Библиотека Берзина

Буддийская библиотека д-ра Александра Берзина

Перейти к текстовой версии страницы. Перейти к разделу навигации.

Главная > Знакомство с буддизмом > Буддизм в современном мире > Значимость буддизма в современном мире > Занятие второе: Вопросы и ответы

Значимость буддизма в современном мире

Александр Берзин
Киев, Украина, сентябрь 2011

Занятие второе: Вопросы и ответы

расшифровка аудио
Слушать аудиоверсию этой страницы (1:01)
What I thought to do is to just open up our discussion to any questions or topics that you’d like me to speak about.

Я подумал, что мы можем просто поговорить. Я отвечу на вопросы на какие-то темы, о которых вы хотите спросить.

Вопрос: Александр упоминал, что есть некоторые крайности. Крайность контроля ситуации, параноидальность – ты стремишься контролировать все обстоятельства, которые есть. Есть крайность – как мне кажется, это крайность – крайность принятия. Можно сидеть на стуле и говорить, что ты просто принимаешь жизнь. Это крайность полного безразличия.

Question: So as far as I understand, we can have two extremes. And one is the extreme of total control of everything, and the other extreme is just doing nothing and sitting on your ass and saying, “It doesn’t matter.”

И это можно маскировать под принятие всего именно в буддийском ключе. Мой вопрос состоит в том, каким образом буддизм определяет вот эту условную линию, границу, где эта условная середина между крайностью контроля и крайностью принятия всего, что тоже может привести к крайности безразличия, пофигизма?

So this other extreme is like doing nothing, actually, and just accepting whatever comes. So how does Buddhism define the middle path, this middle position in between the two extremes of total control and not giving a damn about anything?
Alex: The middle way is to do what we can but not overestimate the effect that it will have.

Алекс: Срединный подход заключается в том, чтобы делать то, что мы можем, но не переоценивать [результат этого].

I’ll give an example:

Я приведу пример.

I have a website.

У меня есть веб-сайт.

Advertisement.

Это такая реклама,

That’s part of the whole thing.

это часть всего мероприятия.

Why did I start this website?

Почему я начал этот веб-сайт?

And there are a few reasons.

Есть несколько причин.

One is that I had the incredible privilege and good fortune to study with the Dalai Lama and his teachers and these great masters from the last generation who had received all their training in Tibet.

Одна из них в том, что у меня была невероятная удача учиться у Его Святейшества Далай-ламы и у всех учителей, особенно старых учителей, которые получили полное образование ещё в Тибете.

I lived in India for twenty-nine years with the Tibetans,

Я прожил в Индии 29 лет среди тибетцев.

and everything that I studied I wrote down. I translated a tremendous amount of books and material.

И всё, что я изучал, я записывал. Я перевёл огромное количество книг и материалов.

In the end I had about thirty thousand pages of unpublished material, so a lot.

И в конце концов у меня было примерно тридцать тысяч страниц неопубликованного материала. То есть, это много, и поэтому я это сделал.

And I didn’t want it thrown in the garbage when I die.

Я не хотел, чтобы всё это оказалось выброшенным в мусор, когда я умру.

So I wanted to share the authentic teachings that I had received. This was the authentic, actual tradition.

Я хотел поделиться подлинными учениями, которые я получил. Это была действительно подлинная, живая традиция.

And what I saw… Because I travelled around the world first as the interpreter of my teacher, and then after he died I was invited to teach around the world.

И то, что я видел, когда путешествовал по миру – я ездил как переводчик своего учителя, а после того, как он умер, меня стали приглашать учить по всему миру, –

And what I saw was that the level of Buddhism, the way that it was being practiced and taught in the West, was very much diluted, very much watered down.

И я увидел, что тот способ, которым буддизм объясняют и практикуют по всему миру, очень разбавленный, так сказать.

So I could just sit back of course and say, “Well, degenerate times. This is what’s happening. There’s nothing I could do.”

Я, конечно, мог бы просто сесть и сказать: «А, это времена упадка! Я ничего не могу сделать».

Or I can go to that other extreme: “I’m going to be the savior of Buddhism.”

Или я могу уйти в другую крайность и сказать: «Я буду спасителем буддизма».

Both of these are extremes.

И то, и другое – это крайности.

So I thought: “Well, I have the material,

Я подумал: «У меня есть материал.

and I can gather a group of people around me who can help me to make this website. (Actually, somebody else offered to make the website for me,

Я могу собрать этот материал и попросить кого-то сделать для меня это веб-сайт [на самом деле, мне предложили его создать]».

to start with. The website now has been up for ten years; it will be ten years in November.)

Так это началось. Веб-сайт уже десять лет существует. В ноябре будет десять лет.

And I will try my best

И я сделаю всё, что можно,

to make this material available.

чтобы этот материал был доступен.

If people read it, wonderful.

Если люди читают – это замечательно.

If it’s helpful, wonderful.

Если это помогает им – замечательно.

And I can hopefully contribute a little bit, but this isn’t going to save the universe.”

И возможно, я смогу как-то поучаствовать, но, конечно, это не «спасёт вселенную».

And then just, on the one hand, be relaxed about it,

И с одной стороны, я просто расслабленно к этому отношусь.

but on the other hand, work all the time on it.

А с другой стороны, я постоянно работаю над этим.

And that’s what I do, except for occasionally I travel (like here) to teach. I work on this website all the time, every day,

И вот что я делаю. Единственное, что иногда, как сюда, я выезжаю, чтобы поучить. Но вообще, это то, чем я занимаюсь: я каждый день работаю над ним, над веб-сайтом.

and I love it.

И мне это очень нравится.

I enjoy it. It’s not as though “Bleah, I have to do this.”

Я получаю удовольствие. Это не то, что: «Ой, мне придётся этим заниматься».

And slowly, slowly, it’s growing. These days we get on average three thousand people reading it every day.

И так постепенно он растёт. И сейчас у нас уже три тысячи посетителей каждый день его читают.

And this year what it looks like is that we’ll have about one million visitors in 2011.

И похоже, что по итогам 2011 года у нас будет один миллион посетителей [в год].

So it is certainly having some sort of impact, but I don’t inflate it to think that this is going to turn everything and now Buddhism isn’t going to be watered down in the West. Of course not.

Так что, конечно, это внесёт какой-то свой вклад. Но конечно, я не думаю, что это поможет избавить буддизм от разбавленного подхода на Западе.

So one rejoices in what one can do, what one can accomplish, and you don’t regret and feel badly about what you can’t accomplish.

Так что мы просто радуемся тому, что мы можем сделать, что мы можем совершить. И мы не сожалеем о том, что мы не можем сделать.

But what’s a very important thing in the Buddhist path

И есть очень важная деталь в буддийском пути,

is called the exceptional resolve. Resolve means: “I’m going to do it.”

она называется исключительная решимость.

This has to do with reaching the enlightened state of a Buddha so that you can benefit others as much as possible, benefit everybody as much as possible.

Это связано с достижением состояния будды, чтобы приносить пользу другим как можно больше.

And this attitude is that: “I’m going to take responsibility.

И это отношение, этот подход в том, что: «Я беру на себя такую ответственность.

And even if nobody else does it, I’m going to do it.”

И даже если никто больше этого не делает, я это сделаю».

So this doesn’t mean that I’m the only one who can do it,

Это не означает, что я единственный, кто это может сделать.

but: “I don’t care if nobody helps me. Nothing’s going to stop me. I’m going to do it,”

Но мне всё равно, помогает мне кто-то или нет. Ничто меня не остановит, я этим буду заниматься,

accepting all the difficulties that will be involved,

принимая все трудности, которые будут с этим связаны,

and not being unrealistic about it. It’s a challenge.

не подходя к этому нереалистично. Это сложная задача, это вызов.

But as I said, you do what you can.

Но как я сказал, просто делайте что можете.

That perseverance, by the way,

Это, кстати, усердие, настойчивость,

is called the armor-like perseverance. It’s like wearing a suit of armor, that: “No matter how difficult it is, I don’t care. It’s not going to stop me.”

это называется усердие, подобное броне. Это словно на вас бронежилет: «Я буду стремиться к чему-то, невзирая ни на что. Ничто меня не остановит».

Вопрос: Если говорить о мотивации уже не столько буддизма как философии, а буддизма как религии – достижение состояния будды для освобождения других существ, мне видится здесь некоторая собственная исключительность, когда человек принимает себя за некое исключительное существо. И я здесь лично для себя как для человека, пытающегося практиковать буддизм, вижу ограничение – в том, чтобы не впасть опять же в эту крайность своей уникальности.

Question: So I can see that it’s more related to Buddhist religion and not to the philosophy as such. But the motivation that drives us in Buddhism and which I see as a person who tries to practice Buddhism, the motivation to achieve enlightenment and to help everybody – there is some exceptionality with that. Like I can say, “I’m going to reach that, and I’m going to save all beings.” How can we not get into this trap?
Alex: Well, there is a difference between self-confidence and obsession with oneself.

Алекс: Есть некоторая разница между самоуверенностью и самоодержимостью.

When I say with this exceptional resolve, “I don’t care how difficult it is. I’m going to do it,”

И когда я говорю об этой исключительной решимости: «Я буду этим заниматься, невзирая ни на что»,

that needs to be done not from a position of a big ego: “How wonderful I am that I can do it and that I will do it.”

это нужно делать не с позиции большого эго – что я такой классный и я буду это делать.

You just do it

Вы просто это делаете,

because it needs to be done.

потому что это нужно сделать.

Shantideva said it very nicely.

Шантидева очень хорошо сказал,

He said: Suffering has no owner.

он сказал: «У страдания нет владельца.

Suffering should be removed not because it’s my suffering or because it’s your suffering;

Страдание нужно устранить не потому, что это моё страдание или твоё страдание.

suffering needs to be removed simply because it’s suffering and it hurts.

Страдание нужно удалить просто потому, что это страдание и это больно.

So if there’s a thorn in your foot,

Если у вас есть заноза в ноге,

the hand helps the foot.

рука помогает ноге.

It doesn’t say, “Well, I’m okay up here. That’s your problem.”

Она не говорит: “Вообще, мне нормально. Это твоя проблема”».

So like that, taking responsibility and doing things ourselves,

Таким образом мы принимаем ответственность, мы что-то совершаем сами.

it’s just – you do it because it needs to be done.

Вы просто это делаете, потому что это нужно сделать. Вот и всё.

Since you say that you’re coming from a Buddhist background, one has to deconstruct:

И поскольку вы сказали, что у вас есть какой-то буддийский опыт, то мы как бы разбираем на части:

There’s me, the agent of the action.

есть я, есть тот, кто действует;

There’s those people that you’re doing it for.

есть те, для кого вы это делаете;

There’s what you’re doing,

есть то, что вы делаете;

the action itself.

и есть само действие.

And all of these are dependent on each other.

Все они зависят друг от друга.

You don’t just isolate one and inflate it: “Me, I’m the one that’s doing it.”

Вы не просто изолируете одно и раздуваете его: «Я, я это буду делать».

It’s dependent on there being other people that will read it.

Это зависит и от других людей, которые будут читать это,

And no matter what you’re doing, it requires the help and cooperation of others.

которые с этим связаны. И что бы вы ни делали, это требует сотрудничества и взаимодействия с другими.

So one constantly has to meditate and keep in mind how I exist in terms of whatever it is that I’m doing

Поэтому следует постоянно медитировать, то есть помнить, держать в уме, как я существую, как я взаимодействую,

and not make it an ego trip.

и не превращать это в самолюбование, в погоню за эго.

And you know how you know it’s an ego trip?

И вы знаете, что это самолюбование, это погоня за эго.

It’s when you’re feeling insecure and the energy inside you is not peaceful.

Вы можете это распознать тогда, когда вы чувствуете эту неуверенность, когда энергия внутри вас неспокойна.

Because you’re thinking about: “What are people going to think of me?”

Потому что вы думаете: «А что люди подумают обо мне?

“Am I good enough?”

Достаточно ли я хорош?»

this sort of thing. Worry

Вот такое беспокойство,

about disappointing others and so on.

оттого, что мы можем разочаровать других и так далее.

Just do it. Just act as best as you can.

Просто делаем, просто поступаем наилучшим образом.

Question: I have more a theoretical question about points about our existence, about our unhappiness and causes of it. It looks similar in Buddhism and in modern psychology, modern Western psychology I mean, like positive psychology (Seligman’s psychology) or Erich Fromm’s psychoanalysis or, for example, in the existential psychology of Viktor Frankl. What is the difference between Buddhist point of view and modern psychology?

Вопрос: Вопрос в том, что то, о чём вы говорили раньше про страдание, про наше отношение к нему, всё это очень интересно взаимосвязано с самыми разными подходами современной психологии: и Франкла, и все подходы, которые были названы. В чём эта взаимосвязь заключается, как разделить буддизм и психологию?

Alex: So he’s asking: What is the difference between this Buddhist psychology and various schools of Western psychology?

Алекс: Итак, в чём же разница между буддийской психологией и разными школами западной психологии?

As I said, we’re differentiating here Buddhist science and philosophy from Buddhist religion.

И как я уже говорил, мы отделяем здесь буддийскую науку и философию от буддийской религии.

They don’t actually exist separately,

Но вообще, они не существуют независимо, отдельно.

and so if we want to look at the Buddhist psychology in a fuller way, then we need to bring in past and future lives.

Так что, если мы хотим посмотреть на буддийскую философию более полно, мы тогда рассматриваем и прошлые, и будущие жизни.

Happiness and unhappiness are the result of previous behavior.

Счастье и несчастье – это результат нашего прошлого поведения.

We act in certain destructive or constructive ways.

Мы действуем определённым деструктивным или конструктивным способом.

Destructive means under the influence of disturbing emotion, like anger or attachment, greed, ignorance.

Деструктивное означает действие под влиянием каких-то омрачающих эмоций, например зависти, привязанности или гнева.

And we do that compulsively,

Мы делаем это навязчиво.

and this builds up a negative tendency, negative potential.

И это выстраивает негативные тенденции, негативный потенциал.

And then, arising from various conditions, what will come from that is what we call “feeling like doing something.”

И из разных условий возникает то, что мы называем чувство, [что нам хочется что-то сделать].

Actually, something comes before that.

Вообще-то есть ещё кое-что, что возникает раньше.

It’s called contacting awareness.

Это называется контакт осознавания.

It is the awareness of something as being pleasant or unpleasant or neutral.

Это осознавание того, что что-то является приятным, неприятным или нейтральным.

Why do we experience something, encounter something, as pleasant or unpleasant? Because sometimes the exact same object we can experience as pleasant (let’s say seeing a friend) or as unpleasant (I’m busy or they annoyed me, we had an argument).

Мы можем столкнуться с чем-то, и мы можем рассматривать это как приятное или неприятное, несмотря на то что объект может быть одинаковый. Например, мы встречаем друга, и иногда нам это кажется чем-то приятным, а иногда мы можем быть чем-то раздражены, или мы заняты, или что-то ещё и это кажется неприятным.

And this experiencing it as pleasant or unpleasant is the result of these positive or negative potentials.

И когда мы воспринимаем это как позитивное или негативное, это и связано с этим потенциалом, который у нас есть – позитивным или негативным.

We’re angry, we’re greedy, we’re attached – we act in negative type of ways, and what does that do? That builds up a potential to experience things in an unpleasant way.

Мы в гневе, или мы привязаны, или мы завидуем. Это создаёт негативный потенциал для того, чтобы мы воспринимали что-то неприятно.

And based on experiencing unpleasant contact with this object, we feel unhappy.

И основываясь на неприятном восприятии вот этого контакта с этим объектом, мы чувствуем эту несчастливость.

Now the compulsive aspect comes in.

И теперь уже вступает в силу аспект навязчивости.

First we feel like doing something, like I feel like yelling at you,

Сперва нам как-бы хочется что-то сделать: мы чувствуем, что, например, я хочу закричать на кого-то.

because it’s unpleasant contact awareness with you and I’m unhappy

Потому что это мы распознаём этот контакт как негативный, для меня это несчастье.

and, like being thirsty, I want to get that away: “I don’t like that unhappiness. Get it away from me.”

И тогда это как жажда: «Я не хочу этого несчастья, этой несчастливости, уберите это от меня».

So now, based on that previous tendency to yell, I’m going to feel like yelling at you.

И основываясь на предыдущей тенденции, на склонности кричать, я буду чувствовать это желание кричать.

That leads to this compulsive aspect of then compulsively I’m drawn into yelling. I’m thinking to yell and then yelling.

И это уже приводит к этому навязчивому аспекту, когда мне уже навязчиво хочется закричать. И я сперва думаю о том, чтобы закричать, и затем я кричу.

So Buddhism gives this type of quite thorough analysis. And then, because I yell, it is an unpleasant type of sensation and it will build up more causes, more tendencies to experience things as unpleasant and to be unhappy.

Буддизм предлагает очень тщательный анализ. Соответственно, и дальше, если я кричу, это тоже создаёт причины того, чтобы и дальше чувствовать себя несчастливым.

And all of this is deriving from confusion about me, how I exist.

И всё это – производное от первичного заблуждения по поводу себя, по поводу того, как я существую.

And what we need to focus on is that these projections, these fantasies of how I think that I exist, that I should always be happy, I should always have my own way, blah, blah, blah – all of that, that that is not corresponding to anything real.

И на чём нам нужно здесь сфокусироваться – на том, что эти проекции по поводу того, как я существую, что я такой особенный, в центре всего и так далее – что это всё не реально, не соответствует реальности.

So this is the really quite unique Buddhist assertion, what we call voidness.

И это уже довольно уникальное буддийское утверждение – то, что мы называем «пустота».

This is referring to an absence. Something is totally absent and never was there.

Это то, что относится к отсутствию. Когда чего-то никогда не было там на самом деле.

And what’s totally absent is something in reality that corresponds to this projection of what’s impossible, a corresponding figure in reality of what I’m projecting, which is impossible.

И то, что полностью отсутствует, – это вот то самое соответствие между тем, что я проецирую, и реальностью.

Like a me who is the center of the universe and should always have his way. I might think like that, I might feel like that, but there’s nothing in reality that corresponds to that.

Например, если я считаю себя в центре вселенной, я могу так думать, я могу так чувствовать, но в реальности нет ничего, что бы этому соответствовало.

Or the example that I often use: the perfect partner, like the prince or princess on the white horse who is going to fulfill me in all ways. That is a fairytale. Nobody exists like that.

Или пример, который я люблю приводить, – это Принц или Принцесса на белом коне – сказочный персонаж, который приедет и полностью удовлетворит все мои пожелания. Но это сказка: нет никого, кто бы соответствовал этому образу, на самом деле.

And when we focus on the total absence of that – “There’s no such thing” –

И когда мы сосредотачиваемся на полном отсутствии этого – того, что нет ничего такого, –

the more and more we get convinced of that, the more and more we get used to that, then all this other compulsion and disturbing emotions based on it stop.

мы всё больше убеждаемся в этом, и тогда все остальные эмоции и навязчивые идеи, которые с этим связаны, прекращаются, они больше не длятся.

Question: My question, it’s more philosophical. In the beginning of your lecture you said that one of the causes of our suffering is irrationality. And what do you think – can a human being become perfectly rational?
Alex: I said one the causes of suffering was irrationality. Do I believe that human beings could become perfectly rational?

Алекс: В лекции я сказал, что одна из причин страданий – это иррациональность. И считаю ли я, что человек может стать совершенным образом рациональным?

Well, first of all, being rational doesn’t mean having no emotions.

Во-первых, быть рациональным не означает, что у вас нет эмоций.

Being rational means that our way of thinking is valid, our way of understanding is valid.

Быть рациональным – это означает, что наш способ мышления, наш способ понимания правдив, он действителен.

So for instance, it’s irrational to think that: “I am the only one in the world who has this problem.” That’s irrational. That doesn’t make any sense.

Например, нерационально было бы думать, что я единственный человек в мире, у которого есть такая проблема. Это нерационально, это не имеет смысла.

And so when we are rational about it, that: “So many people have the same problem,” then it allows us to feel compassion and love for them, sympathy.

И когда мы рационально, разумно подходим к этому, мы понимаем, что у многих людей есть такая проблема. Это позволяет нам чувствовать к ним любовь и сочувствие.

A lot of our thinking of course is irrational. That’s because we don’t really train ourselves to analyze: “How am I thinking? Is this correct or an incorrect way of thinking?”

И многое в нашем мышлении иррационально именно из-за того, что мы не можем понять, а правильно я думаю или неправильно? Правильно это мышление или неправильно?

But with training I think it is possible

Но при помощи подготовки это возможно, я думаю.

to correct our thinking. This is what we do in meditation.

Мы можем исправить наше мышление. Именно этим мы и занимаемся в медитации –

We analyze.

мы анализируем.

“I’m upset,” let’s say. You go over what’s happened during the day. “Okay, I was upset about this or about that.” Why?

Мы просто перебираем, например, события за день. Вот, я был расстроен. А почему?

“I was upset because of this or that reason, which is irrational. They’re not correct reasons.”

Я был расстроен по той и той причине, потому что это нерационально, это были неправильные причины.

So when I analyze, when I deconstruct, I see the situation in a completely different way,

И когда я анализирую, когда я разбираю это на части, я вижу ситуацию совершенно по-другому.

which is far more rational,

И это гораздо более рационально.

and then I’m not so upset.

И тогда я не так расстраиваюсь.

And I train myself to not be so irrational so that in daily life I’m not going to be so irrational. I build up a habit.

Я тренируюсь в том, чтобы не быть таким иррациональным, и тогда я становлюсь всё более рациональным. У меня появляется такая привычка.

In the Tibetan Buddhist training, the education system is based on logic and debate.

В тибетском буддийском образовании система подготовки основана на логике и дебатах.

And the point of the debate is to discover inconsistencies in your thought and in other people’s thinking.

И цель этих дебатов в том, чтобы обнаружить эти несоответствия в мышлении у себя самого или других людей.

And so what happens is that you state your understanding of something

И что происходит? Вы утверждаете своё понимание,

and then the other person tests you and probes you to see how consistent are you about that.

а другой человек проверяет вас. Он исследует, насколько это понимание устойчиво, насколько оно непогрешимо.

By yourself, you’re never going to question your understanding as critically as other people will.

Вы никогда не сможете сами себе задать вопрос настолько критично, как это могут сделать другие люди.

And the result of the debate training is that your understanding, with anything that you think – you exercise critical analysis (and after a while it doesn’t have to be verbally; it’s just that your mind thinks that way), so that you have certainty in your understanding and there’s no inconsistency,

И результатом этой подготовки, этих дебатов будет то, что вы начинаете критически оценивать собственное мышление. Это становится привычкой. И тогда у вас нет несоответствий в вашем мышлении.

and that prepares you to be much more efficient in meditation.

И это готовит вас к тому, чтобы быть намного более эффективными в медитации.

If you’re trying to meditate on impermanence, for example, and you don’t really understand impermanence or your understanding is confused, you’re not going to get anywhere except more confusion.

Например, если вы пытаетесь медитировать на непостоянство, но вы не очень-то понимаете, что такое непостоянство, вместо этого у вас есть какое-то заблуждение, то это приведёт только к увеличению заблуждения.

But what you have to watch out for in training and debate is becoming what I call a “debate monster.”

Но к чему нужно относиться осторожно в таких дебатах – это к тому, чтобы не стать таким «монстром дебатов», я это так называю.

A debate monster is someone who never knows when to stop debating.

Монстр дебатов – это человек, который не знает, когда стоит прекратить дебаты.

So anything that anybody says – you immediately jump on them and attack them, that: “You’re being irrational,” and you start debating with them. And that loses friends very quickly.

И кто бы ни сказал что-нибудь, вы сразу же набрасываетесь, сразу же начинаете оспаривать и дебатировать. Таким образом можно очень быстро растерять всех друзей.

I’ll confess that when I went to India in the beginning, coming from a university where I was very good at the university, I purposely did not go into the debate training, because I knew that I would become a debate monster.

Я должен признаться, что, когда я приехал в Индию уже после университетской подготовки – а у меня была очень хорошая подготовка, – я целенаправленно не шёл тренироваться в дебатах, потому что я знал, что тогда я стану вот таким вот монстром дебатов.

So you have to be careful.

Так что нужно быть осторожным.

Question: What can I do if I’ve already become a debate monster?

Вопрос: Что же делать, если я уже монстр дебатов?

Alex: What you do if you’re already a debate monster is learn to cool it.

Алекс: Научиться успокаивать это.

It’s called patience and tolerance with others.

Это называется терпение по отношению к другим.

If somebody is receptive to you and to your correcting them, then fine. But if they’re not receptive, then it’s really just idle chatter.

Если кто-то восприимчив к тому, что вы, скажем так, их исправляете, то это нормально. Но если человек невосприимчив, то это будет просто пустая болтовня.

And then you need to learn also to be diplomatic:

И также вам нужно научиться быть дипломатичными:

to know when it’s appropriate to say something and when it’s not,

знать, когда стоит что-то говорить, а когда нет,

how to say things in a way that is not offensive

как говорить так, чтобы это не было обидно,

and that doesn’t have behind it: “I’m right, I’m so wonderful, and you’re stupid.”

и за этим не должно стоять: «Я прав, я такой чудесный, а ты глупый».

After all, you are trying to help somebody, not trying to put them down and show them how stupid they are.

В конце концов, вы стараетесь помочь кому-то, а не опустить их и показать, насколько они глупые.

And it’s not necessary to say everything that we think. That’s a very important insight.

И необязательно говорить всё, что мы думаем. Это очень важное понимание.

As long as we know in our minds that what the other person says is irrational,

Если мы в своём уме знаем, что то, что говорит другой человек, иррационально,

then that’s okay.

то этого достаточно.

I’ll give an example.

Я приведу пример.

You have a two-year-old child,

Например, у вас двухлетний ребёнок.

and it’s time for the child to go to bed, and the child doesn’t want to go to bed,

И ребёнку время спать, а он не хочет спать.

and the child starts screaming and yelling at you: “I hate you. I hate you.”

И ребёнок начинает кричать на тебя, говорить: «Я тебя ненавижу!»

Right? Now, that’s irrational.

Это иррационально.

Do we believe that the child hates us?

Верим ли мы, что ребёнок ненавидит нас?

No,

Нет.

the child is tired.

Ребёнок устал.

So we are tolerant. You don’t have to correct the child: “Well, you don’t really hate me,” and get into a whole discussion. This is ridiculous.

Мы терпимо относимся. Мы не говорим ребёнку: «Ну, вообще-то, на самом деле ты меня не ненавидишь». Мы не вступаем в такую дискуссию.

You just are very patient and you deal with the child in whatever way is appropriate at the time.

Мы просто терпеливы. И мы поступаем с ребёнком так, как это приемлемо в текущий момент.

So the same thing: We’re with our partner, a friend. They’re very upset. They say, “I hate you.”

И то же самое, например, с нашим другом, подругой, партнёром. Если они говорят: «Я ненавижу тебя, –

It’s interesting, because then what do we project onto that? “You never loved me. You’re never going to love me again. This is what you thought all the time.” Very angry. You get upset.

мы начинаем проецировать: – «А, ты с самого начала так вот думала. Ты никогда меня не любила», и так далее. Мы очень злы, и мы расстраиваемся.

But if we think, “Okay, this person is upset. They said that. We’re very angry. It was an irrational statement.” (You know: “I never want to see you again,” this sort of thing.)

Но мы можем принять, что просто человек был расстроен, это было иррациональное утверждение, например: «Я тебя больше не хочу видеть».

At the time, to start debating with them – “What do you mean, you never want to see me?” – this is ridiculous.

Это не время устраивать дебаты: «А что ты имела в виду, когда сказала, что не хочешь видеть» – это нелепо.

I know in my mind that this is irrational, they’re upset, and so I’m patient with it, and: “Okay, we’ll speak about it tomorrow.”

Я знаю в своём уме, что это иррационально, что человек просто расстроен: «Да, хорошо. Мы об этом завтра поговорим».

Вопрос: А у вас есть такое восприятие реальности?

Question: Do you have this type of perception of reality?
Alex: Do I have this type of perception? I try to. I can’t say that I’m always successful.

Алекс: Я могу сказать, что я стараюсь. Я не всегда успешен.

But I can certainly report that after studying and practicing Buddhism for… I don’t know, almost 50 years, there’s certainly improvement.

Но я могу точно сообщить, что после пятидесяти лет изучения и практики буддизма точно есть некоторое улучшение.

I’m certainly not a Buddha.

Я, конечно же, не Будда.

It works.

Но это работает.

Вопрос: Можно ещё вопрос по поводу работы? Какой должна быть работа, чтобы она не мешала духовной практике? Например, возможно ли работать юристом в крупной компании? Мой друг говорит, что компания тебя просто сожрёт, ты потеряешь интерес к практике Дхармы и просто накопишь негативную карму. По моим наблюдениям, буддисты в основном или фрилансеры, или дауншифтеры, то есть не сильно напрягаются. Очень спорная ситуация.

Question: I have a question about work and jobs. What should be the job that can help me stay connected to this spiritual path? I have an example. I can come to work in a large legal company, but my friends say that no, this legal company is too big and it will like chew you over and you will forget about a spiritual path and you’ll get distracted. And as far as it seems, most Buddhists are either downshifters or they are freelancers. So can you somehow combine a job and work and a spiritual path?
 Alex: Well, nobody said it was easy.

Алекс: Никто не говорил, что это легко.

First of all, we don’t necessarily have control over what type of work we do.

Во-первых, мы не всегда контролируем то, какая работа у нас есть.

In many countries now, there’s a great deal of unemployment and you’re very fortunate if you get any job.

Я не знаю, какая ситуация здесь, в Украине, но во многих странах высокая безработица и там вам просто повезло, если у вас вообще есть работа.

Ideally of course we try to find some type of work that we love doing,

В идеале, конечно, мы стараемся найти работу, которую нам очень нравится делать,

that doesn’t make us upset,

которая не расстраивает нас,

that in some way is benefitting others.

в которой мы тем или иным образом приносим пользу другим,

And while working we try to develop the various good qualities that we’re working with in Buddhism, like patience, understanding, compassion for others, etc.

и когда в работе мы можем развивать важные в буддизме качества, например терпение, сострадание, принятие других и так далее.

And so in an ideal world,

И если мы в идеальном мире,

if we live in an ideal world, then whatever we’re good at… we try to actually find work using our talents and abilities,

если бы мы жили в идеальном мире, то мы бы стремились найти работу в той области, в чём мы хороши, к чему у нас есть талант.

but we may not be able to do that because of economic reasons and social reasons.

Но, возможно, нам не удастся это сделать по экономическим или социальным причинам.

So whatever type of work that we are able to find, if we are able to find it – use the situation; work with it.

Поэтому любую работу, которую мы можем найти, если мы её можем найти, мы её используем – используем как ситуацию, мы работаем с этим.

And although others at work might try to create a very stressful atmosphere,

И хотя другие люди на работе могут стараться создать очень стрессовую атмосферу,

it just means that it’s more challenging for us not to get stressed in that.

это просто означает, что для нас будет сложнее, для нас будет большей задачей не вовлекаться в стресс.

And try to make enough time to have at least some sort of daily Buddhist practice or spiritual practice, whatever your practice might be.

И стараться найти какое-то время каждый день для буддийской практики или вообще для духовной практики.

But if you’re doing some type of spiritual practice – and let’s speak here about a Buddhist practice – it’s important that it be meaningful

Но если вы занимаетесь какой-то духовной практикой, например, будем здесь говорить о буддийской практике, то важно, чтобы это имело смысл, –

and not just a repetition of a ritual which has become meaningless to you,

чтобы это не было просто повторением ритуала, который для вас потерял смысл.

because then it doesn’t have very much of an effect.

Потому что тогда это не имеет особенного эффекта.

So what’s most helpful is setting an intention for the day: “I’m going to try not to become upset. I’m going to try to be patient. I’m trying to be understanding,” and so on.

И что важно – это задача, намерение на день, когда мы думаем: «Я постараюсь быть терпеливым. Я постараюсь не расстраиваться. Я постараюсь быть понимающим», и так далее.

Reviewing how we dealt with the day at the end of the day. And if we have become upset, if we have become stressed, see what steps I can take to deal with that better.

И затем, в конце дня мы пересматриваем, как мы поступали, были ли мы с такими качествами, расстраивались ли мы, были ли мы в стрессе. И тогда мы анализируем, что мы можем сделать, чтобы избежать этого.

If we need some methods to help calm us down, we can use Buddhist methods (for instance focusing on the breath).

Если нам нужны некоторые методы, которые нас могут успокоить, мы используем какие-нибудь буддийские методы, например, мы фокусируемся на дыхании.

And even if we do all of this for just five minutes a day, it’s something.

И даже если мы делаем это всего лишь по пять минут в день, – это уже кое-что.

Try to find some balance in your life.

Мы стараемся найти какой-то баланс в нашей жизни.

And try to get to know yourself well enough to know what are your imbalances and what you need to do to balance it.

И нам нужно постараться узнать себя как можно лучше, чтобы понять, что выводит нас из равновесия и как мы можем в это состояние равновесия вернуться.

I’ll give an example.

Я приведу пример.

A very good friend of mine was very stressed with work,

Мой очень хороший друг был в стрессе из-за работы.

and he is a Buddhist practitioner.

Он буддийский практикующий.

But what he found really very helpful was to play the piano. He had played the piano as a young man and had stopped.

И он обнаружил, что ему очень помогает играть на пианино. Он играл на пианино в юном возрасте, а затем он перестал.

And just to get back and play for fifteen minutes in the morning or fifteen minutes in the evening added balance, that there was something creative, something right side of the brain rather than left side of the brain.

И затем он понял, что, если просто поиграть 15 минут в день на пианино, это уже помогало ему восстанавливать равновесие, это давало ему какую-то креативность, и, скажем, активировало больше правую часть мозга, нежели левую.

So what you add for bringing balance doesn’t necessarily have to be a Buddhist activity. Just playing the piano, for example, is very, very helpful for him.

Так что то, что помогает вас прийти в равновесие, – это не обязательно какая-то буддийская деятельность. Например, ему очень помогала игра на пианино.

Участник: Я заметил, что если прорабатывать ситуации, в которых нам не очень комфортно, например на работе, то это намного полезнее, чем если мы просто сидим и занимаемся практикой в своей зоне комфорта.

Participant: I have discovered that if I try and work over those situations that I might encounter in work, it’s much more helpful for the spiritual practice than just staying in the comfort zone and trying to do some practice.
Alex: That’s true. It’s only through challenges that we grow.
Participant: Not just sit at home and do chanting, but do something to actually help people to do something.
Alex: Right. Helping people is certainly far better. Actually getting your hands dirty and involved with helping people is certainly more beneficial than just sitting and saying mantras.

Алекс: Да, это правда. Действительно, гораздо лучше что-то активно делать и активно помогать людям, вовлекаться в это, чем просто сидеть дома и начитывать мантры.

Вопрос: Я хотела бы спросить: мне кажется, это моё мнение личное, что люди, когда они рождаются, все, и до нас, и после нас, и в наше время, рождаются с какой-то идеей просто быть счастливыми. Ни у кого не подразумевается, что они будут страдать. Счастье – оно и есть счастье. Каждый наслаждается, каждый счастлив по-своему. Но когда наступает страдание, этого противоядия изначально нам не дано было. Мало людей в процентном соотношении имеют силу, знание, желание развиваться по тому пути, который облегчит это страдание. Большинство людей страдает по-своему, не зная, как преодолеть эти страдания, делая себя несчастными и своё окружение. То есть, логика в том, что человек рождается счастливым сам по себе, никаких знаний ему не нужно. А вот не заложено изначально в человеке, для чего эти страдания как бы даны и не дано для них противоядие. Зачем это, для чего это надо?

Question: If a person is born with an idea to be happy and the person doesn’t have the idea to suffer and then when each person encounters suffering, she doesn’t have the antidote. So a lot of people suffer, and a lot of people can’t do anything about this, so they just multiply the suffering. There is no logic in this. So why is it all happening? Why do we need this suffering? Why does this suffering exist at all?
Alex: The suffering exists because of our confusion about reality.

Алекс: Страдание существует из-за того, что у нас есть заблуждения по поводу реальности.

You see, our mental activity produces an appearance, and it’s very confusing.

Наша умственная активность порождает какие-то видимости, и нам кажется, что они существуют.

For example, it seems as though there’s a voice going on inside our heads talking all the time.

Например, нам кажется, что внутри головы у нас постоянно говорит какой-то голос.

And so it feels as though there’s some little me sitting in my head, talking.

И поэтому кажется, словно внутри головы сидит какой-то маленький «я» и он говорит.

That’s the author inside that’s saying: “Ooh, what do people think of me?” “What should I do now?”

Как будто есть такой автор внутри головы и он думает: «А что люди обо мне подумают? Что мне теперь делать?»

“I’ve got to do this now. I’ve got to do that,” worrying and so on.

«Я должен делать то, я должен делать это», – я беспокоюсь и так далее.

So it seems as though there’s a solid little me sitting in our head, but this is ridiculous if you think about it.

И кажется, что есть вот такой очень плотный, маленький «я», который находится у нас в голове. Но вообще, если подумать об этом, то это нелепо.

There’s no little me sitting behind a control panel and information comes in on the screen and through the loudspeakers and then presses the buttons and gets the body to do things or the mouth to say things. That’s fantasy, isn’t it?

Там нет никакого «я», который сидит за пультом управления, и ему поступает информация через динамики или с экрана, и он нажимает на кнопки, и тело как-то действует, рот что-то говорит и так далее.

And neuroscience would agree with that.

И неврология с этим бы согласилась.

But because it seems like that, we believe that there is that actual me that is solid, sitting in there, and that’s the one that we’re worried about.

Но поскольку нам кажется, что есть этот «я» – человечек, который там сидит, – из-за этого мы и беспокоимся.

So it’s a limitation of this sort of hardware that we have.

Так что это как бы ограничение вот этого «аппаратного обеспечения», этого тела, которое у нас есть.

Вопрос: Но ведь 95% живут с этим своим внутренним я и страдают. И дальше что? Бесконечное страдание?

Question: But 95% of people live with this suffering and they don’t know what to do with this. And so what – will this continue to infinity?
 Alex: Yes.

Алекс: Да.

It will continue unless you do something about it. It doesn’t have to be like that.

Это будет бесконечно, если с этим ничего не сделать. Это необязательно должно быть так.

One needs to wake up, as it were, and to realize that this doesn’t correspond to anything real and I’m believing in a fantasy and acting on the basis of this fantasy –

Необходимо просто пробудиться и понять, что это нереально, что я действую на основании фантазии,

as if there’s a little me there that has to be defensive, it has to defend itself, it has to attack and so on. Sometimes of course you have to defend yourself and assert yourself. That’s not at issue here.

что мы действуем на основании фантазии: что есть какой-то маленький «я», которому нужно как-то защищаться или атаковать. Естественно, иногда бывают ситуации, когда нужно это делать, но это не вопрос сейчас.

If somebody throws something at you, of course you have to put your hand up, and I mean automatically you do that. You have to defend yourself. That’s not in question.

Если кто-то бросает в вас что-то, вы автоматически защищаетесь рукой. Вы это делаете, это не вопрос сейчас.

But to realize that there’s nothing to feel insecure about; there’s nothing that you have to defend. “I don’t have to prove myself.

Но просто понять, что не из-за чего нам чувствовать беспокойство, нам нечего защищать, нам не из-за чего чувствовать неуверенность. «Я не должен доказывать себя.

I don’t have to prove that I’m worthy, that I’m worthy of your love,” and so on. This is ridiculous worry. It’s based on belief that there’s this little me inside that has to prove itself.

Мне не нужно доказывать, что я достоин чьей-то любви», и так далее. Это нелепо. Это просто основано на предположении, что есть какой-то маленький «я» там внутри.

And when you’re free of that, then you just act; you just act compassionately, patiently, lovingly without worrying. “If it helps, fine. If it doesn’t help – well, what can I do? I’m not God.”

И когда вы свободны от этого, вы просто действуете. Вы действуете свободно, исполненные любовью и так далее. «Если это помогает – отлично. Если это не помогает, то – увы, что можно сделать? Я же не Бог».

But unless we realize that all this garbage that I’m projecting is just garbage, this suffering is going to go on forever.

Но если мы не поймём, что весь этот мусор, который я проецирую, – это просто мусор, то, действительно, это страдание будет продолжаться вечно.

And therefore we feel compassion towards those that don’t understand.

Поэтому мы чувствуем сострадание к тем, кто этого не понимает.

And when they’re acting destructively, rather than getting angry with them and wanting to punish them, the attitude is of compassion: “They’re acting this way because they don’t know any better, like naughty children.”

И когда они поступают деструктивно, мы не чувствуем к ним гнева. Мы чувствуем сострадание, понимая, что они просто так себя ведут, не понимая, словно непослушные дети.

Вопрос: Я бы хотел спросить Александра именно как исследователя-буддиста, его личную точку зрения по этому поводу. Есть много исторических примеров того, как буддизм адаптировался к различным культурам – Тибета, Китая, Таиланда, Шри-Ланки и так далее. Считаете ли вы, что случится когда-то адаптация буддизма на территории западных стран? И как это может в принципе произойти? Или мы будем практиковать буддизм, который является культурной традицией вот этих разных несколько чуждых нам религиозных обществ?

Question: Buddhism has developed by being adapted in different cultures, like the culture of Tibet or in China or Thailand or whatever. And what’s your opinion? Someday will there be a time when Buddhism has been adapted into Western culture so that we will be able to practice it not as a cultural tradition of a certain nation but as a natural tradition of Western culture?
Alex: Well, in general, yes. There’s no such thing really as Buddhism outside of a cultural context. Buddha after all was Indian and taught it within an Indian context.

Алекс: В целом, да. Действительно, нет такой вещи как буддизм вне какого-то культурного контекста. Действительно, Будда был индийцем и он учил в индийском контексте.

So regardless of which country or culture that Buddhism has spread to, there’s certain basic Indian aspects of it that are fundamental to this way of thinking.

И независимо от того, в какой бы стране ни распространялся буддизм, всё равно есть некоторые индийские аспекты, которые будут основополагающими для такого способа мышления.

What I’m referring to is rebirth under the influence of karma;

Например, я имею в виду перерождение под влиянием кармы;

the aim of liberation from rebirth by gaining knowledge and understanding to counter ignorance;

и цель освобождения от перерождений с помощью преодоления неведения;

the possibility of becoming a Buddha, an enlightened being;

возможность стать буддой, просветлённым существом;

the belief in many other life forms besides human and animal.

вера в то, что существует много других жизненных форм помимо людей и животных.

So all of these things are found as sort of this general cultural envelope of Buddhism no matter where it has gone. Then there are specific cultural things of that culture that are… they make variants of this.

И всё это можно найти в общем буддийском фоне, независимо от того, где бы он ни развивался. И конечно, в разных странах добавляются их собственные культурные компоненты.

So I make a difference between what I call Dharma-Lite – Dharma is the Buddhist teachings – and the Real Thing Dharma. Dharma-Lite is a low-calorie version, low-caffeine version, in which there’s no idea of rebirth and so on. Just for this lifetime. Which is fine, but it reduces – to get back to your question – Buddhism to merely a form of psychology.

И я провожу различие между Дхармой (буддийским учением), между так называемой «лёгкой Дхармой», то есть «низкокалорийной» Дхармой, и настоящим, серьёзным учением. Потому что такая «низкокалорийная», лёгкая версия, в которой мы не задумываемся о перерождениях и так далее, низводит буддизм до уровня психологии.

And beneficial, no doubt, and it has its distinctive features. But it’s not the real thing, the authentic Dharma.

Без сомнения, она приносит пользу, там есть определённые черты. Но это не настоящий, не полный буддизм, не полная Дхарма.

So if Western Buddhism were to become only a Dharma-Lite version of Buddhism, I think that that would be a great loss.

И я думаю, что если бы западный буддизм стал бы только такой лёгкой версией Дхармы, то это была бы большая потеря.

And so that is part of what I try to do with my website, is to try to at least show the real thing.

И то, что я стараюсь делать с помощью своего веб-сайта, – я стараюсь показать вот эту настоящую, полную версию.

But there are Western developments that can be added to the traditional Asian presentations that would be very helpful for our way of understanding.

Но есть западные [методы], которые можно добавить к этим азиатским представлениям, которые будут очень полезны для нашего понимания.

We as Westerners think in a historical type of way, and so we like to understand the development of ideas over time.

Как западные люди мы очень любим исторический подход, нам нравится наблюдать развитие идеи во времени.

We’re very good at comparing systems – that’s the way that we learn – “Well, what is the view of voidness in this school as compared to that school, and how did it develop?” We understand things through understanding their differences.

Мы очень хороши в сравнительном подходе. Это тот способ, которым мы учимся. Например, как развивалось понятие пустоты в той школе или в другой школе: Мы сравниваем их развитие, находим отличия.

So this I think will be an integral feature of Western Buddhism, is bringing into it and melding together with it our more what we would call scientific way of understanding Buddhism and not just: “Well, it’s written in this scripture, and so that’s the way it is.”

Я думаю, что вот это может стать тем способом интеграции буддизма и научного подхода, когда мы не ориентируемся просто на то, что в писании сказано так, и значит, так и есть.

And then what His Holiness the Dalai Lama is always trying to do is bring together science with Buddhism, particularly brain science and so on. In Buddhism there’s no discussion of the brain, actually, and so that is not in the slightest bit contradictory to the Buddhist teachings and can supplement very well.

И то, что всё время старается делать Его Святейшество Далай-лама, он старается соединить буддизм и науку, в особенности неврологию. Потому что это никак не противоречит буддийской науке, но, тем не менее, может её дополнить.

And also the discussions of particle physics and quantum physics and cosmology and all these sort of things – the Dalai Lama says, and Buddha said, “You only accept things that can be verified as truth. And if it’s not true, forget it.”

И например, также подходы, связанные с физикой частиц, или с квантовой физикой, или космологией: также Далай-лама говорит, и даже сам Будда говорит, что мы принимаем только то, что истинно, что можно проверить, что это истинно.

And this is not with the chauvinistic attitude that: “Well, everything is in the Buddhist scriptures. Buddha said it long ago, and there’s nothing new that we can learn. We told you that this is the way that it was.” Not with that chauvinistic attitude, but if there’s anything that’s imprecise in the Buddha’s teachings, correct it according to what is found by science.

И здесь нет такого шовинистического подхода: «Вот, вся ваша наука – это уже всё есть в текстах, это всё Будда описал еще 2500 лет назад, мы же вам говорили». Нет, это не такой подход. Если действительно есть какое-то несоответствие с тем, что говорится в буддийских текстах, то мы это можем исправить в соответствии с достижениями науки.

So like that. Superficial Western changes, why not? The Tibetans certainly don’t have the same type of music, the same type of flower offerings, these sort of things, as the Indians had, so we don’t have to have the same thing as the Tibetans. It’s trivial. It’s ornament.

[Если говорить о поверхностных изменениях в западном ключе, почему бы их не использовать?] Например, у тибетцев наверняка не было тех же традиций, что и у индийцев, например, тех же традиций подносить цветы. И тогда, если они это не восприняли, то зачем тогда и нам воспринимать какие-то отдельные детали. Это просто как украшение.

But whatever Western elements we bring in, music, etc., it’s very important that it be very respectful and dignified and not just banal and ordinary.

Но какие бы западные элементы, например музыку или что-то ещё, мы ни привносили бы, нам необходимо очень уважительно относиться, использовать уважительный подход.

So that brings us to the end of our session,

Итак, уже наступил конец нашего занятия.

and I want to thank you very much.

Я хочу сказать вам всем спасибо большое.

Thank you.

Спасибо.