Библиотека Берзина

Буддийская библиотека д-ра Александра Берзина

Перейти к текстовой версии страницы. Перейти к разделу навигации.

Главная > Знакомство с буддизмом > Духовные учителя > Краткое жизнеописание Цонкапы

Краткое жизнеописание Цонкапы

Александр Берзин, август 2003 г.
Частично основано на беседе с геше Нгавангом Даргье
Дхарамсала, Индия

Биографию великого ламы называют «намтар» (rnam-thar) – биографией освобождения, так как она побуждает слушателей следовать примеру ламы и достигать освобождения и просветления. Биография Цонкапы (rJe Tsong-kha-pa Blo-bzang grags-pa) (1357-1419) действительно вдохновляет.

Пророчества и детство

И Будда Шакьямуни, и Гуру Ринпоче пророчили рождение и достижения Цонкапы. Во времена Будды Шакьямуни маленький мальчик, который являлся предыдущим воплощением Цонкапы, поднёс Будде хрустальные чётки и получил взамен раковину. Будда предсказал, что Манджушри переродится в Тибете мальчиком, будет найден в монастыре Ганден и украсит короной его статую. Будда добавил, что мальчик получит имя Сумати Кирти (Blo-bzang grags-pa, Лозанг Драгпа). Гуру Ринпоче также пророчил, что монах по имени Лозанг Драгпа родится недалеко от Китая, будет считаться эманацией великого бодхисаттвы и превратит статую Будды в изображение самбхогакаи.

Некоторые признаки перед рождением Цонкапы также указывали, что он станет выдающейся личностью. Его родителям, например, снилось много благоприятных снов, указывающих, что их ребёнок будет воплощением Авалокитешвары, Манджушри и Ваджрапани. Его будущий учитель Чодже Дондруб Ринчен (Chos-rje Don-grub rin-chen) говорил в сновидении с Ямантакой о том, что однажды Ямантака придёт в Амдо (A-mdo, северо-восточный Тибет) и станет его учеником.

Цонкапа родился в Цонгка (Tsong-kha) в провинции Амдо в 1357 году и был четвёртым из шести сыновей. На следующий день после рождения Цонкапы Чодже Дондруб Ринчен послал к его родителям своего главного ученика с дарами, статуей и письмом. Там, где пуповина упала на землю, выросло сандаловое дерево с изображениями Будды Синханады (Sangs-rgyas Seng-ge sgra) на листьях, и поэтому оно было названо «Кумбум» (sKu-‘bum) – «сто тысяч изображений тела». Позже на том месте был основан гелугпинский монастырь Кумбум.

[См.: Краткая история монастыря Кумбум]

Цонкапа не был похож на обычного ребёнка. Он никогда не шалил, он инстинктивно действовал как бодхисаттва, был чрезвычайно разумным и постоянно стремился всё познать. В трёхлетнем возрасте он принял мирские обеты от Четвёртого Кармапы Ролпе Дордже (Kar-ma-pa Rol-pa’i rdo-rje) (1340-1383). Вскоре после этого его отец пригласил в свой дом Чодже Дондруба Ринчена. Лама предложил позаботиться об образовании мальчика, и отец с радостью согласился. До семи лет мальчик оставался дома, обучаясь у Чодже Дондруба Ринчена. Наблюдая за тем, как читает лама, он научился читать сам, хотя специально этому не обучался.

За это время Чодже Дондруб Ринчен дал мальчику посвящения Пяти божеств Чакрасамвары (Dril-bu lha-lnga), Хеваджры, Ямантаки и Ваджрапани. В семилетнем возрасте он уже запомнил их полные ритуалы, завершил ретрит Чакрасамвары, делал самопосвящение и имел в идение Ваджрапани. Он часто видел во сне Атишу (Jo-bo rJe dPal-ldan A-ti-sha) (982-1054), и это было знаком того, что он исправит неверные толкования Дхармы в Тибете и восстановит её чистоту, объединив сутру и тантру, как это сделал Атиша.

В семилетнем возрасте Цонкапа принял обеты монаха-послушника от Чодже Дондруба Ринчена, получив имя Лозанг Драгпа. Он продолжал обучаться в Амдо у этого ламы, пока ему не исполнилось шестнадцать. Тогда он отправился в У-Цанг (dBus-gtsang, Центральный Тибет) для дальнейшей учёбы. Он никогда не возвращался на родину. Чодже Дондруб Ринчен остался в Амдо и к югу от Кумбума основал монастырь Джакхьюнг (Bya-khyung dGon-pa).

Раннее обучение в Центральном Тибете

В Центральном Тибете Цонкапа сначала учился в монастыре дригунг-кагью, где он изучал традицию махамудры школы дригунг, которая называется «обладающая пятью» (phyag-chen lnga-ldan, пятичастная махамудра), медицину и углублял свои знания о бодхичитте. В семнадцать он уже был превосходным врачом. Тогда же он изучал «Филигрань постижений» (mNgon-rtogs-rgyan, санскр.  Абхисамаяламкара), другие тексты Майтреи и праджняпарамиту (phar-phyin, далеко ведущее распознавание) в некоторых монастырях ньингма, кагью, кадам и сакья, запоминая тексты всего за несколько дней. В девятнадцать он уже был признан большим учёным.

Он продолжал путешествовать по самым известным монастырям разных традиций тибетского буддизма, где изучал пять основных предметов подготовки к получению звания геше и индийские философские системы, обсуждая их и участвуя в экзаменационных диспутах. Он получил учение ламрим школы кадам (lam-rim, этапы пути сутры), а также бесчисленные тантрические посвящения и учения, включая традицию сакья ламдре (lam-‘bras, путь-плод), традицию шести учений Наропы дригунг-кагью (Na-ro’i chos-drug, шесть йог Наропы) и Калачакру. Он также изучал поэтическую композицию, астрологию и построение мандалы. В процессе обучения, стоило ему лишь раз услышать объяснение, он понимал и запоминал его в совершенстве, как и Его Святейшество XIV Далай-лама.

Цонкапа всегда имел сильное отречение. Он жил очень скромно и строго выполнял все свои обеты. Он легко достиг шаматхи (zhi-gnas, безмятежное и умиротворённое состояние ума) и випашьяны (lhag-mthong, исключительно восприимчивое состояние ума), но никогда не был удовлетворён уровнем своего обучения и постижения. Он продолжал путешествовать и просил учения снова и снова, даже о тех же самых текстах. Он дебатировал и держал экзамены перед большинством учёных мастеров своего времени. Одним из его главных учителей был Рендава (Red-mda’-ba gZhon-nu blo-gros) (1349-1412), мастер сакья. Цонкапа написал молитву «Мигцема» (dMigs-brtse-ma), посвящённую Рендаве, но мастер переадресовал её Цонкапе. Позже она стала строфой, которую повторяют в гуру-йоге Цонкапы.

[См.: Сотни божеств Тушиты («Ганден лхагьяма»)]

Начало преподавания и написания трудов

В двадцать с небольшим лет Цонкапа начал преподавать абхидхарму (mdzod, особые разделы знаний). Все были поражены его эрудиций. Он также начал писать и чаще уходил в затворничество. Вскоре у него уже было много собственных учеников. Хотя некоторые считают, что Цонкапа принял полные монашеские обеты в двадцать один год, неясно в каком возрасте он на самом деле сделал это. Вероятно, это произошло позднее.

Однажды он изучил и проанализировал весь «Кангьюр» (bKa’-‘gyur) и «Тенгьюр» (bsTan-‘gyur) – свод тибетских переводов учений Будды и индийские комментарии к ним. После этого в тридцать два года он написал «Золотые чётки великолепного объяснения» (Legs-bshad gser-phreng) – комментарий на «Филигрань постижений» и, соответственно, на праджняпарамиту. Он объединил и проработал двадцать один индийский комментарий. Что бы он ни писал, он всё обосновывал цитатами из различных источников за весь период индийской и тибетской буддийской литературы, сравнивая различные переводы и даже критически их редактируя. В отличие от своих предшественников, он никогда не уклонялся от объяснения наиболее трудных и неясных мест в любом тексте.

В день Цонкапа запоминал, как правило, семнадцать двусторонних страниц тибетских текстов по девять строк на каждой стороне. Однажды несколько учёных устроили соревнование по запоминанию, чтобы посмотреть, кто мог запомнить большее количество страниц до того, как солнце осветит знамя на крыше монастыря. Цонкапа победил с четырьмя страницами, которые рассказывал свободно, без единой ошибки. В то время как ближайший к нему соперник смог рассказать только две с половиной, причём неуверенно.

Вскоре Цонкапа начал давать тантрические посвящения и учения, особенно последующее разрешение на практику (rjes-snang, дженанг) Сарасвати (dByangs-can-ma) для развития мудрости. Он также продолжал изучение тантры, особенно Калачакры.

Один великий лама был известен тем, что преподавал одиннадцать текстов одновременно. Ученик попросил Цонкапу сделать то же самое. Вместо этого Цонкапа учил семнадцати главным текстам сутры, все по памяти, по одному занятию в день на каждый текст, начиная объяснение всех текстов в один день и заканчивая три месяца спустя, также в один день. В ходе обсуждений он опровергал неверные интерпретации каждого из них и обосновывал свою собственную точку зрения. Каждый день во время лекции он также совершал самопосвящение (bdag-‘jug) в мандалу Ямантаки и все остальные свои тантрические практики.

Цонкапа очень многое успел за свою жизнь, продлившуюся лишь шестьдесят два года: он изучал, практиковал (включая изготовление глиняных статуй ца-ца), он писал, обучал и совершал ретриты. Нам кажется невероятным, что можно сделать даже малую часть этого в течение одной жизни.

Углублённое изучение и практика тантры

Вскоре после этого Цонкапа ушёл в свой первый главный тантрический ретрит Чакрасамвары в соответствии с линией передачи учений кагью. В течение этого ретрита он усердно медитировал на шести учениях Наропы и шести учениях Нигумы (Ni-gu’i chos-drug, шесть йог Нигумы). Он достиг высокого постижения.

После этого в возрасте тридцати четырёх лет Цонкапа решил заняться интенсивным изучением и практикой всех четырёх классов тантры. Позднее он писал, что никто не может по-настоящему оценить глубину ануттарайога-тантры, не практиковав и глубоко не исследовав три низших класса тантры. Таким образом, он вновь много путешествовал и получил много посвящений в три низших класса тантры и много учений о них. Он также продолжал изучение пятиэтапной завершённой стадии (rdzogs-rim) Гухьясамаджи и Калачакры.

Обучение и ретриты для обретения неконцептуального познания пустотности

Цонкапа также отправился изучать практику Манджушри Дхармачакры (‘Jam-dbyangs chos-kyi ‘khor-lo) и мадхьямаку с Ламой Умапой (Bla-ma dbu-ma-pa dPa’-bo rdo-rje) учителем традиции карма-кагью. Этот великий мастер с детства имел регулярные в идения Манджушри, учившего его одной строфе каждый день, благодаря чему он изучил мадхьямаку школы сакья. Цонкапа и Лама Умапа стали друг другу учителем и учеником. Лама Умапа сверялся с Цонкапой, для подтверждения того, что учения, которые он получил в своих видениях Манджушри, были верны. Это очень важно, так как видения могут быть вызваны влиянием демонов.

Вместе с Ламой Умапой Цонкапа сделал обширный ретрит по практике Манджушри. С этого времени Цонкапа в чистых видениях получал от Манджушри прямые указания и ответы на все свои вопросы. До этого ему приходилось задавать вопросы Манджушри через Ламу Умапу.

В течение ретрита Цонкапа чувствовал, что всё ещё не имеет надлежащего понимания мадхьямаки и Гухьясамаджи. Манджушри посоветовал ему совершить длительный ретрит для того, чтобы понять замечания, которые он делал к указаниям Манджушри. Таким образом, после кратковременного обучения Цонкапа вместе с восьмью ближайшими учениками ушёл в четырёхлетнее затворничество в Олкха Чолунг (‘Ol-kha chos-lung). Они тридцать пять раз выполнили стотысячную практику простираний, по одному перед тридцатью пятью буддами раскаяния, и восемнадцать раз стотысячную практику подношения мандалы со многими самопосвящениями Ямантаки и изучением «Аватамсака-сутры» (mDo phal-cher) о деяниях бодхисаттвы. После этого у них было видение Майтреи.

После ретрита Цонкапа и его ученики восстановили большую статую Майтреи в Лхасе. Это было первое из четырёх его главных деяний. Затем они ушли в ретрит ещё на пять месяцев. После этого Цонкапу пригласил ньингмапинский лама Лхадраг Намка Гьялцен (Гьелцен,  Lho-brag Nam-mkha’ rgyal-mtshan), который постоянно имел видения Ваджрапани, и они также стали друг другу учителем и учеником. Он передал ему ламрим традиции кадам и устные линии передачи руководящих наставлений.

Цонкапа хотел отправиться в Индию для дальнейшего обучения, но Ваджрапани посоветовал ему остаться в Тибете, сказав, что там он принесёт больше пользы. Таким образом, он остался. Он решил, что позже напишет «Большое руководство по последовательным этапам пути» (Lam-rim chen-mo) о последовательном пути сутры и затем «Большое руководство по последовательным этапам пути тантры» (sNgags-rim chen-mo) – об этапах практики четырёх классов тантры.

Затем Цонкапа сделал обширный ретрит по завершённой стадии Калачакры и после этого однолетний ретрит по мадхьямаке. Цонкапа никогда не чувствовал себя полностью удовлетворённым объяснениями, несмотря на то, что от своих учителей он многое узнал о мадхьямаке и пустотности. Перед тем как Цонкапа начал этот однолетний ретрит, Манджушри посоветовал ему полагаться на комментарий по мадхьямаке Буддхапалиты (Sangs-rgyas bskyangs). Поступив так, во время ретрита он обрёл полное неконцептуальное познание пустотности.

Опираясь на своё постижение, Цонкапа полностью пересмотрел понимание учения мадхьямаки-прасангики о пустотности и смежных разделах, которого придерживались учителя и учёные мастера его времени. В этом он был радикальным реформатором, обладавшим мужеством выйти за рамки текущих верований, в том случае, если он находил их ошибочными.

В своих реформах Цонкапа всегда строго придерживался логических и текстуальных оснований. Когда он обрёл собственное глубокое понимание значения великих индийских текстов, он не нарушил своих обязательств и близких отношений со своими учителями. Мы можем считать наших духовных учителей буддами, но превзойти их в постижениях. Ценшаб Серконг Ринпоче II объяснил это на следующем примере.

Чтобы сделать пирог, мы должны смешать множество ингредиентов: муку, масло, молоко, яйца и так далее. Показывая, как это сделать, наши учителя пекут для нас несколько очень вкусных пирогов, и мы можем с удовольствием есть их. Благодаря доброте учителей, мы теперь знаем, как сделать пирог, но это не значит, что мы не можем внести какие-либо изменения – добавить другие ингредиенты и выпекать ещё более вкусные пироги, чем те, что сделали наши учителя. Изменяя рецепт, мы не проявляем неуважение к нашим учителям. Если учителя действительно квалифицированные, они порадуются тому, что нам удалось усовершенствовать технологию и станут наслаждаться новыми пирогами с нами.

Дальнейшие великие деяния

После продолжительного обучения Цонкапа снова ушёл в ретрит – на сей раз с учителем Рендавой – и написал б ольшую часть «Ламрима ченмо». Во время ретрита у него было видение Атиши и мастеров линии передачи ламрима, которое длилось месяц и стало ответом на многие вопросы Цонкапы. Затем он продолжил изучать шесть практик Наропы и махамудру в традиции дригунг-кагью. После этого во время сезона дождей он искусно преподавал Винаю (‘dul-ba, правила монашеский дисциплины). Это считается его вторым великим деянием.

Закончив «Ламрим ченмо», Цонкапа решил более полно преподавать тантру. Однако сначала он написал обширные комментарии к обетам бодхисаттвы и «Пятьдесят строф об учителе» (Bla-ma lnga-bcu-pa, санскр.  Гурупанчашика, «Пятьдесят строф почитания учителя»), чтобы положить их в основу практики тантры. Продолжая преподавать, он написал «Нгагрим ченмо» и много комментариев на Гухьясамаджу. Он также написал комментарии на Ямантаку и на тексты Нагарджуны по мадхьямаке.

Китайский император предложил ему стать своим наставником, но Цонкапа извинился, сказав, что он слишком стар и хотел бы остаться в ретрите.

В течение следующих двух лет Цонкапа широко преподавал ламрим и тантру и написал «Сущность великолепного объяснения интерпретируемого и безусловного смыслов» (Drang-nges legs-bshad snying-po) о безусловном и интерпретируемом смысле принципов махаяны. Затем в 1409 году в возрасте пятидесяти двух лет он учредил великий молитвенный фестиваль Монлам (sMon-lam chen-mo) в храме Джокханг (Jo-khang) в Лхасе. Он украсил золотой короной статую Шакьямуни, показывая, что теперь это статуя самбхогакайи, а не только нирманакайи. Формы будд самбхогакайи живут до тех пор, пока все существа не освободятся от сансары, тогда как формы нирманакайи живут лишь короткое время. Это считается его третьим великим деянием. После этого ученики попросили Цонкапу меньше путешествовать, и основали для него монастырь Ганден (dGa’-ldan dGon-pa).

[См.: Краткая история монастыря Ганден]

В монастыре Ганден Цонкапа продолжал преподавать, писать (особенно о Чакрасамваре), и делать ретриты. Он руководил строительством большого зала Гандена с огромной статуей Будды и медными трёхмерными мандалами Гухьясамаджи, Чакрасамвары и Ямантаки. Это считается его четвёртым великим деянием. Он продолжал писать и в итоге собрание его сочинений составило восемнадцать томов, наибольшее количество которых приходилось на Гухьясамаджу.

Уход из жизни

Цонкапа умер в Гандене в 1419 году в возрасте шестидесяти двух лет. После смерти он обрёл просветление, достигнув иллюзорного тела (sgyu-lus) вместо бардо. Это должно было послужить примером того, что монахам необходимо строго следовать обету безбрачия, так как для достижения просветления в течение этой жизни требуется практика с супругой, по крайней мере единожды.

Прежде чем уйти из жизни, Цонкапа отдал свою шапку и мантию Гьелцабу Дже (rGyal-tshab rJe Dar-ma rin-chen) (1364-1432), который впоследствии взошёл на трон Гандена и сохранял за собой этот пост в течение двенадцати лет. Так началась традиция держателя трона Гандена (dGa’-ldan khri-pa, Ганден трипа) – главы традиции гелуг. Следующим держателем трона был Кхедруб Дже (mKhas-grub rJe dGe-legs dpal-bzang) (1385-1438). Позже этот мастер имел пять видений Цонкапы, разъясняющего его сомнения и отвечающего на его вопросы. С тех пор традиция гелуг процветала.

Ученики

Несколько ближайших учеников Цонкапы основали монастыри, чтобы продолжить его традиции и распространить его учения. Пока Цонкапа был ещё жив, Джамьянг Чодже (‘Jam-dbyangs Chos-rje bKra-shis dpal-ldan) (1379-1449) в 1416 году основал монастырь Дрепунг (‘Bras-spungs dGon-pa), а в 1419 году Джамчен Чодже (Byams-chen Chos-rje Shakya ye-shes) (1354-1435) основал монастырь Сера (Se-ra dGon-pa). После ухода Цонкапы Гью Шераб Сенгге (rGyud Shes-rab seng-ge) (1383-1445) в 1433 году основал Нижний тантрический колледж Гьюме (rGyud-smad Grva-tshang), а в 1447 году Гьелва Гендун Друб (rGyal-ba Ge-’dun grub) (1391-1474), посмертно названный Первым Далай-ламой, основал монастырь Ташилхунпо (bKra-shis lhun-po).