Сочетание буддийской практики и буддологии: вклад Геше Вангьяла

Слушать аудиоверсию этой страницы (0:23)

Продолжаем работу и приглашаем к кафедре профессора Гарвардского университета Александра Берзина.

Спасибо большое, конечно, вам. Для меня большая честь находиться здесь с вами, в Калмыкии,

и особенно рад видеть здесь столько молодых студентов.

Мне выпала честь быть знакомым с великим [калмыцким] геше – геше Вангьялом,

он меня сильно вдохновлял и был для меня руководителем

в то время, когда мне было приблизительно столько, сколько многим из присутствующих здесь.

Тогда, в 60-х годах в Америке было так мало возможностей познакомиться с буддизмом.

Было несколько книг, но в основном популярного жанра,

и нельзя сказать, чтобы они раскрывали настоящий буддизм.

Было несколько профессоров в университете, которые преподавали буддизм.

Но тогда господствовало мнение, что буддизм [особенно тибетский] – мёртвый предмет,

и преподавался приблизительно как египтология.

Так что у преподавателей были тексты на исходных языках,

и главным образом преподавали язык.

Это было похоже на большой паззл, где все пытались понять, что это значило.

В этой обстановке геше Вангьял был уникальным светом:

он предоставлял доступ к живой традиции.

И у некоторых из нас была возможность с ним встретиться.

Некоторые из нас даже с ним жили, учились у него,

как, например, мои коллеги Роберт Турман, Джеффри Хопкинс.

К сожалению, у меня не было возможности жить с геше Вангьялом.

Я тогда уже учился в Гарвардском университете

и уже учил буддологию,

чем я уже с раннего возраста интересовался и затем пошёл в данном направлении

Моя семья жила неподалёку от того места, где жил геше Вангьял, в Нью-Джерси.

И когда я начал учить тибетский язык в Гарварде,

то, когда возвращался домой, я начал посещать геше Вангьяла.

Геше Вангьял всегда сочетал – то, что является темой конференции –

духовный подход и научный буддологический подход.

Он побуждал нас всех защититься в университетах

и побуждал нас сочетать аспекты практики и науки.

Касательно аспектов практики, не только гадать об их значении,

а скорее заниматься с настоящими учителями, которые действительно знают.

Поэтому он нас побуждал учить языки буддийские,

особенно тибетский язык и санскрит,

а также японский и китайский языки.

Он также очень хотел, чтобы мы учили монгольский и русский,

но никто из нас не был хорошим студентом:

так и никто из нас не сподобился в дополнение к этим языкам выучить ещё монгольский и русский.

Я должен признаться, что у меня был интерес к монгольскому, но не получилось с гарвардским расписанием.

И выучив эти языки, он хотел, чтобы мы отправились в Индию,

чтобы там заниматься с настоящими учителями, особенно у Его Святейшества Далай-ламы;

чтобы мы получали лучшее из обеих традиций: как западной научной традиции, так и настоящей буддийской традиции;

и чтобы то, что мы узнали, чтобы мы воплощали в жизнь.

Сам геше Вангьял был великим мастером в сочетании этих двух аспектов,

потому что он не только учил нас текстам и медитациям,

а также проводил работу с нами как с нашими личностями.

Как всегда подчёркивает Его Святейшество Далай-лама,

буддизм предназначен для трансформации себя.

Что сутью является распознать источник проблем, социальных и личностных,

и увидеть, что их создаёт неведение –

ошибочное понимание того, как мы существуем,

и также ошибочное понимание того, как мир существует.

Вследствие этого ошибочного понимания у нас множество мешающих эмоций.

Мы думаем, что мы единственные в своём мире, мы самые важные,

и отсюда у нас эгоизм, жадность,

злость по отношению к тем, кто переходит нам дорогу, –

что создаёт проблемы не только для нас самих, но и для всех.

Но на самом деле эти проблемы создаём мы,

из-за ошибочного понимания.

Поэтому Его Святейшество Далай-лама считает, что человечество может эти проблемы решить.

Хотя это непросто, но это возможно – избавиться от этих проблем

посредством устранения их причин,

и причины эти в ошибочном понимании.

Это значит, что нам нужно образование, знания, чтобы понимать действительность,

и нужно работать над самим собой, над личностью, чтобы избавиться

от мешающих эмоций и деструктивного поведения, которое появляется вследствие них.

Это значит, что нужно работать над практикой и образованием.

И так геше Вангьял с ранними со своими студентами работал над нашими личностями

очень вызывающим способом.

Однажды у него остановились студенты, помогали строить новый дом.

Геше Вангьял был очень практичным человеком. Он всегда показывал, как лучше строить, шить и делать приготовление пищи,

потому что буддизм – это не есть что-то отдельное от нашей жизни, а является частью всего.

И когда один ученик находился на крыше строящегося дома,

геше Вангьял поднялся по лестнице на крышу,

подошёл к ученику

и начал на него кричать.

И говорит: «Ты совершенно неправильно это делаешь. Уберись отсюда!»

«Что вы имеете в виду? Я делаю именно так, как вы сказали».

И геше Вангьял говорит: «Ого! Это эгоистичный “я”, фальшивый “я”».

Таким образом, в таких обычных делах геше Вангьял помогал нам понять, что является источником нашего ошибочного понимания.

Он был великим учителем.

Он не только преподавал тексты,

не только проводил ритуалы,

но также проводил работу с учениками по их трансформации

и побуждал их заниматься буддологией, стать кандидатами наук,

чтобы они по возможности продолжали преподавать в университетах.

Роберт Турман и Джеффри Хопкинс так и поступили – преподают в университетах.

А сам я поехал в Индию, там жил и старался помогать Его Святейшеству Далай-ламе разными способами.

И если сейчас посмотреть в американских университетах,

то обнаружим, что многие из преподавателей являются учениками Турмана и Хопкинса.

Это люди, которые как раз сочетают свою буддийскую практику с буддологией.

И они также приглашают учителей из Индии, Тибета, чтобы они способствовали преподаванию.

Поэтому живая буддийская традиция сочетается с буддологическим подходом.

Так что, я считаю, что нужно поблагодарить геше Вангьяла за то, что он вдохновил и создал это.

Так что он для калмыцкого народа действительно является важным человеком и честью.

И он многим поделился

для развития буддизма в современном мире,

особенно в обществах, где буддизм не являлся традиционной религией [где многие люди потеряли традиционные ценности].

Это очень важно и вдохновляет,

что этот же подход используется здесь, сегодня в Калмыкии,

на родине геше Вангьяла.

И прекрасно, что сейчас мы проводим эту конференцию

в честь четырёхсотлетия вхождения Калмыкии в состав России,

что само по себе означало соединение традиционной буддийской культуры с наукой.

И надеюсь, что вас, молодых, это будет вдохновлять так же, как меня в своё время вдохновлял геше Вангьял,

и что этот подход к сочетанию буддийской практики с буддологией будет продолжаться, процветать здесь.