Библиотека Берзина

Буддийская библиотека д-ра Александра Берзина

Перейти к текстовой версии страницы. Перейти к разделу навигации.

Главная > Электронные книги > Опубликованные книги > Принятие посвящения Калачакры > 10. Первый день действительного посвящения

Принятие посвящения Калачакры

Опубликовано на английском языке:
Berzin, Alexander. Taking the Kalachakra Initiation.
Ithaca, Snow Lion, 1997

Переиздано: Introduction to the Kalachakra Initiation.
Ithaca: Snow Lion, 2010.

Впервые опубликовано на русском языке:
Александр Берзин. «Принятие посвящения Калачакры».
СПб.: Нартанг, 2002

Часть IV. Наставления по посвящению Калачакры

10. Первый день действительного посвящения

Предварительные шаги

Действительное посвящение начинается с того, что ученики прополаскивают рот и простираются в поклоне, как в предыдущий день. И участники, и наблюдатели, мы все представляем себя простым (прим. ред.: двуруким) Калачакрой у черного восточного крыльца дворца мандалы, а нашего учителя – как полного (прим. ред.: 24-рукого) Калачакру. Учитель, Калачакра, начинает с обсуждения, как анализировать сны прошлой ночи. Сны о духовных мастерах, мандале, омовении себя, надевании новых одежд, ходьбе в гору или вхождении в храм имеют благое предзнаменование, указывая на будущий успех в практике. Сны о том, что нас бьют, что мы спускаемся под гору, возвращаемся, о кроваво-красных цветах, означающих вред, – прямо противоположны. Гордость по поводу предпочтительных знаков или расстройство по поводу зловещих знаков являются причиной помех в нашей практике. Поэтому, вне зависимости от своего сна, нам надо напоминать себе о пустоте и зависимом происхождении. Успех или неудача в духовной практике не существуют самосуще, предопределенно или полностью фиксированно, но возникают зависимо от тех усилий, которые мы совершаем. Чтобы рассеять помехи, наш учитель, Калачакра, подносит торма – ритуальный пирог. Это подношение символизирует силу понимания пустоты для рассеивания суеверий и заблуждений. Как участники, так и наблюдатели, мы все равно нуждаемся в том, чтобы промыть свое сознание от глупых мыслей.

Если по какому-то случаю мы пропустили подготовительную церемонию и начали посвящение в этот момент, это не проблема. Мы будем самопорождаться как образ будды и повторять многие из процедур. Однако мы пропустили ту сцену фильма, в которой получали траву куша и исследовали свои сны. Поскольку эти части посвящения не являются существенными для процедуры посвящения, не надо терзаться или пытаться повернуть фильм, выпрашивая немного травы куша теперь. И хотя у нас нет красной веревочки, повязанной вокруг руки, мы остаемся настолько внимательными, насколько только можем, к любви по отношению ко всем существам.

Церемония продолжается, когда мы подносим мандалу и начитываем мантры, радуясь возможности получить посвящение. Опять-таки, мы просим о надежном направлении, практиках по заповеданному состоянию вдохновенной бодхичитты и обетах бодхисаттвы. Кармаваджра дает ритуальные одеяния нескольким из главных учеников, и они надевают их для поддержания внимательности к проявлению в форме образа будды. Поскольку главный момент – это представление и ощущение, что мы проявляемся не в обыденной форме, нам не нужно расстраиваться, если мы не получили новый комплект одежды. Однако каждый получает красную ленту и цветок. Мы накидываем ленту поперек своего лба как символическую повязку на глаза и бережно держим цветок на колене или в кармане для дальнейшего использования в ритуале. Как упоминалось раньше, не будет вреда, если мы взяли ленту и цветок, даже будучи наблюдателями.

Повязка на глаза носится во время первой части ритуала посвящения, когда мы еще не уполномочены видеть мандалу. Во время начальных стадий мы остаемся, если говорить на языке ритуала, за занавешенной дверью, что означает: на восточном крыльце снаружи стен дворца. В остальное время этой фазы мы находимся внутри, что значит: внутри здания. В соответствующий момент мы убираем повязку и оказываемся способны увидеть детали дворца мандалы. Задача мысленного представления становится более ответственной, начиная с этого момента и далее, поскольку здесь начинается действительное посвящение. Однако нам надо поддерживать главный акцент внимания на чувстве, кем мы являемся, где мы и что здесь с нами происходит.

Представление себя в виде пары и принятие обетов

После того, как повязка на глаза надета и повторены процедуры предшествующего дня по бросанию палочки дерева мелия индийская (neem tree) и получению очищающей воды для полоскания, мы, будучи участниками, представляем себя преобразованными из одиночного образа Калачакры в Калачакру, обнимающего свою спутницу. Эта спутница стоит одноликая, двурукая. В зависимости от традиции ритуала она или вся синяя, или желтая. В общем, спутница в этой главной паре – это Вишвамата, которая, как правило, желтая. Близко связаны с этой парой десять женских образов, называемых «могучие» (шакти), которые представляют десять далеко ведущих состояний ума или «совершенств» (парамит). Восемь из них окружают эту пару в мандале, в то время как две соединены нераздельно с Вишваматой. Хотя любая из этих десяти может замещать Вишвамату, синяя, представляющая далеко ведущее распознавание – или «совершенство мудрости», Праджняпарамиту, делает это наиболее часто.

Поскольку в качестве посвящаемого мы представляем себя как одну или другую пару на протяжении большинства времени посвящения, важно знать, как проделывать этот тип визуализации. Это не тот случай, когда участники-мужчины представляют себя спутником в этой паре, а женщины представляют себя спутницей или когда мы рисуем картину себя в союзе с каким-то другим человеком. Каждый из нас является обоими спутниками в этой паре одновременно, хотя зрительная ориентация делается с перспективы спутника. Чувства мужественности, женственности или андрогенного союза обоих совершенно неуместны.

Если мы женаты или живем с партнером, мы понимаем, что значит быть парой. Если это здоровые взаимоотношения, мы не растворяемся или не теряем себя в другом человеке, но сохраняем свою индивидуальную перспективу. И в данном контексте мы используем подобный тип чувствования, чтобы представить, что мы – это Калачакра в союзе, в то же время поддерживая свое ощущение в качестве спутника мужского рода.

Представление своего бытия парой всегда в союзе означает ум, где нераздельно слиты метод и мудрость. На одном уровне метод и мудрость относятся к состраданию и распознаванию пустоты, а на другом уровне они относятся к блаженному осознаванию и опять-таки к распознаванию пустоты. И еще на одном уровне они относятся к неизменному блаженному осознаванию пустоты и пустым формам. Таким образом, представлять себя в виде пары значит чувствовать, что мы воплощаем три уровня совершенного сплава – положительных чувств по отношению к другим и понимания реальности, радости и мудрости, сознания и тела. Далее, так же, как и обыденный образ себя как пары имеет подкрепляющее значение в психологическом плане, наполняя нас чувствами уверенности в себе, хорошего самочувствия и радости, такой образ, когда он отделен от заблуждения, действует как предельно благоприятное основание и вместилище для развития блаженного осознавания пустоты.

Один человек спросил Ценшаба Серконга Ринпоче, как надо представлять себя в образе пары, когда ты ходишь, кланяешься или занимаешься любым из обыденных дел? Будет ли спутник в твоей паре делать что-то подобное? Ринпоче ответил, что представление, будто мы проводим свою повседневную жизнь, пребывая в союзе, подобно ношению одежды. Вне зависимости от того, сидим ли мы, ходим или убираем дом, мы имеем свою одежду на себе. Мы знаем и чувствуем, что одеты. Наша одежда настолько становится нашей частью, сопровождая нас, что неважно уже, идем ли мы и что вообще делаем, – мы не думаем о ней как о чем-то отдельном. На протяжении дня мы воспринимаем себя как единый комплекс тела и одежды. Подобным же образом, когда мы воображаем себя как пару Калачакры, мы не рассматриваем здесь участников мужского и женского рода по отдельности. Также мы не фокусируемся специально на персонажах женского рода, продвигаясь по разным разделам мандалы и получая посвящение, за исключением той ситуации, когда поддерживаем внимание к мудрости пустоты, которую она представляет. Когда мы стараемся понять, как визуализировать себя в паре, нам надо вспомнить, что эта практика имеет дело с образом себя, а не с действительными взаимоотношениями с кем-то другим. Нормы межличностных отношений здесь неприменимы.

Если мы посещаем посвящение в качестве наблюдателя и хотим проделывать визуализации, мы пребываем в одиночной форме на протяжении всей остальной церемонии. Этого достаточно, чтобы блокировать свое обыденное воззрение на себя и поддерживать свое памятование сознания ясного света как вместилища для получения впечатлений от мира Калачакры. Такое мысленное представление помогает нам сохранять свое сознание и сердце открытыми к извлечению наибольшей пользы из этого опыта.

Наш учитель, Калачакра, теперь спрашивает учеников об их родовом отличии – хинаяна это или махаяна, и чего они ищут. Будучи участниками, мы отвечаем, что мы – счастливцы, имеющие природу будды, ищущие великого блаженного осознавания состояния будды ради всеобщего блага. Затем мы еще раз принимаем надежное направление (Прибежище) и обеты бодхисаттвы. Будучи же наблюдателями, мы можем также принять их еще раз, если захотим. Однако только полноправные участники предпринимают следующий шаг, то есть прошение и само принятие тантрических обетов и обещание поддерживать двадцать пять видов обузданного поведения. Наблюдатели просто смотрят и пребывают свидетелями происходящего.

Всеобъемлющая йога

Следующая процедура – всеобъемлющая йога утверждает заново два из главных базовых предварительных условий для тантрической практики: условной и глубочайшей бодхичитты. Бодхичитта – это сердце или сознание, которое нацелено на бодхи, наивысшее состояние. Удерживать это сознание на условном или «относительном» уровне значит нацелиться на просветление с намерением достичь его и принести благо всем существам посредством этого достижения. Удерживать его на глубочайшем или «высшем» уровне значит сосредоточиться на пустоте – природе просветления и всех существ и всех феноменов. Просветление пусто от существования каким бы то ни было придуманным невозможным способом. Все способности, которые мы обретаем с этим достижением, возникают зависимым образом как результат полных собраний положительного потенциала и глубокого осознавания, посредством опоры на других существ и на различные аспекты нашей природы будды.

В одном плане мы можем думать о бодхичитте как о расширении сердца и сознания. Когда мы культивируем ее на относительном уровне, мы расширяем свое сердце, чтобы охватить всех других и цель состояния просветления – помочь им совершенным образом. Когда мы развиваем бодхичитту глубочайшего уровня, мы расширяем свое сознание, чтобы объять пустоту всех феноменов. При помощи всепроникающей йоги в данный момент, как раз перед вступлением во дворец мандалы, мы расширяем свое сердце и сознание – этими двумя бодхичиттами. Здесь их символизирует белый лунный диск, лежащий на нашем сердце, и белый скипетр-ваджра, стоящий на нем. Из сердца нашего учителя, Калачакры, исходит двойник такой же луны и ваджры и растворяется в них, делая их простижение твердым и устойчивым. Вместе с нашей визуализацией, ощущением себя парой-Калачакрой и наборами обетов, эти две бодхичитты формируют вместилище нашего сознания ясного света, для получения посвящения. Будучи наблюдателями, мы также получаем большую пользу, если в этот момент зарождаем их в себе. Но, будь мы участниками или наблюдателями, нам требуется поддерживать две бодхичитты как неотъемлемую часть своего подхода на протяжении остального времени церемонии. Однако, когда эта сцена переходит к следующей стадии ритуала, мы прекращаем мысленное представление луны и ваджры в своем сердце.

Секретность

До вхождения в мандалу и после мы принимаем обязательство о тайне. Это завершает процесс переплавления своего сознания ясного света в наиболее подходящее вместилище для посвящения. Если сосуд не течет, он хранит все, что бы в него ни помещали, не теряя ни капли. Таким образом, сохраняя в тайне процедуру посвящения и последующую практику тантры, мы поддерживаем их эффективность. На тайне в тантре делается особый акцент – не для того, чтобы спрятать что-то грязное или плохое, но потому, что визуализации и другие процедуры для внутреннего духовного преобразования теряют силу, если их открывают. Если мы будем рассказывать, что представляем себя в виде божества с четырьмя лицами и двадцатью четырьмя руками, а над нами станут потешаться или считать за сумасшедших, – это окажет сокрушительное действие на нашу практику. Мы защищаемся или начинаем сомневаться в себе, и наша медитация приходит в упадок.

По этой причине надо держать при себе тантрические методы и практики, которым мы следуем. Если кто-то спрашивает о нашей медитации, лучше отвечать в общем, например объяснить, что мы работаем над образом себя, стараясь развить наиболее положительные состояния ума и тренируя воображение. Лучше всего придерживаться простых ответов. Никому не нужно знать конкретные особенности того метода, которому мы следуем, или что мы мысленно воображаем. В действительности, одним из наших вторичных тантрических обетов является – не устраивать показухи из сокровенного. Поэтому не стоит размещать изображения или статуэтки тантрических персонажей с гневными ликами или в любовных объятиях в центральных местах нашего дома, где любой может их увидеть и задать нам смущающие вопросы и отпустить фривольные замечания. Чем более тайной является наша практика, тем более ценной она становится. Также, если мы объясняем, что мы делаем, людям, которые недостаточно широко мыслят, это можем вызвать у них странные идеи. Молчание зачастую является лучшим путем избежать заблуждения и ложного понимания. Если мы наблюдатели, нам также важно сохранять свои переживания во время посвящения в тайне и не обсуждать их с теми людьми, которые могут извратить их.

Вступление в мандалу с повязкой на глазах

Имея теперь полностью подготовленный сосуд своего сознания ясного света, мы вступаем во дворец мандалы через черный восточный вход. С повязкой на глазах мы идем, направляемые, и обходим по кругу три раза, чтобы выказать почтение. Мы делаем это, идя по коридору на первом этаже – между стеной и высокой обширной платформой, на которой стоит или сидит много фигур. Затем мы подносим шесть раз по три простирания – каждому из глав (это мужские фигуры) пяти семейств будды (иногда их называют пятью «дхьяни-буддами»), а потом своему учителю, самому Калачакре. Пять Будд мужского рода сидят на четвертом этаже мандалы. Цвет стороны, где каждый из них сидит, соответствует цвету его тела и тому элементу, который связывается с его особенным семейством. Однако Акшобхья сливается с главной центральной фигурой. Мы простираемся в поклоне перед пятью Буддами мужского рода в широком входном зале в середине той стороны мандалы, которая соответствует каждому из них. Поклоны Акшобхье и нашему учителю Калачакре проделываются в черном восточном входном зале. Если мы участники, тогда для каждого круга поклонов мы преобразуемся в простую форму того Будды мужского рода, перед которым поклоняемся. После каждой порции поклонов мы представляем, что «дубль» исходит из соответственного Будды с четвертого этажа и растворяется в нас.

Порядок, цвета и местоположение по сторонам света Будд мужского рода в Калачакре отличаются от остальных систем ануттарайога-тантры. Симметрия глупа. Калачакра предписывает дхьяни-буддам цвет и направление их соответствующего элемента, и поклоны перед ними совершаются в порядке возрастающей грубости их элементов. Поэтому в ритуале Калачакры всегда перечисляются направления света в порядке: центр, восток, юг, север и запад. Мы не потеряемся, если будем держать в уме карту Северной Америки. Кланяясь сначала в черном Нью-Йорке зеленому Акшобхье, ассоциирующемуся с пространством, и затем черному Амогхасиддхи, соответствующему ветру, мы проходим по часовой стрелке вдоль по коридору к красной Мексике и простираемся перед красным Ратнасамбхавой, связанным с огнем. Всегда двигаясь по кругу по часовой стрелке и оставаясь на первом этаже, мы проследуем к белой Канаде, чтобы выразить почтение белому Амитабхе, ассоциирующемуся с водой, и затем весь путь вокруг до желтой Калифорнии ради желтого Вайрочаны, соответствующего земле. Оставаясь такими же желтыми, как Вайрочана, мы идем по кругу назад в Нью-Йорк и проделываем простирание перед нашим учителем Калачакрой.

Если это все происходит слишком быстро и мы не успеваем следить, нет причины для паники. Главное чувство, которое мы развиваем и на котором сосредоточиваемся, – то, что мы приветствуем, выказывая глубокое почтение, глав тех семейств, которые проживают во дворце. Когда двойник каждой из этих фигур растворяется в нас, мы чувствуем, что нас приглашают и вдохновляют остаться. Если мы наблюдатели и хотим быть вежливыми, мы также представляем, что подносим поклоны или другой подходящий знак почтения, оставаясь при этом простым Калачакрой.

Перед началом процедуры наш учитель, Калачакра, еще раз напоминает нам наш обет сохранять тайну и в особенности следовать наиболее важному заведенному здесь правилу – не осмеивать его. Это первый коренной тантрический обет. Он крайне важен, поскольку, если, являясь учениками, мы думаем, что наш духовный мастер не знает, о чем говорит, мы никак не сможем доверять тому, чему он учит. Время проверять пригодность тантрического мастера – это время до получения посвящения, а не после. Как любил говорить Ценшаб Серконг Ринпоче, не уподобляйтесь безумцу, который выбегает на лед замерзшего озера, а затем озирается и тыкает в лед палкой, чтобы проверить, будет ли он его держать. Наш учитель, Калачакра, подтверждает, что мы проверили его полностью заранее и что мы вступили в посвящение, будучи полностью осведомлены о том, что мы делаем. Будучи полноправными участниками, мы должны принимать всерьез те шаги, которые собираемся сделать. Будучи наблюдателями, мы также нуждаемся в трезвом подходе. Мы пришли на посвящение не для того, чтобы судить или критиковать учителя, но чтобы получить впечатление тантры и конкретно тантры Калачакры в силу своего искреннего интереса.

Придание мысленным представлениям большей прочности

В общем, мы устанавливаем стадию получения посвящения, сначала представляя себя мысленно в форме того, что обычно переводят как «существо обязательства». Это форма, которая нас тесно связывает с образом будды. Она действует как вместилище для получения посвящения. Тантрический мастер затем призывает существ глубокого осознавания, что обычно переводят как «существа мудрости», и мы представляем, как они сливаются с нашей визуализацией, чтобы сделать ее прочнее. Система Калачакры обеспечивает ясное объяснение этого механизма.

Как мы говорили в связи со внутренней Калачакрой, дыхание в течение дня проходит преимущественно через одну ноздрю или другую. Однако во время перехода от одной ноздри к другой определенное число дыханий проходит ровно через обе ноздри. Эти дыхания именуются дыханиями глубокого осознавания, и они входят в центральный энергетический канал. Как правило, никакие другие дыхания через этот канал не проходят. Практика стадии завершения путем использования специальных йогических методик, позволяющих ввести их в центральный канал, преобразует все дыхания и энергетические ветры в дыхания глубокого осознавания. Растворяя их там, в центре шести главных чакр, мы выявляем сознание ясного света, которое затем используем для зарождения глубокого осознавания пустоты.

Дыхания и энергетические ветры, которые входят в центральный канал, называются дыханиями глубокого осознавания, потому что они ведут к глубокому осознаванию пустоты. Они представлены Ваджравегой, мощной формой Калачакры. Это мысленное представление привлечения и слияния существ глубокого осознавания с визуализированными тесно связывающими существами символизирует привлечение дыханий и энергий глубокого осознавания в центральный канал и растворение их ради обретения глубокого осознавания пустоты. Глубокое осознавание пустоты ясным светом порождает пустые формы Калачакры. Поскольку пустые формы в сравнении с простыми мысленными представлениями являются намного более тонкими вместилищами для получения посвящения и обретения просветления, воображаемое слияние существ мудрости с существами обязательства заново усиливает и наполняет энергией нашу способность содержать в себе то посвящение, которое последует.

Вызывание существ глубокого осознавания

Следующая процедура, вызывание существ глубокого осознавания, начинается с преобразования себя посредством медитации о пустоте в воображаемую форму синего Ваджравеги. Это преобразование мы проделываем, только если являемся участниками. Ваджравега выглядит как полная форма Калачакры, за исключением того, что его переднее лицо гневное и он имеет две лишние руки, вместе с которыми всего у него двадцать шесть рук. Мы представляем соответствующий элемент и диски планет на своем пупе, сердце, горле и лбу того цвета, который имеет тонкая капля, находящаяся на каждом из этих мест, – желтого, черного, красного и белого. Лучи света исходят из семенных слогов, помечающих наши четыре диска планет, и также из сердца нашего учителя, Калачакры. Они возвращаются, принося с собой назад желтую, черную, красную и белую фигуры Будд, называемые Ваджрное глубокое осознавание, Ваджрное сознание, Ваджрная речь и Ваджрное тело. Эти фигуры растворяются в слогах на местах соответствующих им капель в нашем теле, символизируя тем самым привлечение дыханий и ветров глубокого осознавания в наш центральный канал и растворение их в чакрах, ассоциируемых с этими четырьмя тонкими каплями.

Это первое место, в котором возникают какие-то заметные вариации в различных ритуалах посвящения Калачакры. Будон не упоминает о лучах света, источающихся из сердца учителя Калачакры. Конгтрул следует Будону в этом пункте и в дополнение не упоминает никаких мысленных представлений на пупе, проделываемых для ваджрного глубокого осознавания. На этом примере мы можем видеть, что различия между традициями посвящения, действительно, очень незначительны. Большинство различий – это просто сокращения процедур, разработанных в тексте Седьмого Далай-ламы. Тантрические мастера, передающие посвящение по этим сокращенным текстам, могут добавлять или не добавлять более полные детали, в зависимости от обстоятельств.

Во всех версиях ритуала мы продолжаем эту стадию вызывания существ глубокого осознавания мысленным представлением дисков ветра и огня под нашими ногами. Этот ритуал использует их в последовательности событий, составленных, чтобы воспроизвести процесс зажигания туммо – внутреннего пламени на пупочной чакре, который, когда он зажжен, заставляет энергетические потоки влиться в центральный канал. Затем дождь из существ глубокого осознавания в форме Калачакр и Ваджравег ниспадает и тает в нашем теле, в то время как наш учитель, Калачакра, звенит в свой колокольчик. Чтобы подтвердить растворение ветров глубокого осознавания в наших шести чакрах, мы воображаем, что каждая чакра помечена семенным слогом соответствующего цвета.

Последовательность мысленных представлений для этой стадии довольно трудно выполнить, если у нас нет достаточного медитативного опыта. Если мы не можем придерживаться их, главное чувство, на котором следует сосредоточиться, – это дождь из фигур и нисхождение энергии и растворение ее в самой нашей сердцевине. При этом дожде мы чувствуем, что все наши энергии также собираются и впитываются. Как результат этого, наша форма образа будды делается укрепленной и более способной к содержанию в себе того посвящения, которое последует. Мы отклоняем любые чувства, которые могли бы возникнуть относительно нашей формы, что будто бы она является только условным притворством. Вместо этого мы чувствуем себя сильно, живо и, в некотором смысле, более достоверно, – как земля, которая сделалась влажной и плодородной после весеннего дождя. Если мы наблюдатели, то мы испытываем уважение и откликаемся на вибрации этого процесса, но не участвуем в нем, – как человек, который сидит на закрытом крыльце и вдыхает свежесть, наступающую после дождя.

Завершающие процедуры перед получением главных посвящений

После поднятия своей повязки на глазах на один момент, чтобы заметить, какой цвет мы увидим первым, что укажет на специфику будущих достижений, мы еще раз обходим по кругу мандалу три раза по часовой стрелке, по тому же самому коридору, что раньше. Наш учитель, Калачакра, затем принимает форму своего помощника и сходит с четвертого этажа вниз, где мы, участники, стоим, в облике Ваджравеги, в черном восточном входном зале на первом этаже. Чтобы символизировать это, мастер, передающий посвящение, сходит с трона и встает перед порошковой песочной мандалой. Здесь он начитывает стихи, известные как «слова истины», благодаря которым ученики получают ясное указание на ту особенную черту семейства будды, к которой они имеют наиболее сильную склонность. Если мы наблюдатели, то мы стоим, наблюдая это сзади в том же самом зале, в форме простого Калачакры.

Главные ученики и представитель остальных затем выходят вперед, держа двумя руками цветок, который им был выдан в начале дня, над рисунком упрощенной мандалы, помещенной на поднос. Они дают цветку упасть, произнося в это время мантру, и затем возвращаются на свои места. Та секция мандалы, в которой цветок расположился, указывает ближайшую для них черту семейства будды. В будущем мы, если являемся практикующими, особенный акцент будем делать на тех из девятнадцати тесно увязывающих практик, поддерживаемых в ежедневной йоге, которые тесно связывают нас с этой чертой. Например, если цветок падает в южной части, мы вкладываем особенные усилия в те четыре типа щедрости, которые создают тесную связь с глубоким осознаванием равенства всех существ. Таким образом нам будет легче всего продвигаться к просветлению. Также мы получаем, если являемся участником, тайное имя, которое является вариантом имени главной мужской фигуры этого семейства Будды. В нашем случае, от Ратнасамбхавы мы получим имя Ратнаваджра.

Это тайное имя используется только тогда, когда нам надо будет повторить его при принятии или подтверждении заново своих обетов во время следующего посвящения Калачакры и в своей практике садханы вплоть до того времени. Оно не используется ни в каком другом контексте. Поскольку большинство тантрических практиков получают посвящение много раз, они обнаруживают новые склонности и получают в каждом случае новые имена. Поэтому те имена, которые обретаются нами на любом конкретном посвящении, не рассматриваются как постоянные, но просто как указывающие на наши текущие потребности. При каждом новом посвящении Калачакры мы меняем свое имя и делаем акцент на других тесно связывающих практиках, если цветок падает в другой сектор.

Наш учитель, Калачакра, затем возвращает наш цветок, и мы помещаем его на макушку своей головы. Благодаря ощущению, как цветок касается нашей головы, мы переживаем блаженное осознавание пустоты. В следующей главе мы обсудим, как зародить это осознавание и что мы можем чувствовать наилучшим образом, если мы являемся наблюдателями, в этот и подобный моменты во время остального посвящения. Наш учитель, Калачакра, теперь возвращается на четвертый этаж дворца мандалы и садится еще раз на свой трон. Мы убираем повязку с глаз и представляем, что видим ясно все детали мира мандалы. Наш учитель, Калачакра, представляет нам и описывает всех персонажей, и мы начитываем определенные слова, которые тесно связывают нас со всеми ними. Первый день действительного посвящения обычно на этом заканчивается.