Библиотека Берзина

Буддийская библиотека д-ра Александра Берзина

Перейти к текстовой версии страницы. Перейти к разделу навигации.

Историческое взаимодействие буддийской и исламской культур до возникновения Монгольской империи

Александр Берзин, 1996 год
статья редактировалась в январе 2003 и декабре 2006

Часть III. Распространение ислама среди тюрок и самими тюрками (840 – 1206 гг. н.э.)

13. Основание новых империй в Центральной Азии

Основание империи Караханидов

В 840 году н.э. киргизы вытеснили орхонских уйгуров из Монголии. В результате последние потеряли власть над священным божеством земли – горой Отукан, рядом с которой располагалась их бывшая столица Орду-балык. Согласно добуддийским и доманихейским тенгрианским верованиям древних тюрок, тот, кто владеет этой горой, правит всем тюркским миром. Только он и его потомки имеют духовное право называться каганами. Кроме того, только выходцы из этого племени могут быть политическими лидерами других тюркских племен. В этой горе заключена духовная сила (кут), символизирующая удачу тюрок. Эта сила может воплотиться в кагане в качестве его собственной жизненной силы либо в качестве харизматической власти, ответственной за его успех или неудачу.

Правители двух самых больших царств, основанных беженцами-уйгурами – уйгурами Кочо на севере Таримской впадины и желтыми уйгурами в коридоре Ганьсу, – не соответствовали политико-религиозному званию кагана, поскольку Монголия не входила в состав их владений. Не соответствовал этому званию и киргизский правитель Монголии, поскольку киргизы были монгольским народом и изначально не говорили на тюркском языке. Они пришли из лесов Сибири, а не из степей, и не считали гору Отукан священной.

Однако была еще одна священная гора – Баласагун, в районе реки Чу на севере Киргизии, недалеко от озера Иссык-Куль. Раньше она входила в состав владений западных тюрок, построивших на ее склонах несколько буддийских монастырей. Так как теперь этой горой владели карлуки, их правитель Бильге Кюль Кадыр провозгласил себя в 840 году каганом – законным вождем и защитником всех тюркских племен. Кроме того, он изменил название своего царства, назвав его Караханидским царством, а династию – Караханидами.

Вскоре после своего основания империя Караханидов распалась на две части. Западная часть со столицей Тараз, расположенной на реке Талас, включала город-государство Кашгар на юго-востоке, тянулась через горы Тянь-Шань до самого западного конца Таримской впадины. Восточная часть пересекала Киргизский горный хребет, сосредоточившись вокруг священной горы Баласагун на реке Чу.

[См. карту No22: север Центральной Азии, приблизительно 850 г. н.э.]

Отношения между Караханидами и уйгурами

В период своего правления (840 – 1137 гг.) Караханиды не вели военных кампаний против своих бывших правителей – уйгуров, хотя раньше, как и карлуки, часто воевали с ними. Два из четырех сообществ беженцев орхонских уйгуров были очень маленькими. Они переселились в империю Караханидов: в Кашгар и в долину реки Чу. Неясно, до какой степени они ассимилировались и оставались ли иноземным меньшинством. Тем не менее, Караханиды продолжали культурное соперничество с двумя другими, гораздо большими группами – уйгурами Кочо и желтыми уйгурами. Караханиды могли пытаться использовать иные, не военные средства, чтобы обрести господство над уйгурами Кочо и желтыми уйгурами.

Уйгуры Кочо переняли городской образ жизни в северных оазисах Таримской впадины. Оставив свои прежние военные традиции степной жизни и приняв буддизм, они по большей части жили в мире с соседними царствами. Желтые уйгуры также переняли городской образ жизни в городах-государствах коридора Ганьсу, тоже стали буддистами, но почти постоянно воевали со своими восточными соседями – постоянно угрожавшими им тангутами. Обе ветви уйгуров поддерживали дружеские отношения с ханьским Китаем, поскольку местные поселенцы-ханьцы помогли им свергнуть бывших тибетских правителей этой территории и основать собственные царства.

Вместе эти два уйгурских народа составляли единственную тюркскую группу, имевшую в то время письменный язык и высокую культуру, обретенные ими благодаря проживавшим в их владениях согдийским торговцам и монахам. Караханидам недоставало этих качеств, хотя они и владели Кашгаром, в котором также проживали согдийцы. Однако с захватом Баласагуна у Караханидов появился серьезный довод к тому, чтобы возглавить тюркский народ.

Ранние связи Караханидов с Тибетом

Караханиды продолжили обычай карлуков поддерживать смесь буддизма, тюркского шаманизма и тенгрианства, как и предшествовавшие им западные тюрки. Они также сохранили традиционно дружеские отношения со своим бывшим многолетним военным союзником – Тибетом. Тибет, хотя и был политически слаб, по-прежнему оказывал значительное культурное влияние на области, граничащие на востоке с Караханидами. На протяжении более чем столетия после убийства в 842 году тибетского царя Лангдармы, тибетский язык оставался языком международного общения торговцев и дипломатов на территории от Хотана до Ганьсу. Из-за длительной оккупации этой территории тибетцами, их язык был единственным общим языком региона. Многие буддийские тексты ханьцев и уйгуров были переписаны с использованием тибетской письменности для более широкого применения. Некоторые тексты переписывались при поддержке киргизской царской семьи.

Еще одним свидетельством тесной связи Караханидов и тибетцев является то, что после начала гонений на буддийскую монашескую традицию царем Лангдармой три монаха из центрального Тибета бежали от преследований через западный Тибет и нашли временное прибежище на территории Караханидов, в Кашгаре. Караханиды проявили сочувствие к их положению, а буддизм в этом районе был достаточно устойчив, и монахи почувствовали себя в безопасности. Отправившись дальше на восток, скорее всего, вдоль южной границы Таримской впадины и обучая многих своих соотечественников в Ганьсу, они в конце концов поселились в районе озера Коконор к северу от Тибета, где вскоре было основано царство Цонка. Благодаря им сохранилась мужская линия принятия монашества, возродившаяся полтора столетия спустя в Тибете, куда она пришла из царства Цонка.

Царство Саффаридов

После того как генерал Тахир основал в 819 году в Бактрии государство Тахиридов, о своей независимости от Аббасидов объявил еще один местный исламский вождь – Якуб ибн аль-Саффар, основавший династию Саффаридов (годы правления 861 – 910 гг.) из своей твердыни в Систане, расположенном на юго-востоке Ирана. Он был очень амбициозным военным правителем, и в 867 году начал завоевание Ирана. В 870 году Саффариды захватили Кабул. Под угрозой неминуемого поражения, последний буддийский правитель тюркских шахов был свергнут своим министром-брахманом Калларом, оставившим Кабул Саффаридом и основавшим династию индуистских Шахов (годы правления 870 – 1015) в Гандхаре и Уддияне.

[См. карту No23: юг Центральной Азии, конец IX века.]

Вождь Саффаридов разграбил монастыри Кабульской долины и отослал статуи Будды из этих монастырей халифу Аббасидов в Багдад в качестве военных трофеев. Эта военная оккупация Кабула мусульманами была первым серьезным ударом по буддизму. Предыдущее поражение и обращение в ислам кабульского шаха в 815 году имели лишь незначительное влияние на общее состояние буддизма в регионе.

Саффариды продолжили завоевания и разрушения в рамках своей военной кампании на север, захватили Бактрию и изгнали Тахиридов в 873 году. Тем не менее, их триумф не был долгим. В 879 году индуистские Шахи вернули себе власть над Кабульским регионом. Они покровительствовали как индуизму, так и буддизму среди своего народа, и буддизм на этой территории возродился.

Буддийские монастыри Кабула вскоре восстановили свое былое богатство и великолепие. Асади Туси в своей поэме «Гершасп-наме», написанной в 1048 году, описал монастырь Субахара (Су Вихара), обнаруженный Газневидами, которые отвоевали Кабул у индуистских Шахов приблизительно пятьюдесятью годами ранее. Стены одного из храмов были мраморными, двери покрыты золотом, пол серебряный, а в центре на троне – статуя Будды, выполненная из золота. Стены храма были украшены символами планет и двенадцати знаков зодиака, схожими по стилю с зурванистскими мотивами, найденными столетие ранее в тронном зале в иранском дворце Сасанидов – Такдисе.

Царства Саманидов и Буидов

Тем временем персидский правитель Бухары и Самарканда также объявил о своей независимости от Аббасидов и основал династию Саманидов (годы правления 874 – 999). В 892 году основатель династии Саманидов Исмаил ибн Ахмад (годы правления 874 – 907) захватил столицу Западных Караханидов – Тараз, вынудив их правителя Огулчака перенести столицу в Кашгар. Затем Исмаил ибн Ахмад отвоевал в 903 году у Саффаридов Бактрию, тем самым заcтавив их суровых правителей отступить в центральную часть Ирана.

Саманиды способствовали возвращению традиционной иранской культуры, но оставались политически преданными арабам. Они первыми стали записывать персидский язык с помощью арабской письменности и многое сделали для развития персидской литературы. На пике их правления, при Насре II (годы правления 913 – 942), в Согдиане и Бактрии возобладал мир и высокий уровень культуры.

Саманиды были суннитами, однако Наср II оказывал поддержку шиистскому и исмаилистскому движениям. Кроме того, он был терпим к буддизму, о чем свидетельствует то, что в этот период в столице Саманидов Бухаре по-прежнему изготавливались и продавались резные изображения Будды. Саманиды даже проявляли сочувствие ко всюду преследуемым манихеям, многие из которых нашли приют в Самарканде во время правления Саманидов.

Единственной нежелательной религиозной группой были зороастрийцы, последователи религии, которой придерживался основатель династии Саманидов до перехода в ислам. Большое их сообщество переселилось в Индию, прибыв в Гуджарат морем в 936 году. Здесь они стали известны как парсы. Вскоре после этого преемник Насра II Нух бин Наср (годы правления 943 – 954) стал сурово преследовать последователей исмаилитского течения ислама.

Тем временем халифы Аббасидов в Багдаде становились все слабее. Вскоре после падения Саффаридов в 910 году свою династию основали Буиды, которые стали править большей частью Ирана (годы правления 932 – 1062). Буиды были шиитами и в период своего правления по сути контролировали багдадских халифов. Однако при этом они продолжили поддерживать интерес Аббасидов к иноземным знаниям, особенно к науке. В 970 году группа багдадских ученых, известная как «Братья чистоты» (Ikhwanu's-Safa), опубликовала энциклопедию в пятидесяти томах охватывавшую все области современного знания, включая переводы греческих, персидских и индийских источников.

Империя киданей

Между тем, на юго-западе Маньчжурии возникла еще одна важная империя, впоследствии повлиявшая на расстановку сил в Центральной Азии. Это была империя киданей. Их предводителем был Абаоцзи (годы правления 872 – 926), который объединил различные племена киданей Маньчжурии и в 907 году, спустя год после падения китайской династии Тан, объявил себя «ханом». Кидани следовали смеси ханьской и корейской буддийских традиций с их исконной формой шаманизма. Еще в 902 году Абаоцзы построил киданьский буддийский храм, а в 917 году он объявил буддизм государственной религией.

[См. карту No24: Центральная Азия, начало X века.]

Кидани были первой известной группой людей, говорившей на монгольском языке. Они имели высокоразвитую цивилизацию и особенно были искусны в изготовлении изделий из металла. Желая сохранить самобытность своего народа, Абаоцзы ввел в 920 году письменность для языка киданей, созданную по образу ханьского алфавита, но гораздо более сложную. В последующие столетия она стала основой для письменности чжурчжэней и тангутов.

В 924 году хан Абаоцзы нанес поражение киргизам и завоевал Монголию. Однако он был человеком широких взглядов и терпимо относился к манихеям и несторианам, оставшимся на территории Монголии после ухода орхонских уйгуров. Кроме того, он распространил свою власть на территорию коридора Ганьсу и на север Таримской впадины – желтые уйгуры и уйгуры Кочо сдались мирно и стали вассальными государствами. В 925 году он принял уйгурскую письменность в качестве второй, упрощенной формы записи киданьского языка. Он даже пригласил обе группы уйгуров (уйгуров Кочо и желтых уйгуров) вернуться в их степи. Однако переняв оседлый городской образ жизни и, возможно, также опасаясь, что во время их отсутствия кидани полностью захватят Великий шелковый путь, уйгуры Кочо и юйгу (желтые уйгуры) отказались от предложения.

Империя киданей быстро разрасталась во многих направлениях. Вскоре в ее составе оказалась вся территория Маньчжурии, часть севера Кореи и значительная часть северо-восточного и северного ханьского Китая. Приемник Абаоцзы назвал династию киданей династией Ляо (годы правления 947 – 1125). Династия Ляо стала постоянным соперником и врагом китайской династии Северная Сун (годы правления 960 – 1126). Последняя преуспела в воссоединении остальной части ханьского Китая после полутора столетий раздробленности.

Хотя знать киданей, поселившаяся на территории ханьцев, в значительной степени китаизировалась, кидани, жившие вне ханьского Китая, сохранили свои традиции и культурную самобытность. Правители киданей всегда держали свой императорский двор и сосредоточение военной силы на юго-западе Маньчжурии. Они только на словах следовали конфуцианским ритуалам, вместо этого уделяя особое внимание буддийским ритуалам, направленным на обретение силы, которые они смешали со своими исконными шаманскими верованиями. Постепенно буддийские ценности стали преобладать. Последняя запись о человеческих жертвоприношений во время императорских похорон киданей была сделана в 983 году. Император киданей, Син Цзун принял буддийские обеты (пять обетов мирянина) в 1039 году и в 1043 году запретил жертвоприношения лошадей и волов во время похорон.

Поскольку кидани были знакомы с буддизмом ханьцев на протяжении столетий до основания своей династии и так как наиболее распространенная буддийская литература была доступна на китайском языке, цивилизация ханьцев вскоре затмила собой уйгурскую как основной источник иностранного влияния на общество киданей. Уйгуры Кочо и желтые уйгуры стали чувствовать себя все более отчужденно. Впоследствии, поддерживая дипломатические и торговые связи со своими повелителями – киданями, они стали следовать более независимым курсом. Однако они никогда не поднимали восстаний: скорее всего, у этого был целый ряд причин. Кидани превосходили их в военном плане. Уйгуры и юйгу (желтые уйгуры) не только были неспособны победить их: напротив, они смогли бы извлечь выгоду из того, что кидани их защищали. Более того, обе группы уйгуров, хотя и приняли буддизм, несомненно, продолжали смотреть в сторону священной горы Отукан в Монголии, находившейся под властью киданей, и не желали терять с ней связи. Буддизм уйгуров, как и их предшественников, древних тюрок, и похожей киданьской формы, существовавшей в тот же исторический период, вобрал в себя элементы тенгрианства и шаманизма.