Библиотека Берзина

Буддийская библиотека д-ра Александра Берзина

Перейти к текстовой версии страницы. Перейти к разделу навигации.

Главная > Знакомство с буддизмом > Введение в буддизм > Основы медитации > Занятие первое: Основные аспекты медитации

Основы медитации

Александр Берзин
Киев, Украина, сентябрь 2011 г.

Занятие первое: Основные аспекты медитации

расшифровка аудио
Слушать аудиоверсию этой страницы (1:12)
This afternoon I’m going to speak about some main points concerning meditation.

Сегодня я поговорю об основных моментах, которые касаются медитации.

And meditation is something which is found in many traditions, not just Buddhism,

И медитация – это то, что можно найти во многих традициях, не только в буддизме,

but I’d like to speak about it the way that it’s presented in Buddhism,

но я хотел бы рассказать о ней так, как она подаётся в буддизме,

but many of the aspects of it are found certainly in all Indian traditions.

хотя многие её аспекты можно найти практически во всех индийских традициях.

Что такое медитация?

The word meditation (sgom, Skt. bhavana) means “to habituate ourselves,”

Само слово «медитация» (sgom, санскр. бхавана) означает создавать привычку для себя,

so that implies building up a beneficial habit,

то есть выстраивание благоприятной привычки.

and that’s really what the Tibetan word connotes.

И это вот то значение, которое есть у соответствующего тибетского слова.

The Sanskrit word has more the connotation of “making something actually happen.”

А у санскритского слова коннотации больше такие, чтобы «осуществлять что-то».

So we have a certain type of beneficial state of mind or attitude, and we want to make that happen (in other words, actually make that occur within our way of thinking and living).

То есть у нас есть какое-то благоприятное состояние ума или благоприятный подход и мы хотим, чтобы это как-то свершалось, чтобы это как-то влияло на всё в нас.

And depending on the different traditions in which meditation is used, they will specify what the beneficial habits are and what the aim is for actualizing them.

И в зависимости от традиции там указываются разные блага, разная польза, которую мы можем получить, либо цель, к которой мы стремимся.

The process, however, is something which is threefold,

И этот процесс троичный, тройственный:

which are known as hearing or listening, then thinking and then actually meditating.

это называется слушание, размышление и медитация.

Слушание учения

So let’s say that we want to build up, as a beneficial habit, compassion.

И для примера возьмём, что мы хотим – как такую благоприятную привычку – развить сострадание.

Now, in order to develop compassion, or more compassion, first we need to listen to some teachings on it.

Сперва, чтобы развить это сострадание, чтобы у нас было больше сострадания, нам необходимо послушать какое-то учение об этом.

Now, in ancient India none of these teachings were actually written down. They were all passed on orally. So you had to hear it, to listen,

В Древней Индии эти учения не записывались в тексте, они передавались изустно. Поэтому вам необходимо было послушать его, чтобы получить его.

and this is why this step is known as listening.

Вот почему этот шаг называется «слушание».

Nowadays of course we could read about various teachings – we don’t have to actually hear somebody speak about them –

Конечно, в наши дни мы можем просто прочитать разные учения – необязательно, чтобы кто-то об этом рассказывал,

but the principle behind this is quite relevant, I think.

Но, тем не менее, за этим стоит очень точный принцип, я думаю.

You see, in ancient times everything had to be memorized,

В древности всё необходимо было запоминать,

and how do you know that what somebody recites is accurate, is correct?

и откуда ты можешь знать, что то, что произносит кто-то ещё, – что это всё точно?

They might not have remembered correctly. Some mistakes might have come in. This is a real problem.

Может быть, они неправильно запомнили. Возможно, в это объяснение вкрались какие-то ошибки. Так что может быть проблема.

And so what we want to develop here, as a result of proper listening, is what is called the discriminating awareness that arises from listening (thos-pa-las byung-ba’i shes-rab).

И то, что мы хотим развить в результате такого слушания, – это так называемое различающее осознавание, проистекающее от слушания (thos-pa-lasbyung-ba’ishes-rab).

Discriminating awareness (shes-rab): this is the term that often people translate as wisdom, but using the word wisdom – it’s much too vague; it doesn’t really have a precise meaning.

Выражение «различающее осознавание» (shes-rab) часто некоторые переводят как «мудрость», но слово «мудрость» довольно расплывчатое, оно не очень конкретное.

So if we just hear the word wisdom, everybody’s going to have a different idea of what that actually means,

Если просто мы услышим слово «мудрость», то у каждого может быть какая-то собственная идея по поводу того, что это означает на самом деле.

and so it doesn’t help us to really understand anything very precisely.

И это не очень-то помогает нам всё понять очень точным образом.

So what is this discriminating awareness?

Итак, что такое это «различающее осознавание»?

It is based on a prior mental factor,

Оно основано на предыдущем умственном факторе,

and that mental factor – I translate it as distinguishing (’du-shes).

и этот умственный фактор я перевожу как «различение» (’du-shes).

Most people translate this as recognition, but recognition also is not precise here.

Большинство людей его переводят как «распознавание» или «узнавание», но это тоже не очень точное слово здесь.

Recognize means that you have to have known it beforehand, doesn’t it, and then you recognize it again, so this isn’t quite what we’re talking about here.

Потому что, чтобы что-то узнать, надо это уже заранее знать, поэтому это не очень корректно относится к тому, о чём мы говорим здесь.

Distinguish means to distinguish this from that –

«Различить» означает, что мы учимся различать одно от другого:

there are certain characteristic features, defining marks, that we can distinguish with something that it’s this and it’s not that.

есть какие-то отличительные признаки, какие-то характеристики, по которым мы можем отличить, что это является тем-то и не является чем-то другим.

Like the most simple example is that an infant can distinguish between light and dark

Например, самый простой пример: младенец может различать между светом и темнотой

or hungry and not hungry.

или между тем, голоден он или не голоден.

They don’t have to have words for it, do they?

Им необязательно иметь для этого какие-то слова.

And they don’t really even have to understand very much what it is, but they can distinguish the difference between these two.

Им не нужно это особенно понимать, но они хорошо могут различить разницу между одним и другим.

Now, discriminating awareness adds a factor of certainty to that distinguishing:

И вот это различающее осознавание добавляет большую уверенность к такому различению:

“It’s definitely this and not that.”

«Это определённо именно вот это, а не то».

So this is what we need when we either listen to teachings or we read about them.

Это то, что происходит, если мы слушаем учения или если мы читаем их.

“This is the actual teaching. It’s not what would be not the teaching.”

«А, вот, это подлинное учение. Это не является чем-то другим, каким-то не-учением».

Now, that’s very difficult, actually, to know,

И это довольно трудно понять,

because although of course we could talk about actual scriptures,

потому что, хотя мы можем говорить про собственно тексты,

these are not so easy to understand by themselves.

но их не так-то просто понять самостоятельно.

So normally we have to rely on a book or a teacher that explains them. They have to explain what is compassion.

И обычно нам приходится полагаться на книгу или на учителя, который объясняет, который даёт объяснение, что такое сострадание.

So how do you know that that teacher is a reliable teacher, authentic?

И как вы можете понять, является ли этот учитель надёжным, является ли он подлинным?

Somebody could be teaching about Buddhism, or teaching about love and compassion, and that’s not at all really what Buddhism says.

Кто-то может учить буддизму, может учить о любви и сострадании, но [учить совершенно не тому], о чём говорит буддизм.

So we need to be very certain – this discriminating awareness – that “This is exactly correct. This is the teaching.”

И нам необходимо быть уверенными, нам необходимо очень чётко подходить с этим различающим осознаванием, что «вот это правильно, это и есть учение».

Now, within the teachings, of course, there are certain things that need to be consistent if it’s going to be a Buddhist teaching.

И, конечно, в самом учении какие-то моменты должны быть взаимосвязаны и слажены, если это буддийское учение.

The author or the teacher needs to be somebody that we can check up and investigate is this a proper teacher or not.

Например, автор должен быть кем-то, о ком мы можем узнать его историю, исследовать, это надлежащий учитель или нет.

And we need to ask other people, for example:

Например, нам необходимо спросить других людей:

“Does this teacher have his own teacher? What is the relation between that person and their teacher? Do they have a lineage?” and so on. These are important questions to investigate, not to just pick up any book and, just because it’s by somebody with a big name, think that this is reliable.

«Есть ли у этого учителя его собственный учитель, то есть, есть ли надлежащая линия передачи?» Это очень важные вопросы, которые необходимо выяснить, прежде чем хвататься за первую попавшуюся книгу и считать её надёжным источником.

Now, there also is a context for each of these teachings,

И также есть контекст для каждого из учений:

and so there could be the same words, but in different Buddhist systems they have different explanations.

слова могут быть одинаковы, но в разных буддийских системах у них разные объяснения.

And so again we need to be certain what system are we talking about.

И опять-таки нам необходимо быть уверенными, о какой системе мы говорим.

You can use the example just with simple words:

Мы можем использовать пример только с простыми словами:

You hear the word Bon.

например, вы слышите слово «бон».

Well, it’s pronounced “pön” in Tibetan, but Western people pronounce it “bon,” and this is the name of the pre-Buddhist tradition in Tibet.

Например, слово «бон», хотя по-тибетски оно произносится «пён», но на Западе его произносят «бон», и это название добуддийской традиции, которая существовала в Тибете.

But in French, bon means “good.”

Но по-французски «бон» означает «хороший».

And so we have to know what language are you talking about. Are you talking about bon in French or are you talking about it in Tibetan? Just to go by the words, without knowing what language it’s in, you can get very confused.

Так что нам необходимо понимать, на каком языке мы говорим. Это «бон» по-французски или по-тибетски? Потому что даже от языка уже полностью меняется смысл.

So, similarly, if we talk about, for instance, the teachings on voidness, that’s explained in one Indian Buddhist school one way and another Indian Buddhist school another way.

И точно так же учения о пустоте: в одной индийской буддийской школе они объясняются по-одному, а в другой – по-другому.

And even one particular Indian Buddhist school of philosophy will be understood in very different ways by each of the different Tibetan schools of Buddhism.

И даже какую-нибудь одну индийскую школу буддийской философии будут по-разному понимать в каждой из тибетских школ буддизма.

I think this is one of the most confusing aspects for us Westerners studying Buddhism.

Я думаю, это может быть одним из наиболее запутывающих аспектов для западных людей, которые изучают буддизм.

It’s confusing enough that now, especially with the internet, we have access to all the different Asian traditions of Buddhism. That’s confusing enough. But even within one country, let’s say Tibet, there are so many variations and different interpretations.

Итак уже достаточно путаницы, особенно в наше время, когда у нас через Интернет есть доступ ко всему, ко всем азиатским традициям, и есть всевозможное количество традиций. А уж в том числе, если в тибетской так много вариаций и школ, то это уже вносит много путаницы.

So you have to understand: “OK, if we’re talking about karma, it’s not the Theravada explanation of karma. I’m learning about the Indian Buddhist one.” That’s even more confusing. Within Indian Buddhism, the Vaibhashika point of view or the Chittamatra point of view? (These are different Buddhist schools.) You have to know which one, because their explanations of karma – the same word – are completely different.

Так что нам необходимо понимать: если мы говорим о карме, мы, например, чётко знаем, что мы не используем объяснение из тхеравады, а мы основываемся на объяснении индийских буддийских школ. Но там даже у них самих мы должны знать, на что мы полагаемся: на объяснение вайбхашики или читтаматры; это разные буддийские школы.

One of my teachers pointed out something very, very insightful about Western people.

И один мой учитель рассказал кое-что очень интересное и вдохновляющее о западных людях.

He said that “You Western people are always trying to compare two things, neither of which you understand very well,

Он сказал, что «вы, западные люди, всегда стремитесь сравнивать две разные вещи, хотя ни одну из них вы толком не понимаете,

and in the end you’re just left with more confusion.”

и в конце концов у вас только добавляется больше путаницы».

It’s all right to compare different systems, but only on the basis of knowing one system very well. Then once you know that system very well, then you could look at other systems and appreciate what the differences are.

Вполне можно сравнивать две системы только в том случае, если вы одну уже хорошо выучили. И тогда вы можете действительно оценивать и сравнивать, искать эти характеристики.

So if we want to meditate about karma, if we want to meditate about voidness, or any of these sort of things, we need to develop this discriminating awareness from hearing – that this teaching that I’m receiving on it is this particular explanation of it, and I’m not mixing it together with other explanations of it – otherwise we’re just completely confused.

Так что если мы хотим практиковать медитацию, например, связанную с кармой или с пустотой, то нам необходимо очень чётко развить это различающее осознавание, проистекающее из слушания, когда мы четко понимаем, что я слушаю такое объяснение, оно в таком-то контексте и оно не связано вот с тем-то, например.

In other words, we need to isolate this particular version from all the other versions.

Иными словами, нам необходимо изолировать именно эту конкретную версию, отделить от всех других версий.

OK, so we have the discriminating awareness that arises from hearing:

Итак, у нас есть это различающее осознавание, которое проистекает из слушания:

“These are the actual teachings. These are the words of one system. This is the way it is. OK, now I’m going to work with it.”

«Вот, это подлинное учение. Это объяснение из такой-то системы. Теперь я с ней буду работать».

Размышление о том, что мы услышали

Then the next thing comes from thinking (bsam-pa-las byung-ba’i shes-rab, discriminating awareness that arises from thinking).

Затем, следующее проистекает из размышления (bsam-pa-lasbyung-ba’ishes-rab).

So what does thinking (bsam-pa) mean?

Что означает размышление (bsam-pa)?

Thinking means to try to understand the meaning of something.

Размышление означает стараться понять смысл чего-то.

When we work with understanding something,

Когда мы работаем с пониманием чего-то,

the word understanding in Tibetan has the meaning of accurate and decisive cognition of knowing something.

слово «понимание» по-тибетски имеет два значения: это точное и определённое понимание чего-то.

Actually, when you think about it, how do you define the word understand (rtogs-pa, apprehend)? What do you mean by understanding something? It’s a very interesting question, isn’t it?

Вообще, вот если подумать, как дать определение самому слову «понимать» (rtogs-pa)? Как вы понимаете? Это очень интересный вопрос.

“Iunderstandsomething.” What do you understand?

«Ячто-топонял». Ачтотыпонял?

What does it mean that you understand?

А что означает, что ты «понял»?

So here we have a very nice definition: it’s an accurate and decisive knowing of something.

И здесь у нас очень хорошее определение: это точное и определённое знание чего-то.

Now, hearing also could have this word understand going with it but just, I think, a little bit different from the way that we would use the word understand. But the word is applied to hearing something as well.

Само слово «понимать» может также относиться и к слушанию. Это немножко отличается от нашего подхода, но, тем не менее, там можно применить слово «понимать» и к слушанию.

I find this really very, very interesting, how so many of these words that are used to describe what’s going on with mental activity, with the mind, have quite different meanings from the words that we use in our Western languages. And this is why it’s very helpful to have studied the Asian languages, and to have studied the meanings of the words within the Asian languages, not just what it says in the dictionary, but actually work with a language, learn the definitions and so on, because then you get a very powerful analytical tool for understanding, for instance here, the Buddhist teachings.

Мне всегда казалось интересным, что значение слов, например, в нашем языке или в азиатских языках, значение тех слов, которые связаны с мышлением и пониманием, могут существенно отличаться. И поэтому очень полезно здесь может быть изучение других языков, потому что тогда можно не просто посмотреть из словаря определение, а действительно знать, что имеется в виду под тем или другим словом. Это очень мощный аналитический инструмент для понимания этого буддийского учения.

So “I understood the words that you said.”

То есть: «Я понял слова, которые вы сказали».

In Tibetan you would use that, you would say that.

И по-тибетски вот так можно сказать.

So “I understood the words you said. I might not know what they mean (that’s another process),

«Я понял слова, которые вы сказали, но я могу и не знать, что они означают (это другой процесс),

but I understood correctly that you said this and this and this and this.”

но я правильно понял, что вы сказали вот это, вот это, вот это и вот это».

So that needs to be accurate –

Так что это должно быть точно:

“Maybe I heard something different.

«Может быть, я слышал что-нибудь другое.

Did you really say that?”

Вы действительно это сказали?»

So we have to check up. Did other people hear the same thing?

Так что нам необходимо проверить, все ли услышали одно и то же.

And we have to be sure that you said that – “Oh, maybe they said that, maybe they didn’t say that. Do I remember correctly?”

И нам необходимо быть уверенными в том, что это было сказано, потому что я могу не знать, вообще, сказали то или не то, и не помню, услышал ли я точно.

So you check up. There’s a recording, so you play it again. “Oh yeah, that was what they said.” But maybe the recording wasn’t so clear, so maybe somebody else could hear what the words were. “I couldn’t really make it out.”

Так что мы проверяем, например, по записи: «Да, я слышал именно так, как сказано. Или, например, я не очень чётко услышал, я могу это прояснить».

Now, that’s actually very important when often we’re relying on recordings of teachings. The recording might not be so clear, and so did I really hear it correctly?

И это, вообще, очень важно, особенно если мы полагаемся на запись учений. Иногда запись бывает неразборчивой – тогда мы не знаем, а правильно ли я услышал?

Let alone the whole process of remembering what we heard,

Не говоря уже обо всём процессе вспоминания того, что мы слышали,

because most of us don’t memorize, do we?

потому что чаще всего мы не запоминаем.

OK, so with this discriminating awareness from hearing, then, we have understood what the words were correctly and decisively.

С помощью этого различающего осознавания от слушания мы можем очень чётко и определённо понять, что были за слова.

Now, thinking, this second process, means to understand the meaning of the words,

И вот размышление, то есть второй процесс, означает понимать смысл слов.

and that’s of course absolutely necessary. If we’re going to build up something as a beneficial habit, we have to know not just the words but the meaning of the words. As in the example of reciting something in Tibetan that you have no idea what it actually means – so how can you actually build up something as a beneficial habit if you don’t even know what the words mean?

И, конечно, если мы развиваем какую-то благоприятную привычку, то нам крайне необходимо и знать, что за слова, и понимать их смысл. Иначе это как в том примере, когда мы, например, что-нибудь читаем по-тибетски, но не понимаем значения этих слов. Как тогда мы можем выстроить что-то на основе этого смысла?

You’ll find that many Tibetan Buddhist teachers recommend reciting things (prayers and various practices) in Tibetan,

И вы можете обнаружить, что многие тибетские учителя рекомендуют читать тексты практик, молитв на тибетском языке.

and although of course there are benefits of participating in a centuries-old ritual, feeling that you belong to a tradition –

И хотя, конечно, есть польза от того, что вы участвуете в многовековом ритуале, вы чувствуете свою принадлежность к традиции

and people from all different countries and language backgrounds can all be chanting and reciting the same thing if they’re all doing it in Tibetan (so that’s a benefit)

или люди из разных стран с разным культурным опытом все могут вместе это читать, если они это делают по-тибетски (это также польза), –

– but it doesn’t help us to build up a beneficial habit of what the words are saying.

но это не помогает нам развивать эту благоприятную привычку – того, о чём говорят эти слова.

So we need to understand the meaning,

Нам необходимо понимать смысл,

and the meaning – again, for understanding, it needs to be accurate and decisive.

и опять-таки этот смысл, это понимание, должно быть точным и определённым.

So that means isolating (cutting off) what something means from what it doesn’t mean,

Это означает, что мы изолируем, мы отсекаем смысл, то, что это обозначает, от того, что это не обозначает.

and we do this through a process usually of analysis, logic, and so on – lines of reasoning

И обычно мы это делаем с помощью процесса мышления, логики и умозаключений,

– in order to get a decisive understanding:

чтобы прийти к какому-то определённому пониманию чего-либо:

what it actually is, what it means.

чем это на самом деле является, что это означает.

That gets into a very difficult topic of how do we really become convinced of something. You know, there are some people that even if you present a logical argument to them, they still don’t believe it.

И это подводит нас к очень сложной теме – как мы можем быть в чём-то убеждены. Потому что есть люди, для которых, даже если им представишь логическое обоснование, они всё равно не поверят.

That’s very, very difficult, isn’t it, actually, because we don’t want to believe it, very often.

Это очень сложно на самом деле, потому что часто мы не хотим верить.

I’ll give an example of impermanence.

Я приведу пример с непостоянством.

Anything that is created or produced newly depending on causes and conditions eventually is going to end.

Всё, что заново создано, что зависит от причин и условий, рано или поздно закончится, прекратится.

Whether we’re talking about a computer or a car or our body or a relationship with somebody, it was produced depending on causes and conditions, and because those causes and conditions aren’t renewed every single moment, then the product that was produced is going to eventually fall apart.

Говорим ли мы о компьютере, о машине, о нашем теле, о наших отношениях – всё это было произведено и зависит от причин и условий, и эти причины и условия не поддерживают это существование вечно, поэтому рано или поздно этот объект распадётся.

And when we think of examples of something that I bought and then eventually it broke – this flower or this fruit decayed and so on –

Мы можем подумать о примерах. Например, я что-то купил – вот этот цветок, этот плод, но он стал вянуть, он начал гнить.

can I think of any exception to the rule, of something that never broke, that lasted forever, that was actually produced or manufactured or came about? Well, no.

Могу ли я найти какое-то исключение, вспомнить какой-либо пример того, что существовало вечно, что было создано, что было произведено, но при этом не разрушалось?

So if it came about newly – it didn’t exist before – and now it’s produced, then it has to fall apart.

Так что если речь идёт о чём-то новом, о том, что раньше не существовало и было создано, то оно обязательно развалится.

Why? Because it’s supported by the causes and conditions that brought it about.

Почему? Потому что его поддерживают условия и причины, которые содействовали возникновению объекта.

You take away those causes and conditions, because they’re going to change, and what was produced from it no longer has that support, so sure it’s going to fall apart.

Но причины и условия изменяются, и как только убрать эти поддерживающие причины, то, конечно, этот объект развалится на части, потому что его уже не будут поддерживать эти условия.

We met somebody. We developed a relationship. Well, I was at a certain age, the other person was a certain age, this was happening in my life, that was happening in the other person’s life, this is what was happening in society – all these things supported developing that relationship.

Мы встретились с каким-то человеком, у нас возникли отношения, и всё вокруг поддерживало это: и мой возраст, и возраст человека, и положение в обществе, сама ситуация – всё это было условиями для поддержания этих отношений.

But those conditions don’t last; they’re constantly changing – we’re getting older, different things are happening in our lives,

Но эти условия не длятся, они постоянно изменяются, что-то происходит: мы стареем, что-нибудь случается в нашей жизни.

and even if we stay together for a very long time, one of us is going to die (usually will die before the other one). So it can’t last forever,

И если мы даже живём вместе всю жизнь, то всё равно в конечном итоге один из нас умрёт. И как правило, один умирает прежде, чем другой. Так что всё равно это не длится вечно.

but we don’t want to accept this fact. We buy a computer, and it should last forever and never crash.

Но мы не хотим понимать этот факт. Мы покупаем компьютер и считаем, что он должен существовать вечно, он не должен ломаться.

Why did it crash?

А почему он сломался?

It crashed because it was built.

Он сломался именно потому, что он был построен.

All right? Whatever actually occurred at the time that it crashed or it broke – that was just the condition. The real cause for breaking is that it was built.

То, что происходило с компьютером, когда он сломался, – это всего лишь условие. Но собственно причина поломки – это именно то, что был создан.

That’s like saying, “What is the reason for this person’s death? The reason for their death was their birth.”

Это всё равно что сказать: «А в чём причина смерти этого человека? Причина смерти на самом деле – это его рождение».

You know the definition of life?

Вы знаете определение жизни?

(Here’s a joke, by the way.)

(Это шутка такая.)

It is a sexually transmitted disease with 0% survival rate.

Это заболевание, передаваемое половым путем, с нулевым процентом выживаемости.

Unfortunately that’s true.

К несчастью, это правда.

So even though we could have the logic of something when we’re thinking about it, like trying to understand impermanence –

И хотя у нас может быть какая-то логика, мы можем пытаться размышлять, чтобы постичь непостоянство,

as I say, there’s often a great deal of resistance, that we don’t want to accept that this is really true: “It can’t be. Comeon!”

как я уже говорил, часто бывает такое сопротивление, когда мы не хотим понимать, что это правда. Из серии: «Ну этого не может быть. Ну ладно. Ну не может быть!»

This type of attitude. That’s why we have to go over the logic again and again and really work with it. This gets into meditating.

Поэтому нам необходимо использовать логику снова и снова. И так это приводит нас к медитации.

So with the thinking process, we at least are going to have what I would call an “understanding” – what’s called the “discriminating awareness that comes from thinking” –

И вот с помощью этого процесса размышления мы можем обрести то, что называют «понимание» или «различающее осознавание, проистекающее от мышления».

with which we’re distinguishing what is the correct meaning of the words,

С его помощью мы можем понять, каков же правильный смысл слов,

and we are decisive about that. In other words, we’ve gone through the logic and we have excluded what it doesn’t mean.

и у нас есть определённость по этому поводу, то есть мы прошли эту логику и мы исключили всё, чем это не является.

“It doesn’t mean that maybe it will break. It means it definitely will break at some point.

«Это не означает, что, может быть, оно сломается. Это означает, что в какой-то момент обязательно оно сломается.

So don’t be surprised when it breaks.

Так что не удивляйтесь, когда оно сломается.

What did I expect?”

А чего я ещё мог ожидать?»

And we also need to be convinced not only of what it means, but you have to be convinced that it’s true.

И нам нужно убеждаться не только в том, что это означает: нам необходимо убедиться также, что это правда.

As I said in terms of impermanence: we might understand the meaning, but is it really true or not? That’s why I was saying, “Are you really convinced?”

Вот, например, по поводу непостоянства: мы можем понимать смысл, но всё равно мы можем чувствовать: «Так это правда или нет?» Поэтому я и говорю, что нам необходимо ещё убедиться.

But the more that we think about it and we can’t find any exception to the rule,

Но чем больше мы думаем об этом и понимаем, что не можем найти никаких исключений из правила,

then, for example, “I’m going to die.” “Everybody who was born has died. There’s no example that I can think of, of somebody who was born that didn’t die. Therefore, is there any reason why I’m not going to die? No, thereisn’t.”

например: «Я родился, это означает, что я умру. И точно так же все, кто родились, все умрут. Могу ли я представить хоть один пример, когда кто-то родился бы, но затем не умер? Нет такого примера».

I mean, obviously if we are convinced that at some point we are going to die, then we will try to make this life that we have as meaningful as possible.

И, конечно же, если мы убеждены, что если мы родились, то однажды мы умрём, то тогда мы постараемся сделать эту жизнь как можно более осмысленной.

Often people only when they have a near-death experience do they then realize, “Hey, I’m still alive, and I want to make this time meaningful.” But we don’t need to wait for a near-death experience.

Очень часто людям приходится только столкнуться с околосмертным переживанием, получить какой-то такой опыт, чтобы они поняли: «А, я всё ещё жив – я должен тогда сделать эту жизнь осмысленной». Но нам не нужно ждать этих переживаний, чтобы наполнить жизнь смыслом.

So, through thinking, we understand the meaning correctly and accurately. We are convinced that it is true. And the third thing is that we have to be convinced that “This would be beneficial for me to really absorb and make it part of the way that I function in life.”

Итак, с помощью мышления мы можем понять истинный смысл очень точно и определённо, мы можем убедиться в этом и затем мы также можем понять, чтo есть от этого польза, что мы хотим вобрать это в себя.

So all of that is part of developing this discriminating awareness that comes from thinking. It’s a very, very important process and takes quite a lot of time.

И всё это часть различающего осознавания, которое проистекает от размышления. И это довольно долгий процесс, на него может потребоваться время.

So often when we say that we’re meditating, actually what we need to do is to sit there and really think about something very deeply, because to just meditate on impermanence or voidness or compassion – basically you’re doing nothing. You’re just sort of sitting there and “I don’t know really what to do,” this type of thing. That’s not helpful.

И если мы говорим про медитацию на непостоянство и так далее, то нам действительно необходимо очень глубоко уходить в такое понимание. Иначе мы можем просто сидеть, как будто бы мы медитируем, но на самом деле я не очень точно понимаю, что надо делать. И это тогда не очень полезно.

Три типа медитации

OK. Now meditation comes next,

Итак, медитация – следующее.

and here we want the discriminating awareness that arises from meditation (sgom-pa-las byung-ba’i shes-rab).

Здесь нам необходимо различающее осознавание, проистекающее от медитации (sgom-pa-lasbyung-ba’ishes-rab).

Now, what are we doing? How do we develop this?

Как мы это развиваем?

What we are doing is accustoming ourselves to a certain state of mind.

Мы приучаем себя, мы осваиваемся с определёнными состояниями ума.

There are many different types of meditation.

Есть много разных типов медитации.

Let me just mention the three most usual types.

Я могу просто упомянуть три самых распространённых типа.

Сосредоточение на объекте

The first type is focusing on an object.

Первый тип – это фокусирование на объекте.

So we could focus on any sort of object, and what we are trying to develop is concentration on that object.

Мы можем сосредоточиться на объекте, и то, что мы развиваем, – это концентрация на этом объекте.

So whether it is focusing on the sensation of the breath going in and out, or focusing on a visualized Buddha, or focusing on the nature of the mind, it’s still focusing on an object.

Так что фокусируемся ли мы на нашем дыхании, которое входит и выходит, либо [визуализируем образ будды], либо мы фокусируемся на природе ума, – в любом случае это фокусирование на каком-то объекте.

Those, by the way, are the three most commonly used objects for developing concentration.

Кстати, это три наиболее распространённых объекта для развития концентрации.

Or we could focus on an object and try to discern it in a certain way, like for instance as being impermanent,

Или мы фокусируемся на объекте и стремимся каким-то образом различить его характеристики, например, мы фокусируемся на непостоянстве,

for it to really sink in that this is impermanent.

чтобы действительно «войти» в это непостоянство.

That’s very, very helpful, by the way. The examples that I think of that are very useful are, for instance: You’re in a situation in which you have a friendship or a relation with somebody, and they don’t call you or they’re not there and so on, and we’re very upset.

Вот, например, я вспомнил полезный пример. Если у вас есть друг или подруга, есть какие-то отношения и что-то происходит, например, вам не звонят или человек не приходит, – вы очень расстраиваетесь.

So what we need to understand, be convinced of that this is correct, is that “I am not the only person in my friend’s life. There are other people in this person’s life besides me.

Что нам нужно понять, у нас должно быть правильное понимание, что: «Я не единственный человек в жизни этого друга или подруги: в его или её жизни есть и другие люди.

Therefore it is totally unreasonable for me to expect that this person is going to give me exclusively their time and not going to give their time to anybody else.”

«Поэтому было бы совершенно неразумным для меня ожидать, что этот человек будет уделять полностью всё своё время только мне и больше никому другому».

We’re working here with a fantasized projection of what’s impossible, that “I’m the only person in this one’s life.”

Здесь мы работаем над такой проекцией, фантазией по поводу этого человека, которая на самом деле невозможна в жизни.

And so what we try to do is focus on this person when we’re so upset that they’re not spending time with us and try to discern them, understand them, in terms of “They have other people and other things going on in their life besides me.”

И как мы это делаем: мы смотрим на человека и стараемся различить, мы сравниваем и понимаем, что в его жизни есть и другие люди помимо меня.

So when we’re talking about meditation, we’re not talking about some sort of mystical, magic thing – that we’re going off into some fantasy land. These are very practical methods for dealing with suffering, with difficulties, problems that we have in life.

То есть, когда мы говорим о медитации, мы не говорим о чём-то мистическом, когда мы уходим в какие-то замечательные фантазии и так далее. Это очень практичный, очень полезный метод, который позволяет нам конкретно справиться со страданием, которое заполняет нашу жизнь.

That’s the first type of meditation, focusing on an object in a certain way, either with just concentration or with some sort of understanding.

Это первый способ медитации – когда мы сосредотачиваемся на чём-то определённым образом и используем такое различающее осознавание.

Медитация на состояние ума

The second type is meditation to generate our mind into a certain state,

Второе – это медитация, которая приводит наш ум к определённому состоянию,

like to generate love or to generate compassion.

порождает в уме какое-то состояние, например порождает любовь или сострадание.

So the emphasis here is not the object on which we are aiming this love or compassion. The emphasis here is to develop this emotion or feeling.

И цель здесь – не тот объект, на котором мы сосредотачиваемся, а цель здесь – развитие в нашем уме соответствующей эмоции или соответствующего чувства.

Медитация на устремление

And the third type is to generate an aspiration, to focus on something, like our own enlightenment that hasn’t happened yet, with the aspiration that “I’m going to reach it. I’m going to attain it.”

И третий тип – это порождение устремления по отношению к чему-то, что ещё не произошло. Например, мы думаем о просветлении и мы создаём устремление: «Я буду стремиться его достичь, я буду всё делать, чтобы это обрести».

You know, when we are meditating on bodhichitta,

Например, когда мы медитируем на бодхичитту,

what we’re focusing on is not enlightenment in general, not the Buddha’s enlightenment; we’re focusing on our own enlightenment.

мы сосредотачиваемся не на просветлении в целом, не на буддийском просветлении, а на нашем собственном просветлении.

But it hasn’t happened yet, but it can happen – we’re convinced that it can happen – on the basis of Buddha-nature and an awful lot of hard work.

Но оно ещё не произошло. Но это может произойти, и мы убеждены в том, что это может произойти на основании будда-природы и на основании того, что мы упорно можем работать.

So we’re aiming for that. That’s an aspiration. That’s the third type of meditation.

Итак, мы стремимся к этому. Мы нацеливаемся на это, и это третий вид медитации.

So all of these, these three types of meditation, are developing beneficial habits that then we want to bring into our life.

И все эти три вида медитации помогают нам развивать благоприятные привычки, которые мы стремимся привнести в нашу жизнь.

It’s very important that meditation not be some sort of side activity that has no relation to our lives.

Очень важно, чтобы медитация не была какой-то побочной деятельностью, которая не относится к нашей жизни.

Meditation is not some sort of escape.

Медитация – это не какой-то побег.

It’s not a game. It’s not a hobby.

Это не игра, это не хобби.

It’s a method to help us to develop qualities that we want to bring to our life, use in our daily life.

Это метод развить те качества, которые мы хотим использовать в повседневной жизни, которые мы хотим привнести в жизнь.

So using these examples that I mentioned for these three types of meditation: we want to be able to have concentration in our life – not only concentrate on our work, for example, but when we’re having a conversation with somebody, concentrate on that person and what they’re saying and not have our mind thinking about all sorts of other things.

И используя те методы, которые я объяснил, мы стремимся развить концентрацию в нашей жизни, чтобы концентрироваться не только на работе, а вообще на всём. Если мы с кем-то общаемся, то мы концентрируемся на этом человеке, на том, что он говорит, а не отвлекаемся и не уходим куда-то в размышления.

And just take in what they’re saying without any mental comments going on, judging what they said: “Oh boy, that’s stupid,” and “I wish they would shut up already,” and so on. Quiet all of that. This is what we learn through concentration meditation, to be able to do that.

Мы просто стараемся воспринять то, что человек говорит, не давая этому оценку, без этого внутреннего комментатора, который думает: «Боже, какая глупость. Ну когда же он, наконец, закончит говорить», – и так далее. Мы просто стараемся воспринимать. И всё это при помощи развития концентрации – она позволяет нам это делать.

And love and compassion, something that we want to bring into daily life, the wish that everybody be happy, and that means everybody – everybody on the bus, everybody on the metro, everybody in the traffic, everybody in the store, all the insects, everybody.

[Далее – ] любовь и сострадание, которые мы хотим развить в жизни, и причём в нашей повседневной жизни, когда мы хотим, чтобы каждое существо чувствовало себя хорошо. И каждое – это действительно означает каждое, то есть это означает каждый в автобусе, каждый в метро, каждый на улице, каждое насекомое – то есть буквально все.

So that means developing respect for everybody. Everybody wants to be happy, doesn’t want to be unhappy. Everybody has an equal right to that, including the fly.

Это означает развитие уважения ко всем существам, к каждому. Потому что каждое существо хочет радоваться и не хочет страдать. И на основании этого у нас есть равный подход, потому что у всех равные права, даже у мухи.

And this aspiration we carry throughout our life, that “I’m working toward a goal. I’m working toward overcoming my shortcomings. I’m working toward developing good qualities. I’m working toward liberation and enlightenment.” That is throughout our whole life, not just the short time that we’re sitting on a cushion.

И [далее] – это цель, которая движет всю нашу жизнь, которая определяет, что в жизни я хочу, например, работать над преодолением каких-то недостатков или я хочу активно развиваться. И именно это и создаёт направленность для жизни. Вся наша жизнь вовлечена в это, а не только тогда, когда мы сидим на подушке.

Проницательная (различающая) и стабилизующая медитация

Now, within these types of meditation, there are again two other types, if we take a different type of variable, another type of division.

И говоря о видах медитации, мы можем разделить их ещё иначе на два вида – это уже другое подразделение.

One is usually called analytical meditation (dpyad-sgom). I prefer to call it “discerning meditation.”

Один называют часто «аналитическая медитация» (dpyad-sgom). Я предпочитаю называть это «различающая медитация».

And the second is stabilizing meditation (’jog-sgom).

А второй – это упрочивающая медитация, стабилизирующая (’jog-sgom).

So discerning means that, for instance, we have gone through a process of building up a certain state of mind

И это различение означает, что, например, мы прошли процесс выстраивания определённого состояния ума,

in the thinking process, the second step, the second stage.

то есть процесс мышления – второй этап.

Like for those of you who are familiar with the Buddhist teachings,

Например, для тех из вас, кто знаком с буддийскими учениями:

we build ourselves up to actually feeling love and compassion in two general ways. Both of them start with equanimity toward everybody.

мы выстраиваем любовь и сострадание двумя способами, и каждый из них начинается с равностности – с равного отношения ко всем.

And then one of the ways is recognizing everybody at some point in past lives has been my mother

И затем один из способов – это понять, узнать, что каждое существо на самом деле в прошлых жизнях рано или поздно было моей матерью

and has shown me a tremendous amount of kindness, even if it was just the kindness not to have an abortion.

и выказывало нам огромное количество доброты, даже если эта доброта заключалась в том, что это существо не сделало аборт.

And then we develop a great sense of appreciation of this kindness, which comes from really thinking about it.

И так мы развиваем чувство признательности за эту доброту. И это чувство признательности исходит из размышления об этом.

So we’re really grateful, and that naturally gives us a sense that we would like to be of help to them as well.

Так что мы действительно благодарны, и это даёт нам чувство, что мы стараемся быть полезными для этого существа.

And then this develops into what’s called heartwarming love (yid-’ong byams-pa) – that when we think about them, we develop this very warm affectionate feeling in our hearts.

И это приводит к развитию согревающей любви (yid-’ongbyams-pa), когда у нас есть тёплое чувство, теплота в сердце.

And then comes love: the wish for them to be happy, to have the causes for happiness.

И так возникает любовь, то есть желание, чтобы человек был счастлив и имел причины для счастья.

And from that, compassion: and may they be free from suffering and the causes for suffering.

И из этого – сострадание, желание, чтобы человек был свободен от страдания и от причин страдания.

OK, so we have these steps, you know, and you have gone through that in the thinking process in order to really understand what does love mean,

Итак, у нас есть эти шаги, когда мы проходим весь этот процесс мышления, чтобы действительно понять, что же на самом деле означает любовь

and to understand that it is an appropriate attitude and feeling to have toward everybody,

и понять, что это подходящее чувство, которое мы чувствуем ко всем,

and “This would be very beneficial for me to develop in terms of how I relate to everybody.”

и для меня это очень полезно развивать в плане того, как я отношусь ко всем.

And now, in meditation, we want to integrate this, make this a beneficial habit, really habituate ourselves to this so that it comes naturally. In the beginning you’re going to have to force it – it’s artificial – that’s OK.

И теперь, в медитации мы хотим привыкнуть, мы хотим освоиться с этим, чтобы это было естественное чувство. Потому что вначале, возможно, нам необходимо усилие, чтобы об этом думать и это чувствовать, но затем, когда мы осваиваемся, это просто происходит естественно.

It’s like learning to play a musical instrument. In the beginning it is forced, it’s not natural, but with enough practice it comes automatically.

Это всё равно что учиться играть на музыкальном инструменте, когда сначала нам необходимо некоторое усилие, это не происходит само собой, но затем, когда мы привыкаем и осваиваемся, то это идёт естественно.

Or physical training, same thing.

Или всё равно что физические упражнения. То же самое.

So this is the same type of process in terms of practicing love and compassion. You practice. You practice the piano in order to be able to play the piano. So you practice love in a meditation session so that you can actually have love all the time.

Так что это вот такая своего рода практика, или упражнение. Как мы упражняемся в игре на пианино, чтобы затем уметь легко играть, точно так же и в практике медитации мы упражняемся в развитии любви и сострадания, чтобы затем это действительно было нашей естественной частью.

So with discerning meditation, now what we do is we go through the same sort of... either line of reasoning or stages for developing love and compassion.

И с помощью различающей медитации мы проходим вот эти ступени рассуждений, или этот способ развития, например, любви и сострадания.

And then discern means – once we’ve built up to this state of mind – to focus on the object and to discern them, to see them, to understand them in that way, perceive them in that way.

Различение означает, что когда мы выстроили такое восприятие и у нас есть в нашем уме этот объект, то мы затем его различаем, мы его видим, то есть мы его воспринимаем [соответствующим образом].

So that is what’s normally called “analytical meditation,” but it’s not just the analysis; it is staying with the result of the analysis.

То есть это то, что обычно называют аналитической медитацией, но здесь речь не только об анализе, но и о том, как мы пребываем вместе с результатом этого анализа.

And we’re not going through the analysis in order to gain understanding, because that’s what you do in thinking. You go through the analysis in order to be able to build up that state of mind again more easily.

Мы здесь используем анализ не для того, чтобы обрести понимание (это было на предыдущей стадии – на размышлении), а здесь мы используем анализ, чтобы развить и быть в этом состоянии ума.

And then stabilizing meditation is that you let it sink in.

И затем упрочивающая медитация, стабилизирующая медитация – это то, что нам позволяет действительно впитать это.

His Holiness the Dalai Lama explained this very well, the difference between these two.

Его Святейшество Далай-лама очень хорошо объясняет разницу между этими двумя.

He explained it in terms of the energy of your mental activity.

Он объясняет это с помощью энергии умственной деятельности.

So very, very delicate, very refined.

То есть это очень-очень тонкий, очень изысканный способ.

With this discerning meditation, the energy is going out,

С помощью различающей медитации энергия идёт наружу.

so the way that we are focusing the energy is going out in terms of discerning something in all its detail.

Когда мы сосредотачиваемся, то эта энергия идёт наружу, исходит, чтобы мы восприняли, различили эту вещь, этот объект, во всех деталях.

And with stabilizing meditation the energy is coming in,

А когда у нас стабилизирующая медитация, то эта энергия собирается,

so it’s getting more and more focused. It’s not that it is widespread. It is more focused.

она всё больше и больше фокусируется, это уже не что-то, что распространяется, а это что-то собранное.

So it’s very sophisticated to be able to distinguish the difference between discerning someone with love – the energy, in a sense, going out in all its detail – and stabilizing that love, where the energy now is more concentrated.

И здесь становится уже довольно сложно действительно почувствовать эту разницу между различающей медитацией, когда мы стремимся различить, распознать каждую деталь этого объекта с любовью и состраданием, и между стабилизирующей медитацией, когда мы стремимся эту любовь собрать, стабилизировать.

But this is one of the benefits that comes from quieting the mind.

Но это одно из преимуществ, которое возникает от успокоения ума.

If you are successful, at least to some degree, in quieting all the noise that’s going on in your head,

Если вы хотя бы до некоторой степени успешно можете успокоить весь шум, который происходит у вас в голове –

the constant talking, the constant commenting, the constant music –

эту постоянную болтовню, постоянный комментарий, постоянную музыку,

which means not listening to your iPod all the time, but quieting your mind –

то есть это означает, что вы не слушаете ваш айпод всё время, но успокаиваете свой ум, –

then you can start to be sensitive to your energy.

тогда вы можете почувствовать свою собственную энергию, стать чувствительным к ней.

[The way] to detect whether or not you’re under the influence of a disturbing emotion – like anger, fear, anxiety, greed, arrogance or trying to show off, and so on – is that your energy is not peaceful.

Один из способов определить, что вы попали под влияние каких-то беспокоящих эмоций, например гнева, возбуждения, жадности или чего-то такого, – это когда вы чувствуете, что ваша энергия не уравновешена.

When you’re talking to someone, if you can discern or distinguish that your energy is not very easy (it’s a little bit upset and so on), that is a very good clue that you have some sort of disturbing emotion that’s involved, whether you’re trying to impress the person, you’re trying to sell them something (like yourself: they should like you and so on), there’s some aggression there, all of that is indicated – might not be precisely what is the disturbing thing, but it indicates there’s something disturbing going on if your energy is not calm.

И, например, если вы общаетесь с кем-то, вы можете посмотреть, насколько спокойна ваша энергия. Если она неспокойна, то это знак того, что, возможно, вы попали под влияние какой-то эмоции, вы стараетесь, например, продать что-то или показаться человеку хорошим. И это всё показатели того, что ваш ум неспокоен.

And once you are able to distinguish that, that something’s wrong here, then that gives us the opportunity to “reboot” as it were and to change what’s going on in terms of the emotion that is behind it, to get it more pure. Especially in an interchange with somebody, that’s where you really need it.

И когда вы чувствуете, что у вас есть вот такое беспокойство, когда вы можете это различить, то тогда это позволяет как бы перезапустить это заново, воспринимать уже, не основываясь на этой эмоции. И это особенно полезно для этого взаимообмена с другими.

So, like that, we also eventually become sensitive enough to be able to distinguish in meditation this discerning meditation of love and the stabilizing meditation on love. It’s quite sophisticated actually. It’s always a sophisticated level that His Holiness the Dalai Lama explains things.

И таким образом мы можем развить эту чувствительность именно с помощью медитации – с помощью различающей медитации с любовью и состраданием и с помощью стабилизирующей медитации. Это всё сложное, непростое объяснение. Но это именно тот подход, который объясняет Его Святейшество Далай-лама.

Советы Цонкапы о развитии полезных состояний ума

OK. Now, for all of these types of meditation, Tsongkhapa, the great Tibetan master, explained very, very well what we really need to know in order to be able to develop a beneficial state of mind in order to meditate.

И по поводу всех этих видов медитации Цонкапа, великий тибетский учитель, сказал, объяснил, что нам необходимо знать, чтобы развивать такое состояние ума.

Знать, на чём мы сосредоточиваемся

First we need to know what it is that we’re focusing on.

Сперва нам необходимо знать, на чём мы сосредотачиваемся.

Now, let’s take the example of compassion.

Возьмём пример сострадания.

What are we focusing on?

На чём мы сосредотачиваемся?

We’re focusing on the suffering of others.

Мы сосредотачиваемся на страдании других.

So that’s quite different from bodhichitta, in which we’re focusing on our own individual enlightenment which hasn’t happened yet.

Это отличается от бодхичитты, когда мы сосредотачиваемся на нашем собственном просветлении, которое ещё не произошло.

Some people when they think they’re meditating on bodhichitta actually are only meditating on compassion. They’re not the same.

Некоторые люди, когда они думают, что они медитируют о бодхичитте, на самом деле медитируют о сострадании. Это не одно и то же.

Знать все аспекты объекта

So we have to know what we’re focusing on (the suffering of others) and all the aspects of that object that we’re focusing on.

Нам необходимо знать, на чём мы сосредотачиваемся, например на страдании других, и необходимо знать все аспекты того, на чём мы сосредотачиваемся.

So, as I explained yesterday, the three different types of suffering – unhappiness, ordinary happiness, compulsiveness of karma (of uncontrollably recurring rebirth, actually) –

Как я вчера объяснял, все аспекты, то есть это несчастье, навязчивость, карма, страдание, перерождение, в конце концов –

that’s the suffering that we’re focusing on, not just “Ohhhh, suffering. They don’t have a job,” or whatever. I mean, it’s not just something small,

именно это то страдание, на котором мы сосредотачиваемся, а не просто какой-то аспект, что: «А, вот бедный человек, у него нет работы», – то есть не что-то маленькое, а страдание в целом.

then, if we’re going to develop great compassion and focus on the suffering of everybody and all the aspects of suffering of everybody.

То есть если мы хотим развить великое сострадание, когда мы сосредотачиваемся на страдании всех существ и на всех аспектах этого страдания.

Знать, как наш ум взаимодействует с объектом

Then we have to know how our mind is relating to that object.

Затем нам необходимо знать, как наш ум взаимосвязан с этим объектом.

So with compassion, the way the mind is focusing on that suffering is with the wish that they be parted from it, that that suffering be gone.

И с состраданием ум на этом сосредотачивается с желанием, чтобы существа освободились от него, чтобы оно исчезло.

So again, very different from bodhichitta. Bodhicitta – we’re focusing on our not-yet-happened enlightenment, and the way that we’re relating to it, the mental activity, is “I’m going to attain it. ”

Опять-таки это отличается от бодхичитты. Потому что в бодхичитте мы сосредотачиваемся на том, как мы хотим обрести просветление: «Вот я его ещё не обрёл, но я его обрету».

So very different, isn’t it?

Так что это действительно по-другому, не правда ли?

So compassion isn’t “Ohhhhh, how terrible!” I mean, that’s not what we are specifying here. So we have to know exactly. It’s that wish: “May that be gone, their suffering.”

Сострадание – это не то, что мы думаем: «Ой, как ужасно», – и так далее, что-то такое общее. Но мы конкретно здесь понимаем, о чём речь, и мы стремимся, чтобы это страдание исчезло.

Знать, что поможет развить это состояние

And then we have to know what will help us to develop this state of mind.

И затем нам необходимо знать, что нам поможет развить это состояние ума, что будет опорой для него.

Well, it’s supported by having that same exact intention or feeling toward our own suffering.

И опорой для него может быть то, что у нас есть точно такое же намерение, точно такое же чувство по поводу нашего собственного страдания.

That’s what’s called “renunciation” usually – focusing on our own suffering and the determination to be free of it

Это то, что обычно называют «отречением»: мы сосредотачиваемся на нашем собственном страдании и на намерении, на решимости освободиться от него

and to be free of the causes of it,

и освободиться от его причин.

which means being willing to give up the causes of it, what I’m doing that is causing me to be miserable (like getting angry all the time, for example).

Это означает, что мы хотим полностью отказаться от того, что заставляет меня быть несчастным (например, когда я сержусь постоянно).

If we can really develop the determination for myself to be free from suffering, then that will support being able to direct that attitude, that wish, toward others with the same intensity as we would focus it on ourselves.

И если мы можем развить это желание освободиться от страдания, это может послужить опорой для такого же желания по отношению к другим и мы будем чувствовать это с такой же интенсивностью.

Знать, что будет препятствовать развитию этого состояния

And we also need to know what will hinder the development of this state of mind.

И также нам нужно знать, что может помешать такому развитию состояния ума.

And what will hinder it is not taking other people seriously

И что может помешать – если мы не относимся к другим серьёзно

and not taking their suffering seriously.

и не относимся всерьёз к страданию.

So for that we have to think, “Well, everybody wants to be happy. Nobody wants to be unhappy. Nobody is different in that.

Поэтому нам необходимо думать, что каждый хочет быть счастливым, никто не хочет страдать и все в этом одинаковы.

And everybody has feelings, just as I have feelings.

У каждого есть чувства, точно так же, как и у меня есть чувства.

Everybody’s suffering hurts them just as much as my suffering hurts me.

И страдание для этих людей так же неприятно, как и для меня это страдание.

They want to be free of their suffering, just as I want to be free of my suffering.”

Они хотят освободиться от своего страдания точно так же, как я хочу освободиться от своего страдания.

So we develop sensitivity toward others, respect for others.

Мы развиваем чувствительность по отношению к другим, это уважение по отношению к другим.

And if we don’t have that, then that would hinder our development of sincere compassion.

И если у нас этого нет, то это может помешать развитию такого искреннего сострадания.

Знать, как это применять

And then we need to know – Tsongkhapa’s very thorough here – so then he says we have to know, once we develop this state of mind, what will that help us to do. Inotherwords, what is the application?

Цонкапа здесь очень тщательно, обстоятельно, подходит, и он объясняет, что, [когда мы развиваем это состояние ума, нам нужно знать], для чего это нам поможет, как мы можем это применить.

I develop compassion, and then what?

Я развиваю сострадание – и что дальше?

What do I do with it?

Что я с этим буду делать?

Well, it is going to help me deal with others, going to help me to work for their benefit,

Это может помочь мне как-то взаимодействовать с другими, поможет мне действовать на их благо.

and it will really motivate me, push me, to achieving the best that I can – enlightenment – so that I can really help them,

Это действительно может быть для меня движущей силой, чтобы я стремился и действительно обрёл это просветление и помог им полностью.

because I understand that what prevents me from really being able to help them are my limitations. I really want to overcome my limitations.

Потому что я понимаю, что действительно мешает мне им помочь полностью, – это мои ограничения. И я хочу превзойти свои ограничения.

Знать, от чего это нас освободит

So that’s the next thing that we need to know, is what this will rid us of.

И это следующее, что нам необходимо знать, – от чего мы избавимся.

So what compassion will rid me of is the cold-hearted feeling in which I ignore others. It will help me to get rid of my laziness with which I don’t want to help others,

Отчего меня избавит сострадание? Оно избавит от этого холодного, отчуждённого отношения к другим. Онопоможетизбавитьменяотлени…

and it will help me to overcome the laziness with which I don’t want to work on myself, so that I can help others more.

И поможет мне избавиться от лени, с которой я не особенно работаю над самим собой, чтобы развиться и помочь другим.

So if we know all of these things

Если мы знаем все эти вещи,

for developing and meditating on compassion, then we can be really very confident that when we’re doing this meditation we’re doing it properly:

если мы всё это знаем для развития медитации, тогда мы действительно, когда мы медитируем, то мы можем быть уверены, что мы это делаем правильно:

we know exactly what we’re doing, why we’re doing it, we have prepared properly for it, and so on.

мы в точности знаем, что мы делаем, как и зачем, мы подготовились надлежащим образом.

Otherwise it’s like jumping into deep water in the swimming pool and not having any idea how to swim.

Иначе словно мы прыгаем в глубокую воду бассейна, не имея никакого представления о том, как плавать.

So to just say, “Well, just sit down and meditate,” and you have no idea what you’re doing, chances are you’re not going to figure it out properly.

Поэтому если мы просто скажем: «Сядь и медитируй», – а вы не знаете, как это делать, то невелики шансы, что вы правильно будете это делать.

OK, maybe we need to take a short break, then I’ll explain a little bit more, and then we can have time for questions.

Сейчас у нас будет короткий перерыв, затем я ещё немножко объясню, и затем будет время для вопросов.