Библиотека Берзина

Буддийская библиотека д-ра Александра Берзина

Перейти к текстовой версии страницы. Перейти к разделу навигации.

Главная > Знакомство с буддизмом > Введение в буддизм > Практический подход к буддизму > Седьмая сессия: тантрическая практика

Практический подход к буддизму

Александр Берзин
Мюнхен, Германия, июнь 1996 г.

Седьмая сессия: тантрическая практика

Тантра – практика высокого уровня

Давайте в нашей последней совместной сессии немного поговорим о тантре. К тантре нам тоже необходим практический подход.

Когда западные люди обращаются к тантрическим учениям тибетского буддизма, они зачастую впадают в одну из двух крайностей. Первая состоит в том, чтобы испугаться этих учений и вообще не хотеть заниматься тантрой. Другая крайность – это желание незамедлительно ей заняться. Обе крайности имеют свои недостатки.

Тантра – это практика очень высокого уровня. Ее не следует опасаться, но в то же время и не следует начинать заниматься ей преждевременно. В наших буддийских практиках уровня сутры – на начальных уровнях практики – мы учимся развивать множество различных качеств, которые помогут нам улучшить сансару, или обрести освобождение, или стать буддой, для того чтобы мы могли помогать другим настолько полно, насколько это возможно. Достижение этих целей требует развития сосредоточенности, любви и сострадания, правильного и глубокого понимания непостоянства, пустотности, отречения и прочего. Все это совершенно необходимо в качестве причин для достижения этих целей. Хотя мы можем привести много различных определений тантры, один из ее аспектов состоит в том, что она является способом собрать все эти качества вместе и практиковать их одновременно.

[См. «Объяснение смысла тантры».]

Очевидно, что мы не можем практиковать все эти качества одновременно, если мы прежде не развили каждое из них. Занятие практикой тантры без предварительного развития этих качеств деградирует в практику ритуала, не имеющую какого-либо содержания, или глубины. Для того чтобы на самом деле получить сколько-нибудь значительную пользу от ритуала, его необходимо рассматривать как структуру, предназначенную для объединения всех развиваемых нами качеств.

Например, нам необходимо определить надежное и положительное направление прибежища в наших жизнях. Что мы делаем в практике тантрического ритуала? Мы движемся в надежном направлении, стараясь развить себя с его помощью. Мы не совершаем этот ритуал в качестве развлечения или подобно тому, как мы отправляемся в Диснейленд, чтобы отвлечься или отстраниться от нашей повседневной жизни. Вместо этого ритуальная практика должна способствовать нашему развитию для достижения различных буддийских целей. Этими целями являются Три драгоценности прибежища: то, чему учил Будда, то, чего он достиг в полной мере, и то, чего частично достигла высоко развившаяся Сангха.

Необходимость отречения

Отречение – еще одна чрезвычайно важная часть любой тантрической практики, и поэтому нам также необходимо поговорить о том, что оно означает. Отречение имеет два аспекта. Первый – это твердая решимость быть свободными от наших проблем. Этот аспект дает нам возможность использовать тантрическую практику как метод для освобождения от проблем посредством достижения просветления. Если мы не обладаем аспектом отречения, решимостью быть свободными, то мы не сможем применить эти практики к самим себе в качестве неотъемлемой части нашего духовного пути.

Другой аспект отречения представляет собой готовность отказаться не только от нашего страдания, но и от его причин. Это очень важно. Если мы не готовы отказаться от причин страдания, то для нас не существует способа стать свободными, независимо от того насколько сильно мы хотим освободиться от страдания. К сожалению, причина нашего страдания – не что-то банальное, например поход в кино, или поедание шоколада, или даже занятие сексом. Это нечто всеобъемлющее в нашей жизни. С одной стороны, это все наши отрицательные личные качества – гнев, привязанность, высокомерие, зависть и прочее. Если мы пойдем немного глубже, это включает нашу неуверенность, тревогу и беспокойство. И если мы пойдем еще глубже, то наше заблуждение – это неправильное представление о себе и обо всем в жизни.

Еще глубже находится то, от чего нам действительно необходимо освободиться – наш обычный тип мышления, заставляющий вещи выглядеть не соответствующим реальности образом. Наша неосведомленность по поводу обманчивости и ложности так называемых «нечистых видимостей» заставляет нас верить в их истинность. Это источник всех наших проблем.

Сам по себе ум не проблема; проблема в деятельности, или работе, ума, создающей обманчивые видимости, и нашей ошибочной вере в их истинность. И поэтому причина наших проблем также не в самих видимостях, производимых умом. Большая ошибка думать, что проблема заключается в видимостях. Подобное ошибочное мнение происходит из неправильного понимания тибетского слова nangwa, которое может означать либо «видимости», либо «создание видимостей».

Когда мы говорим об избавлении от «обычных видимостей» или «двойственных видимостей», то мы не говорим о существительном; мы не говорим о видимостях «где-то там». Мы говорим об осознавании чего-либо – о глаголе. В частности, о деятельности ума, заставляющей вещи выглядеть не соответствующим реальности образом. Мы пытаемся освободиться именно от этого вида деятельности ума, достичь его прекращения. Но, к сожалению, жизнь сложна: наш ум постоянно заставляет вещи выглядеть абсурдным образом, и это не имеет начала.

Например, даже если у нас есть некоторое понимание непостоянства или отсутствия прочного «я», все же, когда мы просыпаемся утром и смотрим на себя в зеркало, наш ум создает видимость, будто мы – тот же самый человек, которым мы были прошлым вечером, – полностью идентичный человек. Кажется, что мы неизменны. А как только мы пораним свою ногу, ум создает видимость, будто существует некое «я», отдельное от ноги: «Я поранил МОЮ ногу». Наше концептуальное мышление, основанное на нашей речи, заставляет вещи выглядеть таким образом.

Нам нужно быть готовыми отказаться от такого мышления, из-за которого вещи предстают перед нами подобным образом, – к сожалению, мы очень хорошо знакомы с этим процессом – и от всех заблуждений, проблем, волнений и прочего, вызванных этим процессом. Если мы не готовы отказаться от этого, то как мы можем преобразовать самих себя, свое представление о себе и все остальное с помощью тантры?

Представлять себя как божество, не будучи готовыми отказаться от нашего обычного представления о себе – представления о прочном «я», обладающем своего рода прочной индивидуальностью, – это прямая дорога к шизофрении, а не к освобождению. Мы по-прежнему будем иметь это безумное, совершенно болезненное и фиксированное представление о себе, а затем мы добавим поверх него искусственное убеждение: «Я божество». Тогда мы можем легко обезуметь, говоря, например: «Я рассержен – это мое гневное лицо божества». Или можем заниматься сексом с каждым, кого мы встретили, поскольку: «Я – такое-то божество с супругой, и заниматься сексом с каждым – это высокая тантрическая практика». Все это представляет собой большую опасность и может произойти, если мы занялись тантрой, не имея в качестве фундамента решимости быть свободными, – без отречения от нашего обычного представления о самих себе.

Чтобы отречься от такого представления о себе, совершенно необходимо правильно понимать пустотность. Иначе как мы сможем преобразовать представление о себе? Без правильного понимания мы можем совсем сойти с ума, думая: «Все представляет собой лишь мандалу, все совершенно вокруг меня, и каждый является буддой», – очень странным образом, и затем мы даже перестанем быть внимательными, переходя улицу, и попадем под автомобиль.

Более того, абсолютно необходимо иметь такие качества, как любовь, сострадание и бодхичитта. Мы совершаем все эти практики с тем, чтобы принести пользу другим, заботясь о других. Именно бодхичитта побуждает нас применять все это как метод для того, чтобы иметь дело с окружающим миром и с другими людьми. Без этого очень легко оказаться в буддийском Диснейленде: просто уйти в некую странную воображаемую страну.

Когда мы занимаемся практикой тантры, мы представляем, что у нас множество рук и ног, что мы окружены пятицветным светом и прочее. Каждый из таких атрибутов является изображением определенного понимания, изображением различных качеств, таких как любовь, сострадание, пять типов глубокого осознавания и так далее. Представление этих качеств в графической форме, в виде множества рук и ног, помогает нам развивать их одновременно. Именно в этом смысле тантра – очень продвинутая практика, и она требует огромной подготовки, для того чтобы быть способными выполнять ее правильно.

Необходимость предварительных практик

Когда мы говорим о других видах подготовки, таких как простирания и повторение стослоговой мантры Ваджрасаттвы, это дополняет то, что мы только что обсудили. Они помогают нам усилить положительный потенциал, для того чтобы наша тантрическая практика была успешной, и очищают нас от отрицательного потенциала, мешающего этому. Однако если мы не обладаем качествами любви, сострадания, сосредоточенности, пустотности и прочего, совершение одних только предварительных практик не достаточно для достижения цели. Например, мы можем совершить сто тысяч простираний по какой-либо невротической причине в качестве нашей мотивации. Это может быть желание угодить нашему учителю, желание присоединиться к клубу «особых людей», покаяние за то, что мы были «плохими» людьми и так далее.

Эти предварительные практики не просто требуется совершать на основе различных аспектов Дхармы, таких как любовь и сострадание: они должны быть направлены на развитие этих аспектов. Это схоже с тем, что мы уже обсуждали, когда говорили о том, как мы продвигаемся в понимании пустотности или чего бы то ни было еще и почему для этого необходимо значительно усилить положительный потенциал и освободиться от некоторых умственных блокировок. Такие практики, как простирания, помогают нам усилить положительную энергию, чтобы мы смогли собрать воедино все аспекты Дхармы. Если мы испытываем недостаток в аспектах, которые нам необходимо объединить, то одной положительной энергии от предварительных практик будет недостаточно.

Модель усиления положительного потенциала и освобождения от препятствий может быть традиционной, но это не обязательно. Моделью может быть забота о наших детях или работа в больнице – любое созидательное, или положительное, действие, которое мы совершаем регулярно. Вот традиционный пример. У Будды был очень трудный ученик, не обладавший большими интеллектуальными способностями. В качестве предварительной практики Будда сказал ему семь лет подметать храм, говоря: «Уходи, грязь; уходи, грязь». Это было предварительной практикой того человека. Будда не говорил ему выполнять простирания. Итак, нам надо быть немного более гибкими и понимать, что важным является сам процесс усиления и очищения. Структура этого процесса может быть особой для каждого человека.

Духовный учитель и принятие обетов

С другой стороны, нам не надо бояться тантры и думать: «Я на самом деле не хочу заниматься этим». Однако нам требуется быть осторожными и делать это правильно. Поэтому очень важны взаимоотношения с духовным учителем, поскольку, опять же, как мы уже говорили, когда мы видим учителя как одного из божеств, одного из медитативных образов будд (yi-dam), то это работает и в обратную сторону: позволяет нам видеть медитативные образы будд как людей. Другими словами, мы учимся тому, что означает действительно применять тантрические практики в человеческой жизни. Это очень важно. В противном случае, у нас могут появиться по-настоящему странные идеи относительно того, что означает визуализировать себя в этих формах на протяжении всего дня.

Еще один очень важный момент в тантре заключается в принятии определенного набора обетов – обетов мирян, обетов бодхисаттвы и, в высших двух классах тантры, тантрических обетов. Однако нам надо быть осторожными, чтобы избегать принимать обеты, считая себя существующими как прочное «я» и что «я должен делать это и не должен делать то». Поэтому для того чтобы принимать обеты не невротическим образом, очень важно понимание пустотности. Это означает, что мы не привносим чувства вины за сделанное нами в прошлом или за то, что мы можем сделать в будущем, или чувства потери контроля из-за принятого нами обета или подхода «сейчас я передал контроль кому-то другому, и теперь я стал рабом этого учителя». Если мы так рассуждаем о проблеме контроля, то можем испугаться принятия обетов настолько, что вообще не станем заниматься тантрой.

Опять же, чтобы преодолеть все это и быть способными принимать и соблюдать обеты не невротическим образом, нам необходимо понимание пустотности. Я хочу отметить еще раз: чтобы практиковать тантру, нам НЕОБХОДИМЫ отречение, бодхичитта и понимание пустотности. Если мы должным образом подготовлены, тантра чрезвычайно важна, поскольку она дает нам возможность собрать все воедино. Необходимо быть очень внимательными и осторожными и не торопиться с началом занятия тантрой до того, как мы будем к этому готовы. Однако нам также необходимо избегать думать: «Я никогда не буду готов, и поэтому я вообще не хочу заниматься этим». В подходе к тантре нам нужен своего рода срединный путь.

Когда нашего понимания достаточно?

Как нам узнать, что у нас уже есть достаточно понимания пустотности, бодхичитты и отречения для того, чтобы действительно заняться тантрой? Это нелегко. Во-первых, мы знаем самих себя лучше, чем нас может знать кто-либо другой. Говорить: «Ох, гуру знает», – и так далее, это в действительности идеализация ситуации. Это способ отказа от ответственности за наши жизни, что очень незрело. Конечно же, если у нас есть близкие взаимоотношения с духовным учителем, то обсуждение и прочее может быть полезным. В таком случае нам необходимо избегать высокомерных суждений: «Мне не обязательно советоваться с моим учителем». Но не у всех из нас есть близкие личные взаимоотношения с учителем, следовательно, это не так легко. Я считаю, что нам надо заглянуть внутрь себя и быть честными с собой, а не играть в самообман: «Я такой выдающийся», – и так далее.

Мне кажется, что главное, на чем нам необходимо сосредоточиться в себе, – и я считаю, что только мы сами можем судить об этом, – это то, насколько сильно наше сострадание, которое затем будет определять, насколько сильна наша бодхичитта. Другими словами, «насколько я в действительности забочусь о других людях и способен им помочь?» Если сострадание достаточно сильно, оно может вести к обретению стойкого отречения и бодхичитты: «Мне необходимо оставить все причины, мешающие помогать другим, и развивать все хорошие качества для того, чтобы я мог помогать им настолько, насколько это возможно».

Единственный способ, который позволяет отказаться от причин наших ограничений и развить все хорошие качества – обретение верного и полного понимания пустотности и не цепляние за прочную концепцию «я»: «Я настолько ужасен, я не могу ничего сделать», – или: – «Я настолько замечателен, я божий дар этому миру, мне не надо ничему учиться». Вместо этого мы понимаем причинно-следственную связь.

Понимая пустотность, мы, развивая эти качества, чтобы помогать другим, естественным образом следуем причинно-следственной связи. Обладая этой действительно твердой решимостью помогать другим, мы альтруистически мотивированы, или движимы, так поступать: «Мне необходимо отказаться от причин моего страдания. Я хочу это сделать. Я не “должен” отказаться от них, а я действительно хочу и мне необходимо сделать это». И мы понимаем, что, для того чтобы быть в состоянии действительно помогать другим, нам необходимо следовать причинно-следственной связи. Нам необходимо развивать все эти качества, чтобы наилучшим образом помогать остальным, а это возможно только благодаря причинно-следственной связи, которая может действовать только на основе пустотности.

Затем с такой мотивацией и пониманием нам необходимо проанализировать тантрическую практику на предмет того, зачем она нужна. Нам необходима уверенность в том, что тантра предлагает наиболее действенные методы для освобождения от того, что мешает нам помогать другим, и развития качеств, имея которые, мы можем помогать другим настолько полно, насколько это возможно. Другими словами, нам необходима уверенность в том, что практика тантры является наиболее эффективным методом достижения просветления и способности наилучшим образом помогать другим.

Когда у нас есть подходящая мотивация и некоторое понимание пустотности, а также признание и понимание тантрической практики, дающее нам некоторую степень уверенности и некоторое представление о том, что мы делаем в тантрической практике, тогда мы готовы начать ей заниматься. Тогда мы действительно обращаемся к ней очень положительным, конструктивным способом и используем ее в конструктивном и положительном ключе.

Заключение

Словом, я считаю, что мы сами лучше всех можем судить, насколько мы искренни в своем желании помогать другим: не является ли оно лишь пустыми словами. Если мы практикуем тантру, не будучи к ней готовы, существует множество опасностей. Если мы всего лишь практикуем некий пустой ритуал по некоторой невротической причине, мы можем по-настоящему психологически запутаться. Такая неправильная практика может, с одной стороны, легко послужить основой для собственной чрезмерной напыщенности, странных фантазий, высокомерия и прочего и, с другой стороны, для разочарования, поскольку посредством такой ритуальной практики на самом деле ничего не достигается. Когда мы просто следуем обещанию ежедневно совершать определенную ритуальную практику, а потом разочаровываемся в ней, так как не знаем, как применить эту практику в жизни, то ее ежедневное выполнение становится тяжким испытанием, которое мы воспринимаем как обязательство, как обязанность: «Я должен делать это». Вскоре мы начинаем выражать недовольство этим, и ситуация становится очень неприятной. Если же мы надлежащим образом подготовлены и обладаем подходящим отношением к тантре, то тантрическая практика будет очень полезной. Однако для этого требуется действительно объединить все аспекты Дхармы.

Нам также необходимо помнить, что если мы занимаемся тантрической практикой, то она будет развиваться. Нам необходимо избегать проводить сплошную линию вокруг нее и думать, что она должна быть одним и тем же глупым ритуалом изо дня в день: «Я повторяю вслух этот ритуал и могу повторить его в обратном порядке». С течением времени эта практика развивается. Это процесс, а не скучная задача повторения одного и того же до скончания вечности. Несмотря на то что мы хотим обладать этикой, отречением, бодхичиттой, сосредоточенностью и пониманием пустотности постоянно, уровень нашего осознавания этих качеств будет развиваться по мере того как мы используем ритуальную практику, собирая их воедино.

Кроме того, все время помните о том, что одна из особенностей сансары – постоянные взлеты и падения, и наша тантрическая практика также будет идти то лучше, то хуже. Она никогда не будет развиваться линейно, непрерывно улучшаясь день ото дня. Нам необходимо терпение и упорство.

Какие у вас есть вопросы?

Посвящения

Участник: [переводчик] На Западе очень часто случается так, что вы принимаете посвящения и затем вы должны выполнять ритуалы, не имея этого понимания; и до принятия посвящения вам не объяснили, что этим пониманием необходимо обладать.

Алекс: Да, к сожалению, это происходит слишком часто. Видите ли, одна из проблем состоит в том, что эти посвящения предоставляются, и мы, как западные люди, принимаем их в контексте: «Теперь я должен делать это и я не должен делать то». Тибетский подход отличается от нашего. Когда даются посвящения, наиболее распространенное тибетское отношение к ним: «Я присутствую на посвящении для того, чтобы посеять семена, или кармические инстинкты, в свой поток ума для будущих жизней». Большинство из них не намеревается практиковать тантру в этой жизни.

Заметьте, я говорю об обычных тибетцах-мирянах. Они приносят на посвящения младенцев и даже собак. Они считают, что в поток ума любого, включая младенца и собаку, благодаря участию в посвящении будут посажены семена для будущих жизней. Вот как они воспринимают это. Но мы, западные люди, на самом деле думаем иначе. Мы посещаем посвящения, и, даже если мы не понимали того, что происходило на церемонии, и были полностью бессознательны по отношению к процессу посвящения, после этого мы говорим: «Боже мой! Я принял это обязательство и теперь я ДОЛЖЕН это делать, а если я это не делаю, то попаду в ваджрный ад!»

Это совершенно неправильное понимание пустотности и взаимозависимого возникновения. Вещи не происходят односторонне. Получение посвящения зависит как от того, что делает человек, который дает посвящение, так и от того, что делает человек, который его получает. Например, для того чтобы по-настоящему получить посвящение, нам необходимо принимать обеты очень осознанно, полностью осознавая то, что мы делаем. Если это не так, мы не отличаемся от присутствовавшей на посвящении собаки.

Интересный вопрос – получит ли собака инстинкты, посаженные присутствием на посвящении? Из классической литературы следует, что получит, поскольку она присутствовала на церемонии. Это будет некое впечатление, произведенное на ее поток ума, хотя оно может оказаться довольно слабым. Мы также можем присутствовать и получить определенное впечатление от того, что мы там были. На Западе мы называем такое принятие посвящения «благословением». Однако это не означает, что мы по-настоящему получили посвящение и теперь обладаем всеми связанными с ним обязательствами и обетами. Если мы не приняли обязательства и обеты достаточно осознанно, то у нас их нет.

Нет ничего плохого в получении посвящения подобно тому, как это делают обычные тибетцы, – как некое вдохновляющее событие, позволяющее обрести впечатление, которое когда-нибудь в будущем мы сможем использовать на благо самих себя и других. Нам необходимо избегать претенциозности и думать: «Теперь я очень выдающийся человек. Теперь я настоящий тантрический практикующий», – хотя мы участвовали в посвящении лишь на поверхностном уровне и на самом деле не приняли осознанного обязательства что-либо делать. Нам необходимо быть готовыми признать: «Я нахожусь на уровне собаки, и это нормально».

Тем не менее, посещение посвящения на уровне собаки все же может быть очень вдохновляющим и полезным – безусловно. Однако наша претенциозность заставляет нас не желать признать, что от этого может быть польза лишь на таком уровне. Очевидно, что мы можем заблуждаться и думать: «Если я хожу повсюду и собираю всевозможные посвящения, то я стану очень выдающимся человеком». Это также несколько неразумно, не правда ли? Даже если мы настойчиво собираем посвящения, поскольку находим их вдохновляющими и полезными, важно не считать себя великими практиками тантры. Скромность важна во всех аспектах практики Дхармы, при любых обстоятельствах.

Давайте на этом закончим. Пусть весь положительный потенциал и понимание, возникшие из нашего обсуждения этой темы, послужат причиной для достижения просветления ради всеобщего блага.