Библиотека Берзина

Буддийская библиотека д-ра Александра Берзина

Перейти к текстовой версии страницы. Перейти к разделу навигации.

Главная > Медитации высокого уровня > Махамудра > Обзор «Коренного текста махамудры гелуг-кагью» > Занятие шестое: Медитация под руководством учителя

Обзор «Коренного текста махамудры гелуг-кагью»

Александр Берзин
Москва, Россия август 2006
русский перевод: Александр Нариньяни

Занятие шестое: Медитация под руководством учителя

расшифровка аудио
Слушать аудиоверсию этой страницы (0:48)
Before our break we were talking about these mental factors and subsidiary awarenesses that are very much involved in any meditation practice – alertness, mindfulness, attention, concentration – and we saw that in mahamudra meditation all of these are involved.

До перерыва мы рассматривали все ментальные факторы, или ментальные функции, вторичные виды сознания, которые необходимы в любой медитации, которые также участвуют и необходимы в медитации махамудры, а именно внимание, памятование, бдительность и концентрация.

I think that now we are ready to try this meditation.

Мне кажется, теперь мы можем попробовать выполнить вместе эту медитацию.

After we do just a very brief preparation,

После того как мы выполним краткую подготовительную практику,

then we will try to just have our attention go to the nature of the mind. In other words, in each moment of our experience what we want to focus on is the actual arising and engaging with cognitive objects. We don’t have our attention go to the actual object itself.

мы пытаемся в каждом моменте всякого нашего, каждого когнитивного акта делать следующую вещь: не направляя внимание на объект, возникающий в восприятии, мы пытаемся сфокусироваться на самом возникновении этого объекта в восприятии и вовлечении нашего ума в познание этого объекта.

Now, of course the object is part of this activity, because the activity is a mental activity regarding an object.

Безусловно, объект будет являться частью, или элементом, этой активности, поскольку восприятие совершается, происходит в отношении какого-то конкретного объекта.

But we want to pay more attention to the structure of what’s going on, if we can describe it that way.

Но мы постараемся вкратце уделять больше внимания, чем объекту, самому происходящему с этим объектом.

Whether we are just seeing the floor in front of us, whether we are hearing some sound, whatever that sound might be, feeling the chair or cushion underneath us, or thinking a thought, it’s the same.

Это может быть пол или иной объект, который мы рассматриваем зрительным восприятием, зрительным сознанием. Это может быть звук, который мы слушаем, это может быть какой-то запах, это может быть ощущение подушки под нами или чего-то ещё, что бы это ни было, или мысль, которую мы обдумываем.

Particularly when some thought arises, the text suggests two methods. One is to recognize it for what it is,

И в особенности, когда какая-то мысль возникает в нашем уме, текст даёт рекомендации двух видов: первое – это узнать в этой мысли, узнать эту мысль, приняв её за то, что она есть на самом деле.

and the other is cutting off the thought, like in a duel with swords.

И другой метод – это подсечь эту мысль, только что родившуюся, подобно тому как мы подсекаем что-то, обрубаем мечом.

Now, recognizing the thought doesn’t mean that in our mind we say “thought!”

Распознавание мысли, признание в ней того, чем она является, не означает ментальный возглас, внутренний возглас: «Мысль!»

But rather what it means is to focus on the conventional nature of that thought, what’s actually happening.

Но означает нашу концентрацию, наш фокус на относительной природе этой мысли, этого ума,

And then not follow the thought out, don’t continue it.

а не следование за этой мыслью, за цепочкой этой мысли, не раскручивание этой мысли.

As the quotation in the text goes, it’s like a bird that is released from a ship on an ocean. In the middle of the ocean there’s nowhere that the bird can go, except come back to the ship. Likewise, there’s no place that the thought can go, it just dissolves back into the basic level of the mind.

И ситуация эта или наши действия в этой ситуации, то как события разворачиваются, описываются метафорой, которая приводится в тексте, о том, как выпускается на свободу птица на корабле или с корабля посреди океана. Птица, выпущенная в небо, освобождённая с корабля в океане, не сможет вернуться никуда и улететь никуда, кроме как вернуться и сесть на сам корабль, как и наша мысль, освобождённая нами, не исчезнет никуда, не приведёт нас никуда, а вновь вернётся на корабль нашего ума.

Or if we follow the other method of just cutting off the thought, we still come down to the same nature of the mind when the thought is cut off.

А пресечение мысли, то есть уничтожение мысли, не позволение ей развиваться также оставит нас с тем же, к чему мы стремились, а именно к той относительной природе нашего ума.

OK, let’s try this. As I’ve mentioned many, many times, it’s not easy to actually identify what we’re focusing on,

Давайте попробуем выполнить эту медитацию, и, как я уже неоднократно говорил ранее, это довольно нелегко, если не сказать трудно, – вычленить то, на чём мы собираемся фокусироваться и пребывать на нём.

but it is not an exercise in just sitting there and spacing out and not being attentive of anything.

И это, опять же, не есть какое-то упражнение, которое состоит только в таком сидении, бездумном, в полном расфокусированном и расслабленном состоянии.

We begin with the nine rounds of breathing.

Итак, как мы уже говорили с вами, мы начинаем с девяти циклов дыхания.

First three times in the right nostril and out the left; then three in the left, out the right; and then three times in both and out of both.

Мы вдыхаем три раза в правую, выдыхаем в левую, затем наоборот и затем три раза двумя ноздрями.

[пауза]

You might want to quiet down for a moment before you begin, if you’re not already quiet.

Можно посидеть некоторое время, просто успокоиться, если у вас неспокойное состояние.

[пауза]

Then we reaffirm the safe direction that we’re going in in life in terms of Buddha, Dharma, and Sangha.

Затем мы укрепляемся в том верном направлении, которое мы избрали в жизни, – нашем прибежище в Будде, Дхарме и Сангхе.

[пауза]

The direction is the true stoppings, the true pathway minds, as exist in full on the mind-stream of a Buddha and in part on the mind-streams of the arya Sangha.

Наше прибежище – это истинный путь и истинное пресечение, которое присутствует в полной мере в умах достигших просветления существ и частично присутствует в тех, кто продвинулся по пути арья-бодхисаттвы.

“That’s the direction that I want to go in in my life.”

«Это то направление, в котором я хочу двигаться в своей жизни».

[пауза]

“Thinking of the suffering of others and having compassion – the wish for them to be free of it –

Мы думаем о страдании других живых существ, сопереживаем им, желаем, чтобы они освободились от этого страдания.

I am aiming for my own future enlightenment that has not yet happened, but can happen on the basis of my Buddha-nature.

Мы устремляемся к нашему собственному будущему просветлению, которое пока не состоялось, но которое состоится, будет присутствовать в будущем и которое возможно в силу обладания мною природы будды.

And I’m definitely going to work to attain that in order to benefit everybody the best.

«Я, безусловно, непременно буду прикладывать все возможные и необходимые усилия для того, чтобы достичь этого и принести пользу себе и другим живым существам.

And I’m not going to stop until I gain that full attainment.”

Я не остановлюсь, пока я не достигну конечной цели».

[пауза]

Then, to build up the positive force and deep awareness and to purify, we do the seven-part practice

Затем, для того чтобы собрать два накопления – благого потенциала и знания – очиститься, мы выполняем семичленную практику.

visualizing our root guru

Визуализируем нашего коренного наставника

in the form of a Buddha, or whatever, the form of a meditational deity, his own form or her form, whatever is comfortable.

в форме будды – в одной из будда-форм, йидамов, или в его естественной жизненной форме.

Actually we should have started doing that already when we did the refuge,

Мы должны были уже выполнять это, когда мы выполняли принятие прибежища на самом деле.

but in any case, we offer prostration.

Так или иначе, мы совершаем поклон;

[пауза]

And we make beautiful offerings.

подносим прекрасные подношения;

[пауза]

We openly admit all the negative things that we’ve done and regret them and we’re going to try not to repeat them at all.

Открыто признаёмся во всех тех прегрешениях, неблагих деяниях, которые нам довелось совершить, сожалеем о них и обещаем не совершать их вновь;

[пауза]

And we rejoice in all the positive things that we ourselves have done and all the positive things that the Buddhas and the great masters and others have done.

сорадуемся всем тем благим делам, которые были совершены нами самими в прошлом, и всем тем благим деяниям других живых существ, которые они совершали и совершают, а также всем просветлённым деяниям будд и бодхисаттв;

[пауза]

And we request our teachers and the Buddhas, “Please teach.”

призываем будд и наших учителей даровать учение;

[пауза]

“And please don’t leave. Continue teaching me and everybody until we achieve enlightenment. We’re serious.”

призываем их не покидать нас, не оставлять нас без своих наставлений, пребывать с нами, учить нас до тех пор, пока мы не достигнем полного просветления.

[пауза]

“Whatever positive force has come from this, and will come from the meditation that follows, may it act as a cause to reach enlightenment for the benefit of everyone.”

И пусть все те благие причины, пусть весь тот благой потенциал, который был накоплен мной и который будет накоплен мной в процессе этой медитации, послужат причиной достижения мною состояния просветления и принесения максимального блага и пользы всем живым существам.

[пауза]

Then we request our guru, “Please inspire me to be able to actually recognize and focus on the nature of the mind and in this way overcome all the mental obscurations and realize all potentials, to actually reach enlightenment to help everyone.”

Мы просим нашего учителя, нашего коренного гуру благословить, или вдохновить, нас, чтобы мы смогли преуспеть в этой медитации, постичь природу нашего ума, достичь просветления и наилучшим образом помочь, принести пользу всем живущим.

[пауза]

Usually we do this by reciting the guru’s name mantra, or Tsongkhapa’s verse Migtsema (dmigs-brtse-ma), or just the Buddha mantra.

Обыкновенно мы выполняем это посредством начитывания именной мантры гуру либо посредством начитывания строк молитвенных ламы Цонкапы, именуемых «Мигцема», или мантры Будды Шакьямуни.

The mantra of Buddha Shakyamuni is OM MUNI MUNI MAHA-MUNIYE SVAHA.

Такова мантра Будды Шакьямуни.

[пауза]

Then our guru very happily and pleased with us comes to the top of our head –

Удовлетворённый нашей просьбой и стремящийся удовлетворить её, гуру нисходит к нам на темя, на нашу голову.

very small and facing the same direction as we are.

Он маленького размера и смотрит в том же направлении, что и мы.

[пауза]

And dissolves into us, going down the central channel and dissolving into our heart. And our body, speech, and mind become inseparable from his or hers.

Он спускается в центр нашего тела, в сердечную чакру, по центральному каналу и растворяется в нас. В результате чего тело, речь и ум гуру становятся нераздельными, едиными с нашими телом, речью и умом.

And we feel very joyous at this.

От этого мы преисполняемся радостью, ликованием.

[пауза]

And stopping any further chaotic, haphazard thoughts that we might have,

Мы пресекаем всякие хаотичные, беспорядочные мысли, которые бурлили в нашем уме,

or our eyes wandering here and there, or any sort of extraneous mental activity,

блуждание взора и прочие ненужные, бесполезные какие-то ментальные активности.

we just focus on the nature of the mind, the nature of mental activity in each moment – an arising of a cognitive object, engaging, and just that, nothing more.

Мы просто фокусируемся на той ментальной активности, которая происходит в потоке нашего сознания от мгновения к мгновению, на том, как возникают объекты и как мы их воспринимаем, что нет ничего иного, кроме этого процесса.

[пауза]

Being fully attentive,

Мы всецело поглощены этим, внимательны.

mindfulness holding on like mental glue to this object, alertness keeping watch,

Наше памятование удерживает нас на избранном объекте, подобно крепкому клею, в то время как наша бдительность следит за тем, что всё происходящее происходит, как нам того хотелось бы.

and being decisive about what the conventional nature is.

И мы совершенно уверены, мы твёрдо знаем, что такое эта относительная природа нашего ума.

[пауза]

Any thought that arises, see that in the nature of the mind and don’t follow it out.

Всякая мысль, которая может возникнуть в нашей голове, воспринимайте её в контексте природы нашего ума и не следуйте за этой мыслью.

[пауза]

If your mind starts to get dull, you start to space out, you can usually notice that with your eyes getting out of focus. So, notice that with alertness and reestablish your attention by having your eyes be back into focus.

Если ум ваш начинает расслабляться и притупляться, наступает сонливость, вы можете заметить это по определённым признакам, по, в первую очередь, расфокусировке ваших глаз. Если вы наблюдаете этот симптом, то вам необходимо взбодрить себя, вернуть себя в осознанное, бодрое состояние и сфокусировать вновь взгляд.

It doesn’t mean that we pay close attention to what we’re seeing, but we want the mind to be in focus and that helps.

Это не значит, что мы уделяем какое-то особое внимание тому, на что мы смотрим, но это, тем не менее, означает, что взгляд наш должен быть сфокусированным, мы должны быть внимательными.

[пауза]

Then we always end our meditation with a dedication. Whatever positive force comes from this, may it act as a cause to reach enlightenment for the benefit of all.

После этого мы завершаем нашу медитацию посвящением того благого потенциала, который был обретён в ходе выполнения её, благу всех живых существ и нашему собственному достижению просветления в будущем.

[пауза]

Any questions

Вопросы есть?

or comments? Are you actually able to do this a little bit?

Какие-то комментарии? Может быть, вам удалось в какой-то мере выполнить это?

Участник: Возможно, это не только моя проблема, подозреваю, что это так, а проблема всех визуально ориентированных людей. По крайней мере для меня она крайне актуальна. При описании процесса медитации приводятся некоторые метафоры, как есть метафора с волнами, которые успокаиваются, и так далее, и так далее. Для меня очень сложно в процессе непосредственно созерцания не визуализировать предмет этой метафоры. Возможно, это такой характер мышления, потому что у меня совершенно автоматически возникает вот именно образ океана с волнами или снега, падающего в воду, и так далее, и так далее, зависит от инструкции. Есть ли какой-то традиционный или, может быть, не совсем традиционный совет на эту тему?

Alex: Let me just repeat the question: if we are very visually oriented and these various metaphors – like the wave on the ocean, thoughts being like waves of the ocean – come up as actual visualizations during the meditation process, how do we prevent these from becoming an obstacle?
Basically we take that into the meditation and we see that the visualization itself has the same nature of mind, of awareness. It’s the arising of a mental object and cognitively engaging with it.

Алекс: Мы можем принять это всё на путь, сделать это всё частью медитации и рассматривать возникновение волн в нашей визуализации или падающие на поверхность озера снежинки как, опять же, когнитивный акт, в котором мы усматриваем его относительную природу, а именно возникновение образов, их восприятие и отсутствие чего-либо иного, чем это.

Участник: А когда нет никаких мыслей, за чем нам наблюдать?

Alex: If we don’t have any thoughts present, what to watch?
Well, we have our friends outside on the building construction making noise. And each moment we are hearing something, we’re seeing something, feeling the clothing on your body, the seat underneath you. The mind hasn’t stopped.

Алекс: Ум наш никогда не останавливается, наши друзья снаружи производят какие-то ремонтно-строительные работы, глаза наши всегда что-то да видят, мы всегда что-то слышим, всё время имеем какие-то тактильные ощущения: контакт с одеждой или с сиденьем и так далее.

But whether we’re thinking a thought, or we’re not thinking any thought, the nature of the mind is the same.

Думаем ли мы в данный момент какую-то конкретную мысль или нет, природа нашего ума в каждый момент одинакова, идентична.

That’s very important to recognize, the continuity, the unbroken continuity of mental activity.

И очень важно в этом контексте распознать непрерывность этого континуума, потока ментальной деятельности.

Участник: А вот в перерывах между занятиями намного сложнее же удерживать все эти три аспекта, есть как-нибудь способ…

Переводчик: Осознавание этих трёх аспектов ты имеешь в виду?

Участник: Внимание, памятование и бдительность.

Alex: The question is: outside of our meditation practice it is difficult to maintain mindfulness and alertness and to keep our attention proper.
The main focus that we use for these mental factors is our behavior, behavior of body and speech.

Алекс: Основным фокусом, основной точкой приложения этих практик, этих факторов являются наши действия тела и речи.

In Shantideva’s Engaging in Bodhisattva Behavior, he has two chapters on ethical discipline.

В тексте «Бодхисаттва-чарья-аватара», написанном Шантидевой, две главы посвящены фактически высоконравственному, или этически безупречному, поведению.

The first chapter is called, I translate it as “The Caring Attitude.”

Первая глава именуется, как я это перевожу, «Заботливое отношение», или «Внимательное отношение».

This is: “I really care about and I take seriously the effect of my behavior on myself in the future and the effect of my behavior on others. And so I am concerned about cause and effect, I take it seriously.

Перевод названия этой главы этимологически можно объяснить так, что: «Я забочусь, ибо мне не безразлично, каковы последствия моих действий, как они отражаются на мне самом и на других живых существах, поэтому я внимательно отношусь к действиям своих тела, речи и ума.

Therefore I will restrain from negative behavior.”

И поэтому я буду воздерживаться от негативных моделей поведения».

And then the second chapter deals with mindfulness and alertness.

Затем следующая за ней глава разбирает, излагает как раз эти факторы памятования и бдительности.

We need to hold on to our discipline, which is basically restraint from acting negatively. So, we hold onto that with mindfulness; and alertness watches when we are letting go. And if you’ve let go of it and are about to act negatively, Shantideva repeats over and over again, “Act like a block of wood.” Don’t do anything.

И затем, избрав такое этически безупречное и высоконравственное поведение, признав его должным, необходимым, мы затем учимся ему следовать в быту, удерживая его с помощью как раз вот этого фактора памятования. Памятование означает, что мы воздерживаемся от всяких безнравственных, или этически недостойных, поступков, то есть мы действуем нравственно. И затем эта бдительность – ментальный фактор, который следит за тем, выполняем ли мы всё должным образом или же мы сошли с пути и делаем что-то недолжное. При этом рекомендация Шантидевы, известная и неоднократно повторяющаяся в тексте, состоит в том, что, если мы заметим, что что-то у нас не так с мотивацией, что-то не так с этикой, мы должны оставаться недвижимы, как полено или как бревно, не делая ничего.

Therefore we develop and train these mental factors of mindfulness and alertness with ethical discipline, particularly with our gross behavior of body and speech, so that then it is going to be possible to apply it to our mind, to our mental activity, particularly in meditation.

Итак, мы развиваем эти два фактора: бдительность и памятование в работе с нашими телом и речью, в работе с нашей этикой, безупречно нравственным поведением. Добившись успехов, развив их в должной мере, нам потом будет легче и мы сможем применить их в отношении и к нашему уму.

So, if we have difficulty maintaining this mindfulness and alertness between meditation sessions in our mental activity, at least try to maintain it in our behavior of body and speech.

Итак, если вы сталкиваетесь со сложностями в поддержании бдительности и памятования в период между сессиями медитации, то есть в быту, в повседневной жизни, – применительно к вашему уму, то есть ум у вас ускользает от бдительности и памятования, – то хотя бы попытайтесь применять их в полной мере, развивая их по отношению к вашим телу и речи, что легче.

And if we are able to apply this mindfulness and alertness to our minds, even if we’re not able to apply it in terms of staying focused with attention on the nature of the mind, at least use it for maintaining ethical discipline of our mental activity, to restrain from negative mental activity.

Если же мы способны в какой-то мере применять их по отношению к нашему уму, в нашей ментальной деятельности, мы неспособны, может быть, применять их в полной мере в таких сложных, продвинутых вопросах, как наблюдение постоянное за природой своего ума, то давайте хотя бы попробуем применять их в полной мере по отношению к этике наших мыслей, то есть не допускать недостойных мыслей, безнравственных мыслей и так далее.

Atisha said it very nicely in his Garland of Bodhisattva Gems. He said, “When alone, watch out for your mind; when with others, watch out for your speech.”

Атиша очень метко записал эту мысль, выразил эту мысль в своей «Гирлянде драгоценностей бодхисаттвы», сказав: «Когда пребываешь наедине с собой – следи за своим умом, пребывая в окружении других – следи за своей речью».

Участник: А вот ещё, возвращаясь к медитации. Если вот в самом сознании присутствует какая-то последовательность рассуждений, мыслей, она достаточно легко отлавливается и исчезает сама собой, но если просто какой-то звук или изображение, что-то видимое глазами или какой-то звук, который не порождает цепочку рассуждений, то как бы я не оказывал никакой активности сознания… И что делать?

Переводчик: Ты считаешь, что ум не активен?

Участник: То есть я не могу обнаружить какой-то активности в уме. Что исследовать?

Alex: What he’s saying is that it’s a little bit easier with mental thinking, obviously thinking is mental, but with mental cognition, particularly thinking, that we have a line of thought and we don’t follow out the line of thought, but what about seeing or hearing?
Now, with the line of thought, of course, getting caught up in the line of thought means to follow out the line of thought and let it continue. So, we need to cut that. Or, if we just look at the nature of the thought, it ends anyway. Don’t get carried away by this stream of thought. But it’s true, with seeing or hearing it’s different.

Алекс: Итак, действительно, это отлично, например, в видео (визуальном) или аудиовосприятии, нежели в ментальном восприятии, или в ментальном когнитивном акте, одна из разновидностей которого – это думание мысли. Думая мысль, у нас есть череда каких-то моментов её, мы можем следовать за ней или не следовать, мы можем пресекать её насильственно или мы можем просто начать исследовать природу этой мысли, и она погаснет как бы, исчезнет сама собой.

But with seeing or hearing what we focus on is just the nature of that actual seeing and hearing, “It’s just the arising of an object and cognitively engaging with it.” The continuity of seeing and hearing will go on as long as the sound continues and the sight, whatever it is, is still in front of our eyes, but we don’t think about it. We don’t pay attention so much to the actual object. You just stay with the nature of the mind.

Итак, в случае с видением или слышанием нет такой явной череды моментов, как в думании мысли, в концептуальном мыслетворчестве. Однако здесь мы исследуем то, как объект возникает и как он воспринимается. Череда, тем не менее, восприятия будет длиться какое-то время до тех пор, пока мы слышим этот звук или смотрим на этот объект, и прекратится в какой-то момент, когда наше внимание переключится. Итак, не уделяя особое внимание самому воспринимаемому объекту, то есть свету, форме или сущности какого-то звука, природе какого-то звука, мы воспринимаем, мы изучаем, уделяем внимание тому, как он возникает, как он присутствует в поле нашего внимания, в поле нашего восприятия, и как он нами воспринимается, или познаётся.

Now, I haven’t actually seen this in the texts, but what this suggests to me is that we can make a distinction here similar to the distinction that we make in terms of voidness meditation.

На это я не видел прямых указаний в текстах, но мне кажется, что именно на это они указывают или это можно из них вывести, что здесь можно провести такое двухчленное деление, как в медитации на пустотности.

Usually when we speak about the division between total absorption, that’s nyamzhag (mnyam-bzhag), and the subsequent attainment, which is jeytob (rjes-thob), we’re talking about what is it that we are cognizing and focusing on with total absorption, so total concentration, and then when we arise from that, what is the understanding that we subsequently attain to that, which we can maintain both in meditation and after meditation.

Итак, это деление, может быть, известное вам, на собственно медитативную погружённость, на медитативную абсорбцию, когда мы вовлечены целиком в медитацию и пребываем на объекте единонаправленно, и тем, что именуется пост медитативным состоянием.

Don’t call it “post-meditation,” that’s totally misleading; it’s what you subsequently attain, jeysu-tobpa (rjes-su thob-pa). And it is also in meditation; it’s not only after meditation, it’s in meditation.

Это то, что правильнее называть «последующее обретение»: это то, что мы обретаем, то, что мы выносим из медитации, но это присутствует и вне, и в медитации, естественно. Но это та часть из медитации, которую мы выносим и имеем в постмедитативный период. Обычно это переводится на английский как…

Translator: Usually they say “post-meditation.”
Alex: I know, but I don’t agree with that translation at all of “post-meditation,” because it gives you the impression that you’re not meditating anymore – it is the understanding.
It’s like for instance when you’re doing voidness meditation in Gelugpa. You focus on the deepest truth and then subsequently you focus on the superficial truth. So, having understood the deepest truth, subsequently what understanding do you attain concerning the conventional truth – so you’re still in meditation – and that is divided into two: what is in meditation and what’s in-between meditation.

Мне кажется этот термин несколько ошибочным, неверным переводом («постмедитативное состояние»/«обретение»), поскольку это также медитация в терминах объяснения гелугпа. Мы говорим, что мы здесь медитируем на абсолютной истине и полностью вовлечены в неё в этот период, а когда мы выходим из этой медитации, мы медитируем на истине относительной, функционируя в быту. Это нельзя назвать «немедитацией» или «постмедитацией», поскольку это тоже медитация, только на ином. Итак, так или иначе, деление на два этих аспекта, или на две этих составляющих, части: первая – это абсорбция, собственно медитативное погружение, когда мы полностью сфокусированы на объекте, и затем то понимание, которое мы извлекаем из этой медитации и выносим в свой повседневный опыт, который уже не является вот этой медитационной сессией.

In both of these, we’re not talking about a period of time, we’re talking about a mind;

Итак, мы не говорим о периоде времени, говоря о первом и о втором. Мы говорим о состоянии ума: в каком состоянии наш ум, вот это – одно его состояние, а это – его другое состояние.

and concerning this mind, it has a certain cognition. And when it’s perfected, it’s called a deep awareness, a yeshey (ye-shes).

И это определённое познающее состояние ума, определённое познание, и когда оно…

Well, it is called the deep awareness, it is called the yeshey, so it is a state of mind, it is an understanding, realization.

Это определённое состояние ума, реализация, постижение, и когда оно доводится до совершенства, это то, что называется «еше» или «джняна».

Now, this division is not only in terms of voidness meditation.

Итак, это разделение делается не только в отношении медитации на пустотности, на абсолютной истине.

In voidness meditation we focus on, during total absorption, “No such thing as true existence, or impossible existence.”

В медитации, в медитативном погружении в этом случае, в случае с абсолютной истиной, или пустотностью, мы медитируем на отсутствии какого бы то ни было истинного самобытия, это наш единственный объект фокусировки.

And then our subsequent understanding that we attain based on that is: “Nevertheless, conventionally things function, like an illusion.”

И то понимание, которое мы извлекаем из этого в последующем времени, то есть последующее понимание есть то, что, тем не менее, хоть не существует такой вещи, как истинное самобытие, тем не менее, все феномены проявляются и функционируют.

Similarly, if we are focusing on the conventional nature of the mind –

Аналогичным образом, если мы фокусируемся на относительной природе ума,

this is what’s suggested by this – we could have total absorption on just the nature of the mind – here instead of voidness, we’re talking about an arising of a cognitive appearance and engaging with it –

здесь мы концентрируемся на относительной природе ума, а не на абсолютной, не на пустотности. То есть на возникновении образа данного, возникновении когнитивных объектов в восприятии и познавании их.

and subsequently attained from that understanding would be the understanding in terms of the content, that the content nevertheless arises like an illusion as an appearance of the mind.

И последующим постижением, или последующим пониманием, которое мы выносим, выходя из медитационной сессии, функционируя в миру, есть понимание, что контент наших мыслей, содержание наших мыслей, когнитивные объекты, тем не менее, возникают, являются и воспринимаются.

So, in total absorption we’re focusing on the nature – here conventional rather than deepest nature – and subsequently attained we focus on appearances.

Итак, в полном погружении в сессии медитации мы фокусируемся на относительной природе нашего ума, на возникновении и познавании объектов когнитивных и на том, что это, всё что есть, что нет «я» и ума какого-то, отдельного от этого. А в пост период, то есть после этого, в последующем достижении, в последующем обретении мы медитируем, мы фокусируемся на явлениях.

Things appear despite being void of true existence, so like an illusion. And things appear despite just mental activity.

То есть вещи являются, объекты являются невзирая на, то что они пусты. Субъект воспринимающий пуст от истинного самобытия. И невзирая на то, что всё это лишь ментальная активность, лишь возникновение и восприятие, нет никакого «я» и ума, отличного от этого, тем не менее, все они проявляются, возникают, воспринимаются.

This is why the First Panchen Lama says very clearly that when you view other traditions, you might think that just focusing on the conventional nature of the mind and then seeing all appearances as appearances of the mind, that you’ve got it, that you’ve achieved enlightenment when you have that all the time. Actually you’ve only been focusing on the conventional nature of the mind, you haven’t been focusing on the deepest void nature,

Именно поэтому Панчен-лама говорит, что…

even though it has this structure of total absorption and subsequently attained deep awareness.

что вы подумаете, поняв это, что функционирует ум таким образом, что объекты возникают, воспринимаются, нет ничего, кроме этого, – ни «я», ни ума, отличного от этого. И затем в пост-период, последующий период, следующий за этим постижением, вы наблюдаете за объектами, за тем, как они появляются, тем не менее, подумать, что вы просветлённые, вы достигли просветления. Но это ещё не вся работа, которую необходимо проделать: это лишь постижение относительной, условной природы ума, и вы ещё не затрагивали медитацию на его абсолютной, или глубинной природе, на его пустотности.

So, in terms of what we’re seeing and so on – to get back to your question – we can focus on just the conventional nature of the mind here in our particular exercise; or when we’re walking around, “It’s just an appearance of the mind.”

Итак, мы можем фокусироваться на различных видимостях, возникающих в нашем уме: мы прогуливаемся, видим одно, слышим другое, мы можем фокусироваться на этом в быту.

But Tsongkhapa points out very clearly that just to understand that all appearances are appearances of the mind is not going to eliminate your emotional and cognitive obscurations. You haven’t gone deeply enough,

Но Лама Цонкапа ясно указывает на то, что простое понимание того, что всё, что мы воспринимаем, – это лишь видимости нашего ума, – само по себе не освободит вас от омрачённых эмоций, от клеш, это недостаточно для этого.

because the mind makes an appearance of true existence as well, and to just understand that an appearance of true existence is the appearance of the mind doesn’t stop the arising of an appearance of true existence.

Таким же образом ум ваш создаёт и видимость истинного самобытия, а понять, что созданное вашим умом видимость истинного самобытия – это всего лишь видимость истинного самобытия, ни к чему вас не приведёт, это не решит проблемы.

Let us end here then with a short dedication. We think whatever understanding, whatever positive force has come from this, may it go deeper and deeper and act as a cause for reaching enlightenment for the benefit of all.

На этом мы посвятим благую заслугу – весь тот благой потенциал, который может быть получен в ходе этих занятий, достижению нами просветления в будущем на благо всех живых существ.