не нужно снова напоминать о них; или если они выше нашего понимания и только смутят нас. Более того, нам, безусловно, не нужно участвовать в этих мероприятиях, если наш учитель будет недоволен нами, например, потому, что он или она попросили нас сделать что-либо другое.

(8) Высмеивать учителя из-за его речевых особенностей.

Мы ослабляем нашу способность к правильному распознаванию, если судим о духовных учителях на основании их речевых особенностей. Мы высмеиваем и отвергаем тех, кто говорит с акцентом или делает много грамматических ошибок, даже если их объяснения правильны, и бегаем за теми, кто изящно говорит бессмыслицу.

Двенадцать действий, препятствующих работе для пользы других

(1) Не оказывать помощь тем, кто в ней нуждается.

Из-за гнева, неприязни, лени или безразличия не оказывать помощь в восьми видах действий: (а) в принятии решений о чем-либо положительном, например по поводу какой-либо встречи; (б) в путешествиях; (в) в изучении иностранного языка, который мы знаем; (г) в выполнении какой-либо задачи, которая не противоречит нравственности; (д) в присмотре за домом, храмом или собственностью; (е) в прекращении драки или спора; (ж) в праздновании какого-либо события, например свадьбы; или (з) в благотворительности. Однако отказ от помощи не приносит ущерб нашему старанию помогать другим, если мы: больны; уже обещали свою помощь в другом месте; посылаем кого-нибудь другого, способного сделать эту работу; выполняем другое, более важное или срочное дело; неспособны помочь. Это также не будет ошибкой, если данное дело приносит вред окружающим, противоречит Дхарме, неблагоразумно, а также если просящие о помощи люди могут обратиться за помощью к кому-либо другому или если есть другой надежный человек, который может найти для них помощника.

(2) Пренебрегать заботой о больных.

Из-за гнева, неприязни, лени или безразличия.

(3) Не облегчать чужих страданий.

Причины здесь те же, что и в прошлом случае. Существует семь типов людей с трудностями, нуждающихся в особой заботе: (а) слепые, (б) глухие, (в) покалеченные, (г) уставшие путешественники, (д) страдающие от любого из пяти факторов, препятствующих умственной устойчивости, (е) испытывающие недоброжелательность и имеющие сильные предрассудки, (ж) потерявшие свою должность или высокое положение.

(4) Не обучать беспечных людей с учетом их характера.

Под беспечными (bag-med) людьми здесь понимаются те, которые не внимательны к закону причины и следствия в поведении, из-за чего их поведение принесет им несчастья и трудности в этой и следующих жизнях. Мы не сможем помочь им своим самодовольным негодованием и неодобрением. Нам нужно быть умелыми и выбирать подход, учитывая их особенности. Например, если наш сосед – заядлый охотник, то нам не нужно возмущенно поучать его о том, что он родится в аду. Вероятно, этот человек больше никогда не захочет иметь с нами дело. Вместо этого мы могли бы поддержать нашего соседа, рассказав ему, какое хорошее он делает дело, снабжая мясом своих родственников и друзей. Когда он станет восприимчивым к нашим советам, мы постепенно можем предложить ему более хорошие способы расслабиться и сделать других счастливыми без ущерба для чужих жизней.

(5) Не воздавать за помощь тем, кто помогает нам.

Не желать, не помнить или даже не думать о том, чтобы помочь другим в ответ на помощь, которую они оказали нам. Однако не будет ошибкой, если мы пытаемся ответить тем же, но нам не хватает знаний, способностей или сил, например, в случае с починкой автомобиля. Более того, если человек, который нам помог, не хочет от нас ничего взамен, его не следует заставлять принимать нашу помощь.

(6) Не облегчать чужую печаль.

Мы совершаем эту ошибку, если из-за неприязни, лени или безразличия не пытаемся утешить того, кто потерял любимого человека, деньги или любимые вещи. Расстроенные и подавленные люди нуждаются в нашем искреннем расположении, сочувствии и понимании, но, разумеется, не в жалости.

(7) Не подавать тем, кто нуждается в милосердии.

Из-за гнева, неприязни, лени или безразличия. Если мы делаем это из-за жадности, это коренное падение.

(8) Не заботиться о нуждах своего окружения.

Очень большая ошибка – вызванное гневом, ленью или безразличием пренебрежение своим окружением: родственниками, друзьями, коллегами по работе, служащими, учениками и так далее, особенно если мы занимаемся общественной работой, подразумевающей помощь другим. Нам нужно обеспечивать физические потребности других людей и следить за их духовным благополучием. Как мы можем претендовать на то, чтобы заботиться обо всех живых существах, если мы пренебрегаем своими близкими?

(9) Не соглашаться с предпочтениями других.

Если другие люди хотят сделать что-либо, что им нравится, или если они просят нас сделать это, и это безвредно для них и для других, будет ошибкой не согласиться. Каждый поступает по-своему, у всех разные вкусы. Если мы не проявляем к этому уважения из-за неприязни, лени или безразличия, мы начинаем мелочные споры по незначительным поводам, например где поесть. Или мы нечувствительны к чужим предпочтениям и вызываем у людей неловкость и возмущение, заказывая в ресторане.

(10) Не хвалить чужие таланты и хорошие качества.

Если мы не хвалим людей, когда они делают что-либо хорошо, или не соглашаемся с кем-нибудь, кто хвалит их, из-за гнева, неприязни, безразличия или лени, то мы ослабляем нашу заинтересованность в том, чтобы их духовный рост продолжался. Если кто-либо смущается похвалы, личной или на публике, или становится гордым и тщеславным, когда похвала произносится в его присутствии, мы воздерживаемся от слов.

(11) Не прибегать к гневным действиям, когда этого требуют обстоятельства.

Чтобы помогать другим, важно воспитывать их, если они действуют излишне буйно. Если мы не делаем этого из-за эмоциональных трудностей, лени, безразличия или отсутствия заботы о других, мы причиняем вред нашей способности быть надежными проводниками.

(12) Не использовать сверхъестественные способности или магию.

Некоторые ситуации требуют особых способов помощи другим, таких как использование сверхъестественных способностей (rdzu-'phrul). Если у нас они есть, но мы не используем их, когда они были бы уместны и действенны, мы наносим ущерб нашей способности быть полезными. Мы пытаемся использовать любые таланты, способности и достижения, которые у нас есть, для помощи другим.