Библиотека Берзина

Буддийская библиотека д-ра Александра Берзина

Перейти к текстовой версии страницы. Перейти к разделу навигации.

Главная > Медитации высокого уровня > Махамудра > Обзор «Коренного текста махамудры гелуг-кагью» > Занятие второе: Начало основной медитативной практики

Обзор «Коренного текста махамудры гелуг-кагью»

Александр Берзин
Москва, Россия август 2006
русский перевод: Александр Нариньяни

Занятие второе: Начало основной медитативной практики

расшифровка аудио
Слушать аудиоверсию этой страницы (2:26)
We have been looking at this text by the First Panchen Lama

Мы рассматриваем этот текст, написанный Первым Панчен-ламой,

called A Root Text for the Precious Gelug-Kagyu Tradition of Mahamudra,

который именуется «Коренной текст драгоценной традиции кагью-гелуг махамудры».

and we saw that after his salutation verses, and his presentation of what the subject matter of this text is going to be, and the lineage in which it comes from, the Panchen Lama starts his discussion.

Итак, мы рассмотрели то, как пройдя через традиционные этапы восхваления, выражения почтения, изъявления намерения сложить текст, декларации собственно смысла и заглавия текста, перечисления линии передач, по которому учение перешло к нему, Панчен-лама переходит, автор переходит к дискуссии, к обсуждению.

And in the traditional manner he divides his presentation with the preparatory practices, the actual methods, and the concluding procedures.

И опять-таки, следуя традиции составления подобного рода трактатов, он излагает материал посредством трёх основных разделов, а именно предварительные, или подготовительные, практики, стадии, затем собственно метод и завершающие положения.

The preparatory practices are what we discussed yesterday,

То, что является приготовительными, или подготовительными, практиками, предваряющими, мы обсудили вчера.

and we saw as preparation we need to have a very strong taking of safe direction, of refuge,

Мы убедились в том, что в качестве предварительной практики, подготавливающей нас к основным медитациям, к основной практике, мы должны обладать крепким, нерушимым, уверенным прибежищем, или избрать верное, безопасное направление в жизни

and a very sincere bodhichitta aim.

и искреннюю бодхичитту, устремлённость бодхичитты,

We want to be able to benefit everybody and bring everybody to liberation and enlightenment.

которая, в общем-то, декларирует наше стремление, основной наш мотив принести пользу всем посредством приведения их к освобождению и просветлению.

In order to do that we focus on our not-yet-happening enlightenment, which nevertheless can happen on the basis of our Buddha-natures and a great deal of hard work;

И имея это в уме, мы фокусируемся на нашем собственном, не состоявшемся пока, не существующем пока будущем просветлении, которого теперь нет, но которое может случиться в будущем и должно случиться в будущем в силу обладания нами предпосылками необходимыми, а именно природой будды и изрядной долей труда, который нам необходимо будет на этом пути приложить.

and we aim to achieve that – to make that not-yet-happening enlightenment into a presently-happening enlightenment –

И мы стремимся к достижению этого, к работе на этом пути для того, чтобы сделать не существующее пока, абстрактное наше будущее просветление конкретным, состоявшимся, нашим сегодняшним просветлением.

with the intention to help others as much as possible along the way, but to really fully help everybody as much as is actually possible once we actually have achieved that goal.

И мы стремимся приносить максимально возможную пользу всем без исключения живым существам по ходу нашего следования по этому духовному пути, настолько, насколько мы можем, и чтобы в конце, став просветлёнными существами, принести им максимально возможную пользу.

In order to bring about the attainment of a presently-happening enlightenment on our mental continuums we need to – also as a preparation – try to build up as much as possible the two networks of positive force and deep awareness,

И для того чтобы актуализировать, то есть сделать конкретным, ныне присутствующим, действительным просветление в потоке нашего сознания, нам также необходимо прилагать усилия по собиранию двух накоплений так называемых, или созданию двух сетей накопления – позитивной энергии и знаний [двух систем – положительной силы и глубокого осознавания].

and purify ourselves – as much as possible at this stage – of our mental obstacles and obscurations.

И насколько это возможно, очистить себя от различных препятствующих факторов, или изъянов, то есть выполнять работу по очищению ума от его омрачённых состояний и дефектов.

And what’s very important is to do these two processes – of building up the networks and purifying the obstacles – with that safe direction and bodhichitta motivation.

И, естественно, очень важно комбинировать, или выполнять эти практики в сочетании, то есть наши две практики собирания накоплений двух видов и очищения от различных изъянов и препятствий должны быть сопряжены со стабильным, крепким, хорошо развитым прибежищем и бодхичиттой.

That means having a very clear intention, setting the motivation beforehand, before doing anything positive, and dedicating the positive force of it afterwards.

И на практике это означает ясное понимание, ясная декларация намерения перед выполнением какого-либо действия этих двух видов – накопления или очищения, то есть выстраивание верной мотивации, и затем должное посвящение по окончании практики.

This is because, if we think of our minds like a computer, then the default setting for anything that we do is samsara.

Если мы будем думать о нашем уме, рассмотрим наш ум по аналогии с компьютером, то, что именуется предустановками, default setting, предустановками, преднастройками компьютера, нашей операционной системы, – это сансарные настройки.

So if we do something positive, like helping others, or even meditating, but we don’t have a clear intention and dedication toward either liberation or enlightenment, then all that it does is build up good karma, positive karma for improving samsara.

Поэтому, если мы выполняем какие-то даже благие действия, помогаем другим и так далее, если мы не разобрались со своей мотивацией, со своим устремлением и не посвящаем благую заслугу должным образом на духовные цели – они могут быть двух видов здесь: минимум – это достижение освобождения, нирваны, и максимум – это достижение просветления, – то все наши благие действия будут вести лишь к улучшению, к процветанию сансары, к накоплению благой сансарической кармы.

That means that we will experience as a result happier, nicer situations in samsara, but with all the problems and shortcomings that come from that – the samsaric happiness never lasts and it never is satisfying, we never can have enough.

На практике это будет означать, что мы будем испытывать различные сансарные блага, сансарное счастье, сансарные удовольствия как созревающий результат этой кармы, но пакетом с этим будут приходить и все сансарные аспекты страданий, а именно неудовлетворённость, омрачённость изначальная всякого сансарного счастья и так далее.

Likewise, if we study and learn about voidness, and even meditate on it, without the proper intention and dedication toward liberation or enlightenment, then likewise

То же самое распространяется и на накопление мудрости, а именно на наши попытки постичь пустотность, понять пустотность, и мы даже будем медитировать на абсолютной реальности. Без должной устремлённости бодхичитты и посвящения заслуги

it will just contribute to improving samsara.

это также будет лить воду на мельницу сансары, улучшать нашу сансару.

We will be able to speak cleverly about voidness,

Мы научимся очень умно, витиевато изъясняться на тему пустотности.

and it might help us in a psychotherapeutic sense to minimize a little bit of some of the emotional problems that we face; but nevertheless, it’s not going to get rid of them. We still are going to be stuck in samsara.

И это также может нам помочь на уровне психотерапии, то есть мы станем более здоровыми эмоционально людьми, мы будем меньше привязываться и так далее, но это лишь уменьшит наши проблемы, это никоим образом не подрубит их корень и не избавит нас от них как таковых.

It’s very important to keep in mind that Buddhism is not about improving samsara; Buddhism is not a form of psychotherapy.

И здесь очень важно понимать, что буддизм не является средством улучшения, амелиорации сансары, буддизм не является экзотической формой психотерапии.

Buddhism is all about gaining liberation or enlightenment.

Буддизм направлен на избежание сансары, а именно на достижение нирваны, или освобождение, и достижение состояния будды, или просветления.

That’s very clear from Buddha’s teachings on the four noble truths – it couldn’t be more clear in terms of true stoppings and true paths.

И это совершенно ясно и недвусмысленно указано в учении о четырёх благородных истинах, а именно в описании истинного пресечения и истинного пути.

That’s why Buddhism is actually quite difficult to follow sincerely. Because in order to really follow it sincerely, we have to be very convinced that liberation and enlightenment exist, they’re possible, and that we can actually attain that.

Именно по этой причине буддизм является довольно трудной системой для того, чтобы ей следовать. Её нелегко принять и нелегко искренне ей следовать, поскольку для осознанной, деятельной буддийской практики необходимо совершенно быть уверенным в том, что просветление и освобождение возможны в принципе, что они существуют, что они возможны для меня лично. И лишь убедившись в этом, мы можем сознательно к ним стремиться.

That’s not so easy to understand. In fact, it’s not easy at all to even understand what liberation or enlightenment mean.

На самом деле довольно сложно даже понять в принципе, что такое просветление и что такое освобождение, как это.

After all, only a Buddha can really understand what it means to be a Buddha, so what hope do we have?

На самом деле только будда, только полностью просветлённое существо может в полной мере понять, постичь, что такое просветление, что такое будда. Как можем мы надеяться в полной мере постичь это?

But we can get some sort of idea of what it might be like and – on the basis of that – aim toward achieving it.

Но как минимум мы можем понять, что это такое примерно, какого это рода состояние, и на основании этого ограниченного понимания устремиться к его достижению.

But the more accurate an idea we have of liberation and enlightenment, the more realistic our following of the path toward those will be,

И чем глубже, чем реалистичнее, чем полнее будет наше понимание того, чем являются освобождение и просветление, тем, опять же, реалистичнее, тем энергичнее, тем стабильнее будет продвижение наше по пути к их достижению.

and this depends very much on understanding and actually being able to recognize – in our own experience – the nature of the mind.

И это во многом зависит от нашей способности в собственном переживании, в собственном опыте вычленить, понять, увидеть то, что именуется природой нашего ума.

If we speak about samsara, if we speak about liberation, if we speak about enlightenment, all three situations are things that are experiences. We experience them; they’re experiences in terms of mind.

Говорим ли мы о сансаре, говорим ли мы о нирване или о состоянии всеведения, то есть полном просветлении, мы всегда говорим о неком опыте, неком переживании, неком восприятии, которое переживается, воспринимается, познаётся нашим умом.

They’re situations of the mind and derivative from that will be situations of the body and speech.

Существуют определённые ситуации ума, или ситуации переживания обстоятельства ума, и, исходя из них, существуют, возникают различные ситуации, переживания, действия и так далее, тела и речи.

Therefore, in order to really – even from the early stages on – aim for liberation and enlightenment, we need to recognize at least and acknowledge the importance of understanding the nature of the mind and being able to recognize it and work with it.

И поэтому даже на самых ранних стадиях духовной практики, устремляясь к таким целям, как освобождение и просветление, необходимо хорошо разобраться, представлять себе, отдавать себе отчёт в том, что такое природа нашего ума.

And then, when we work on building up these networks of positive force and deep awareness of voidness, we need to do that with the intention that the positive force from that and the understanding from that act as a cause for our achievement of liberation – and if it’s only for that, if we only dedicate it for that, that’s all that it will contribute to. Or we have the intention and dedicate it for enlightenment with bodhichitta, and then it will contribute to that.

И затем, работая над двумя этими сетями накоплений, собиранием двух накоплений, накопления благой заслуги, или благого потенциала, от различных добрых дел и накопления постижения, накопления знания, понимания реальности, – работая над ними, необходимо чётко осознавать, причиной чего, причиной какого результата мы хотим эти накопления сделать. Хотим ли мы их сделать причиной, или видеть в качестве причины, освобождения, то есть достижения индивидуального освобождения от сансары, или нирваны? Но тогда надо понимать, что они только ей и могут стать и никогда не превзойдут их в качестве причины, они станут именно причиной достижения нами освобождения. Или же мы направляем их в разряд причин для достижения просветления.

Therefore – if again we can use the analogy of a computer – it’s as though there are three folders on our hard drive in the mind. There’s the “samsara” folder; there’s the “nirvana” folder; and there’s the “enlightenment” folder. And when we are going to do some sort of positive thing or meditation, the intention is opening up one of those folders, and then the dedication is saving it in one of those folders. And if we are not sure to open up the enlightenment folder and save it in the enlightenment folder, the default setting is it’s going to go into the samsara folder, and we don’t want that to happen. If it does happen, it’s not the most disastrous thing in the world, but all that it’s going to do is improve our samsara.

И опять же, продолжая аналогию с компьютером, мы можем проиллюстрировать, как происходит посвящение заслуги. В компьютере нашего ума существуют три виртуальных папки: папка сансары, папка нирваны, или индивидуального освобождения, и папка состояния будды, или просветления. Совершив некое благое действие на уровне накопления позитивного потенциала или на уровне накопления постижения, знания, мы всякий раз направляем, сохраняем его в одной из этих папок. Предустановки нашего компьютера таковы, что если мы сохраняем «по умолчанию», то это всегда будет папка сансары, хотим мы того или нет. Если же мы декларируем направление этой благой заслуги на другие цели, то это может быть выбор между папкой нирваны и папкой состояния будды – просветлением. Если мы сохраняем по умолчанию в папку сансары, в этом нет какого-то великого греха или ужасного события, но, тем не менее, это именно то, что происходит: заслуга эта не пойдёт ни во вторую, ни в третью папку. Поэтому всегда нужно должное посвящение заслуги на определённые цели.

Most of us are not even aware that there’s anything other than the samsara folder. This is why we need to really start to investigate and learn about the nature of the mind, because only when we do that are we going to discover that actually there is a liberation and an enlightenment folder. They might be pretty much empty now, but at least those folders are there. But we’re only going to know that they are there if we start to investigate and learn about the nature of the mind.

Но ситуация такова, что для человека начинающего даже само существование папок с названием «нирвана» и «просветление» – не факт, неизвестно, для них существует лишь одна папка сансары. Поэтому необходимо изначально увериться, понять, открыть для себя существование этих двух других папок. И, открыв их, мы убедимся, что наверняка они совершенно пусты, но, тем не менее, нужно отдавать себе отчёт в их существовании, и научиться ими пользоваться, и сохранять в них благой потенциал наших накоплений.

Also, if we can continue the analogy of a computer, although of course it’s not an exact equivalent, but if we can continue that, then for most of us, our samsara folder is so full that there’s hardly any room for putting things into the liberation or enlightenment folders. We have to do some purification, we have to clean out a little bit from the samsara folder –

И продолжая эту аналогию с компьютером, с жёстким диском компьютера и операционной системой компьютера, которая, хотя, конечно, не является стопроцентной аналогией, но может нам что-то наглядно проиллюстрировать, тем не менее. В нашей папке сансары ситуация, обычная ситуация среднего человека такова, что папка сансары переполнена сохранёнными там файлами, сохранёнными там материалами, и она фактически не оставляет места двум вновь открытым нами папкам нирваны и просветления. И для того чтобы иметь какое-то место на жёстком диске, куда мы можем сохранять эти благие следы и благие потенциалы двух накоплений, мы должны поудалять изрядное количество файлов из папки сансары, то есть почистить её, а для этого необходимо выполнять практику очищения, о которой мы также говорили.

and actually, our samsara folder is mostly filled with spam,

И ситуация будет такова на практике, что наша папка сансары окажется заполненной до краёв по большей части спамом,

complete garbage.

полным каким-то мусором.

And even if we can manage to delete some of the spam, more and more constantly is going to come in.

И мы обнаружим себя в ситуации, когда нам даже если и удастся удалить некоторое количество этого спама, этого мусора из папки сансары, то тотчас обрушится вновь новый шквал сообщений, файлов и так далее и будет заполнять её до краёв.

With every spam-like thought that we have – and we seem to have that all day long, at least most of us – it just keeps on filling our samsara file with more and more junk, junk mail.

Каждая такая мысль-спам, которую мы имеем в течение дня, а мы имеем их великое множество, – папка наша будет вновь заполняться, в ней будут вновь сохраняться отпечатки подобных ментальных действий.

But at least, if we can clean out some of the spam – with Vajrasattva meditation and so on – there’s a little bit more space on the hard drive to throw some stuff into the enlightenment folder.

Тем не менее, это полезно, это следует выполнять и выполнять следует очистительные практики, как практика Ваджрасаттвы, стослоговой мантры, и прочие практики. Ибо это действительно создаст определённый свободный объём в нашем уме, на диске этого нашего виртуального компьютера, и позволит нам сохранить некоторое количество благой заслуги в папках духовной практики, как то в папках нирваны и просветления.

This is the analogy that we can use here to understand this process of purification. But it’s really only with the nonconceptual cognition of voidness that we’re going to be able to actually delete the samsara folder.

Помните, опять же, что лишь прямое и неопосредованное постижение реальности, или пустотности, гарантирует нам полное удаление и окончательное удаление, бесповоротное удаление папки сансары как таковой и содержащихся в ней файлов. То, что мы делаем до достижения этого прямого восприятия, постижения пустотности является лишь временной чисткой, или удалением.

And actually, it’s only when we’re able to stay with this nonconceptual cognition of voidness all the time that we really delete the folder completely, not just throw it into the trash can.

И также необходимо понимать, что по аналогии лишь возможность пребывать постоянно в этом постижении абсолютной реальности, постижении пустотности, сделает нас способными полностью и окончательно, бесповоротно удалить эту папку сансары. Какой-то лишь взгляд, один взгляд или какое-то мгновенное переживание пустотности этого не сделает. Когда мы сможем пребывать, не расставаясь, тогда мы сможем удалить эту папку с диска полностью, а в ином случае это будет подобно помещению её в мусорную корзину в нашем компьютере, что не удаляет всё-таки полностью.

We also saw that – in addition to all of these preparatory practices – we need to make very heartfelt requests to our root guru, the one that gives us the most inspiration, so that we really open up fully; and then we imagine that the root guru dissolves into us.

Затем мы также рассмотрели ещё один аспект практики, следующий за предварительными практиками, который состоит в призывании гуру, или в мольбе, направленной к гуру, молитве к гуру, своему учителю, который состоит в том, что мы визуализируем, представляем себе присутствие учителя, полностью открываем ему или ей свой ум и растворяем в себе учителя, достигая определённого приподнятого состояния ума и наибольшей его открытости.

And by doing this we – in addition to the bodhichitta motivation – increase the intensity of the mind, so that it becomes a little bit easier to be able to see the nature of the mind, because we have increased the intensity of the mind, both as the object to observe and as the subject that is observing it.

И мы также говорили, что это действие, эта практика, в дополнение к практике бодхичитты, ещё больше интенсифицирует наш ум, делает наш ум ещё более мощным, ещё более энергичным, интенсифицирует его как объект, тут мы пытаемся увидеть объект – природу ума, это тоже ум; и как субъект, воспринимающий эту природу ума, – интенсифицирует оба эти аспекта и делает для нас несколько легче постижение собственной природы ума.

Then, “as for the actual basic methods,” the First Panchen Lama points out that “There are many ways of asserting mahamudra,” but we can speak of it primarily in terms of two divisions of it, the sutra tradition and the tantra tradition.

Затем, переходя к изложению собственно метода медитации махамудры, Первый Панчен-лама, автор этого текста говорит о том, что существуют различные способы определения махамудры и утверждения махамудры. И среди них он выделяет два основных – это метод махамудры сутры, уровня сутры, и метод махамудры уровня тантры.

When we speak about mahamudra in the tantra context, we’re speaking about it in the context of the fourth or highest class of tantra practice, anuttarayoga tantra –

Говоря о махамудре в контексте тантрического пути, мы говорим о махамудре в контексте высшей йога-тантры, четвёртой тантры – аннутарайога-тантры.

and we need to bear in mind that it’s only the Kagyu and Gelug traditions that assert that there are both sutra and tantra types of mahamudra practice; according to the Sakya tradition there’s only tantra practice of mahamudra.

Необходимо помнить, что лишь традиции кагью и гелуг говорят о существовании двух разновидностей махамудры – уровня сутры и уровня тантры. Традиция сакья говорит о существовании махамудры лишь в традиции тантры.

Now, as for the difference between these two divisions of mahamudra practice, it has to do with which level of consciousness or mind we’re going to examine and focus on in terms of its nature.

Что же касается основного отличия между этими двумя уровнями – уровнем сутры и тантры, то оно состоит в том, какой уровень ума, какой уровень тонкости ума, мы будем исследовать, определяя его природу в медитации.

In the anuttarayoga tantra teachings – I’ll just call them tantra teachings for short – there is a presentation of three levels of mind:

Говоря об учении ануттарайога-тантры, о практиках ануттарайога-тантры – далее я буду использовать просто термин «тантра», подразумевая высшую йога-тантру под ним, – существует, говорится о трёх уровнях ума.

we can speak about the coarse level, the subtle level, and the subtlest level.

Это грубый уровень, или поверхностный уровень, затем тонкий уровень и тончайший уровень.

The coarse level of mind, or awareness – however we want to speak about it – is what is involved with sense cognition: seeing, hearing, smelling, tasting, and feeling physical sensations.

Грубый уровень сознания – это тот уровень, который обслуживает различные наши перцепции, различные наши сенситивные восприятия, то есть то, чем мы видим, слышим, осязаем, обоняем и так далее.

The subtle level is dealing with our usual level of mental consciousness, both conceptual and nonconceptual. When we speak about the coarse level of sense cognition that’s always nonconceptual.

Следует отметить, что сознание, обслуживающее сенситивное восприятие, сенсорное восприятие является всегда неконцептуальным. Затем тонкий уровень, второй уровень сознания – это то сознание, которое вовлечено в различные ментальные процессы: обдумывание, мышление, мыслительные процессы. Это может быть ментальная деятельность как концептуального плана, так и неконцептуального.

By the way, just very briefly, when we speak about conceptual cognition, we’re talking about cognition of something through a category;

Оговоримся сразу, что, когда мы упоминаем концептуальное мышление или концептуальное сознание, мы говорим о постижении, или познании, объекта посредством некой категории.

it’s usually a category. A category could be looking at this object in terms of the category “table,” or looking at this figure in front of me in terms of the category of “human being” or a “woman.”

Использование категории в восприятии можно представить через восприятие этого предмета передо мной в смысле категории «стол» или восприятие этой фигуры передо мной посредством категории «человек», посредством категории «женщина».

These are categories concerning objects. We can also perceive things or cognize things in terms of categories regarding qualities like “good,” “bad,” “red,” “black,” etc.

Мы можем воспринимать объекты категориями подобного рода, можем воспринимать объекты через призму категорий качества, как то: плохой, хороший, красивый, некрасивый, красный, чёрный и так далее.

Conceptual cognition can also be through the medium of what we would call a concept, such as space or voidness –

Концептуальное восприятие также может осуществляться через призму таких концепций, как пустотность, как пространство.

but we won’t go into that in detail, that’s rather complex –

Детали описания принципа, или природы, концептуального восприятия – это довольно сложно и запутанно.

but nonconceptual cognition is not through the medium of a category, to say it just briefly.

Вкратце вы можете понимать это так, что концептуальное восприятие, говоря этот термин, мы подразумеваем восприятие посредством какой-то категории.

Also there are various levels of conceptual mind –

Также необходимо знать, что существуют различные уровни концептуального восприятия, концептуального ума.

we have personal concepts of things, and we have more general ones.

У нас есть индивидуальные, персональные концепции, у нас есть более общие концепции.

More general ones everybody would have, even animals, whereas more personal, specific ones we might have only in terms of a particular human lifetime.

Некоторые персональные, индивидуальные концепции свойственны нашему конкретному теперешнему бытию – существованию в виде представителей человеческого рода, или конкретные отдельные жизни этого человеческого индивида. В то время как общие концепции могут быть свойственны, присущи всем живым существам без исключения, различным жизнеформам.

But in any case, the subtlest level of mind is what is known as the clear light level,

В то время как тончайший уровень ума известен также как ум ясного света.

and this is the level which is more subtle than the course or subtle levels, so it certainly is more subtle than our sense consciousness, our ordinary mental consciousness, more subtle than any conceptual level.

И, безусловно, уже из названия явствует, что этот ум является более тонким, более скрытым, чем более грубые проявления ума: чем наше сенсорное сознание, обслуживающее органы восприятия, чем наше концептуальное, ежедневное, обыденное концептуальное мышление и любые его формы. Это самый тонкий уровень.

The various disturbing emotions that we have can occur with either the coarse consciousness or the subtle consciousness; and the subtlest level is more subtle than that, so it is free, naturally, of disturbing emotions.

И также следует отметить, что этот тончайший уровень сознания – сознание ясного света, или ум ясного света, – по природе своей свободен и никак не замешан в функционировании различных омрачённых состояний сознания, различных тревожащих эмоций. Они могут функционировать на более грубых, поверхностных уровнях сознания, как на уровне грубом, так и на уровне тонком. Но на уровень тончайший они не попадают, и он свободен от них.

And when we speak about “appearances of true existence” and “grasping for true existence,” these are things which occur on these grosser levels.

И говоря о видимостях истинного существования и о цеплянии за истинное самобытие, или существование, мы говорим также, что они возможны лишь на грубом или на тонком уровне, но не на тончайшем.

The gross level and the subtle level make appearances of true existence, and the subtle level, the conceptual level, grasps for that true existence, in other words, believes it. Both make appearances of true existence, but it is only subtle conceptual level that actually believes in it, grasps to correspond to how things really exist.

Также следует понимать, что порождение видимостей истинного существования происходит на двух уровнях: на грубом уровне и на тонком уровне. Но цепляние за них, или вера в них, происходит лишь на одном уровне и на его подвиде, а именно на концептуальном тонком уровне. То есть нашими концепциями, нашими мыслями мы цепляемся за истинное самобытие, а порождаются эти иллюзии на двух уровнях.

To put it in very simple terms, the grosser levels of mind make things appear in an impossible way, like for instance – the analogy that I often use is – ping-pong balls. It makes things appear as though there’s a line around them, and there they are, existing by themselves like a ping-pong ball, just there.

И пытаясь выразить это более простыми, доступными словами, мы говорим о том, что можно описать этот процесс, как то, что грубое сознание [грубые сознания], наше сенсорное сознание [и сознание ума] представляют вещи как истинно существующие. Приводя такой популярный пример, я говорю о теннисном мячике, мячике, шарике для настольного тенниса, когда он предстаёт нам как нечто очерченное жирной линией, существующее само по себе, само по себе истинно там.

That’s the appearance-making of true existence.

Так создаётся видимость подлинного, истинного существования.

And then what’s called “grasping for true existence” is – without getting too complicated with it – actually is believing that the way that things appear corresponds to the way that they actually exist. So that’s conceptual when you actually believe that.

И тонкое концептуальное уже сознание верит, или цепляется за эту видимость. Каков этот процесс? Он таков, что оно верит в то, что как оно нам предстало, так оно на самом деле истинно и существует. Вот процесс цепляния, или веры в это самобытие.

Please bear in mind that I’m explaining the Gelug position on this regarding the Prasangika tenet system; there are different interpretations of this in the non-Gelug schools.

Держите, пожалуйста, в уме, что я даю это изложение, я объясняю этот вопрос с позиции школы гелуг, как она понимает прасангика-мадхьямаку. Другие школы могут давать несколько отличные объяснения от этого.

But in any case, everybody agrees that the clear light mind, the subtlest level, is more subtle than these levels in which the appearance-making and grasping for true existence occur

Так или иначе, все школы согласятся с тем, все философы согласятся с тем, что существуют эти уровни ума и что ум ясного света – это тончайший уровень ума.

– it doesn’t do that, everybody agrees – and this clear light level underlies every moment of our experience, of our cognition of things, in all our lifetimes, during death time even, even during enlightenment.

И также все согласятся с тем, что этот ум ясного света, тончайший уровень сознания является подосновой, подложкой, которая является основой каждого момента нашего бытия, в омрачённом его состоянии, или аспекте, в просветлённом его состоянии, в каждой нашей жизни, каждого мгновения нашего бытия и каждого мгновения нашего просветлённого существования, то есть как будды.

When we speak about this division between sutra and tantra mahamudra, sutra mahamudra is a practice to identify and understand the nature of the two grosser levels of mind, and the tantra practice of mahamudra is to try to recognize and work with the nature of the subtlest, clear light level of mind. Obviously the tantra one is much, much more difficult to do.

И говоря о подразделении махамудры на махамудру сутры и махамудру тантры, мы говорим о практике или о попытках по медитации, направленных на постижение природы, соответственно, для уровня сутры – двух грубых, грубого поверхностного и тонкого, уровней сознания, или ума, и для уровня тантры – попытки постижения природы ума ясного света, или тончайшего ума. И, соответственно, вполне очевидно, что постижение природы ума на тантрическом уровне махамудры является невообразимо более сложной задачей, нежели на уровне сутры.

The First Panchen Lama gives the scriptural sources for these two traditions of mahamudra and then he says that he will explain the sutra method.

И Панчен-лама цитирует текстуальные источники, то есть писания, которые он берёт в качестве первоисточников для описания традиций сутры и тантры махамудры, и описывает прежде положения махамудры сутры.

The term which is used here for recognizing the mind, the word “recognize” is an interesting word; it’s sometimes translated as “introduce” as well – “ngotro” (ngo-sprod) in Tibetan – and actually it means to literally “meet the face” of the mind.

Очень интересен сам термин, который используется здесь для описания процесса ознакомления или узнавания ума, или природы ума. В тибетском «нго трё» означает «представить», «представить кого-то кому-то» или «познакомить кого-то с кем-то». И дословно он этимологически означает «увидеть» или «столкнуться с кем-то/чем-то лицом к лицу».

So, when we read in translation “the guru or the lama introduces us to the nature of our mind,” we have to understand what that means. It’s not saying, “Sasha, here is your mind, mind here is Sasha,” and you exchange calling cards.

И когда переводятся подобного рода объяснения, изложения, зачастую используется на английском термин introduce или на русском – «представить» или «познакомить с», у нас обычно говорят «ведение в природу ума», «ознакомление». Это именно перевод этого термина, и не следует понимать его так, что лама вводит нас в природу ума или лама знакомит нас с природой ума, что происходит нечто такое, что вот Саша – это ум, ум – это Саша, обмен визитными карточками, мы теперь знакомы.

Rather, through the interaction with our root guru, and particularly because of our openness and the inspiration that we receive from the root guru, then in an interaction with the teacher, that interaction can provide a circumstance – if we’ve built up a tremendous amount of positive force and deep awareness, those networks and the purifying – that will provide the circumstance for us to then actually “meet the face” of the mind. In others words, we will be able to see it and – we would say in English at least – recognize it. “Recognize” is a funny word, because that tends to mean that you’ve seen it before, and then you recognize it again, and fit it into the category of what we had before. So that’s not quite precise either.

Итак, через взаимодействие с нашим учителем, через опору на гуру, посредством накопления двух видов накоплений – благого потенциала и мудрости, – посредством практики очищения и посредством того вдохновения, которое приходит к нам через открытие учителю, – совокупность всех этих факторов, вдохновляющая фигура учителя могут создать в нашем уме определённое состояние, которое будет наиболее располагающим к узнаванию собственной природы, к тому, чтобы мы увидели её. То есть это наиболее благое, позитивное, располагающее к этому состояние, именно поэтому мы стремимся выполнить все эти действия. А здесь опять же следует «распознавание» или «узнавание» природы ума, не понимать в его прямом смысле, поскольку «узнавание» полагает некоторое предыдущее знание кого-то или чего-то, и вот, видя вновь, мы вспоминаем и узнаём; здесь происходит другое действие.

In dzogchen we have a terminology speaking about how the mind doesn’t recognize its own face, and so we need to get to the subtlest level of mind – it’s not quite exactly the same as the subtlest level, but anyway – rigpa, to be able to recognize its own face, to see its own face.

В дзогчен используется метафора того, как ригпа, или тончайший уровень ума, – это не в точности то, что именуем мы сейчас тончайшим уровнем ума, но схожее с этим понятие, – «ригпа» должно узнать собственное лицо, или узнать собственный лик.

Now, in terms of meeting the face of our mind on these grosser levels, again we have to identify what aspect of mind are we trying to see the face of or we’ll use the word “recognize” in a loose sense here.

Так, говоря о распознавании лица или видении лица, лика собственного ума на его грубом уровне, мы должны также определиться с тем, какой аспект ума мы собираемся рассматривать, пытаясь увидеть его лик.

We can speak about “primary consciousness” and “subsidiary consciousness,” or “mental factors” is another way of translating that.

Можно говорить в этом контексте о том, что именуется основным или базовым умом и о различных ментальных функциях, или различных аспектах сознания.

The primary consciousness – if we can use an example of a chandelier here – would be the big light bulb in the middle of the chandelier, and the subsidiary awarenesses are the little light bulbs around it. The little light bulbs only go on when the big light bulb is on; they can’t work by themselves, so that’s why they’re “subsidiary” to the primary one. When we call it “mental factor,” which is much easier to say, we somehow can lose that sense of the fact that they really are subsidiary to the primary thing – they can’t be there by themselves; that’s clear from the Tibetan and Sanskrit term.

Итак, говоря об основном сознании, о главном сознании, главном уме, мы можем представить себе аналогию сложной люстры, в которой существует основная лампочка, горящая ярче всех. Она является ключевым элементом этого канделябра, или этой люстры, в то время как окружающие её маленькие лампочки являются различными ментальными факторами, или ментальными функциями. Здесь необходимо дополнить эту аналогию тем, что без работы основной этой лампочки, основного ума, никакая функция существовать не может, то есть они вторичны по отношению к ней, являясь её ответвлениями или отдельными какими-то функционированиями.

What we want to be able to recognize is the nature of primary consciousness;

Итак, что мы хотим здесь постичь? Мы хотим постичь природу этого основного, главного сознания.

therefore we have to know what is the difference between primary consciousness and subsidiary awareness.

И, безусловно, для этого нам необходимо прежде всего разобраться в том, чем отличается основное сознание от сознаний вторичных.

Primary consciousness is – in the Prasangika system – of six types.

Основное сознание в соответствии с теорией прасангики-мадхьямаки может быть шести видов.

There is eye consciousness, ear consciousness, nose, taste/tongue, body consciousness – which is consciousness of physical sensations, not just feeling of a rough or smooth cloth, but also hot and cold, and motion, any sort of physical sensation – and then mental consciousness.

Оно может быть шести видов. Это пять сенсорных сознаний, а именно сознание глаза, сознание уха, сознание носа, сознание языка, то есть вкуса, обонятельное и вкусовое; затем тактильное, или чувственное, восприятие тела, сознание тела, которое не ограничивается ощущением поверхности, а именно мягкой или шершавой поверхности, рельефа и так далее, но также включает в себя любое тактильное ощущение на кожном покрове, как то термическое, то есть горячее-холодное и прочее; и затем ментальное сознание – шестое.

If we look at the Tibetan description of this, the primary consciousness and the subsidiary awarenesses, first of all, all focus on the same object and they work through the same cognitive sensors, like for instance the photosensitive cells of the eyes, and there’s a whole list of things that they share in common.

Все эти сознания схожи в чём-то – в том, что они концентрируются на одном и том же объекте, в том, что они окружены различными вторичными ментальными функциями, в том, что они оперируют через сенсорные органы из плотной материи, как то фотоэлементы в нашем глазе и так далее.

When we talk about sensors, we’re not talking about the gross organ of the eye, we’re talking about the very tiny photosensitive cells within the eye – that’s actually what’s involved with cognition; or the sound-sensitive cells of the ears, we’re talking about tiny little cells.

Мы не говорим целиком о грубом физическом органе, вовлечённом в какое-то восприятие, как глаз, глазное яблоко. Мы говорим лишь о той его части, где собственно происходит перцепция, то есть о тех мельчайших клетках, колбочках, палочках, где происходит восприятие фотоэлемента, или тех клетках, которые ответственны за процесс слуха, слышание.

Some people translate them as “sense powers,” but that’s very inaccurate, because “power” is some sort of abstract thing; we’re talking specifically about little cells.

В английском часто они переводятся как sense powers, сенсорные силы, в тибетском это примерно также звучит, но это некорректно, поскольку что такое сила? Это некая энергия, что-то абстрактное, нематериальное, но мы говорим здесь о тонких, мельчайших клетках, в которых собственно происходит передача.

But in any case, the primary consciousness is aware

Так или иначе, основное сознание воспринимает,

of just the – I translate it as – “essential nature” (ngo-bo) of the object, which means what type of object is it? Is it a sight? Is it a sound? Is it a smell? Is it a taste? Is it a tactile sensation? Or is it a thought?

Основное сознание, или главное сознание, отдаёт себе отчёт в сущностной природе осознаваемого объекта. То есть наиболее общая его характеристика – это что? Звук. Это что? Свет, форма, очертания, это вкус, или это запах, или это тепло.

And then the subsidiary awarenesses – it’s a whole cluster of them – they focus on the same object and they assist the primary consciousness. They do various technical functions – like concentration, and interest, these type of things – also add emotional qualities to it – compassion or anger – and all the subsidiary things that go together: distinguishing one object from another object,

И затем целый куст вторичных сознаний, или ментальных функций, которые сопутствуют всякому главному сознанию, или основному сознанию, и выполняют работу по детальному исследованию объекта и обеспечению всех переживаний, которые связаны с его восприятием, как то: интерес, концентрация на объекте, ощущение от объекта,

emotions, distinguishing that an object is “this and not that.”

отличение одного объекта от другого, что он есть то, а не есть это, и так далее.

If again we go to the analogy of a computer,

Возвращаясь к аналогии с компьютером,

the primary consciousness is aware of what kind of data is this? Is it audio data, is it music data, is it video data, is it text data? And then the subsidiary awarenesses read that data.

по аналогии с компьютером, мы можем сказать, что основное сознание, или главное сознание, определяет, какого рода информация поступает: это видеоинформация, это аудиоинформация, это какая-то иная цифровая информация, это текстовая информация и так далее. В то время как вторичное сознание, или ментальные функции, ментальные различные вторичные виды сознания, они собственно считывают эту информацию, они её воспроизводят.

Obviously, the primary consciousness is the main thing, because in a computer the data has to be put into the right program, so that it can read the data correctly. You can’t just read data without putting it into the right program – an audio program, a video program, a text program. So the mind works in a similar fashion.

И безусловно, основное сознание является ключевым сознанием, поскольку как может компьютер считать некую информацию, расшифровать некую информацию, если она не направлена в верное русло, будь то аудио, музыкальное, видео или какая-то иная текстовая информация. Итак, то русло восприятия, в которое направляется информация, – это именно сфера ответственности основного, или главного, сознания.

Because obviously, if we think in terms of the Western description of the mind and brain, all the information is just electrical and chemical impulses, isn’t it? So we need to somehow be able to sort out, are these electrical impulses giving us visual information or audio information, and so on.

А с точки зрения западной науки сознание всё воспринимает как совокупность каких-то электрических и химических реакций и процессов в головном мозге. Если это действительно так, то тем более важно, чтобы информация должным образом направлялась, чтобы она должным образом сортировалась и аудио- или видеоинформация направлялась в определённые участки, обрабатывалась и воспринималась.

So this is what we’re trying to recognize, is the primary consciousness, and we want to recognize both its superficial or conventional nature, as well as its deepest, void nature. This is not easy,

И это то, с чем мы пытаемся работать: мы идентифицируем это основное, главное сознание и пытаемся в медитации постичь его грубую, поверхностную природу и его глубочайшую природу.

not easy at all. We need to be able to recognize it in our own experience, every moment, because actually this is going on all the time.

И это довольно нелёгкая задача, ибо нам предстоит распознать эту природу в каждом моменте нашего существования, ибо она присутствует в каждом моменте нашего бытия.

Therefore – because it is so difficult to actually recognize, even though it’s just right there – it’s like our face is there all the time, but we can’t see our face, can we? Unless we have a mirror or something like that.

И это действительно очень сложно – узнать то, распознать, отдать себе отчёт в том, что постоянно находится у нас перед глазами, а наш ум всегда у нас перед внутренним взором. Это как узнать собственное лицо, увидеть собственное лицо. Мы всегда находимся очень близко от него, но если у нас нет отражающей поверхности зеркала, мы не можем увидеть его и узнать его.

Actually that’s a very interesting thing, what our face looks like – although our face is there all the time, we really don’t stay aware at all of what our face is looking like, do we? Unless we’re extremely vain and always looking in a mirror and make-up, and so on. But it’s there all the time. Likewise, our mind is functioning all the time.

И действительно, интересная аналогия с нашим лицом: оно всегда здесь, оно всегда в непосредственной близости от нас, мы всегда обладаем им. Но отдаём ли мы себе всегда отчёт в том, как оно выглядит? Кроме случаев, когда мы постоянно смотримся в зеркало, что-то подкрашиваем, поправляем, мы можем не отдавать себе отчёт, каково наше лицо в данный момент.

Now, the Panchen Lama mentions that there are various different traditions, which are all intending for the same point – to be able to recognize the conventional and deepest nature of the mind – and he lists a whole group of different traditions that we find in the various Tibetan lineages.

Затем Панчен-лама, автор, говорит о том, что существует множество традиций в тибетском буддизме, целью которых является одна и та же задача, а именно распознание этой поверхностной и глубинной природы ума, и даёт перечень, перечисляет различные традиции.

But the Panchen Lama concludes with a very strong advocacy of nonsectarianism. He says, “Nevertheless, when scrutinized by a yogi, learned in scripture and logic and experienced (in meditation), their definitive meanings are all seen to come to the same intended point.”

Но затем он делает важное заявление в духе внесектарной традиции, говоря о том, что, как бы то ни было, когда исследуется йогином, сведущим в писаниях и логике и имеющим глубокий и богатый опыт в медитации, их глубинное, или их достоверное значение, или их подлинный смысл будет увиден, или постигнут, этим человеком как одно и тоже, как единое, единый смысл, единое значение.

“Definitive meaning” is literally “the meaning that one is led to” with the teachings, the final point that you’re led to.

«Подлинный», или «дефинитивный смысл», – это означает тот смысл, к которому вас ведут посредством различных стадий учения, к которому вы в конце концов приходите, тот подлинный смысл, который имелся в виду.

And what Buddha intended and all the great masters intended with these various methods was that it comes to the final point. The final point is everybody recognizes the same nature of the mind, because we all have mind with the same nature and, on the basis of that, we’re able to achieve enlightenment.

Тот подлинный, или дефинитивный, смысл – это то, что имели в виду, подразумевали будды, это то, что подразумевали великие мастера прошлого, когда давали нам эти наставления. Ибо все эти наставления, все эти учения, медитации призваны привести нас к постижению природы нашего ума, которое едино и одинаково для всех в медитативном переживании в конце концов, поскольку все мы обладаем одинаковым умом и природа его идентична. Поэтому это является тем дефинитивным смыслом.

Then the Panchen Lama also mentions that within the sutra tradition there are two methods of practice.

Затем автор говорит о том, что с позиции сутры существуют две линии практики.

The first is meditating on the mind, it says literally in the text, in other words, trying to get single-minded concentration, or even deeper than that, shamatha – which is a stilled and settled state of mind – focused on the conventional nature of the mind, and then, after that, getting the correct view of the voidness of a mind. And the other method is first getting at least some level of a correct view of voidness, and then getting “zhinay” (zhi-gnas, Skt. shamatha) on the basis of the conventional nature of the mind.

Итак, первым способом являются медитации, единонаправленные медитации на относительной, или условной, природе нашего ума, и это в худшем случае. А в лучшем случае это полностью развитая шаматха, или умиротворённое пребывание ума, и затем изучение пустотности, постижение пустотности, и затем уже медитация с помощью достигнутой шаматхи на абсолютной природе ума, или на тончайшей природе ума, на его пустотности. И второй способ – это изначальное ознакомление, или постижение, понимание пустотности предварительное и затем перенос этого понимания в медитацию развития шаматхи, направленную на сосредоточение ума в отношении этой пустотности, и медитация на этом.

When we talk about either single-minded concentration – or “absorbed concentration” I like to translate it as – that is a state of mind completely free of mental dullness or flightiness of mind, mental agitation.

Когда мы говорим о единонаправленном сосредоточении, или однонаправленной медитации, или, как я люблю говорить, «медитации погружённости», мы говорим о медитации, о состоянии ума, сосредоточении, концентрации, в которых отсутствуют какие-либо ментальные возбуждения или ментальная притупленность.

When we speak about shamatha, the stilled and settled state of mind – I’ll just use the Sanskrit word “shamatha,” it’s easier – then in addition to that absorbed concentration we have a mental factor which is called a “sense of fitness.” It’s an exhilarating feeling of both physical and mental factor that makes you feel fit, that you can concentrate for as long as you want, on anything you want, your body can sit without moving for as long as you want, etc. If that is added to this absorbed concentration, that’s shamatha.

Когда же мы говорим о шаматхе, мы используем этот санскритский термин «шаматха», или «шине» по-тибетски, что означает умиротворённое пребывание, это более продвинутое достижение в медитации, и оно характеризуется тем, в дополнение к отсутствию каких-либо ментальных притуплённостей или возбуждённости, в шаматхе присутствует также и ментальное… подобно атлету, который чувствует себя наполненным энергией, бодрым – это выражается на уровне физического и ментального блаженства. Присутствуют определённые факторы, которые наполняют нас энергией, силой, решимостью и способностью сидеть и медитировать столько, сколько это потребуется без какого-либо дискомфорта на ментальном или физическом уровне. То есть мы полностью владеем собой в медитации и получаем от этого блаженство, удовольствие.

Since you know Tibetan, we’re talking about the term “shinjang” (shin-sbyangs), and it’s described as “laysu-rungwa” (las-su rung-ba),

Это именуется на тибетском «шинджанг», это как бы работоспособность, натренированность, фитнес по-английски. И определяется он как «лесу рунгва», как способность…

suitable to doing work –

способен или готов выполнять работу, то есть полная работоспособность,

“shinjang” super-trained,

как сверхтренированность, как сверхготовность,

literally.

дословно.

We should point out that – since very often we have misconceptions about this – that we have many cognitions simultaneously. After all, when we’re with somebody, we can both see them and hear them at the same time, can’t we?

Запомните, отметьте, что у нас параллельно может присутствовать в уме несколько восприятий, ведь когда мы, например, находимся с кем-то рядом, мы видим этого человека и можем одновременно его и слышать. Не так ли?

So when we have absorbed concentration in meditation on some object, and even when we have shamatha on that object, that doesn’t mean that we don’t also see the wall in front of us. We do see the wall in front of us. Other cognitions are occurring at the same time. It’s just that there’s no mental wandering toward that, you don’t pay attention to it.

И то же самое происходит и во время медитативного погружения, будь то даже шаматха, умиротворённое пребывание. Если мы пребываем в таком сосредоточении ума, это не значит, что все наши другие восприятия отключены, это не значит, что мы не видим стену перед нами, это значит лишь то, что ум наш не устремляется к этим восприятиям и не блуждает, не отвлекается на них.

Now, “vipashyana” is an extremely perceptive state of mind, literally, and this is only possible on the basis of shamatha. You can’t have vipashyana by itself; if it’s vipashyana, it’s combined shamatha and vipashyana, if you want to speak about it in a technical way.

Затем мы говорим о випашьяне, переводится она по-разному. На тибетском это «лхатонг», что дословно означает «особое видение», или «сверхвидение», или «сверхвосприятие», «сверхперцепция». Говоря о випашьяне, мы говорим о том, что необходимым её условием является обретение шаматхи. Випашьяна по сути – это совмещение чего-то большего с шаматхой, она не может быть без шаматхи, это сверхвосприятие.

What vipashyana does is it adds on top of shamatha a second sense of fitness, which is not just the sense of fitness that you can concentrate on anything, but the sense of fitness that you can analyze and understand anything.

Что делает випашьяна? По сути, она добавляет поверх шаматхи ещё один аспект этой работоспособности, этой энергичности, а именно энергичная работоспособность, позволяющая бесконечно точно анализировать. Шаматха может просто концентрироваться на каком-то объекте, не вдаваясь в анализ. Випашьяна же с этим концентрированным пучком внимания может бесконечно анализировать, исследовать, углублять.

Well, I should also add that we can gain shamatha and/or vipashyana on a wide, wide variety of objects. Vipashyana is not just gained in terms of the understanding of voidness,

Также следует помнить, что как шаматха, так и випашьяна могут быть обретены практикующим в отношении практически любого рода объекта. Не следует понимать их как нечто возвышенное, достижение которого возможно лишь в отношении такого объекта, как пустотность, абсолютная реальность и так далее. Нет, они могут быть достигнуты в отношении любого объекта.

but here we’re talking about gaining vipashyana on the basis of a correct view of voidness.

Но здесь, безусловно, мы говорим о випашьяне как о сверхвосприятии в отношении пустотности.

So when it says, “First we gain shamatha on the conventional nature of mind and then you gain the correct view of voidness,” first of all, we could gain not only shamatha, but we could gain even vipashyana on the conventional nature of the mind.

И когда здесь автор сначала говорит: «Сначала вы обретаете шаматху в отношении относительной природы ума, затем вы исследуете абсолютную природу, или пустотность», – здесь, конечно же, можно подумать и о том, что как шаматха, так и випашьяна могут быть обретены в отношении относительной природы изначально – не сразу по отношению к природе абсолютной, пустотности.

We can gain both shamatha and vipashyana on the conventional nature of the mind, and we can gain both shamatha and vipashyana on the voidness of the mind. So we have to not get confused here about what the Panchen Lama is talking about.

Не путайтесь здесь, когда вы читаете эти строки Первого Панчен-ламы, поскольку и шаматха, и випашьяна – обе могут быть достигнуты в отношении относительной природы ума, обретены в отношении объекта относительной природы ума, или обе могут быть без первого обретены в отношении абсолютной природы ума, или пустотности ума.

We’re talking about just trying to understand voidness, and the voidness specifically of the mind,

Мы говорим здесь о попытках понять пустотность, в данном контексте, определённого объекта – ума.

and we’re talking about gaining shamatha on the conventional nature of the mind.

И мы говорим здесь о попытках развить шаматху, обрести шаматху на определённом объекте, а именно относительной, или условной, природе ума.

Even if we work on trying to gain the understanding of voidness first, and then get shamatha on the nature of the mind, still we wouldn’t get vipashyana on the nature of the mind till after we’ve gotten shamatha. Even if we do the second method of gaining the understanding of voidness first,

Даже если мы работаем со вторым методом, сначала мы пытаемся постичь пустотность, то

and then second, gain shamatha on the nature of the mind – here specifically the conventional nature of the mind –

затем мы развиваем шаматху в отношении относительной, или условной, природы ума,

that doesn’t mean that when we gain that initial understanding of voidness, that we’ve gained vipashyana on the deepest nature of the mind.

это не означает, что мы автоматически сможем развить випашьяну, или сверхвосприятие, в отношении тонкой, или абсолютной, природы ума, его пустотности. То есть концептуальное понимание до того, до развития шаматхи не гарантирует нам автоматическое обретение випашьяны в отношении пустотности.

So actually what we’re talking about is a logical debate in terms of: what in the world is he differentiating here in the text?

То, что мы обсуждаем здесь, – это логические дебаты о том, что подразумевал Панчен-лама в этих строках.

And I think that the main point is: how deeply are we going to try to understand the voidness of the mind, and at which stage are we going to do that in our practice?

И, так или иначе, здесь вопрос сводится к тому…

When we are going to work on understanding of voidness of the convention nature of the mind.

где и на каком моменте практики мы будем работать над постижением пустотности ума и над постижением его относительной природы.

Now, we can work beforehand on the understanding of voidness in general – the voidness of a person, the voidness of the table –

Прежде всего, приступая к практике, мы можем исследовать пустотность, мы можем исследовать шуньяту – как нашу собственную бессамостность как индивидов, так и внешних феноменов, например пустотность стола.

we could also work initially on understanding the voidness of the conventional nature of the mind, just based on knowing the definition of the conventional nature of the mind.

Также мы можем работать над постижением пустотности относительной природы нашего ума, просто работая с дефинициями, с определениями, пытаясь концептуально понять.

However, that’s quite different from actually being able to focus on that conventional nature of the mind perfectly, and then applying our understanding of voidness to that object, that conventional nature of the mind. There’s a difference between – let me just say that again – between applying an understanding of voidness to some concept that we have of the conventional nature of the mind and applying it to the actual conventional nature of the mind that we’re actually focused on perfectly.

Однако это существенно отличается от собственно концентрации в медитации на относительной природе нашего ума, которую мы выявили, и применения к ней понимания, постижения пустотности. Это отличается от какого-то абстрактного анализа, где мы берём какую-то концепцию чего-то и прикладываем к ней наше концептуальное постижение пустотности.

So, the method that the Panchen Lama is going to explain here is: first recognizing the conventional nature of the mind, gaining shamatha on that, and then on that basis trying to understand and focus on the voidness of that conventional nature of the mind – whether or not you have vipashyana on the conventional nature of the mind or not is irrelevant.

Тот метод, который объясняет здесь, в этом тексте Первый Панчен-лама, состоит в том, что сначала мы выявляем, узнаём относительную природу нашего ума, затем мы развиваем шаматху, то есть умиротворённое пребывание в отношении этого объекта, после чего, концентрируясь на нём…

Then we work on understanding of the voidness of this conventional nature.

затем мы работаем над постижением пустотности этого объекта – относительной природы нашего ума.

It doesn’t mean that we have absolutely no understanding or even familiarity with voidness before we gain shamatha. I don’t know of anybody who would do that in actual practice,

И это не означает, что у нас нет никакого понимания, никаких предварительных знаний в отношении пустотности до того, как мы приступили к шаматхе. На деле я не знаю никого, кто бы занимался этим именно так – не зная ничего о пустотности, начинал бы выявлять природу ума, концентрироваться на ней, а затем постигать её пустотность.

because most of us would have had a broad array of teachings, as least basic lam-rim that covers all the topics in general.

Большинство из нас получали какие-то учения, обширный спектр учений до этого момента, например учение по ламриму, где объясняется пустотность, объясняются философские позиции.

However, in writing a text, you can only explain one at a time, and so here it gives the impression that we don’t work at all with voidness until we gain shamatha. But in actual practice hardly anybody would do that, since it’s very difficult to achieve shamatha.

Однако в изложении этого текста преподносится всё это стадиями, поэтому говорится о том, что сначала мы развиваем шаматху в отношении относительной природы нашего ума, а затем исследуем её пустотную природу. Но, естественно, подразумевается, что изначально мы получали уже множество информации, размышляли на эту тему, исследовали пустотность.

However, to understand the voidness of an object we really need to be able to focus on that object in a very stable way, otherwise it’s difficult to apply that understanding of voidness to that object. That’s why the emphasis here is on gaining at least some sort of mental stability on focusing on the conventional nature of the mind before understanding the voidness of it.

Для того чтобы постичь пустотность некоего объекта, необходимо предварительное условие – способность долго и стабильно концентрироваться на этом объекте. Поэтому автор излагает так, что необходимо прежде научиться стабильно сосредотачиваться на избранном объекте – относительной природе нашего ума, а затем постигать его пустотность, и последовательность именно такова.

The Panchen Lama continues now with his actual description, and he first describes the proper seat to sit on for gaining “mental stability” (bsam-gtan), he calls it here, and then sitting on that seat with the proper posture.

Затем Первый Панчен-лама продолжает описание метода медитации и переходит к описанию подобающего сидения для медитации и того, какую позу необходимо принять, сев на такое подобающее сидение.

The seat – without going into all the details – what is usually important on a meditation seat is that the back be slightly raised from the front, so that if we have something underneath our behind, and our knees are a little bit lower, your legs don’t fall asleep so easily –

Не вдаваясь в детали, основным правилом, или основным моментом, который следует выполнить при посадке, при выборе сидения для медитации, является то, что задняя часть посадки должна быть слегка приподнята. То есть должна быть подложена под вас какая-то подушка, некое возвышение, чтобы крестец ваш был выше колен, чтобы колени, ноги были немножко опущены вниз. Так вы не будете соскальзывать, и у вас не появится сонливости [ноги не будут затекать], и спина будет выпрямлена.

this is particularly helpful when we are sitting in the full posture, which entails what’s known in the Hindu yoga systems as the “full lotus” position.

В особенности это актуально для позиции, которая именуется в индуистской терминологии йоги позицией, позой или асаной полного лотоса.

So if we do have that problem of our legs falling asleep while we’re meditating, then we can try putting a cushion underneath our behind. When you get this tingling sensation in your legs.

Если у нас затекают ноги – не сонливость, а как бы «ноги засыпают» – это имеется в виду затекание ног, потом покалывание и так далее, все эти симптомы онемения, но если мы от этого страдаем, то как раз приподнимание верхней части, сидеть на возвышении способно будет помочь нам в этой проблеме.

And the posture – I imagine that most of you are familiar with – it’s called the seven-fold posture of Vairochana.

По позиции для медитации, позы для медитации, которая здесь описана, наверняка многие из вас знакомы с ней, она именуется семичленной позой, позой Вайрочаны.

So (1) our legs are crossed. In the Buddhist tradition it’s known as the vajra position; as I said, in hatha yoga it’s called the full lotus position. And obviously, for many of us that’s not so easy to do,

(1) Ноги наши скрещены в позе лотоса, как это принято обозначать в индуистской традиции, в традиции йоги, хатха-йоге. В буддийской традиции позу эту принято называть ваджрной позой, и нет нужды говорить, что для большинства из нас это является непростой задачей.

therefore we need to train ourselves very slowly over quite a period of time for our legs to become flexible enough to be able to sit in that posture.

Поэтому большинству из нас необходимо тренировать себя долгое время, приучивая наши конечности к принятию такой необычной для них позиции.

If we’re unable to sit that way, then the half lotus or just our legs crossed will do,

Если мы не можем принять эту позицию в полном объёме, то полулотос или просто скрещенные ноги смогут заменить её.

and if we can’t sit cross-legged at all, that’s rather unfortunate, but in any case, we could still try to do the meditation just sitting in a chair.

Если же мы вовсе не способны скрестить ноги, то это печально, но тогда нам придётся пробовать хотя бы медитировать, просто сидя на стуле с выпрямленной спиной.

The main point of the posture is to get the energies flowing in the body in as smooth and harmonious a way as possible.

Основным предназначением подобных асан, или поз для медитации, является необходимость, чтобы ветры циркулировали, энергии циркулировали в нашем теле мягким и естественным образом.

The amount of conceptual thought and wild thoughts that we have is proportionate to the “wildness,” let’s say, of the way in which the energy is flowing in the body.

Объём возбуждённого концептуального мыслетворчества в нашем уме прямо пропорционален беспорядочному, возбуждённому циркулированию ветров, пран, или энергий, в нашем теле.

When we talk about mind,

Говоря об уме, мы говорим об осознавании чего-то,

we’re speaking about an awareness of something, and there’s a certain energy associated with that.

и с этим ассоциируются определённые энергии всегда.

So depending on how the energy is flowing in the body, likewise our awareness will be similar.

В зависимости от того, как энергии текут по нашему телу, как токи проходят по нашему телу, так будет функционировать наше осознавание, так мы будем осознавать.

If we’re very nervous, we tend to have very worried thoughts for example,

Если мы нервны, мы возбуждены, то и мысли наши будут такими же беспорядочными и возбуждёнными.

and if the energy of the body is calm, then the mind tends to be calm.

Если энергии, циркулирующие в теле, спокойны, текут мягко, то и ум наш будет спокоен, расслаблен.

So this posture is to optimize – at least from the physical side – the smoothness of the flow of energy in the body.

И именно поэтому нам предписываются определённые позы, которые призваны гармонизировать, успокоить функционирование нашего ума, хотя бы на уровне влияния на него тела.

(2) The hands are on the upturned feet, with the left hand beneath the right, and the thumbs touching, forming a triangle near the navel.

(2) Наши руки покоятся на наших стопах, притом что левая рука внизу, а правая сверху, и кончики больших пальцев касаются, образуя своего рода треугольник, вершина которого в районе пупа.

Now, the hands should rest on your feet, not hold them up in the air. If you hold them up in the air, the muscles of your arms are tense and so that’s not a very relaxed posture.

Заметьте, что руки должны покоиться на ваших бёдрах и на ваших ногах, но не быть приподнятыми. Если они будут приподнятыми и удерживаться на весу, то рано или поздно мышечное напряжение в ваших руках принесёт беспокойство.

(3) Our spine and our back needs to be perfectly straight; that’s the most important aspect of the whole posture. So even if we’re sitting in a chair, sit up straight.

(3) Наиболее важным аспектом этой позы и любой вообще позы, даже если вы сидите на стуле, является совершенно прямая, выпрямленная как стрела спина, позвоночник.

(4) The lips need to be relaxed and the teeth not clenched tight,

(4) Губы ваши должны быть расслаблены, зубы не стиснуты.

and the tongue needs to touch, just gently touch, the upper palate – the part of the mouth that’s above where the upper teeth are.

Язык ваш также должен быть расслаблен. Слегка касаться кончиком языка вы должны верхнего нёба прямо за верхними зубами.

That helps to retain saliva, so that the mouth doesn’t become dry, and it also prevents us from drooling.

Подобное положение языка позволяет нам избежать высыхания рта, полости рта, удерживает слюну и предотвращает слюноотделение обильное, течение.

If there’s excessive saliva forming in our mouth, we can swallow, but this position of the tongue should minimize the salivation.

Когда рот наш переполняется слюной, мы можем сглотнуть, но подобное положение языка оптимизирует слюноотделение и сухость во рту.

Obviously, if we have to swallow all the time, that affects our concentration.

Если мы должны, например, постоянно сглатывать, то, естественно, это будет отвлекать, нарушая нашу концентрацию.

(5) The head should be bent slightly forward and down – not all the way touching our chest, and not up – a little bit down.

(5) Голова наша должна быть не отведена назад, не сильно наклонена вперёд, но лишь чуть-чуть наклонена вперёд, подбородок чуть утоплен.

If it’s too low, we tend to get dizzy; if it’s too high, we tend to get distracted.

Если взгляд наш слишком опушен вниз, то тенденция будет у нас к сонливости, к лености, притупленности. Если он слишком задран вверх, то тенденция будет к возбуждению, блужданию.

(6) The eyes are half-open, focused loosely in the direction of the tip of the nose. That doesn’t mean cross-eyed; it just means basically looking down toward the floor,

(6) Глаза наши полузакрыты и расслабленно, расфокусировано смотрят в направлении пола, чуть-чуть вперёд и вниз, примерно по оси, проходящей через кончик нашего носа. Не значит, что мы должны смотреть на кончик носа, скрестив глаза.

and just loosely focused.

Они расфокусированы либо слегка фокусируются.

In the Tibetan tradition, we’re not encouraged to meditate with our eyes closed,

Они должны быть слегка сфокусированы. Как вы знаете, в тибетской традиции не поощряется медитация с закрытыми глазами.

although in some other Buddhist traditions people do meditate with the eyes closed.

Тогда как в некоторых других буддийских традициях приветствуется медитация с закрытыми глазами.

If our eyes are closed when we meditate, there’s the danger of easily falling asleep.

Когда во время медитации наши глаза закрыты, гораздо выше вероятность или опасность того, что мы заснём.

His Holiness points out that if your eyes are closed, you tend to see sort of flashing little dots of light, and that can be very distracting.

Также Его Святейшество говорил о том, что когда глаза наши закрыты, то существует опасность, тенденция начать разглядывать определённые вспыхивающие огоньки или искры, которые играют на внутренней стороне нашего века и также отвлекают нас.

In other words, it’s easier to not pay attention to the floor in front of you if your eyes are half-open, than to these little flashing lights that one tends to see when the eyes are closed.

Если глаза наши полуоткрыты, расфокусированы и направлены в пол, гораздо легче нам не обращать внимания на пол, нежели игнорировать эти вспыхивающие огоньки перед закрытыми глазами.

Also, my own idea – I haven’t seen this in any text – is that if we’re practicing as Mahayana practitioners, then if we close our eyes in order to meditate, that builds up a certain tendency of dissociating from everybody around us in order to meditate. And that can make an obstacle in terms of applying our meditation in a Mahayana way to situations in which we’re actually helping others.

И также моя собственная идея, которую я не видел где-то в текстах, но, как мне кажется, она имеет определённый смысл, – что, закрывая глаза, занимаясь практиками медитации на пути махаяны и закрывая глаза, мы подсознательно дистанцируемся, отделяем себя от мира, как бы замыкаемся на себе. В то время как медитация наша имеет целью как раз именно ассоциацию с миром и вовлечённость в мир, в участь живых существ. В этом тоже есть тоже психологический аспект.

In dzogchen meditation – where similarly we’re trying to recognize the nature of the mind – one is recommended to have the eyes be very intensely focused, although not necessarily observing the floor in front of you, as if you’re looking for your contact lens, if you dropped them, but the eyes should be strongly intense. But here in the mahamudra practice that doesn’t seem to be indicated.

В практике медитации дзогчен, Великого совершенства, которая также направлена на узнавание, или распознавание, природы своего ума, практикующему рекомендуется интенсивно, напряжённо открывать глаза и фокусироваться. Это не значит, что вы фокусируетесь на полу, как будто вы пытаетесь найти выпавшую у вас из глаза контактную линзу, но определённый объект фокусировки присутствует и надо на нём концентрироваться [но глаза должны быть широко открыты]. Здесь же в практике махамудры такого указания не содержится.

(7) The shoulders need to be straight back, and even – at the same level with each other –

(7) Плечи отведены назад, покоятся в естественном состоянии и выровнены.

and the elbows slightly bent, leaving a small space between the body and arms.

И ваши локти слегка согнуты естественно и отведены от тела, оставляя некоторое пространство.

And if we add the breathing here, then the breathing needs to be quite natural – through the nose, quietly, not forcefully,

Что касается дыхания, то оно осуществляется опять же без усилий, естественным образом, не вымученно; носом мы дышим.

with the in-breath the same length as the out-breath, neither of them too deep or too shallow, and without holding the breath.

Вдохи по продолжительности равны выдохам, вы дышите ровно.

Then – once we’re sitting in the proper position on the proper seat – the Panchen Lama says that we need to “clear ourselves purely with a round of the nine tastes of breath.” This is a type of breathing practice which helps to, in a sense, clear out a little bit of our disturbing states of mind.

Итак, сев в подобную позу, вы очищаете себя девятью циклами дыхания, это определённый очищающий цикл дыхания, позволяющий нам очистить свой ум.

Now, there are several ways of practicing these nine rounds.

Существуют различные виды и способы выполнения этих девяти циклов дыхания, которые можно выполнять с пользой для себя перед другими методами медитации.

We can do this, by the way, before any type of meditation and it’s helpful, and it can be done with or without visualization of the energy channels in the body.

Они могут выполняться как с, так и без визуализации энергетических каналов нашего тонкого тела.

We can visualize the energy channels whether or not we’ve received an initiation –

Мы можем визуализировать энергетические каналы собственного тонкого тела вне зависимости от того, получали ли мы тантрическое посвящение или нет.

but only if we’ve received an initiation can we visualize ourselves as a Buddha-figure while doing this, let’s say as Yamantaka, or Chenrezig, one of these, Kalachakra...

Разница здесь в том, что для визуализации себя в качестве божества, обладающего этими каналами, будь то Ямантаки, Ченрезига или кого угодно ещё, мы должны получить соответствующее тантрическое посвящение.

So, if we are visualizing the energy channels,

Итак, визуализируя энергетические каналы,

then we are basically visualizing three channels.

мы визуализируем три из них.

We have the central channel... there are several ways of doing this, but we can have it go from our nose, basically, over the top of our head, and then down by the spine, and it ends a little bit below the navel, four finger-widths below the navel it says.

Существует несколько способов визуализации этих каналов. Один из них, при котором канал начинается от кончика носа, в носу, проходит через нашу голову, загибается назад и, идя в районе позвоночника, спускается на четыре пальца ниже пупка.

But actually, if we want to be more precise, it ends at the middle of the brow and not actually at the nostrils,

Но более точно сказать, что заканчивается он в межбровье, или начинается в межбровье, а не на кончике носа.

and it’s white on the outside and red on the inside.

Внешняя его поверхность белая, а внутренняя красная.

Now obviously, if we get too caught up in the visualizations here, that could be an obstacle, so this is why they say it can be either with visualization or without visualization.

Если мы слишком увлечёмся здесь визуализациями, это будет довольно сложно, поэтому здесь оговаривается, что можно сопровождать это визуализациями, можно не сопровождать.

Then the right channel… that [central] channel is the thickness of a medium-sized bamboo, it says, so that’s maybe a couple of centimeters wide,

Это мы говорим о центральном канале, и здесь оговаривается, что толщина его равна примерно толщине среднего бамбука, что, наверное, равно порядка двум сантиметрам в диаметре.

maybe the size of a small finger of a small person then;

Что-то вроде мизинца миниатюрного человека.

the right and the left channels are thinner,

Правый и левый каналы тоньше центрального.

and the right one is red, the left one is white,

Правый – красный, левый – белый.

and it’s the thickness, they say, of a stalk of wheat, so it’s pretty thin.

Толщина у них как стебель пшеницы, чуть тоньше.

And it’s the right and left channels which go a little bit further down beneath the navel, and they come up and these are the ones that go out the nostrils.

И они кончаются чуть ниже центрального канала, ниже пупка, и начинаются от как раз ноздрей, правой и левой соответственно.

I find the red and the white a little bit easy to remember, at least in English or in German, because right and red both start with “r.” I don’t know about in Russian, but it’s helpful to have some sort of mnemonic device, otherwise it’s very easy to get this confused –

Я нахожу полезным запоминать как красный и белый, поскольку в английском right и red начинаются на одну букву, на r. И правый – красный, мы всегда помним поэтому, а левый – белый. Но в русском у нас не получится, нет?

figure out little tricks for helping to remember these sort of visualizations, that’s helpful.

Придумайте уловки мнемонические, которые помогут вам запомнить, что правый канал красный, а левый белый.

Now we’re doing nine rounds of breathing

Итак, мы выполняем девять кругов дыхания,

divided into three groups of three.

поделённые на три группы из трёх.

The first three are in the right nostril and out the left,

Первые три – вдохи в правую ноздрю, выдохи из левой.

and we imagine now that the right energy channel is inserted into the bottom end of the left six finger-widths beneath the navel. The central one ended four, these end six beneath the navel.

И мы представляем себе, как внизу пупка, ниже пупка на шесть пальцев – на четыре заканчивается центральный канал, – на шесть пальцев ниже пупка правый канал энергетический вставлен в левый и замыкает.

What we do is: you hold your left nostril closed with the fourth finger of the left hand,

Безымянным пальцем левой руки мы закрываем левую ноздрю

and you breathe in slowly through the right nostril,

и медленно вдыхаем через правую ноздрю.

and then with the right hand you hold the right nostril closed with the fourth finger and breathe out through the left nostril.

И опять-таки безымянным пальцем правой руки на этот раз мы закрываем правую ноздрю и медленно выдыхаем через левую.

So you do that three times.

Мы делаем это три раза.

Although actually I find it a little bit easier to just use the same hand for closing each of the nostrils rather than switching hands;

И я вам скажу, более удобно делать это одним и тем же пальцем.

it’s a little bit distracting having the hands move all the time, so this is a little bit easier. Anyway, the actual instructions is you shut the left nostril with the left hand and you shut the right nostril with the right hand. So, breathe in the right out the left three times;

Итак, в правую вдыхаем, левой выдыхаем три раза.

then in the left and out the right three times;

Затем три раза наоборот: в левую вдыхаем, в правую выдыхаем.

and then – with your hands back down in your lap – in both nostrils and out both nostrils three times.

Сидим с руками, опущенными вниз, три вдоха обеими ноздрями и выдох.

We breathe slowly, but without holding the breath.

Итак, мы дышим медленно, расслаблено, не задерживая дыхание, не форсируя его.

When we’re doing the visualization, then when we breathe in the right and out the left, we imagine the lower end of the right is stuck into the lower end of the left and what we’re clearing out from the left channel is the energy wind of the disturbing emotion of longing desire;

Визуализируя систему каналов, причём правый канал введён в левый канал ниже пупка на шесть пальцев, мы воображаем, как из левого канала очищаются с этим дыханием, с током праны, выходят омрачённые эмоции страсти, вожделения, привязанности.

and when we breathe in the left and out the right, then the channels are reversed, the left one is into the right one, and we breathe out the energy that was blocked in the right channel, which is of anger.

И когда мы вдыхаем через левую ноздрю, а выдыхаем через правую, то вставка меняется: теперь левый вставлен в правый, и то, что очищается, то, от чего мы очищаемся, то, что блокировало правый канал красный, – это различные эмоции класса отвращения, ненависти, гнева.

So, three times for getting the blocked energy of desire out of the left, and three times for getting the blocked energy of anger out of the right channel.

Итак, три раза мы очищаем на выдохе слева блокирующие различные энергии, препятствующие энергии класса страсти, привязанности, вожделения; и на выдохе из правой ноздри мы очищаем трёхкратно блокирующие энергии гнева.

And then you imagine the lower ends of the two channels are both curved up and sticking into the bottom end of the central channel now,

На дыхании двумя ноздрями мы визуализируем, как оба окончания правого и левого канала введены в центральный канал ниже пупа.

and when we breathe in through both nostrils, we imagine that the air comes into the central channel and it expels – as we breathe out – the blocked energy of naivety.

И вдыхая двумя ноздрями, мы визуализируем, как продвигающийся по правому и левому каналам ветер выдувает, очищает из центрального канала блокирующие энергии неведения, или наивности.

And that leaves us at the end of the central channel, which is of the middle of our brow;

И покидают они нас через отверстие центрального канала, окончание центрального канала, находящееся в точке межбровья.

and when we breathe in, we imagine that we breathe in white light,

А вдыхая, мы визуализируем вдыхание в себя белого света.

and when we breathe out the blocked energy, literally it says that we visualize it as black light, which of course... light can’t be black, but at least dark.

Выдыхая все эти препятствующие факторы, блоки, мы визуализируем их в виде чёрного света, дословно так написано. Сложно представить себе чёрный свет, но, тем не менее, какой-то тёмный свет.

Now, this is a rather complicated visualization, and it can be quite distracting if we’re not familiar with visualization,

Это довольно сложная визуализация и может сильно отвлечь нас, если мы не привыкли выполнять подобного рода визуализации.

and it could make us even more nervous and upset trying to get the visualization correct than it is worthwhile.

Результатом этого может стать ещё большая нервозность и раздражение с нашей стороны, когда мы пытаемся невротически выполнить её совершенно точно и напрягаемся по этому поводу.

The important thing here is not the visualization.

Итак, важная здесь часть, суть вопроса – это не визуализация.

So, unless we are already fairly well-trained with visualization and it comes very easy to us, I would recommend forget about the visualization at the beginning and just do the nine rounds without worrying about the color and the size of the channels and this sort of stuff.

И если вы не достигли мастерства в визуализации, если вы не такой действительно мастер и вам всё это даётся с лёгкостью, то я советую вам оставить визуализацию и просто выполнить девять кругов этого очищающего дыхания.

But obviously, if we are able to do the visualization, then it is a stronger practice.

Если же вы способны эффективно выполнять визуализацию, то, безусловно, практика ваша будет более эффективной, более действенной.

OK? So, why don’t we try this?

Давайте попробуем.

And I will lead it, since we might not remember how to do it yet.

А я буду вести её, напоминая вам, поскольку, может быть, вы не запомнили.

Usually when we sit down to do meditation, I must say that the first instant that you sit down to start doing this might be a bit too much, so it is often helpful to just sit for a few moments until we settle down

Хочу заметить, что сразу приступать к выполнению этого упражнения, лишь только вы уселись для медитации, неразумно, пожалуй, и сесть хотя бы надо, для того чтобы сначала несколько моментов провести сидя, успокоившись, и затем приступать уже к выполнению.

just focusing on the breath coming in and out,

Просто сфокусироваться на дыхании, выходящем, выходящем.

but for not too long, just for a few moments, just so that we settle.

Не слишком долго, просто чтобы успокоиться немножко, вернуться.

We start with closing the left nostril with our left hand, the fourth finger,

Итак, мы начинаем с того, что закрываем левую ноздрю безымянным пальцем левой руки.

and we breathe slowly through the right nostril;

и медленно вдыхаем через правую ноздрю.

and then – switching hands – we breathe out the left nostril;

Затем меняем руки: выдыхаем через левую ноздрю.

and we’re going to do that three times

Делаем это трёхкратно.

without holding the breath.

Не задерживаем дыхание.

Actually, although it’s not really described very thoroughly, or at least I haven’t seen it described, again, I find it very distracting if you have to lift your hands – up and down, up and down – six times, and so if we’re going to do it with both hands, then it seems to be easier to leave both hands up; if not, just do it with one hand.

Я, к сожалению, не видел детального описания этого где-либо в текстах, но довольно проблемно и отвлекает сильно, если мы постоянно вынуждены поднимать то одну, то другую руку к носу, к лицу. Поэтому либо выполняйте это, держа руки на таком уровне, так проще, либо используя одну руку.

After all, this is intended to help us to quiet down and relax, so you don’t want to be too busy doing this,

Упражнение имеет своей целью успокоить нас, расслабить нас, а не напрячь нас:

it defeats the purpose.

так оно идёт против своей цели.

OK, so having done “in the right and out of the left,” then use the right hand to block the right nostril – in the left and out the right three times.

Итак, мы выполняем теперь то же самое зеркально, [мы вдыхали через правую ноздрю и выдыхали через левую, а теперь правой рукой закрываем правую ноздрю и три раза вдыхаем через левую и выдыхаем через правую].

And breathe slowly, not quickly, not to fill yourself fully with the breath;

Дышим медленно, [мы не стремимся к гипервентиляции лёгких].

and then we put our hands back down in the meditation posture and breathe slowly through both nostrils and then out both nostrils.

Затем мы опускаем руки в обычную позу для медитации и дышим ровно двумя ноздрями, вдыхая и выдыхая.

Those are the nine rounds of breath –

Таковы девять циклов очищающего дыхания.

in the right, out of the left – and in the left, out the right – and then in both and out both nostrils;

Начинаем с правых вдохов, переходим к левым вдохам и затем – обеими ноздрями.

first get rid of the blocked energy of desire, then of anger, then of naivety.

Сначала освобождаемся от содержащихся в левом канале, в белом канале энергий привязанности, вожделения и так далее, затем из правого канала удаляем блоки гнева, отвращения и прочих других эмоций, затем из центрального канала удаляем блоки неведения, незнания.

Then, once we’ve completed that, those nine rounds – or nine “tastes” of breath, literally – then the instructions say: don’t repeat it, only do it once.

Выполнив эти девять циклов дыхания, или дословно они называются «девять вкусов дыхания», мы выполняем их один раз, не повторяем это, так говорит автор.

If we still have gross mental wandering, then we would follow another method.

Если до сих пор в нашем уме содержатся грубые, очевидные отвлечения эмоциональные, то для этого следует воспользоваться другой техникой.

We breathe in and out both nostrils silently, not forcefully, with the in-breath the same length as the out-breath,

Мы дышим двумя ноздрями, не напрягаясь, естественным образом, [вдох и выдох одинаковой длины].

and we count – each round of breath – up to twenty-one. And there are many variations on this, it could go up to eleven, it could be up to seven, it could be up to twenty-one – here Geshe Dhargyey explained it as twenty-one.

Мы считаем за единицу каждый цикл вдоха-выдоха, и существуют разные наставления, кто-то говорит о семи, об одиннадцати, а геше Нгаванг Даргье говорил о двадцати одном цикле таком.

Because if we have to focus on both the breath and keeping count of the breath, then that leaves not very much room for other thoughts.

Практика эта такова, что если нам необходимо концентрироваться на самом дыхании и на подсчёте циклов дыхания, то в уме нашем не остаётся много места для иных тревожащих эмоций.

The point is to quiet down before we start our meditation.

А предназначение этой практики – это именно расслабиться, успокоиться перед переходом к собственно медитации.

Вопросы у вас какие-то есть именно по этой технике дыхания?

Also, when we are trying to gain shamatha, it’s very important to try to get the conducive place for doing this, and there’s all sorts of instructions about what would be a proper place for doing retreat.

Также когда мы стремимся развить шаматху, обрести шаматху, очень важным является то место, где мы медитируем, и в текстах содержатся инструкции, наставления по выбору правильного места для медитации.

It would be very difficult to gain shamatha if we were not in a retreat situation,

Очень сложным представляется достижение шаматхи вне условий ретрита, уединённого затворничества.

because we want to be able to focus totally on just the meditation.

Потому что естественно вполне, что мы хотим целиком сосредоточиться на медитации.

But that doesn’t mean that we can’t meditate outside of a retreat situation,

Но это также не означает того, что мы не можем медитировать вовсе вне условий ретрита.

but to minimize distraction it’s best to meditate either very early in the morning when we first get up, before we’ve actually gotten involved in the activities of the day, or at night, after we’ve finished the activities of the day. But not right in the middle of the day when you’re just taking a break from your activities: there’s too much distraction thinking about what your daily activities are.

Наиболее удачными считаются медитации, выполняемые ранним утром, когда мы только проснулись и ум наш ещё не занят хлопотами наступающего дня и свободен от различных отвлечений. Либо медитация, выполняемая по завершении всех дневных хлопот, дневных дел перед отходом ко сну, когда ум наш уже не занят хлопотами дня. Медитация считается более сложной, выполняемая в течение дня, то есть когда ум наш занят бытовым функционированием, в нём масса мыслей и отвлечений.

Some people are more alert in the mornings, some people are more alert at night – we have to judge for ourselves when is the best time for us to meditate. Ideally, we should be able to meditate both times.

Затем существуют индивидуальные предпочтения и различия: некоторые люди более осознанны, более бодры утром, некоторые более осознанны, бодры и способны медитировать вечером, но опять же в идеале, в идеальном случае необходимо выполнять эти медитации как утром, так и вечером.

Also it’s best to meditate not immediately after eating, because right after we eat we tend to be get dull.

Также не рекомендуется медитировать сразу после приёма пищи, поскольку приём пищи влечёт за собой некий период притупленности, сонливости.

Then, after we have quieted down with these breathing meditations, we do the preparatory practices as has been discussed already,

А затем, выполнив эти практики по успокоению сознания, или по самоуспокоению, мы переходим к выполнению предваряющих, предварительных практик, о которых мы говорили вчера.

of course starting with safe direction or refuge, and bodhichitta. There are verses that we can recite for this, but it’s very easy to get into the habit of reciting a verse and it’s just “blah, blah, blah,” especially if it’s in a language that we don’t understand. But even if it’s in a language we do understand, it still is very easy for it to just be “blah, blah, blah,” and have no feeling at all.

Итак, мы выполняем принятие прибежища и бодхичитты. Обычно, традиционно это выполняется посредством начитывания определённых строк, строк молитвы принятия прибежища и зарождения бодхичитты. Здесь ведь велика опасность того, что со временем строки эти и практика эта превратятся для нас в пустые звуки «бла, бла, бла», тем более если язык этот – тот, который мы не знаем, мы начитываем на чужом для себя языке, напрямую который не понимаем. Но даже если мы начитываем их на языке, который мы понимаем, по ходу времени опять же велика опасность того, что превратится это всё для нас в пустые слова.

Therefore it is important to really try to generate some sincere feeling of actually putting this direction in our life, of actually aiming with bodhichitta to reach enlightenment for the benefit of everyone.

Очень важно постараться действительно прочувствовать то, что мы говорим: предание этого направления своей жизни, следование в этом русле помощи другим живым существам, приведение их к освобождению и просветлению и устремление нас самих к этой цели.

Now, how to do this? This is not so easy for many of us, particularly when we have a limited time for meditation, because we are busy; we have a busy schedule; we don’t want to be late for work.

Как добиться этого? Тем более что для большинства из нас, мы довольно занятые люди, и у нас нет времени для всех этих развёрнутых практик, наше расписание довольно компактно, сжато.

But it is more worthwhile to actually get that strong sense of refuge or safe direction and bodhichitta than it is to meditate without that at all. In other words, having that strong intention, having that strong direction in mind, having that strong motivation, even a little bit of meditation is very helpful; it works. It’s effective toward enlightenment. Without having any of that and just meditating for a long time, that will just go into the samsara folder.

Но в то же время следует помнить то, что медитация, выполняемая без искренней, прочувствованной устремлённости к просветлению, без принятия этого верного направления – прибежища – явится лишь также водой на мельницу сансары. Если же мы сможем породить в себе, потратив некоторое время и усилия, устремлённость бодхичитты и принятие прибежища, даже краткое время медитации явится весьма эффективным и пойдёт в копилку причин к просветлению. Поэтому не экономьте время на порождение этих предварительных практик, предварительных мыслей за счёт основной медитации.

One of my students uses a method, which I don’t know if he was actually taught by some lama this method or whether he made it up himself, but it seems to be quite helpful.

Один из моих учеников пользуется определённым методом. Не знаю, научил ли его кто-то из лам этому методу или он придумал его сам, но кажется мне он весьма эффективным.

He had gone on pilgrimage to Bodh Gaya

Он побывал в паломническом туре в Бодхгаю,

and found it very, very inspiring.

найдя это место очень и очень вдохновляющим.

In Bodh Gaya, you have this huge stupa and the bodhi tree – at least something that grew from the previous bodhi tree under which Buddha became enlightened. So it’s a very inspiring, very moving place, a tremendous energy there.

Бодхгая – это энергетически насыщенное место, святое место, вдохновляющее всех буддистов, место, в котором находится огромная, высокая Ступа Просветления и то дерево, или, вернее, потомок того дерева, под которым Будда достиг просветления.

And he imagines being there in Bodh Gaya when he sits down and meditates, and he imagines circumambulating the stupa and sitting before the tree and, in this way, then taking very sincere refuge and developing bodhichitta, because visualizing this type of situation helps to bring on this strong feeling more sincerely.

И для себя этот ученик придумал такой метод медитации, подобрал такой медитации, когда он визуализирует, представляя себя сидящим под деревом Бодхи, под Ступой Просветления в Бодхгае, делающим обходы по часовой стрелке, обходы посолонь этой ступы, и всё это его наполняет вдохновением, воодушевляет его. И сидя там под деревом Бодхи, он принимает верное направление в жизни, принимает прибежище, он порождает бодхичитту, и всё для него проходит удачно, искренне.

Now, we do have similar practices that are taught traditionally,

Существуют и практики подобного рода, которым учат традиции, которые традиционно используются.

in which we imagine that we are in a pure land and we are sitting in front of the tree of assembled gurus and the Buddha and all this sort of thing – very, very complicated visualization – and in that context we take refuge and develop bodhichitta. So there is this practice.

Практики эти подразумевают визуализации себя находящимися в неких чистых землях перед обширным собранием поля заслуг учителей, лам линии передачи, будд, бодхисаттв, всех этих древ прибежища, это более сложные, развёрнутые визуализации.

But, again, if we have a very complicated visualization, then we can get very uptight trying to visualize it, and spend all our effort in trying to get the visualization accurate and clear, and very little time

И опять же, в присутствии всех этих объектов, всех этих персон мы порождаем бодхичитту, мы принимаем прибежище. Но если визуализация столь сложна и столь детальна, то опять же она может иметь противоположный эффект на нас, вызывая в нас какое-то напряжение, вызывая в нас возбуждение. Если мы не способны её выполнить должным образом и с лёгкостью, то она может иметь как раз противоположный эффект, напрягая нас.

So, what my student does is instead of trying to visualize a Buddha-field and a pure land and these complicated trees and stuff like that, he uses something that he’s actually experienced, which is Bodh Gaya and the tree there. Mind you, he doesn’t visualize all the beggars and lepers and the pigs and shit and stuff in the fields, but just in an ideal way.

И именно этим занимается мой ученик, пытаясь на доступном ему уровне визуализировать то же самое. То есть без всяких сложных визуализаций он пытается представить себя в той обстановке, в которой он в этой жизни побывал, и то, что ему близко, доступно и понятно. Он визуализирует себя под этим деревом Бодхи со всеми вдохновляющими аспектами этого места, у Ступы Просветления, не визуализируя, конечно, всех поберушек, нищих, прокажённых, овец, коз, свиней и так далее, всего того, что вокруг этой территории вращается.

I don’t think there are mosquitoes in a Buddha pure land.

И я не думаю, что комары присутствует также в чистой земле будд, поэтому без комаров.

But, in any case, he uses something which is much more real to him and much more inspiring than some sort of ideal visualization that’s just too difficult to do;

Так или иначе, он прибегает к использованию того, что реально для него, то, с чем он может встретиться, соотнести со своим опытом, со своим переживанием вместо каких-то абстрактных, мало понятных ему сложных визуализаций.

and this can be very effective.

И это может быть действительно весьма и весьма эффективно.

And we visualize our spiritual teacher, our root guru. Usually we’re always supposed to be visualizing him or her in the form of either Buddha Shakyamuni or some sort of Buddha-figure,

Так, визуализируя нашего коренного учителя, обыкновенно мы делаем это, представляя его в форме Будды Шакьямуни или какого-то иного божества или учителя.

but Serkong Rinpoche advised that in doing, for instance, the Kalachakra guru-yoga practice, if it’s difficult for us to visualize His Holiness the Dalai Lama as Kalachakra – if we’ve received the initiation from His Holiness – then we can just visualize His Holiness in his usual form, but in an ideal form, not having a cold or anything like that.

И Серконг Ринпоче давал совет своим ученикам, и мне в том числе, о том, что если нам сложно визуализировать Его Святейшество в форме Калачакры, в контексте гуру-йоги Калачакры, которую мы выполняем ежедневно, если мы получали посвящение от Далай-ламы, от Его Святейшества, – то мы можем просто визуализировать его в его собственной форме, конечно, в идеализированной форме – не простывшего и так далее.

And we actually find this type of practice in the Shangpa Kagyu tradition, in which – unlike in the Gelug tradition, or in Karma Kagyu, or Nyingma, or Sakya – when it instructs us to visualize the guru for guru-yoga, you visualize in the actual form of the guru, not as a Buddha-figure. So there is this tradition. And it can be much more effective in moving our hearts; the whole point is to move your feeling, get some inspiration.

И мы встречаем подобное же указание, наставление и в традиции шангпа- кагью, которая отличается от традиций карма-кагью, гелуг, сакья и ньингма, – где ученикам предписывается визуализировать своих учителей в их обычной, повседневной форме, в обычном облике. И это действительно может быть эффективно, поскольку способно тронуть наши сердца, вдохновить нас в доступном для нас облике.

Imagining that we’re in a pure land, by the way, is helpful, whether we have some – who knows what type of vision we have of what a pure land looks like, but – whether it’s like something painted on a thangka, or whether it’s an ideal vision of Bodh Gaya, the point is that it’s in a situation in which everything is conducive for intense meditation, which means that when we’re meditating, we forget about the traffic noise outside – or the dirty wall, or whatever it might be – and just imagine that everything is conducive.

Так или иначе, когда мы представляем себе чистую землю, какой бы ни была наша идея, наше понятие о чистой земле, мы как бы можем представлять её себе как она нарисована на тханке или в каком-то просто абстрактном нашем собственном варианте видения идеальных, наиболее подходящих условий для беспрепятственной, наиболее эффективной медитации, – мы представляем себе что-то, что даёт нам все необходимые сопутствующие условия для успеха в медитации, отсутствие отвлечений внешних на звук трафика на улице, на какие-то там запахи, грязные стены и так далее, то есть по всем параметрам идеальная ситуация для медитации.

One of the biggest distractions in meditation can be complaining, “I wish I could be in another place, and it wasn’t so noisy, and there wasn’t this smell,” and so on. That’s a big distraction, so we just sort of dismiss that and imagine, “Everything is cool; everything is fine.”

Наибольшим препятствием, пожалуй, в нашей практике медитации могут быть все эти внутренние жалобы: «О, я лучше бы сейчас, если бы я медитировал в другом месте, где нет такого шума или где так не воняет», – и так далее, и так далее. Мы всегда себя чем-то пытаемся простимулировать, что было бы лучше. И вот представьте себе ситуацию, где действительно ничего этого нет и нам не на что пожаловаться, нет никаких внешних препятствий для успешной медитации.

Also what is very helpful and important and emphasized as a preparation – not here, but in other contexts – is that before we meditate, we actually clean our meditation room and make some offerings, at least water bowls.

Также важным аспектом подготовительных практик для медитации, не указанных прямо в этом тексте, но часто указываемых в других трактатах, является уборка помещения и какие-то хотя бы минимальные подношения, хотя бы чашечки с водой.

If we sweep the floor and have everything in order around us – not our dirty underwear on the floor, but everything neat and orderly – then that affects the mind as well. The mind will be more neat and orderly. If there’s chaos around us, that affects the mind.

Чистота и порядок в помещении оказывают благотворное воздействие на наш ум, приводя его также в чистое и упорядоченное состояние. Если всё разбросано по комнате и грязь, то соответственным будет и наш ум. Если же мы прибираемся, раскладываем должным образом, сами эти действия и эта окружающая среда вокруг настраивают нас на определённый упорядоченный лад.

Also by cleaning the room – at least just sweeping the floor and picking up everything – and having some water bowls arranged in front of some either picture or painting or statue of a Buddha, we’re showing respect to what we’re doing, and that also is very important.

Также этими действиями мы выказываем своё почтение тому изображению, которое находится перед нами, или тому, кого мы визуализируем перед собой, будь то будда или другие какие-то фигуры. Подметая пол, просто упорядочивая комнату, расставляя какие-то подношения, мы тем самым выказываем определённое уважение, что важно для нас.

And with a visualization of our guru in front of us, we take refuge, have a safe direction, bodhichitta. For building up the two networks and the purification we usually do, the simplest thing would be the seven-part practice; and then requests to the guru, the guru comes to the top of your head and dissolves into you.

Итак, мы подготавливаем помещение определённым образом, визуализируем гуру в том или ином облике перед собой, выполняем принятие прибежища в его присутствии, порождение бодхичитты, два накопления, очищение – обыкновенно это сводится к формуле семичленной молитвы – и затем призываем гуру воссесть на наше темя и растворяем его в себе.

We have a few more minutes left according to my watch, which is probably slow, but in any case, if you have some questions.

Один маленький вопрос, если у кого-то есть, то мы на него ответим.

Участник: Насколько шаматха является инструментом или она всё-таки связана со своим объектом? Имеется в виду, что, когда мы обретаем шаматху, это некий бинокль, через который мы можем рассматривать в принципе любой объект. Или поскольку в данном тексте шла речь о различии объекта шаматхи – то ли это относительный ум, то ли это абсолютная природа ума, – связано ли это или это просто сама по себе шаматха, шине, это инструмент, с помощью которого мы можем исследовать что угодно, в частности и абсолютную природу ума?

Participant: Should we view shamatha as just like a tool, like binoculars, with which we can view any kind of object? Because you were saying shamatha with respect to the absolute nature – like emptiness – of the mind, and shamatha with respect to the conventional nature. So in this context should we view shamatha just as binoculars, which is taken to view something?
Alex: To just repeat, in case that didn’t get on the recording, “Do we view shamatha just as binoculars, as a tool to enable us to then stay with perfect concentration on the nature of the mind?” Yes. That is so. Both shamatha and vipashyana are not necessarily Buddhist practices; both of them are found in non-Buddhist practices, and particularly in India.

Алекс: Да, мы рассматриваем и шаматху, и випашьяну – и умиротворённое пребывание, и сверхвидение – как некие инструменты, как бинокль, которые мы используем для своих нужд. Они не являются эксклюзивно буддийскими практиками, они встречаются широко в различных индийских, например, школах под тем же названием.

What makes them a Buddhist practice is if they’re done in the context of safe direction or refuge. And it makes them Mahayana practice if it’s done as a method for helping us reach enlightenment with a motivation of bodhichitta.

Что делает их буддийскими практиками? Это прибежище, они применяются в контексте прибежища, то есть устремлённости к Трём Драгоценностям, этом верном направлении, к которым мы прибегали в своей жизни. Что делает их махаянскими практиками? Это наличие за ними, или пред ними, мотивации бодхичитты, а именно стремления принести пользу всем существам посредством достижения просветления.

So, shamatha is merely a tool – not an end in itself – that we can use then for staying totally focused – with this sense of fitness – on any object that would help us on the way to liberation or enlightenment, here particularly the conventional and deepest nature of the mind.

Да, шаматха является лишь инструментом, а не самоцелью. Она является тем фундаментальным инструментом инструментом, который позволяет нашему уму неограниченное время сфокусировано пребывать на выбранном объекте. И пребывание это служит именно той цели, которую мы изначально и полагаем, а именно достижению просветления и так далее. А в данном контексте цель, задача-минимум – это постижение относительной и глубинной, пустотной природы ума.

And vipashyana is also just a tool – that we have in addition to the shamatha – that the mind is totally fit to be able to discern and understand everything in all its details, here particularly the nature of the mind, the conventional and deepest nature.

И то же самое относится и к випашьяне, этому сверхвидению, которое также является инструментом, позволяющим нам детально изучать, сколь угодно долго, тонко и глубоко исследовать избранные объекты. В данном случае это будет относительная природа ума и его глубинная природа – пустотность.

There are many, many things in Buddhism, which are not specifically Buddhist,

Итак, существует много вещей в буддизме, техники и так далее, которые не являются собственно буддийскими,

but which we find in common with so many other Indian traditions, and even with non-Indian traditions, like aiming for a better rebirth, that’s certainly not Buddhist.

которые мы делим с различными индийскими традициями и даже неиндийскими традициями, как стремление к лучшему рождению и так далее.

What makes things distinctively Buddhist – and very important always to emphasize, and the Panchen Lama does it here in the text – is refuge and bodhichitta – bodhichitta making it Mahayana.

И то, что делает те или иные практики, техники, аспекты буддийскими, собственно буддийскими практиками, техниками и аспектами – это именно прибежище, а что делает их махаянскими – это бодхичитта.

So, let’s end here. And whatever positive force has come from this, may it act as a cause for reaching enlightenment for the benefit of everyone.

Пусть та позитивная сила, тот потенциал, который мы обрели в ходе этого изучения, осмысления, слушания станут причинами достижения нами просветления и принесения пользы всем без исключения живым существам.