Библиотека Берзина

Буддийская библиотека д-ра Александра Берзина

Перейти к текстовой версии страницы. Перейти к разделу навигации.

Главная > Электронные книги > Опубликованные книги > Опора на духовного учителя: построение здоровых взаимоотношений > 17. Вопросы, касающиеся поколений и жизненного цикла

Опора на духовного учителя: построение здоровых взаимоотношений

Первоначально опубликовано:
Berzin, Alexander. Relating to a Spiritual Teacher:
Building a Healthy Relationship
.
Ithaca, Snow Lion, 2000.

Переиздано:
Wise Teacher, Wise Student:
Tibetan Approaches to a Healthy Relationship
.
Ithaca: Snow Lion, 2010

Русский перевод опубликован:
Александр Берзин. «Опора на духовного учителя:
Построение здоровых взаимоотношений»
СПб.: Нартанг, 2002

Часть III. Нездоровые отношения с духовными учителями

17. Вопросы, касающиеся поколений и жизненного цикла

Стадии цикла современной жизни

В "Новых отрывках" Шиихи предположила, что стадии цикла человеческой жизни варьируются в соответствии с общественно-экономическим классом людей и условиями времени. Используя этот тезис, она открыла новую парадигму для цикла взрослой жизни применительно к современному среднему классу полубогатых социально мобильных образованных белых американцев. Парадигма содержит три стадии: предварительной, первой и второй взрослости.

Затем Шиихи анализирует тот стиль, в котором каждое из современных поколений в рамках такой группы проходит через эти три стадии. Ее предположение состоит в том, что для понимания поведения людей этого общественно-экономического класса требуется рассматривать их в контексте их поколения и их стадии жизни. Кроме того, она доказывает, что канадские, латиноамериканские, западноевропейские и австралийские члены этого подвижного класса хорошо соотносятся с такой моделью трехчастной взрослости. В каждой стране, однако, культурные факторы будут вносить свои особенности в эту модель.

Большинство духовных искателей, которые приходят в Дхарма-центры в США, относятся к классу людей, которых анализирует Шиихи. Схема Шиихи обеспечивает полезный аналитический инструментарий для понимания некоторых проблем, с которыми сталкиваются эти люди в построении взаимоотношений с духовными учителями. Также он может быть применен для понимания проблем, которые могут возникнуть в будущем в других субкультурах.

Предварительная взрослость – это затянувшаяся юность, характеризуемая экспериментаторством и непринятием на себя ответственности как в отношении карьеры, так и в отношении брака. Она длится с двадцати до тридцати лет. Это время более всего закладывает основную линию для всей остальной жизни человека. Первая взрослость следует примерно с тридцати до середины сорока, в течение этого времени человек старается утвердить себя в карьере и (или) созданием семьи. Вторая взрослость, следовательно, наступает в середине сорока, начинаясь со "второй молодости", периода экспериментаторства, сходного с юностью, и – с середины сорока с лишним примерно до пятидесяти. Во время этого периода человек может быть уволен или насильно отправлен на раннюю пенсию, и его (ее) дети могут быть уже вне дома – в колледже. Возраст зрелости, мастерства следует затем до середины шестого десятка, – часто с началом новой карьеры или с новым спутником жизни. Человек может обрести новый синтез своей жизни, приносящий большие свершения. После шестидесяти пяти наступает возраст интеграции, во время которого человек не чувствует больше никакой потребности утверждать себя и может наслаждаться тем синтезом, который он уже для себя открыл.

Поколением, которое последовательно включило в себя большинство духовных искателей, привлеченных тибетским буддизмом в Соединенных Штатах, стало поколение "бума рождаемости", или "вьетнамское поколение", родившееся в период с середины сороковых по середину пятидесятых. Намного меньшая часть последователей пришла из "поколения Ме", родившихся с середины пятидесятых по середину шестидесятых, и еще меньше – из "поколения Икс", или "поколения в опасности", родившихся с середины шестидесятых примерно по 1980. Давайте исследуем, как факторы поколения, стадия жизни и время повлияли на подход этих групп к духовной практике и на их взаимоотношения со своими духовными учителями.

Стадии в истории духовной жизни детей "бума рождаемости"

Вера в то, что вещи могут быть совершенны, заложила основной эмоциональный тон, характерный для поколения "бума рождаемости". Так, во время затянувшейся юношеской безответственности в конце шестидесятых годов и на протяжении большей части семидесятых многие из них экспериментировали с новыми альтернативами. Часто они делали это в качестве протеста против ограничений, накладываемых родителями или из-за давления вьетнамской войны. Типично они восставали против традиционной религии, культуры или системы ценностей, в рамках которых родились, или против сочетания всех этих трех вместе взятых. Во многих случаях это восстание вело их к тибетскому буддизму.

Недостаток серьезного экономического давления дал возможность идеализму, характеризовавшему их в период жизни после двадцати, раздуться в пузыри романтической идеализации тибетцев, их культуры и буддизма. Это привело к романтизации тантрических мастеров, подпитываемой сравнительно легким доступом в тот момент к главам линий преемственности традиций и величайшим ламам своего времени. Неадекватный перевод и редкость печатных материалов еще больше способствовали идеализации и фантазиям. В результате взаимоотношения, которые строили большинство духовных искателей с наставником, оказались нереалистичными. В действительности, некоторое их число пришло в семидесятые к духовным учениям, находясь под влиянием психоделиков или наркотиков.

Во время своей первой взрослости в восьмидесятые дети "бума рождаемости" стали "достигателями". Жаждая получить одобрение от своих буддийских учителей и иерархов, многие старались утвердить себя совершением сотен тысяч простираний, проведением длительных затворов, затейливых ритуалов (санскр. пуджа), обучением по специальным образовательным программам на титул геше или же преданным служением своим наставникам в форме построения Дхарма-центров и работы в них. Дух необузданного, эгоцентрированного достигательства, который характеризовал 80-е годы в Соединенных Штатах в целом, разжег "духовный материализм" этого времени.

Поскольку дети "бума рождаемости", часто склонные к низкой самооценке, старались оправдать свою значимость, они имели тенденцию проецировать на своего учителя, будто учитель оценивает их. Многие бессознательно чувствовали, что нуждаются в том, чтобы свершать нечто для утверждения своей самоценности и завоевания принятия и любви. Некоторые также ощущали элемент соревновательности с товарищами по духовному поиску. Они чувствовали, что должны затмить других в почитании или в числе делаемых простираний. Вокруг крупнейших тибетских учителей на Западе сформировались клики "внутреннего круга" учеников. Взаимоотношения ученик – наставник становились все более нездоровыми.

Вторая молодость пришла к детям "бума рождаемости" в девяностые, совпадая с всплеском скандалов и противоречий, в которых были замешаны духовные учители. Узнав о злоупотреблениях в поведении нескольких известных учителей или их вовлеченности в острые споры друг с другом, многие дети "бума рождаемости" или пережили разочарование или впали в отрицание. Увидеть пороки системы тибетского буддизма и дискредитацию некоторых его "звезд" было чрезвычайной травмой. Это походило на шок, который они могли бы пережить, увидев самих себя или своих духовных патронов борющимися с раком или своих родителей деградирующими под влиянием болезни Алцгеймера.

Многие дети "бума рождаемости" потеряли жесткое ложное "я" духовно достигшего и сделались небрежны в медитации и соблюдении принятых обязательств. Они эмоционально дистанцировались от своих отношений с духовными учителями, как с живущими, так и с уже ушедшими из жизни. И, как бывает при второй молодости, многие обратились к экспериментам и устремились к психологии и другим научным дисциплинам ради отыскания методов, которые помогли бы им справиться с кризисом своего среднего возраста. Крушение жестких категорий, которые характеризовали 90-е, направило их поиски к новым моделям духовной практики.

Когда же дети "бума рождаемости" дошли до второй взрослости в конце 90-х, многие открыли для себя заново родные отеческие ценности, которые они подавляли динамикой духовных достижений в своей первой взрослости. Они открыли для себя восприимчивость и практичность своих западных культур и обрели чувство самоценности, исходя из позитивных культурных аспектов. Вступив в возраст мастерства, некоторые обрели духовную уверенность в себе, достаточную для того, чтобы интегрировать опыт в новом синтезе. Они достигли уровня зрелости, что позволило им относиться к духовным наставникам более здоровым образом и подходить к своим практикам медитации более реалистично. Успех в этих попытках зависит от открытости к вдохновению духовных наставников.

История духовной жизни "поколения Ме"

Представители "поколения Ме" пришли к тибетскому буддизму как "предварительно взрослые" в восьмидесятых. Эмоциональный тон этого поколения был сформирован желанием всеобладания. Поскольку в то время изобиловали возможности быстрого делания денег, значительно меньшее число их оказались привлечены к буддизму, сравнительно с предшествующим поколением. Дух восьмидесятых в Соединенных Штатах благоприятствовал алчности и профессионализму. Молодые люди с капиталом, талантом и завидным общественно-экономическим фундаментом чувствовали, что любое усилие к продвижению гарантирует легкий успех. В качестве части своего затянувшегося юношества во время этой декады "дети" поколения Ме восставали против непрактичного романтического менталитета хиппи и прилагали свои усилия к добыче денег, благ и возможного опыта. Рассматривая счастье как удобство, многие идеалистически полагали, что могут купить его. Люди этого поколения, следующие духовным путям, часто с равным нарциссическим сосредоточением отдавались практикам. Они подходили к "накоплению заслуг" с тем же отношением, которое у них проявлялось в накоплении коллекций музыкальных дисков и одежды от дизайнеров. Многие ожидали обрести и иметь все без эмоциональных обязательств и, как это символически выразилось в феномене автоответчика, – без интимности. Внося такие подходы в свои взаимоотношения с духовным наставником, многие идеализировали учителя как средство для продвижения в духовном плане и использовали его или ее для собирания большего количества заслуг, но без действительного открытия ему или ей своего сердца.

В девяностые годы "поколение Ме", как и "достигатели" в своей первой взрослости, встретилось со скандалами и противоречиями. Многие чувствовали себя обкраденными относительно того, чего они хотели достичь в духовной сфере, и, тягостно разочаровавшись, обратились к достижению успеха в бизнесе и устройстве семьи. Другие сделались раздраженными и отдались со всем пылом приведению к падению своих виновных в злоупотреблениях наставников. Те, кто придерживался своих духовных практик, последовали духу девяностых и отбросили жесткие модели. Многие эмоционально дистанцировались в дальнейшем от наставников и очень нечасто приходили в Дхарма-центры.

Духовный путь "поколения Икс"

Лишь очень немногие представители "поколения Икс" искали духовные пути во время своей затянувшейся юности и предварительной взрослости в девяностые годы. На то, что это так случилось, повлияли несколько факторов. СПИД, безработица и разрушение окружающей среды поставили под угрозу перспективы безопасного будущего. Лидеры на всех уровнях общества были вовлечены в ложь и скандалы. В результате большинство представителей этого поколения почувствовали невозможность доверять чему бы то ни было или кому бы то ни было, в особенности цельности тех людей, которые занимают какую-то позицию, предполагающую уважение. Многие сами примирились с ожиданиями, что все и вся предадут их, как, возможно, они чувствовали, сделали их родители во время развода или оставляя их под чьим-либо присмотром на день, когда они были малы. Когда они узнали о скандалах и противоречиях между буддийскими духовными лидерами, они подумали: "Чего ты ожидал?!" Естественно, большинство из них чувствовали мало тяги или потребности к построению взаимоотношений с духовным наставником.

Не отставая от духа девяностых годов и эха затянувшейся юности, дети "поколения Икс" восставали против жестких моделей. Большинство принимало подход "что бы ни было, – все равно", задавший тон этому поколению. Все, что угодно, было равно, и ничего на самом деле не было для них важно. Многие почувствовали, что их идеализм изжил себя. Они экспериментировали со всем подряд, не беря на себя обязательств, поскольку обязательства определенно вели к разочарованию. Многие чувствовали себя комфортно, общаясь с людьми только на безопасном расстоянии: посредством электронной почты или под выдуманными именами и образами в интернетовских "чатах". Они могли просто выключить компьютер или не отвечать, если кто-то чем-то их разочаровал.

Дети "поколения Икс", пришедшие в Дхарма-центры, часто привносили эти подходы с собой. Многие чувствовали себя комфортно только в больших буддийских организациях, в которых главные ламы или приезжали изредка или уже ушли из жизни. Нахождение в Дхарма-центрах в стороне от руководящих лам и под замещающей опекой менее квалифицированных младших учителей могло бессознательно напоминать им пребывание вдалеке от родителей в центрах дневного присмотра за детьми. Если они ощущали свободу делать что угодно в этих дневных центрах на расстоянии от своих родителей, которые, как это чувствовали дети, оставляли там их вне зависимости от того, как бы они себя ни вели, тогда на большой дистанции между ними и руководящими ламами они могли чувствовать свободу делать что угодно в своем центре. Поскольку руководящие ламы не замечали их в любом случае, а духовные учители на месте не были в действительности их подлинными ламами, не требовалось открывать себя для более глубоких взаимоотношений с кем бы то ни было из них.

Те, кто не открывал своего сердца и ума, часто проецировали из своего бессознательного образ некоего все-упорядочивающего и полностью надежного человека на руководящего ламу. Они идеализировали этих руководящих лам, но с эмоционально безопасной дистанции, а иногда становились фанатичны и жестки в своей упорядоченной практике. Не будучи способными задействовать собственные бессознательные достоинства, многие поддерживали отношение "будь, что будет" в других аспектах своей жизни.

Как избежать проблем, типичных для "предварительной взрослости"

Хотя каждое поколение переживает стадии взросления несколько по-разному, в зависимости от культуры и своего времени, базовая структура каждой из стадий предполагает особую форму нездоровых взаимоотношений с духовным учителем. Различные элементы медитации о гуру уровня сутры указывают методы для избежания или преодоления этих опасностей.

"Предварительная взрослость" предполагает проблему идеализации и романтизации духовного наставника, при сохранении эмоциональной дистанции без принятия на себя обязательств. Когда идеализация и характерное для западного человека заблуждение соединяют свои силы, тогда ученики, как правило, испытывают низкую самооценку как часть своей осознаваемой личности и проецируют идеальное совершенство. Так, романтическая идеализация наставника, в особенности сочетаемая с видением в этом человеке будды, часто приводит к преувеличению действительных достоинствах наставника или к интерполяции положительных черт, которых он или она лишены. Также это может вести к отрицанию действительных недостатков и ошибок учителя.

Помещение наставника на недосягаемый пьедестал провоцирует низкопоклонство с безопасной эмоциональной дистанции. Другими словами, поскольку эмоция низкопоклонства, подобная романтической любви, фокусируется на сверхчеловеческом объекте, она может быть интенсивной и волнующей. Однако ей недостает более глубокой, расслабленной близости, происходящей из принятия человека несмотря на его или ее недостатки. Так, хотя личные факторы играют свою роль, эмоциональная дистанция часто происходит из отношения, обращенного скорее к собственной фантазии, нежели к реальному человеку. В конце концов, иметь свое отношение к фантазии безопаснее, чем идти на риск разочарования, предательства или отвержения, что происходит, когда человек решается на отношения с реальным учителем, имеющим как сильные, так и слабые стороны. Бессознательное эмоциональное дистанцирование может возникать в любом случае, вне зависимости от того, постоянный ли это учитель Дхарма-центра или учитель, навещающий центр только изредка.

Однако сосредоточение на достоинствах учителя в медитации о гуру уровня сутры – не романтическая идеализация. Это – сосредоточение на действительных качествах личности, без преувеличения или добавления чего-либо. Более того, это – распознание недостатков человека, также без раздувания или измышления каких-то аспектов. Отсутствие интерполяции или отрицания также применяют, чтобы рассмотреть, что наставник функционирует как будда или что он или она является буддой. В любом из этих случаев чистое видение распознает и именует положительные качества наставника как качества будды и обнаруживает их основание в природе будды. Однако оно совершает это без отмены истинности правильного объяснения условных достоинств и недостатков личности. Одним словом, убежденность в фактических качествах наставника и признательность за его или ее действительную доброту помогают устранить дистанцию, которую создает романтизация. Поэтому эти подходы делают возможными такие эмоциональные взаимоотношения, которые достигают большей глубины.

Чтобы избежать проблемы идеализации, может быть полезно применить для этого деконструктивные методы, используемые в медитации о гуру уровня сутры по поводу недостатков наставника. После обретения реалистичного взгляда на слабые стороны наставника мы вызовем в своем уме впечатление, которое на нас производят его или ее достоинства и доброта, и постараемся провести различение между своими проекциями и фактом. Отшелушивание проекций – всегда трудная задача, поскольку наш ум заставляет их казаться действительными и мы верим, что они таковы. Этот процесс требует значительного личного опыта по поводу наставника и глубокого внутреннего анализа. Тем не менее, как только мы выявим имеющиеся условно неправильные проекции, затем мы сосредоточимся на условно правильных чертах как лишенных существования в виде неких самосущих чудес. После этого мы окажемся готовы сфокусироваться на них с убежденностью и признательностью.

Благодаря рассеиванию наивности такая процедура может прояснить ум относительно наставника. Она способна усилить убежденность в качествах, базирующуюся на понимании их зависимо возникающей природы, и уверенность в том, что мы сами можем достичь их. Далее, когда мы будем свободны от заблуждения, тогда тенденция к идеализации может стать выигрышным качеством. Поскольку эта тенденция ведет к взгляду на нечто снизу вверх, это может способствовать получению вдохновения от действительных качеств и доброты наставника. Бессознательный механизм, направленный на защиту себя от определенных эмоций, может затем помочь осознанно дистанцироваться от незрелых чувств по отношению к наставнику. Также он может оказаться полезным, чтобы избежать вхождения в нездоровые взаимоотношения. Такое использование идеализации и эмоционального дистанцирования соответствует наставлению лочжонг в традиции кадам, состоящему в том, чтобы обращать потенциально негативные условия в позитивные.

Как избежать проблем, типичных для "первой взрослости"

Характерная психологическая черта первой взрослости – наклонность утвердить себя. Когда она сочетается с заблуждением низкой самооценки, переносами и идеализацией образа учителя, тогда эта наклонность может превратиться в навязчивую идею утверждения собственной ценности. Человек бессознательно чувствует себя вынужденным действовать так, чтобы ублажить выносящую вердикт родительскую фигуру и получить принятие и одобрение.

Так же, как при невротических формах "предварительной взрослости", при этом синдроме на учителя могут интерполироваться сфабрикованные фантазией качества. Здесь изначальное заблуждение состоит в понимании учителя как арбитра в отношении нашей ценности. Это заблуждение часто происходит из бессознательной интерполяции характеристик высшего суда, Бога, когда человек старается видеть в наставнике будду. Облегчению проблемы может помочь устранение неправильных относительных истин о наставнике в процессе медитации о гуру. Также полезно будет очиститься от неправильных представлений относительно самих себя – например, от идеи, что я не обладаю никакой ценностью. Когда мы освободимся от заблуждения, обусловливающего навязчивую идею достижения, тогда стремление к самоутверждению может помочь нам направить вдохновение, получаемое от наставника, на достижение подлинного прогресса на пути.

Как избежать проблем, типичных для "второй взрослости"

Фаза второй молодости, которая начинает "вторую взрослость", как правило, включает переоценку своих прежних моделей поведения, отказ от тех устаревших факторов, которые больше не работают, и экспериментирование с новыми моделями. Если прежде мы относились к духовному наставнику нездоровым образом или обнаружили в нем или ней серьезные недостатки, мы можем оставить не только наставника, но и весь духовный путь в целом. Однако, если мы правильно распознаем источник нездорового характера своих взаимоотношений, мы можем поправить то, что неправильно, и двинуться выше, выбираясь с той неудовлетворительной стадии, подобной плато в горах, которой мы достигли в своей практике.

Во время зрелого мастерства в период "второй взрослости" люди, как правило, заново включают в свой синтезированный опыт наследие прошлого в новом синтезе. Если мы прежде застревали на ошибках и недостатках наставника, то здесь подвергаемся опасности бессознательной лояльности к негативным аспектам и передаем это следующему поколению. Такое может происходить вне зависимости от того, отказались мы от взаимоотношений с учителем или нет. Например, мы можем быть эмоционально нечестными с более молодыми учениками. Мы можем притворяться, что имеем такие качества, которыми не обладаем.

Далее, ученики в своей "второй взрослости" могут откатываться до более ранних стадий поведения, таких как интенсивное соревнование за превосходство, чтобы перещеголять своими достижениями молодых практикующих, и эмоциональное дистанцирование от любых обязательств, которые нужно было бы взять на себя, чтобы предоставить им помощь. Однако, если мы правильно сосредоточились на достоинствах наставника, тогда новый синтез может включить в себя то положительное наследие, которое мы обрели. Мы можем полностью извлечь выгоду из этой фазы жизни, воодушевляя и пестуя следующее поколение.

Как люди "второй взрослости" могут помочь воодушевлению "предварительно взрослых"

При отказе от прошлых моделей и нахождении нового синтеза ученики, проживающие фазу "второй взрослости", в основном могут обращаться или к внутреннему или к внешнему. Кроме того, они могут делать это, или имея ошибочное представление о своем преувеличенном "я", или нет. Например, обращаясь к внутреннему, они могут сосредоточиваться на медитации как источнике счастья – или нарциссически или в уравновешенной манере. Обращаясь к внешнему, они могут отыскивать удовлетворение в заботе о нуждах других: или в удушающе деспотичном порядке, или же в заботливо-поддерживающем. Например, они могут доминировать в Дхарма-центре или же могут служить источниками опыта и совета, доступными для последующего поколения, способными привлечь их для дальнейшего развития центра.

В настоящий период времени скандалов, противоречий, школьного насилия и СПИДа мы склонны ничему не доверять. Так, люди, которые сами вовлечены в духовный путь, имеют природную осторожность относительно доверия духовному учителю. С одной стороны, критическое оценивание учителя перед тем, как установить с ним взаимоотношения, – это здоровое предварительное требование, и оно может помочь избежать разочарования, опустошения или злоупотреблений. С другой стороны, патологический скептицизм и паранойя не позволяют обрести вдохновение от квалифицированного учителя, что необходимо для воодушевления и поддержания серьезной практики.

Колебания по поводу принятия на себя обязательств, которые характеризуют "предварительную взрослость", могут создавать дополнительные эмоциональные проблемы, блокирующие открытие себя духовному учителю в настоящее критическое время. Однако духовно старшие, переживающие "вторую взрослость", способны помочь младшим искателям преодолеть их психологические блоки и установить отношения доверия, становясь для них источником вдохновения.

Для того, чтобы вдохновить младшее поколение, ученикам возраста "второй взрослости" не требуется становиться гуру. Вместо этого они могут служить как бы вторичными увеличительными стеклами, способными сфокусировать вдохновение от тех великих мастеров, с которыми они встречались. Многие из этих мастеров теперь недоступны новичкам, поскольку они или стали слишком активны в международных масштабах, или потому, что уже ушли из жизни. И так, посредством медитации о гуру уровня сутры ученики периода "второй взрослости" могут сосредоточиться на достоинствах тех личностей, чтобы обрести вдохновение и затем передать это положительное наследие через собственный пример. Такое действие даст им возможность избежать бессознательной передачи дальше своего отрицательного наследия, состоящего в отвержении или дурном обращении, которая могла бы произойти при их духовном нарциссизме или удушающем доминировании в Дхарма-центре.